Между тем в городе Баохе, пожилой лекарь сидел перед своей лечебницей, дымя послеобеденной трубкой. Опытным взглядом он наблюдал за прохожими и пытался угадать по походке какие болезни их мучали. Мимо прошли две девочки с полной корзинкой лечебных трав, обе грязные, исцарапанные и в жалком тряпье. Провожая их взглядом, он вдруг почувствовал, будто упустил нечто важное, а затем его носа коснулся тонкий аромат свежего лестного растения, высшего сорта.

— Что? — вскочил старик, — Эй. Подожди! Кому говорю?

Придерживая подол халата и размахивая курительной трубкой в руке, старик погнался за двумя детьми. Хотя они шли неторопливо, ему не удалось их догнать. Девочки свернули за угол и зашли в аптекарский павильон, известный своим недобросовестным владельцем. С гневным выражением на лице старик поспешил за ними.

— Сегодня я не позволю тебе никого облапошить! — проворчал он.

В то же время, аптекарь сидел на своем привычном месте, расслаблено попивая чай, когда к нему в лавку вошли две девочки перемазанные грязью и кровью. На их волосах виднелась паутина и листья, на ногах синяки с царапинами, а на поясах висели самые настоящие кинжалы. От их вида у мужчины пробежал мороз по коже, он вжался в стул, не отрывая глаз от кинжалов.

— Из какого ада вы выползли? — сморщился он, собирался было прогнать их, когда его взгляд невольно остановился на корзинке, — Э? Что? Как?

— Мы хотим продать травы! — заявила старшая, решительно насупив брови.

Я…я…я по-покупаю, — нервно сглотнул аптекарь, потом натянул на лицо улыбку, — Позволите взглянуть? — он дрожащими руками показал на стол, чтобы девочки положили туда свой урожай.

— Сколько за все? — сестры подошли и поставили обе корзинки на стол.

От количества лекарственных трав у аптекаря открылся рот и потекла слюна. Опасливо покосившись на кинжалы у детей за поясом, он начал осматривать растения в корзине, при том изо всех сил старался скрыть волнение. Чем больше смотрел, тем сильнее его руки дрожали от жадности. Только он собрался назвать цену, как в аптеку ворвался взлохмаченный старик с трубкой в руке и сразу уставился на корзину.

— Я заплачу вдвое больше, чем он, — заявил тот, указав на аптекаря пальцем.

— Тут не твоя лавка! Убирайся, старый мошенник. Они пришли ко мне! — взревел аптекарь, — Я еще не назвал цену!

— Ха! Ты сам мошенник! — старик даже не поморщился от его крика, — Хотел обмануть детей. Думаешь никто не знает, как ты ведешь дела? — потом посмотрел на девочек, — продавайте мне я самый надежный лекарь города! Даю двадцать монет!

— Удваиваю! — аптекарь вплотную подошел к старику, — Последний раз говорю, — Убирайся!

— Три цены от первоначальной! — проигнорировал его угрозы старик.

— Это сколько? — запутались младшая, с серьезным лицом перебирая пальцы.

— Ох! Шестьдесят монет! Ясно? Шестьдесят! — раздраженно ответил аптекарь, — Научись считать, раз уж занялась торговлей, малявка! Пф.

— Хе-хе-хе, — усмехнулся старик, поглаживая седую бороду, — похоже моя взяла. Идемте дети. Я заплачу вам за травы.

— Старый мошенник! Вор! — ругался аптекарь.

Пока мужчины спорили между собой сестры, навострив уши, слушали. Растущая цена заставляла их крохотные ладошки потеть, а сердечки биться чаще. Они переводили взгляд с одного на другого, словно завороженные. После непродолжительных торгов старик, пахнущий травой и дымом, победил, и девочки немного растерялись. Раньше они торговали с аптекарем, чей халат пропитался запахом благовоний и масла, а лицо почему-то не вызывало доверия.

— Чего встали? Идем! — уверено скомандовал старик и направился к выходу с победным видом.

— Вы тоже аптекарь? — на всякий случай спросила старшая сестра.

— Хм? Я доктор! — не оборачиваясь ответил тот, — Мое имя Ду Цзе!

— О-о-о! — глаза девочек прояснились в них отражалось искренне восхищение.

Жители трущоб редко видели лекарей, но все равно очень их уважали, подобное отношение взрослых передавалось и детям, поэтому девочки отбросили последние сомнения. Под недовольным взглядом владельца аптечной лавки они забрали со стола корзинки с травами и поспешили за стариком. На всякий случай, перед выходом старшая сестра обернулась и поклонилась аптекарю, но тот только хмыкнул. Вскоре все трое оказались перед открытыми воротами красивого ухоженного дома, где их встречал нервный вспотевший человек.

— Господин! Вы вернулись! — воскликнул он, — Мы уже вас обыскались, всю округу обежали…

— У нас важные гости! Будь вежливым. Накрой на стол, — перервал его причитания старик, потом повернулся к сестрам с улыбкой, — Проходите! Давайте сначала поедим, а о делах поговорим потом.

— Не нужно! — хотела остановить его Сюэ, но живот предательски заурчал на весь двор. Девочка покраснела.

— Ха-ха-ха, — рассмеялся старик, — той живот честнее тебя.

— Мы бы хотели получить деньги, — вступилась Минчжу, обнимая корзинку.

— Деньги никуда не денутся! — отмахнулся пожилой лекарь, — неужто думаешь старик хочет вас обмануть?

— Нет … — тихо пробормотала она.

— Мы просто не хотим доставлять господину хлопот. У вас много дел, — вежливо поклонилась старшая, — Мы лучше сразу пойдем. Нам пора домой.

— Хорошо, — погладил бороду пожилой лекарь, потом повернулся к слуге, — Принеси шестьдесят монет.

Хотя старик Ду Цзе платил честно, о прибыли не забывал. Очевидно, ему стало интересно откуда дети взяли столько лекарственной травы, к тому же высокого качества. Чем получать по капле маленькими корзинками, старик предпочел бы сам осмотреть место и собрать побольше. Он собирался во время еды выведать у них подробности.

К его удивлению, девочки не поддались искушению вкусной еды. Несмотря на свой измученный и потрепанный вид, они, наоборот, насторожились и начали бдительно оглядываться по сторонам. Видя их нахмуренные брови, старик Ду Цзе решил не настаивать и оставить о себе хорошее впечатление, чтобы другой раз дети вернулись к нему с новыми травами.

* * *

Слуга принес небольшую коробку, набитую серебряными монетами, и протянул сестрам. С трудом оторвав взгляды от невиданного прежде богатства, они вопросительно посмотрели на старика, но не спешили протягивать руки. Девочки ожидали увидеть медные монеты, а им принесли серебро, к тому же сумма выходила за рамки их скромных познаний арифметики. Хотя отец учил их считать монеты и не скрывал своих доходов, при виде горки блестящих монет Сюэ с Минчжу совершенно растерялись.

— Ха-ха-ха, — рассмеялся пожилой лекарь, — Берите, берите. Все деньги ваши. Именно столько стоят травы, которые вы принесли.

— Правда? — недоверчиво спросила младшая.

— Раз господин так говорит, мы не будем вежливыми, — Сюэ отдала слуге плетеную сумку и обеими руками взяла коробку монет, а потом поклонилась.

— Вот, — повторила за ней Минчжу, поставив на землю корзинку.

— Какие воспитанные девочки! — похвалил старик Ду Цзе, потом повернулся к слуге, — Проводи их до дома.

— Как прикажите!

— Не нужно! Мы сами… — помотала головой Сюэ, косясь на слугу.

— Хорошо. Ступайте, — не стал спорить пожилой лекарь, стоя на пороге дома он наблюдал как две крохи торопливо пересекали двор, торопились к воротам.

— Когда найдете еще лекарственных трав, обязательно приносите мне! — на прощание крикнул старик. — Не ходите к тому аптекарю, он жулик!

— Хорошо, спасибо, — хором ответили сестры, остановившись, обернулись и вежливо поклонились лекарю.

Как только Сюэ с Минчжу оказались за воротами то опрометью бросились домой. С драгоценной коробкой на руках они мчались по знакомым городским улицам переполненные тревогой, нетерпением и радостью. Девочки не заметили, как добрались до своей старой хижины в районе трущоб. Заперев дверь, старшая сестра очень осторожно поставила коробку на пол, и они сели перед ней, глядя друг на друга.

— Я открываю, — прошептала Сюэ.

— Угу, — кивнула Минчжу.

Боясь, что серебро исчезнет, девочка закрыла глаза и подняла крышку. Блеск монет, казалось, озарил дом, солнечный свет падал на серебро, через неплотно закрытые ставни, отражаясь солнечными зайчиками на стенах. Ничего прекраснее в своей жизни сестры не видели. Мир чудился им нереальным, сказочным, а в теле ощущалась легкость, словно они плыли среди облаков. После небольшого ступора девочки, не сговариваясь, вскочили на ноги и начали танцевать вокруг коробки.

— Мы теперь богатые! — восторженно прошептала Минчжу, — Прямо как благородные дамы! — на мгновение она перестала прыгать и поклонилась. — Госпожа Чжан Сюэ!

— Хи-хи-хи, — посмеялась старшая сестра и повторила за ней, — Госпожа Чжан Минчжу!

— Купим мяса? — они взялись за руки и кружили по тесной комнатке.

— Хорошо.

— Сахарных яблок?

— Да!

— У нас много денег!

— Хи-хи-хи …

— Если отдадим отцу, ему больше не придется уезжать. Снова пойдем вместе на речку…

Обе замолчали и перестали танцевать, потом взглянули на коробку полную монет. Если считать по весу, то перед ними лежало не меньше трех таэлей серебра, а может и больше, такой суммы хватило бы одной семье прожить целый год и хорошо перезимовать. Столько денег даже их отец никогда не приносил.

— Тогда, давай не будем тратить …

— Угу, — согласилась Сюэ, — Спрячем! Проверь снаружи. Пока я закопаю под полом.

Ожидания старого доктора не сбылись, девочки больше не хотели идти в лес сбирать оставшиеся травы, слишком много пережили там и им просто не хватило храбрости. Спрятав серебряные монеты, все до одной, они решили вернуться к заработку с продажи рыбы и чувствовали себя вполне довольными, терпеливо дожидаясь возвращения отца.

Каждый день Сюэ с Минчжу отравлялись на реку, ставили ловушки и если получали хороший улов, то продавали, в другом случае съедали рыбу сами. На рынке они уже примелькались и даже приобрели постоянных покупателей, а старик с одной рукой даже угостил их танхулу. Свежая дешевая рыба завоевала многие сердца вместе с кошельками, без денег девочки не оставались. Привыкшие жить скромно они бережно относились к каждой монете и тратились только на еду.

От дома до реки сестры всегда добирались бегом, как делал отец, а потом на берегу занимались по методу из свитка. Напряженные тренировки теперь длились не по одному часу, во второй половине дня повторялись снова. После них Сюэ и Минчжу выполняли дыхательные упреждения сначала вместе с плавными движениями, словно распространяя поток тепла по всему телу, а потом медитировали для укрепления духа и разума.

— Мне нравится, когда тепло бегает внутри. Как солнечный зайчик. Щекотно … хи-хи-хи, — поделилась впечатлениями Минчжу.

— Угу. Похоже на мурашей.

— Точно! Только потом я становлюсь липкой и грязной, — надула губы младшая, — Каждый день купаюсь.

— Ты давно чувствуешь солнечного зайчика внутри? — спросила Сюэ.

— Да.

— А почему не говорила?

— Не хотела отца расстраивать. Он жаловался, что ничего не чувствует.

— Угу … в общем я тоже чувствую.

— О!

— Ты ведь понимаешь, что это значит? Свиток нам все показал. Тепло внутри делает нас сильнее.

— Понимаю, — кивнула Минчжу.

— Мы станем очень сильными и больше никогда не останемся одни.

— Да! Только названий я не понимаю. Первая … заклалка … тела. Хи-хи-хи!

Время шло, дни сменяли друг друга, миновало почти три недели с тех пор, как их отец ушел с караваном. Девочек никто не заставлял тренироваться, но они занимались с завидным упорством. Постепенно их тела привыкли к нагрузке, боли в мышцах пропали, а упражнения давалось легко. Сестры могли выполнять всю серию движений с закрытыми глазами, даже те немногие приемы рукопашного боя, что получили от свитка, повторяли без ошибок. Сами того не замечая, обе стояли на пороге прорыва к царству «Закалки тела».

Сюэ с Минчжу уже несколько месяцев питались хорошо, бегали на свежем воздухе от чего выглядели здоровыми и полными жизни. Их вид не остался незамеченным местными жителями и конечно вызывал зависть. Так как Чжан Мин не показывался в трущобах довольно долго, то нашлись смельчаки и залезли в дом.

* * *

Очевидно, воры надеялись найти деньги или ценные вещи, но ушли ни с чем, так как все богатство девочек состояло из почти пустого мешка риса и горсти сухофруктов. За три недели они подъели все запасы еды, оставленные отцом, а небольшую сумму денег на ежедневные расходы старшая Сюэ всегда носила с собой, поэтому ворам ничего не досталось. Закопанные под домом монеты они, конечно, не нашли.

По возвращении с реки маленькие хозяйки застали хижину, перевернутую вверх дном, но не сильно расстроились, к ним вламывались не первый раз. Однако неприятное ощущение все же никуда не делось, плотно закрыв двери и расставив вещи по местам, они легли спать, прижавшись друг к другу. С тех пор все ценные вещи, а точнее одежду, купленную отцом, и новый мешок с рисом они хранили у соседки Хон Шу, которая хорошо к ним относилась, а по возвращении с реки брали из него немного для приготовления еды.

Иногда рядом с их домом кружили местные беспризорники, мечтая узнать откуда две сестры берут рыбу. С самого утра они следовали за ними, но за пределами города сразу теряли из вида. Девочки бегали очень быстро вдобавок обрели невероятную выносливость. Измученные голодом оборванцы просто не могли угнаться за ними. Самые отчаянные тратили целый день волоча свое слабое тело вдоль реки надеясь набрести на нужное место, однако ничего не находили.

Всего несколько месяцев назад Сюэ с Минчжу, как и большинство малолетних обитателей трущоб, проводили все свое время в отчаянной борьбе с голодом. Сил на игры у них не оставалось, друзей тоже не заводили. Каждый день они соперничали с другими детьми за кусок плесневой лепешки, горстки риса или медную монету. Девочки помнили, насколько ужасен голод, но раскрывать секрет ловли рыбы или делиться едой не собирались, иначе бы никогда не избавились от попрошаек.

Не сумев выследить сестер за городом, малолетние оборванцы поджидали их на пути к рынку и жалобно выпрашивали рыбу, но всякий раз получали отказ. Тогда дети злились, ругались, угрожали, но распускать руки боялись. Кинжалы за поясом у девочек отпугивали даже самых наглых. Однажды Минчжу не удержалась и отходила парочку мелких попрошаек палкой.

— По-вашему я богачка? — кричала она, похлопав свою старую одежду, — С чего нам делиться едой? Убирайтесь! У нас ничего нет!

Всего несколько дней малолетние обитатели трущоб преследовали девочек, но потом сдались и отправились на поиски другого способа набить животы. Никто из них больше не появлялся перед старой хижиной, однако через два дня, воры снова пробрались к ним в дом, обшарили его от пола до потолка, заляпав грязными руками всю комнату. Не найдя ничего, украли циновки, старую корзину и небольшой запас хвороста, что девочки хранили для готовки.

— Они все плохие! Я их никогда не прощу! — кричала Минчжу, заметив пропажу вещей и от обиды в уголках ее глаз навернулись две слезинки. Она начала уставать от навязчивого внимания нищих.

— Когда отец вернется, мы всех их найдем и проучим! — успокаивала сестру Сюэ.

— Точно!

— Давай поедим.

— Угу, — кивнула Минчжу и сразу воспряла духом. — Ну погодите у меня! — погрозила она кулачком в сторону улицы.

Вместе девочки отправились к соседке за рисом и посудой. На улице начало темнеть, а свинцовые облака заволокли небо. Порывы ветра клонили траву к земле, раскачивали невысокие деревца, словно хотели сорвать с них листву. В воздухе ощущалась влажность.

Пока старшая Сюэ разводила огонь, Минчжу промыла рис и набрала воды, после чего они приготовили простой ужин. Если бы не приближение дождя, то дети бы предпочли есть на улице, так как дома больше не чувствовали себя в безопасности. Закрытая комната, откуда трудно сбежать, казалась им ловушкой. С недавних пор только на реке вдали от города они позволяли себе хоть немного ослабить бдительность.

Неожиданно грохнула входная дверь, будто кто-то хотел резко открыть ее, но задвижка, сделанная отцом, не позволила. От испуга девочки подпрыгнули на месте. Снаружи послышались голоса нескольких мужчин, не ожидавших препятствия. Очевидно, свое нападение они плохо продумали, злились, в бессилии трясли дверь, пытаясь ее выбить, при этом ругались сквозь зубы.

— Открывайте, поганки! — прошипел незнакомый голос. — А ну живо!

— Быстро открыли, иначе мы вас убьем! — хрипло подхватил другой.

— Отдавайте деньги! — нетерпеливый третий сразу выложил причину визита, — и будете целы!

— Убирайтесь! У нас ничего нет! — дрожащим голосом ответила Минчжу.

— Тш, — дернула ее за руку Сюэ и тихо прошептала, — Не надо было отвечать. Теперь он точно знают, что мы здесь. Придется бежать, — она потянула сестру к задней двери.

— Но …

— Тшш-ш-ш.

За стеной дома послышался треск веток и шелест травы. Незваные гости обходили дом в поисках другого входа. Один из них нашел окно и пытался пролезть внутрь. Девочки выскочили из задней двери, но во дворе их уже ждали. Большая рука потянулась к Сюэ, пытаясь схватить ее за волосы, но та легко уклонилась.

— Держите их! Не дайте сбежать! — кричал подвыпивший мужчина, по виду один из тех бродяг, что попрошайничали на дороге к порту.