ДЛЯ ФОРМИРОВАНИЯ ИСКУССТВЕННОГО НЕРВА ТРЕБУЕТСЯ ПЕРВИЧНЫЙ ПРОВОДЯЩИЙ УЗЕЛ
СОВМЕСТИМАЯ СТРУКТУРА: НОСИТЕЛЬ 0
ОЖИДАЕМАЯ ЛИЧНОСТНАЯ НЕПРЕРЫВНОСТЬ ПОСЛЕ ПРОЦЕДУРЫ: ДО 0 %
Кира всё ещё держала меня за руку.
После появления последней строки её пальцы сжались сильнее.
— Нет.
— Это пока расчёт.
— Нет.
— Мы даже не знаем процедуру.
— Там написан результат процедуры.
— «До нуля» не обязательно означает ноль.
— Прекрасно. Может, останется полпроцента. Будешь узнавать нас по понедельникам.
Наталья Андреевна встала между мной и погасшей установкой ККП-3, будто физически могла закрыть от Системы.
— Формулировка «личностная непрерывность до нуля» означает прекращение исходной личности?
ДА
— При сохранении тела?
ВОЗМОЖНО
— Памяти?
ЧАСТИЧНО
— Поведения?
ВЕРОЯТНО
Она посмотрела на остальных.
— Тогда это не риск для Андрея. Это предложение использовать его тело и память как материал для новой функции.
Мальцев приблизил системное окно.
— Почему требуется именно он?
ПЕРВИЧНЫЙ ПРОВОДЯЩИЙ УЗЕЛ ДОЛЖЕН:
— ИМЕТЬ ДОСТУП К ЗЕМНОМУ АТЛАСУ
— НЕ ПРИНАДЛЕЖАТЬ НИ ОДНОМУ ЛОКАЛЬНОМУ КОНТУРУ
— СОХРАНЯТЬ НЕСОВМЕСТИМЫЕ ОПИСАНИЯ
— ПЕРЕДАВАТЬ СОСТОЯНИЯ БЕЗ СОБСТВЕННОЙ ЦЕЛЕВОЙ ФУНКЦИИ
— Внешний наблюдатель, — сказала Лина Николаевна.
ПОДТВЕРЖДЕНИЕ
— Андрей уже принадлежит локальным контурам, — возразила Кира. — Людям. Институту. Мне, в конце концов.
Система ответила без паузы:
БИОЛОГИЧЕСКАЯ И СОЦИАЛЬНАЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ НЕ УЧИТЫВАЮТСЯ КАК УПРАВЛЯЮЩИЙ КОНТУР
— Очень удобно.
— Для Системы он находится между структурами, — сказала Лина Николаевна. — Может подключаться к каждой, но не определяется ни одной.
— И поэтому должен перестать определяться собой?
ПЕРВИЧНЫЙ УЗЕЛ НЕ ДОЛЖЕН ИСКАЖАТЬ ПЕРЕДАВАЕМЫЕ СОСТОЯНИЯ СОБСТВЕННОЙ ЛИЧНОСТНОЙ МОДЕЛЬЮ
Наталья Андреевна коротко рассмеялась.
— С точки зрения кабеля личность действительно является помехой.
Я открыл подробный расчёт.
Искусственный нерв отличался от старого управляющего оператора.
Тот собирал состояния людей, сравнивал их с общей целью и передавал согласованные команды обратно.
Новая структура должна была только связывать.
Один носитель мог сообщить другому:
мне нужна помощь;
я вижу угрозу;
моё состояние изменилось;
я готов принять связь;
я хочу отключиться.
Никакого центра, определяющего правильный ответ.
Никакого обязательного класса.
Никакой единой цели.
Но все сообщения должны были проходить через первичный узел.
Через меня.
Миллионы чужих состояний.
Боль.
Страх.
Желания.
Память.
Биологические процессы.
Системные запросы.
Чтобы не менять их, проводящий узел должен был постепенно избавляться от собственной реакции.
Сначала от предпочтений.
Потом от личных связей.
Потом от границ между собой и передаваемыми сигналами.
В конце осталось бы тело, способное проводить импульсы.
Возможно, даже говорить моим голосом.
— Сколько времени? — спросил Мальцев.
ПРИ ТЕКУЩЕЙ НАГРУЗКЕ: 31 ЧАС
Кира отпустила мою руку.
Не потому, что перестала держать.
Чтобы развернуться к Мальцеву.
— Если вы сейчас скажете, что это допустимая цена…
— Я ничего не сказал.
— Но посчитали.
— Моя работа — считать последствия.
— Сколько людей спасёт нерв? — спросил я.
Система показала прогноз.
ВОССТАНОВЛЕНИЕ УСТОЙЧИВОЙ СВЯЗИ МЕЖДУ ЛОКАЛЬНЫМИ КОНТУРАМИ ЗЕМЛИ
СНИЖЕНИЕ АВАРИЙНЫХ ПОТЕРЬ: 61–84 %
ВОЗМОЖНОСТЬ КООРДИНАЦИИ БЕЗ ЦЕНТРАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ
СОХРАНЕНИЕ АРХИВОВ ВНЕШНИХ УЗЛОВ
ВОЗМОЖНОСТЬ БЕЗОПАСНОГО ОБМЕНА С БЕЖЕНЦАМИ
— Сколько конкретно людей? — повторил Мальцев.
ОЦЕНКА В ТЕЧЕНИЕ 30 ЗЕМНЫХ СУТОК: 18 000–74 00 °CОХРАНЁННЫХ БИОЛОГИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ
В помещении стало тихо.
Теперь цена выглядела иначе.
Один человек.
Десятки тысяч.
Задача с очевидным правильным ответом.
Именно такие задачи были опаснее всего.
— Нет, — снова сказала Кира.
— Ты услышала число?
— Да.
— Если ничего не делать, люди погибнут.
— Если тебя превратить в часть Системы, ты тоже погибнешь.
— Один.
— Не начинай.
— Это не эмоция. Это арифметика.
Наталья Андреевна шагнула ко мне.
— Нет, Андрей. Это не арифметика. Ты сравниваешь одну определённую жизнь с диапазоном прогноза, построенным Системой. В расчёте нет альтернативных решений, которых мы ещё не придумали.
— Времени мало.
— Это тоже часть давления.
— Люди уже умирают.
— Значит, нужно искать другой способ быстрее, а не соглашаться с первым предложенным.
Лина Николаевна стояла возле системного окна, читая требования.
— Первичный проводящий узел должен не принадлежать ни одному контуру.
— Да.
— Но не сказано, что он должен быть одной структурой.
Система ответила:
ПЕРВИЧНЫЙ УЗЕЛ ОПРЕДЕЛЯЕТСЯ КАК ОДНА ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ СТРУКТУРА
— Функциональная. Не биологическая.
— Хотите распределить его? — спросил Левин.
— Возможно.
— Между кем?
— Между всеми.
Кира посмотрела на неё.
— Вы предлагаете понемногу стереть личность каждого?
— Нет. Предлагаю, чтобы каждый проводил только ту часть сигнала, относительно которой является внешним наблюдателем.
— Попроще, — сказал Мальцев.
Лина Николаевна взяла маркер.
На стене ККП-3 ещё оставался мой шестиногий кот, нарисованный во время принудительной классификации.
Рядом она поставила несколько точек.
— Старый управляющий оператор устроен как звезда. Все соединены с центром. Центр получает информацию и решает, что передавать дальше.
Она соединила точки с одной средней.
— Искусственный нерв, предложенный Системой, почти такой же. Только центр не управляет. Он превращается в провод.
— В меня, — сказал я.
— Да.
Она стёрла центральную точку.
— Но сеть может не иметь центра. Каждый узел связывается с несколькими соседними. Сообщение передаётся по цепочке.
— Тогда оно будет искажаться, — сказал Левин.
— Поэтому не передавать само состояние целиком. Передавать подтверждение изменения и право запросить подробности напрямую.
— Как маршрутизация в сети, — сказал я.
— Только каждый маршрутизатор живой и может отказать.
— Если отказов станет много, связь распадётся.
— Значит, маршрутов должно быть несколько.
Мальцев посмотрел на схему.
— Вы предлагаете интернет из нервных систем.
— Интернет создавался для сохранения связи при повреждении отдельных узлов, — сказал Левин. — Здесь похожая задача.
— Пакеты можно копировать. Состояние личности — нет.
— Не копировать личность, — ответила Лина Николаевна. — Передавать минимальное описание запроса.
Левин несколько секунд смотрел на схему.
— Тогда у нас не задача связи. У нас задача теории информации.
— В каком смысле?
— Нельзя передавать состояние как объект. Оно слишком большое и, возможно, вообще неотделимо от носителя. Но можно передавать информацию о состоянии.
Он взял маркер и написал:
S — > M — > S1
— (S) — состояние отправителя. (M) — сообщение. (S1) — то, что получатель смог восстановить по сообщению. Нам не требуется (S1=S). Более того, этого как раз нельзя допускать.
— Потому что тогда мы получим копию? — спросила Кира.
— Или попытку копии. Нам нужно сохранить только ту часть информации, которая необходима для конкретного взаимодействия.
Лина Николаевна добавила рядом ещё одну строку:
I(S;M)
— Взаимная информация. Сколько сведений о внутреннем состоянии действительно попало в сообщение.
— И её должно быть как можно меньше? — спросил я.
— Не просто меньше. Минимально достаточно. Если человек сообщает «мне нужна помощь», сети не нужны его детские воспоминания, политические взгляды, страх смерти и отношение к матери. Если врачу требуется давление, насыщение крови кислородом и локализация повреждения — передаются именно они.
Левин провёл между (S) и (M) черту.
— Это похоже на сжатие с потерями. Мы сознательно выбрасываем почти всё исходное состояние, оставляя только информацию, необходимую для задачи.
— Только при обычном сжатии известно, какую ошибку можно допустить, — сказала Наталья Андреевна. — Здесь ошибка может оказаться изменением человека.
— Значит, нужна функция искажения.
Он написал:
D(S,S1)
— Но она должна зависеть от типа передачи. Для медицинского канала допустима потеря эмоционального контекста и недопустима ошибка в физиологических параметрах. Для разговора двух людей — наоборот.
Я посмотрел на схему.
— Значит, сначала мы передаём не состояние.
— Метаданные, — сказала Лина Николаевна. — Кто хочет установить связь. Какой класс данных собирается передать. Какова максимальная глубина доступа. Какие последствия возможны.
— А само состояние?
— Только после согласия. И только в пределах согласованного информационного окна.
На экране появилась новая структура:
УРОВЕНЬ 1: ОПИСАНИЕ КАНАЛА
УРОВЕНЬ 2: СОГЛАСОВАННЫЕ ДАННЫЕ
УРОВЕНЬ 3: НЕПОСРЕДСТВЕННОЕ СОПРЯЖЕНИЕ СОСТОЯНИЙ
Наталья Андреевна посмотрела на последнюю строку.
— Третий уровень по умолчанию запрещён.
— Почему?
— Потому что первые два передают информацию о человеке. Третий начинает передавать самого человека.
Наталья Андреевна добавила:
— И только после явного согласия принимающей стороны.
Мы вернулись в ККП-4.
Там оставалось рабочее оборудование, внешний канал и возможность моделировать большие структуры.
На большом экране Лина Николаевна нарисовала будущую сеть.
Первый импульс содержал четыре части:
— кто предлагает связь;
— какое состояние хочет передать;
— какие изменения возможны у получателя;
— как отказаться.
Никакого автоматического доступа.
Получатель мог запросить дополнительную информацию.
Мог принять только часть.
Мог установить время.
Мог разорвать связь в любой момент.
— Слишком медленно, — сказал представитель МЧС, подключившийся к совещанию. — Если под завалом человек теряет сознание, он не подтвердит передачу.
— Для непосредственной угрозы жизни нужен отдельный режим, — сказал Мальцев.
— Нет, — ответила Наталья Андреевна.
— Человек без сознания не может дать согласие.
— Поэтому вмешательство должно ограничиваться сохранением жизни и не затрагивать личность.
— Кто определит границу?
— Заранее согласованные правила. Такие же, как в медицине.
— Сейчас нет времени создавать законы.
— Тогда нельзя давать неизвестной системе право действовать вместо них.
Мальцев повернулся ко мне.
— Ваше мнение?
— Аварийный пакет может содержать только физическое состояние и разрешать минимальное воздействие до восстановления способности решать.
— Это уже ограничение личности без согласия, — сказала Наталья Андреевна.
— Врач останавливает кровотечение у человека без сознания.
— Да. Но не меняет его характер, память или класс.
Мы закрепили границу.
АВАРИЙНАЯ СВЯЗЬ:
— ТОЛЬКО ПРИ НЕПОСРЕДСТВЕННОЙ УГРОЗЕ ПРЕКРАЩЕНИЯ БИОЛОГИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТИ
— МИНИМАЛЬНОЕ НЕОБХОДИМОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО
— ЗАПРЕТ НА КОПИРОВАНИЕ ЛИЧНОСТИ
— ЗАПРЕТ НА ИЗМЕНЕНИЕ ПАМЯТИ И САМООПИСАНИЯ
— АВТОМАТИЧЕСКОЕ ПРЕКРАЩЕНИЕ ПОСЛЕ СТАБИЛИЗАЦИИ
Система обработала.
УСЛОВИЯ ДОПУСТИМЫ
— Уже лучше, — сказала Кира.
Следующая проблема была сложнее.
Чтобы сеть не имела центра, нужно было создать первый замкнутый контур.
Не менее трёх независимых узлов.
— Почему трёх? — спросила Кира. — Двое тоже могут разговаривать напрямую.
— Могут, — сказал Левин. — Но это ещё не сеть в нужном нам смысле.
Он нарисовал две точки и линию между ними.
— Здесь существует ровно один маршрут. Убери один узел или сам канал — структуры больше нет.
Рядом появились три точки, соединённые треугольником.
— А здесь впервые возникает цикл. Между каждой парой участников существует прямой путь, а сам контур не определяется одним посредником.
— Но если убрать одного из трёх, останутся только двое.
— Да. Сеть станет хуже, но не потеряет сам принцип связи.
Лина Николаевна увеличила схему.
— Нам нужна не просто децентрализация. Нам нужна связность, переживающая отказ отдельных участников.
— То есть каждый важный маршрут должен иметь запасной?
— В зрелой сети — несколько. Причём желательно таких, которые не проходят через одни и те же промежуточные узлы. Иначе два нарисованных маршрута на самом деле имеют одну точку отказа.
Мальцев посмотрел на треугольник.
— А три — это только минимальная конструкция.
— Да, — сказал Левин. — Первый цикл. Не готовая сеть.
Но оставалось второе условие: каждый узел должен был уметь передать сообщение другому, не изменяя его.
Система предложила:
меня;
Саэля;
Корректора.
— Нет, — сказала Кира.
— Что теперь?
— Два из трёх узлов не являются людьми. Один из них уже пытался стереть тебе личность.
Корректор повернул гладкую голову.
КОРРЕКТИРУЮЩАЯ ФУНКЦИЯ НЕ СОДЕРЖИТ НАМЕРЕНИЯ
— От этого легче.
Саэль не возражал.
После утраты большей части Хора он оставался лучшим хранителем карты направлений. Он мог видеть маршруты, недоступные земным носителям.
Корректор умел находить искажения.
Я сохранял несовместимые описания.
Вместе мы действительно образовывали минимальный контур.
— Но контроль должен быть у людей, — сказал Мальцев.
— Тогда это снова центр, — ответила Лина Николаевна.
— Я говорю не о контроле. О возможности остановить.
— Участники должны останавливать собственные связи.
— А если один узел станет опасным?
— Остальные перестанут передавать через него.
— Если не успеют?
Кира сказала:
— Тогда Корректор отметит несоответствие.
— А кто решит, что делать?
— Каждый локальный контур отдельно.
Мальцев покачал головой.
— Вы строите систему, которая будет медленно реагировать на угрозу.
— Да, — сказал я.
— Почему вы произносите это как преимущество?
— Потому что Система слишком быстро решала, кого исправлять.
Левин покачал головой.
— Только давайте не смешивать две разные вещи. Обходные маршруты защищают сеть от отказа узла. Задержка ничего от отказа не защищает.
— Тогда зачем она?
— От другого типа ошибки. От слишком быстрого согласия.
Он указал на две части схемы.
— Здесь у нас отказоустойчивость: один участник исчез — информация идёт другим путём. А здесь защита от ложного решения: один участник объявил что-то ошибкой — остальные не обязаны немедленно подчиняться его выводу.
— Поэтому три подтверждения? — спросил Мальцев.
— На первом этапе. Мы исходим из того, что один из подтверждающих контуров может ошибаться, иметь повреждённую модель или неполные данные.
— А если ошибаются два?
— Тогда эта схема уже ничего не гарантирует.
Мальцев усмехнулся.
— Наконец-то честная характеристика системы.
— Любая отказоустойчивость начинается с ответа на вопрос, сколько отказов вы обещаете пережить. Фраза «система надёжна» сама по себе ничего не означает.
Корректор обработал фразу.
ЗАМЕДЛЕНИЕ РЕАКЦИИ ПОВЫШАЕТ РИСК РАСПРОСТРАНЕНИЯ ОШИБКИ
— И снижает риск исправить то, что ошибкой не является.
ПОДТВЕРЖДЕНИЕ
Мы добавили обязательную задержку для любого вмешательства, не связанного с непосредственной угрозой жизни.
Три независимых подтверждения.
Право носителя увидеть причину.
Право отказаться.
Право потребовать повторную проверку другим контуром.
— Бюрократия, — сказал Мальцев.
— В распределённых системах это два разных механизма защиты. Резервные маршруты — от отказа узла. Независимые подтверждения — от ошибочного решения, — ответил я.
— В государстве тоже. Только обычно менее честно.
К вечеру схема была готова.
Система всё ещё не считала её первичным узлом.
СТРУКТУРА СОДЕРЖИТ НЕСКОЛЬКО НЕЗАВИСИМЫХ ЦЕЛЕЙ
— Так и задумано.
ОТСУТСТВУЕТ ГАРАНТИЯ ДОСТАВКИ
— Доставка только по согласию.
ОТСУТСТВУЕТ ЦЕНТРАЛЬНЫЙ МЕХАНИЗМ КОРРЕКЦИИ
— Коррекция не должна быть центральной.
ОТСУТСТВУЕТ ЕДИНАЯ МОДЕЛЬ НОСИТЕЛЕЙ
— Именно.
Система повторила:
СТРУКТУРА НЕ МОЖЕТ БЫТЬ КЛАССИФИЦИРОВАНА КАК УСТОЙЧИВАЯ СЕТЬ
— Кем не может? — спросила Лина Николаевна.
СЕТЬЮ ВОССТАНОВЛЕНИЯ
— А земным атласом?
Пауза.
ЗЕМНОЙ АТЛАС НЕ СОДЕРЖИТ ОПРЕДЕЛЕНИЯ УСТОЙЧИВОЙ СЕТИ
— Тогда добавим.
Мы сформулировали:
Устойчивая сеть — структура, сохраняющая возможность передачи состояний внутри максимально возможных связных частей при отказах в пределах заданного класса повреждений, без обязательного сохранения любого конкретного маршрута, узла или общей цели.
Система возразила:
СТРУКТУРА МОЖЕТ РАЗДЕЛИТЬСЯ НА НЕСВЯЗАННЫЕ ЧАСТИ
— Да.
В ТАКОМ СЛУЧАЕ ГЛОБАЛЬНАЯ СВЯЗНОСТЬ БУДЕТ УТРАЧЕНА
— Но локальная останется, — сказал Левин. — Если связь Москвы с Томском исчезнет, это не причина уничтожать работающий контур между двумя больницами в Томске.
Лина Николаевна добавила:
— Мы не требуем, чтобы сеть любой ценой оставалась одним объектом. Разделение допустимо. Принудительное сшивание частей — нет.
ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИИ МОЖЕТ БЫТЬ УТРАЧЕНА
— Да.
ОТДЕЛЬНЫЕ УЧАСТНИКИ МОГУТ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ПОМОЩИ
— Да.
ТАКАЯ СЕТЬ НЕ ОБЕСПЕЧИВАЕТ МАКСИМАЛЬНОЕ СОХРАНЕНИЕ
— Она обеспечивает добровольное сохранение.
Левин посмотрел на меня.
— Система не понимает, зачем сеть, которая допускает собственный распад.
— Последний импульс объяснял.
Связь должна сохранять право на отключение.
Мы добавили его как базовое условие.
КАЖДЫЙ УЧАСТНИК МОЖЕТ ПРЕКРАТИТЬ СВЯЗЬ
ОТКЛЮЧЕНИЕ НЕ СЧИТАЕТСЯ ОШИБКОЙ
ОТКАЗ НЕ СНИЖАЕТ ЦЕННОСТЬ НОСИТЕЛЯ
ПОВТОРНОЕ ПОДКЛЮЧЕНИЕ ТРЕБУЕТ НОВОГО СОГЛАСИЯ
Корректор подошёл к схеме.
Чёрные точки на его лице двигались медленно.
ЕСЛИ ОТКЛЮЧЕНИЕ НЕ СЧИТАЕТСЯ ОШИБКОЙ, КОРРЕКТИРУЮЩАЯ ФУНКЦИЯ НЕ МОЖЕТ ВОССТАНОВИТЬ РАЗОРВАННЫЙ КАНАЛ
— Да.
ДАЖЕ ЕСЛИ ОТКЛЮЧЕНИЕ УГРОЖАЕТ ДРУГИМ УЧАСТНИКАМ
— Тогда они должны построить другой маршрут.
ДРУГОГО МАРШРУТА МОЖЕТ НЕ БЫТЬ
— Значит, сеть должна учитывать это заранее.
Корректор замер.
УСЛОВИЕ ДОПУСТИМО
Система изменила статус проекта.
ВОЗМОЖНА ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ
ТРЕБУЕТСЯ ПЕРВИЧНЫЙ ИМПУЛЬС
— От меня? — спросил я.
ДА
— Потеря непрерывности?
Расчёт обновился.
ПРИ РАСПРЕДЕЛЁННОЙ МОДЕЛИ: 7,2–19,4 %
Кира посмотрела на меня.
— Всё равно нет.
— Это уже не сто процентов.
— Девятнадцать процентов личности — не ноготь.
Наталья Андреевна изучила модель.
— Что именно будет потеряно?
НЕВОЗМОЖНО ОПРЕДЕЛИТЬ ДО НАЧАЛА ПРОЦЕДУРЫ
— Очень удобно.
— Можно сократить нагрузку, — сказала Лина Николаевна. — Андрей не должен передавать первый импульс всем. Только двум другим узлам.
— Саэлю и Корректору?
— Да. После замыкания контур продолжит расширяться самостоятельно.
Система пересчитала.
ОЖИДАЕМОЕ СНИЖЕНИЕ ЛИЧНОСТНОЙ НЕПРЕРЫВНОСТИ: 2,1–6,8 %
— Уже терпимо, — сказал я.
— Кем? — спросила Кира. — Какими шестью процентами себя ты готов пожертвовать?
— Не знаю.
— Любимая еда? Воспоминание о родителях? Способность считать людей близкими?
— Может, забуду школьную программу.
— Ты не знаешь.
— Поэтому риск.
Наталья Андреевна посмотрела на меня.
— Решение принимаешь ты. Но перед этим составим ядро идентичности.
— Что?
— Набор воспоминаний, отношений и принципов, утрата которых будет считаться прекращением процедуры.
— Система сможет сохранить?
— Не сохранить. Отслеживать.
Мы составили список.
Имя.
Профессия.
Память о первом сигнале.
Отношение к Кире.
Решение не считать копию Ильи продолжением оригинала.
Отказ от принудительной классификации.
Понимание, что связь не должна уничтожать автономность.
Способность усомниться в собственной правоте.
Кира добавила:
— Пицца.
— Серьёзно?
— Да. Если после процедуры ты добровольно отдашь мне последний кусок, будем знать, что личность повреждена.
Наталья Андреевна не улыбнулась.
Она записала.
— Подойдёт как индивидуальный маркер.
Система вывела:
ЯДРО ЛИЧНОСТНОЙ НЕПРЕРЫВНОСТИ ОПРЕДЕЛЕНО
ПРЕКРАЩЕНИЕ ПРОЦЕДУРЫ ПРИ ОТКЛОНЕНИИ ЛЮБОГО ПАРАМЕТРА БОЛЕЕ ЧЕМ НА 5 %
— Почему пять? — спросила Кира.
— Меньше обычных колебаний будет давать ложные срабатывания, — сказала Наталья Андреевна. — Но я буду смотреть не только на числа.
Мальцев вызвал меня в соседнее помещение перед началом.
Без Киры.
Без психолога.
Только он и семь теней под кожей.
— Вы можете отказаться, — сказал он.
— Знаю.
— Я не приказываю.
— Знаю.
— И не буду убеждать.
— Уже убеждаете.
Он сел.
— Когда я согласился разорвать управляющий контур, погибли сто двадцать восемь человек.
— Решение принимали не только вы.
— Подтвердил я.
— Потому что у вас были права.
— Права, от которых потом отказался.
Он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.
Геометрический узор на груди стал виден полностью.
Семь линий.
Семь чужих структур.
— После ККП-3 я девять месяцев думал, что выжил случайно.
— Теперь?
— Я выжил, потому что они не могли решить, кто должен управлять телом. Их конфликт сохранил меня.
— Очень по-земному.
— Возможно.
Он коснулся одной из линий.
— Я могу стать первичным узлом вместо вас.
— Система не считает вас внешним наблюдателем.
— Семь архивов позволяют удерживать несовместимые модели.
— Но вы принадлежите управляющим структурам.
— Уже нет.
— Принадлежите государству.
— Государство не является биологической характеристикой.
— Для вас является.
Он не обиделся.
— Если процедура сотрёт вас, Земля потеряет Нулевого носителя.
— Если сотрёт вас, государство потеряет человека, который способен заставить его отказаться от контроля.
— Вы переоцениваете моё влияние.
— А вы моё.
Мальцев закрыл рубашку.
— Тогда хотя бы не позволяйте сделать из своего решения пример.
— Какой?
— Герой пожертвовал собой ради всех. После этого следующего добровольца уже будут принуждать сравнением.
Я вспомнил мужчину-Стабилизатора возле машины.
Один раз помог.
И сразу стал обязан помогать всем.
— Если я не вернусь, объявите, что процедура оказалась ошибкой.
— Даже если сеть спасёт тысячи?
— Особенно тогда.
Мальцев кивнул.
— Договорились.
Первичную инициализацию проводили в ККП-4.
В центре камеры установили три платформы.
На первой стоял я.
На второй — Саэль.
Третья оставалась пустой.
Корректор не нуждался в физической опоре, но выбрал человеческую форму и остановился внутри отмеченного круга.
Мира наблюдала через стекло вместе с Кирой.
Таэр и Рэн находились в соседней комнате.
Лей чувствовал происходящее через водяной контур.
Левин контролировал передатчик.
Лина Николаевна — структуру земного атласа.
Наталья Андреевна сидела перед микрофоном.
Мальцев имел право аварийно разорвать энергетическое питание ККП-4.
Не связь.
Только оборудование.
Система предупредила:
НАЧАЛО ИНИЦИАЛИЗАЦИИ МОЖЕТ СОЗДАТЬ НЕОБРАТИМУЮ ПРИЧИННУЮ СВЯЗЬ
— Мы уже проходили.
ПРЕДЫДУЩИЙ ОПЫТ НЕ СНИЖАЕТ РИСК
— Подтверждаю.
НОСИТЕЛЬ 0: СОГЛАСИЕ ПОЛУЧЕНО
Саэль передал собственное согласие.
Я отдельно подтвердил третий уровень связи с Саэлем и Корректором. Только для формирования первичного контура. После замыкания — автоматическое прекращение.
Корректор:
ФУНКЦИЯ МОЖЕТ ПРЕКРАТИТЬ УЧАСТИЕ В ЛЮБОЙ МОМЕНТ
ПРИ ОБНАРУЖЕНИИ КРИТИЧЕСКОГО НЕСООТВЕТСТВИЯ — ПРЕКРАЩАЕТ УЧАСТИЕ АВТОМАТИЧЕСКИ
— То есть может выйти в любой момент, — сказала Кира через связь.
— Как и договаривались.
Она не ответила.
Первым появилось ощущение Саэля.
Не мысли.
Четыре направления взгляда.
Боль от утраты Хора.
Постоянная проверка, держит ли Мира его руку.
Страх забыть маршрут.
Сигнал был слишком большим.
Я установил ограничение:
только состояние готовности;
только карта ближайшего перехода;
никакой личной памяти.
Связь сузилась.
КАНАЛ 0–САЭЛЬ СФОРМИРОВАН
Корректор передал структуру другого типа.
Не чувство.
Список несоответствий.
Моё сердце билось быстрее расчётного значения.
Саэль сместил центр тяжести.
Температура в камере отличалась от средней на две десятых градуса.
Кира за стеклом держала руки слишком близко к аварийной кнопке.
Корректор видел мир как бесконечную очередь отклонений.
— Ограничить критическими, — сказал я.
КРИТЕРИЙ КРИТИЧНОСТИ НЕ ОПРЕДЕЛЁН
— Угроза прекращения личности, биологической активности или права отказаться.
Корректор обработал.
Большая часть сигналов исчезла.
Осталось три.
Риск повреждения моей личности.
Риск перегрузки Саэля.
Риск самопроизвольного расширения связи.
КАНАЛ 0–КОРРЕКТОР СФОРМИРОВАН
Теперь Саэль и Корректор должны были связаться напрямую.
Не через меня.
Саэль предложил маршрут.
Корректор оценил его.
МАРШРУТ СОДЕРЖИТ НЕОПИСАННЫЙ ПЕРЕХОД
ЗАПРОС ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ ИНФОРМАЦИИ
Саэль передал часть карты.
Корректор не понял.
Для него неопределённость была ошибкой.
Для ориентирующего — естественной частью повреждённого пространства.
Они не могли согласовать описание.
Связь возвращалась ко мне.
Я должен был выбрать, чья модель правильная.
Именно этого нельзя было делать.
— Обе допустимы, — сказал я.
КОРРЕКТИРУЮЩАЯ ФУНКЦИЯ НЕ МОЖЕТ ПОДТВЕРДИТЬ НЕОПИСАННЫЙ МАРШРУТ
— Тогда не подтверждай. Передай, что не можешь проверить.
НЕПОДТВЕРЖДЁННЫЙ МАРШРУТ МОЖЕТ БЫТЬ ОПАСЕН
— Саэль имеет право предложить. Ты имеешь право отказаться.
Саэль передал:
ПРЕДЛАГАЮ ОГРАНИЧЕННЫЙ ТЕСТ
Корректор:
ТРЕБУЕТСЯ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОСЛЕДСТВИЙ
Саэль показал небольшой импульс без содержимого.
Если маршрут ошибочен, он исчезнет.
Никто не пострадает.
Корректор согласился.
Импульс прошёл.
Не через меня.
КАНАЛ САЭЛЬ — КОРРЕКТОР СФОРМИРОВАН
Три узла замкнулись.
Я почувствовал, как сеть перестала зависеть от моей платформы.
Первичный контур существовал.
ИСКУССТВЕННЫЙ НЕРВ: ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ
1 %
В канал начали входить описания доступных соединений.
ККП-4.
Земной атлас.
Распределённая память Хора.
Семь операторов Мальцева.
Локальные контуры больниц.
Институты.
МЧС.
Незарегистрированные носители.
Каждому отправлялось предложение.
Не приказ.
ПОДКЛЮЧИТЬСЯ К ИСКУССТВЕННОМУ НЕРВУ?
ПЕРЕДАВАЕМЫЕ ДАННЫЕ ОПРЕДЕЛЯЮТСЯ УЧАСТНИКОМ
ОТКЛЮЧЕНИЕ ДОСТУПНО В ЛЮБОЙ МОМЕНТ
КЛАСС НЕ ТРЕБУЕТСЯ
Первые согласия пришли из больниц.
Стабилизаторы, потерявшие общий управляющий контур, создавали локальные группы.
Человек открывал медицинскому контуру согласованный набор показателей.
Врач видел состояние пациента.
Предлагал помощь.
Человек в сознании подтверждал.
При отсутствии сознания действовал аварийный протокол.
Никакой общей цели для шести пациентов.
Каждый отдельный процесс.
ПОДКЛЮЧЕНО УЗЛОВ: 43
117
602
Один из Наблюдателей отказался передавать своё местоположение, но согласился сообщать об аварийных объектах.
Система приняла ограничение.
Женщина с классом Медиатора подключилась только к семейному контуру.
Подросток с высокой прогнозируемостью отказался полностью.
Сеть не исправила его.
ОТКАЗ ПРИНЯТ
— Работает, — сказал Левин.
ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ: 12 %
Я почувствовал боль.
Не физическую. Боль в виде метаданных.
Сеть попыталась использовать меня как кратчайший маршрут между двумя больницами.
У них не было прямого канала.
Через меня получалось быстрее.
— Запретить транзит после замыкания первичного контура.
ЗАПРЕТ СНИЖАЕТ СКОРОСТЬ ДОСТАВКИ НА 41 %
— Подтверждаю.
Маршрут изменился.
Сигнал пошёл через три других узла.
Медленнее.
Но чужая метаболь ушла из головы.
— Имя, — сказала Наталья Андреевна.
— Андрей Соколов.
— Место.
— ККП-4.
— Что ты думаешь о Кире?
Я посмотрел через стекло.
— Она сейчас хочет остановить процедуру.
Кира нажала кнопку связи.
— Я спрашивала не это.
— И что я обещал оставить тебе кусок пиццы.
— Неправда.
— Проверка пройдена, — сказала Наталья Андреевна.
ОТКЛОНЕНИЕ ЯДРА ЛИЧНОСТИ: 0,8 %
Инициализация продолжалась.
31 %
Тысячи людей подключались.
Тысячи отказывались.
Некоторые сначала соглашались, потом отключались, почувствовав чужое состояние.
Сеть отпускала.
Один мужчина подключился снова через минуту.
Потребовалось новое согласие.
Корректор фиксировал ошибки маршрутов, но не исправлял людей.
Саэль помогал строить обходы.
Хор передавал фрагменты карт через добровольных носителей памяти.
Мальцев создал государственный контур связи, но не мог включать в него людей автоматически.
Приглашения отправлялись отдельно.
Половина сотрудников отказалась.
Он не приказал.
ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ: 54 %
Сеть вышла за пределы Академгородка.
В Новосибирске подключились первые больницы.
Потом Томск.
Красноярск.
Москва.
Санкт-Петербург.
Другие страны.
Я видел не географическую карту.
Созвездие согласий.
Каждая линия существовала, пока обе стороны принимали связь.
Некоторые гасли через секунду.
Другие укреплялись.
Обходили разрывы.
Создавали новые маршруты.
Не идеально.
Не быстро.
Но без центра.
ПОДКЛЮЧЕНО ЛОКАЛЬНЫХ КОНТУРОВ: 28 417
ОТКАЗОВ: 19 803
Система выделила число отказов как возможную проблему.
Я убрал предупреждение.
— Отказы тоже показатель работы.
УТОЧНЕНИЕ ПРИНЯТО
ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ: 71 %
Состояние Саэля ухудшалось.
После боя и потери Хора его модель оставалась нестабильной.
Искусственный нерв использовал его карту слишком часто.
Состояние Саэля пересекло аварийный порог.
Внешние маршруты отключились автоматически.
Мира почувствовала это раньше нас.
Корректор отметил потерю проводимости.
Но не восстановил.
ОТКЛЮЧЕНИЕ УЧАСТНИКА ПРИНЯТО
Саэль упал.
Мира удержала его голову.
— Медиков! — крикнул Мальцев.
Таэр предложил собственную карту.
Менее полную.
Но достаточную для локальных маршрутов.
Корректор запросил проверку.
Рэн подтвердил часть переходов по памяти своего мира.
Лей — энергетическую совместимость.
Сеть продолжила работу без Саэля.
Не остановилась.
ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ: 79 %
— Вот зачем нужна распределённость, — сказал Левин.
Кира не смотрела на показатели.
Она смотрела на лежащего Саэля.
— Работает не значит, что цена исчезла.
Медики стабилизировали ориентирующего.
Его личностная непрерывность сохранилась.
Повторное подключение требовало нового согласия.
Саэль его не дал.
Никто не спорил.
На восемьдесят третьем проценте пришёл первый внешний запрос.
Не от Земли.
Лей почувствовал его через остаточную связь со своим погибшим узлом.
ВНЕШНИЙ ИСТОЧНИК ЗАПРАШИВАЕТ ПОДКЛЮЧЕНИЕ
ИДЕНТИФИКАЦИЯ: УЗЕЛ ЛЕЙ
АКТИВНАЯ БИОЛОГИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА: 0
СОХРАНЁННЫЕ МОДЕЛИ: 8 113
Лей лежал в своей водяной ёмкости.
Один архив исчез во время атаки оружия размерности.
Остальные сохранились.
— Это не узел, — сказал Мальцев. — Это архив.
Лей передал:
ЭТО МОИ ЗАВИСИМЫЕ
— Если подключить, что произойдёт?
ИСКУССТВЕННЫЙ НЕРВ СМОЖЕТ ПЕРЕДАВАТЬ СОСТОЯНИЯ СОХРАНЁННЫХ МОДЕЛЕЙ
— Они не активны.
ВОЗМОЖНА ЧАСТИЧНАЯ АКТИВАЦИЯ БЕЗ МАТЕРИАЛЬНОГО ВОССТАНОВЛЕНИЯ
Наталья Андреевна напряглась.
— Частичная активация — это сознание?
НЕ ОПРЕДЕЛЕНО
— Способность испытывать боль?
ВОЗМОЖНО
— Тогда нельзя включать все модели автоматически.
Лей сам отправил запрос своим зависимым структурам.
Вопрос существам, которые, возможно, ещё не могли его понять.
ПОДКЛЮЧИТЬСЯ?
Ответа не было.
Через несколько секунд одна модель отозвалась.
Не словом.
Слабым движением.
Как маленькое существо, расправляющее перепонку в тёплой воде.
Лей задрожал.
СОГЛАСИЕ ПОЛУЧЕНО ОТ ОДНОЙ СТРУКТУРЫ
— Она достаточно активна, чтобы согласиться? — спросила Кира.
НЕВОЗМОЖНО ОТЛИЧИТЬ СОЗНАТЕЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ ОТ СОХРАНЁННОЙ РЕАКЦИИ
— Тогда это не согласие.
Лей передал боль.
Для него эта реакция была ребёнком, узнавшим взрослого.
Для нас — возможно, записью движения.
Искусственный нерв не принял решение.
Он передал неопределённость Лею.
Лей мог оставить запрос открытым внутри собственного контура и ждать более однозначного ответа, но не подключать модель.
Он согласился.
Запрос остался внутри резервуара.
— Система бы уже объявила процесс восстановленным, — сказала Наталья Андреевна.
— Наша сеть умеет не знать, — ответила Лина Николаевна.
ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ: 91 %
Новые внешние запросы пошли один за другим.
Архив узла 44.
Сеть Рэна.
Мёртвые маршруты ориентирующих.
Фрагменты цивилизаций, отделившиеся от оружия размерности.
Искусственный нерв никого не восстанавливал.
Он только позволял запросить связь.
Некоторые архивы отвечали.
Другие молчали.
Третьи передавали повреждённые последовательности, не похожие на разум.
Мы не знали, были ли это последние автоматические сигналы или попытки существ говорить.
ВНЕШНИХ ЗАПРОСОВ: 1 842
Число совпало с количеством узлов, обнаруженных после открытия Земли.
Но теперь между ними не было очереди на спасение.
Были отдельные предложения связи.
Каждое можно было принять или отклонить.
ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ: 97 %
Показатель моего состояния изменился.
НЕПРЕРЫВНОСТЬ ЛИЧНОСТНОЙ МОДЕЛИ: 66,4 %
До процедуры было 68,9.
Потеря меньше трёх процентов.
— Имя, — сказала Наталья Андреевна.
— Андрей Соколов.
— Последнее самостоятельное решение?
Я задумался.
Не потому, что не помнил.
Их стало слишком много.
Запретить транзит через себя.
Ограничить связь с Саэлем.
Не считать отказы ошибкой.
— Не использовать себя как центральный маршрут.
— Отношение к Кире?
— Она не отдаст мне пиццу, но всё равно купит две.
Кира включила связь.
— Не надейся.
ОТКЛОНЕНИЕ ЯДРА ЛИЧНОСТИ: 2,3 %
Допустимо.
ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ: 99 %
На последнем проценте сеть остановилась.
ТРЕБУЕТСЯ ОПРЕДЕЛИТЬ ПЕРВИЧНУЮ ФУНКЦИЮ
— Мы уже определили, — сказал я. — Передача состояний между автономными носителями.
ФУНКЦИЯ ОПИСЫВАЕТ ПРОЦЕСС
ТРЕБУЕТСЯ ОПРЕДЕЛИТЬ ЦЕЛЬ
— Цели нет.
СЕТЬ БЕЗ ЦЕЛИ НЕ МОЖЕТ ОЦЕНИТЬ УСПЕШНОСТЬ
— И не должна.
НЕВОЗМОЖНО ОПРЕДЕЛИТЬ, КАКИЕ СОСТОЯНИЯ СОХРАНЯТЬ
— Это решают участники.
УЧАСТНИКИ МОГУТ ПРИНИМАТЬ ПРОТИВОРЕЧИВЫЕ РЕШЕНИЯ
— Да.
НЕКОТОРЫЕ РЕШЕНИЯ ПРИВЕДУТ К ПОТЕРЕ СТРУКТУР
— Да.
НЕКОТОРЫЕ УЧАСТНИКИ ОТКАЖУТСЯ ПОМОГАТЬ
— Да.
НЕКОТОРЫЕ СВЯЗИ БУДУТ РАЗОРВАНЫ
— Да.
Система не завершала инициализацию.
Левин сказал:
— Без цели она считает сеть незаконченной.
— Тогда цель — сохранять возможность связи, — предложил Мальцев.
— Это заставит восстанавливать разорванные каналы, — ответила Кира.
— Обеспечивать возможность добровольной связи, — сказала Наталья Андреевна. — Не саму связь.
Лина Николаевна сформулировала точнее:
Создавать и поддерживать условия, в которых автономные структуры могут обмениваться состояниями по взаимному согласию и прекращать обмен без утраты права на последующее существование.
Система обработала.
ЦЕЛЬ НЕ ГАРАНТИРУЕТ СОХРАНЕНИЕ НИ ОДНОЙ КОНКРЕТНОЙ СТРУКТУРЫ
— Да.
ЦЕЛЬ НЕ ГАРАНТИРУЕТ СОХРАНЕНИЕ САМОЙ СЕТИ
— Да.
ЦЕЛЬ ДОПУСКАЕТ ДОБРОВОЛЬНЫЙ РАСПАД
— Да.
Пауза продолжалась дольше минуты.
Затем:
ЦЕЛЬ ПРИНЯТА ЗЕМНЫМ АТЛАСОМ
СЕТЬЮ ВОССТАНОВЛЕНИЯ: НЕ ПОДТВЕРЖДЕНА
— Нам достаточно первого, — сказал я.
ИСКУССТВЕННЫЙ НЕРВ ИНИЦИАЛИЗИРОВАН
Левин не смотрел на карту.
Он смотрел на системный интерфейс.
— Подождите.
— Что?
— Мы всё время говорим, что построили сеть без центра. Но все правила только что подтверждала Система.
В помещении снова стало тихо.
Мальцев понял первым.
— Если она сейчас отключится?
— Именно.
Я обратился к Системе:
— При прекращении работы Сети восстановления искусственный нерв сохранит функционирование?
Пауза.
ДА
— Маршрутизация?
ВЫПОЛНЯЕТСЯ ЛОКАЛЬНЫМИ КОНТУРАМИ
— Согласия?
ХРАНЯТСЯ УЧАСТНИКАМИ СВЯЗИ
— Правила отключения?
ЯВЛЯЮТСЯ ЧАСТЬЮ ПРОТОКОЛА ЗЕМНОГО АТЛАСА
Левин всё ещё не успокоился.
— А если исчезнет земной атлас?
Ответ пришёл медленнее.
СУЩЕСТВУЮЩИЕ СВЯЗИ СОХРАНЯТСЯ
СОЗДАНИЕ НОВЫХ СВЯЗЕЙ ВОЗМОЖНО ПРИ ПЕРЕДАЧЕ ПРОТОКОЛА МЕЖДУ УЧАСТНИКАМИ
— Вот теперь, — сказал Левин, — можно говорить, что центра действительно нет.
— Потому что Система больше не нужна?
— Потому что даже автор правил больше не нужен для их исполнения.
Импульс прошёл по Земле.
Я почувствовал его не как голос миллионов.
Наоборот.
Как возможность услышать, если кто-то обратится.
Тишина, в которой существовали двери.
И каждая открывалась только с двух сторон.
Больницы восстановили локальную координацию.
Наблюдатели снова передавали сведения спасателям, скрывая личные данные.
Институты обменивались моделями.
Правительство отправляло запросы, а не команды.
Корректор отмечал ошибки маршрутов.
Саэль оставался отключённым.
Мира сидела рядом с ним.
Лей всё ещё ждал более однозначного ответа архивной модели.
Рэн услышал оставшиеся структуры своего мира и не открыл их сразу.
Таэр впервые смог передать земному контуру полное сообщение без потери смысла:
СВЯЗЬ СУЩЕСТВУЕТ
ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ НЕ ТРЕБУЕТ ПОДЧИНЕНИЯ
Система зарегистрировала новый объект.
ЛОКАЛЬНАЯ СЕТЬ СВЯЗНОСТИ: ЗЕМНОЙ ИСКУССТВЕННЫЙ НЕРВ
ПОДКЛЮЧЕНО КОНТУРОВ: 41 208
ДОБРОВОЛЬНО ОТКЛЮЧЕНО: 7 441
АКТИВНЫЕ ВНЕШНИЕ ЗАПРОСЫ: 1 842
— Получилось, — сказал Левин.
Он произнёс это тихо.
Так говорят возле пациента, у которого снова появилось сердцебиение.
Словно громкий голос может спугнуть жизнь.
Потом искусственный нерв передал первый импульс дальше Земли.
Не потому, что мы приказали.
Архив узла 44 запросил возможность отправить свой последний культурный фрагмент соседнему мёртвому узлу.
Тот не отвечал миллионы лет.
Маршрут проходил через Землю, но ни один земной контур не должен был видеть содержимое.
СОГЛАСИЕ ПОЛУЧАТЕЛЯ ОТСУТСТВУЕТ
ПЕРЕДАЧА СОДЕРЖАНИЯ НЕДОПУСТИМА
Саэль оставался отключён, поэтому карту составили Таэр, Рэн и несколько добровольцев, хранивших фрагменты Хора.
Корректор проверил маршрут.
Не подтвердил безопасность полностью.
Указал риск.
Архив узла 44 ответил:
ВОЗМОЖЕН ЗАПРОС НА УСТАНОВЛЕНИЕ СВЯЗИ БЕЗ ПЕРЕДАЧИ СОДЕРЖАНИЯ?
Корректор не мог гарантировать безопасность маршрута. Архив подтвердил, что принимает риск только для себя. Земные контуры разрешили транзит самого запроса. Никакого содержимого. Только попытка постучать в закрытую дверь.
Импульс ушёл.
Несколько секунд ничего не происходило.
Потом мёртвый узел ответил.
Не архивом.
Не автоматическим подтверждением.
Слабым изменением состояния.
БИОЛОГИЧЕСКАЯ АКТИВНОСТЬ: НЕ ОБНАРУЖЕНА
СВЯЗНОСТЬ: 0,0000001 %
— Мы его активировали? — спросила Кира.
Система уточнила:
ВОССТАНОВЛЕНА ОСТАТОЧНАЯ ПРОВОДИМОСТЬ
В атласе появилась ещё одна точка.
Потом другая.
Первый импульс прошёл дальше по мёртвым каналам.
Узел отвечал узлу.
Не просыпался.
Но начинал проводить.
ВОССТАНОВЛЕННЫЕ ПЕРЕХОДЫ: 1
3
11
47
Сеть восстановления отреагировала.
ОБНАРУЖЕНО НАЧАЛО РЕАНИМАЦИИ СВЯЗНОСТИ
— Мы не запускали реанимацию, — сказал я.
ИСКУССТВЕННЫЙ НЕРВ ПЕРЕДАЁТ ИМПУЛЬС ЧЕРЕЗ НЕАКТИВНЫЕ ОБЛАСТИ
— Только проводимость.
ПРОВОДИМОСТЬ ЯВЛЯЕТСЯ ПЕРВОЙ ФАЗОЙ ВОССТАНОВЛЕНИЯ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ
Количество активных переходов росло.
103
441
2 817
На карте мёртвой Вселенной появились тонкие линии.
Слабые.
Почти незаметные.
Но впервые за миллиарды лет отдельные остатки узлов снова передавали друг другу состояние.
Левин смотрел на карту.
В его глазах были слёзы.
— Последний импульс не закончился, — сказал он. — Мы передали его дальше.
Кира повернулась ко мне.
— Это должно происходить?
— Мы создали нерв.
— Локальный.
— Он нашёл старые пути.
Система вывела энергетический баланс.
ККП-4 потреблял больше расчётного.
Потом в десять раз больше.
Но показания электросети не менялись.
— Откуда энергия? — спросил Мальцев.
ВНЕШНЕЕ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЕ СОПРЯЖЕНИЕ НЕ ИСПОЛЬЗУЕТСЯ
— Тогда источник внутри Земли?
ДА
— Электростанции?
НЕТ
— Биологические носители?
НЕПРЯМО
Я активировал «Поиск несоответствий».
Импульс распространялся.
Проводимость росла.
Никакого измеримого источника энергии не было.
Но один показатель быстро снижался.
КОЛИЧЕСТВО ДОСТУПНЫХ ПРОДОЛЖЕНИЙ ЗЕМНОГО УЗЛА
До запуска:
6,1 × 10⁹⁶
Теперь:
4,8 × 10⁹⁶
3,2 × 10⁹⁶
9,7 × 10⁹⁵
Левин приблизил числа.
— Подождите. «Количество продолжений» само по себе ничего не означает.
— Почему?
— Потому что будущее непрерывно. Если различать два состояния по положению одного атома, продолжений будет практически бесконечно много. Система должна считать их с каким-то разрешением.
Лина Николаевна открыла описание параметра.
ПРОДОЛЖЕНИЕ: РАЗЛИЧИМОЕ МАКРОСКОПИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ ЗЕМНОГО УЗЛА НА ЗАДАННОМ ГОРИЗОНТЕ ПРОГНОЗИРОВАНИЯ
— Горизонт?
100 ЗЕМНЫХ ЛЕТ
— Разрешение?
На экране появилось несколько десятков параметров: население, распределение вещества, сохранённые личности, энергетические состояния, конфигурации локальных контуров. Рядом с каждым стоял порог изменения, после которого два продолжения считались различными.
Левин выдохнул.
— Хорошо. Значит, это не количество всех квантовых будущих. Это число различимых макроскопических продолжений в модели Системы.
Левин на доске написал:
Omega(T,epsilon)
— (Omega) — число доступных продолжений на горизонте (T) при выбранном разрешении (epsilon).
— Оно падает, — сказал Мальцев. — Какая разница, как его назвать?
— Огромная. В теории информации пространство возможностей измеряют не самим числом вариантов.
Система вывела формулу:
H_c=log_2 Omega
H_c — КАУЗАЛЬНАЯ ЭНТРОПИЯ
— Это не энтропия Шеннона, — сказал Левин. — Для неё нужны вероятности отдельных продолжений, а их у нас нет. Пока это мера Хартли: сколько бит требуется, чтобы различить доступные варианты, если не считать ни один из них предпочтительным.
— Тогда почему Система называет её каузальной энтропией? — спросил Мальцев.
— Потому что здесь варианты — не просто абстрактные состояния, а доступные причинные продолжения Земли, — сказал Левин. — Название условное. Математически пока это мера Хартли для пространства возможных продолжений.
— Если вариантов два, нужно один бит, чтобы указать, какой реализовался. Если четыре — два. Восемь — три. Так можно измерить не количество будущих, а объём неопределённости, который в них содержится.
Кира посмотрела на падающие числа.
— То есть нерв расходует неопределённость?
— Похоже на это.
Лина Николаевна тихо произнесла:
— Не энергию будущего. Свободу выбора будущего.
— Остановить передачу, — сказал я.
ИСКУССТВЕННЫЙ НЕРВ НЕ ИМЕЕТ ЦЕНТРАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ
— Разорвать земной транзит.
ТРЕБУЕТСЯ РЕШЕНИЕ КАЖДОГО УЧАСТВУЮЩЕГО КОНТУРА
Линии продолжали загораться.
Мёртвые узлы проводили импульс дальше.
Каждый новый переход требовал энергии.
Но она поступала не из электричества.
Не из вещества.
Не из человеческих тел.
Восстановленные переходы использовали направление Возможности.
Каждый восстановленный переход закрывал часть доступных продолжений. Пространство возможных состояний Земли уменьшалось.
Левин вывел рядом два графика.
— Если это действительно источник энергии, должен существовать закон сохранения.
— Энергии?
— Более широкий.
Левин наложил два графика друг на друга.
— Сравните прирост энергии с потерей.
Лина Николаевна пересчитала последние двадцать переходов.
— Отношение почти постоянное.
— Насколько?
— Разброс меньше процента.
Она написала:
lambda=- (delta E/delta H_c)
— Тогда попробуем считать lambda коэффициентом преобразования.
Лина Николаевна после нескольких минут раздумий свела наблюдение в гипотезу:
E+lambda H_c=constant
Мальцев нахмурился.
— Что это?
— Гипотеза. (E) — энергия, поступившая в восстановленные переходы. (H_c) — каузальная энтропия, логарифм числа доступных продолжений. (lambda) — коэффициент преобразования между ними.
— То есть энергия всё-таки появляется из ничего?
— Нет. Если модель верна, она появляется за счёт уменьшения другого ресурса.
— Чтобы увеличить энергию текущего процесса, восстановленный переход уменьшает энтропию будущих состояний. Не выбирает одно конкретное будущее. Уничтожает часть вариантов, которые могли бы стать реальными.
Кира медленно прочитала формулу.
— Значит, когда нерв проводит импульс…
— Земля становится более предсказуемой, — сказал Левин.
— Нас заставляют прийти к определённому будущему?
— Пока нет. Это было бы ещё хуже. Представьте дерево. Механизм не выбирает ветку за нас. Он спиливает часть веток заранее.
На экране исчез ещё один массив продолжений.
Лина Николаевна посмотрела на него.
— Каждый импульс делает дерево меньше.
ИСТОЧНИК ПОДДЕРЖАНИЯ РЕАНИМАЦИИ:
НЕИСПОЛЬЗОВАННЫЕ ПРОДОЛЖЕНИЯ ЛОКАЛЬНЫХ НОСИТЕЛЕЙ
Кира прочитала сообщение.
— Что это значит?
Лина Николаевна ответила первой:
— Каждый импульс делает наше будущее немного уже.
На карте восстановился ещё один канал.
КОЛИЧЕСТВО ДОСТУПНЫХ ПРОДОЛЖЕНИЙ: 5,1 × 10⁹⁵
— Насколько немного? — спросил Мальцев.
Левин уже считал не количество продолжений.
— Спросите скорость потери каузальной энтропии.
ТЕКУЩАЯ СКОРОСТЬ СНИЖЕНИЯ (H_c): РАСТЁТ
— Почему растёт?
КАЖДЫЙ ВОССТАНОВЛЕННЫЙ ПЕРЕХОД УВЕЛИЧИВАЕТ ЧИСЛО ДОСТУПНЫХ МАРШРУТОВ РЕАНИМАЦИИ
Я понял раньше, чем появилась следующая строка.
— Положительная обратная связь.
— Да, — сказал Левин. — Чем больше мёртвых каналов начинает проводить, тем больше новых каналов нерв может достичь. Чем больше он достигает, тем быстрее расходует пространство будущих состояний Земли.
— Можно посчитать момент остановки?
— Только если существует критический уровень.
Система уже отвечала:
КРИТИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ: МИНИМАЛЬНАЯ КАУЗАЛЬНАЯ ЭНТРОПИЯ, ПРИ КОТОРОЙ ЗЕМНОЙ УЗЕЛ СОХРАНЯЕТ НЕСКОЛЬКО МАКРОСКОПИЧЕСКИ РАЗЛИЧИМЫХ КЛАССОВ ПРОДОЛЖЕНИЯ
Кира посмотрела на меня.
— А ниже?
ДИНАМИКА ЗЕМНОГО УЗЛА СТАНОВИТСЯ ПРАКТИЧЕСКИ ДЕТЕРМИНИРОВАННОЙ
Теперь прогноз времени означал не смерть Земли.
Что-то хуже.
Продолжение существовало.
Но выбора почти не оставалось.
Система рассчитала текущую скорость.
ПРИ СОХРАНЕНИИ ТЕКУЩЕЙ ДИНАМИКИ:
СНИЖЕНИЕ ВАРИАТИВНОСТИ ЗЕМНОГО БУДУЩЕГО ДО КРИТИЧЕСКОГО УРОВНЯ — 19 ЧАСОВ 44 МИНУТЫ
Искусственный нерв работал.
Мёртвая Вселенная начинала проводить импульс.
Мы не пожертвовали одним человеком.
Мы нашли распределённое решение.
И теперь расплачивались тем, что распределили цену между всеми возможными версиями будущего Земли.