Воскресенье

Утро над Токио было серым. Город ещё не остыл после вчерашнего хаоса: новостные голограммы над перекрёстками крутили кадры разрушенного парка, пожарные машины всё ещё мелькали где-то вдалеке, а люди на остановках говорили шёпотом — будто боялись, что громкие слова призовут новую беду.

Мию открыла глаза и первым делом посмотрела на соседнюю половину кровати — пусто. В квартире играла Пятая симфония, а из ванной доносился шум воды.

Она привстала, зевнула, потёрла глаза и, встав с кровати в одной футболке и трусах, подошла к колонке. Пролистала плейлист, выбрала другую музыку — заиграла ритмичная попса. Улыбаясь и кивая головой, она затрясла бёдрами, виляя пушистым лисьим хвостом.

— Ты что творишь? — раздался голос Тау у неё за спиной.

Мию подпрыгнула, взвизгнула от неожиданности, в панике выключила музыку и резко повернулась к нему. Тау стоял перед ней — уже в футболке и шортах, без очков.

— Чего пугаешь?! — крикнула она, выпучив на него глаза. — Потанцевать захотела, пока ты в душе был.

— Ясно, — заявил он и указал на ванную. — Иди мойся. И не забудь переключить воду.

Не дожидаясь её ответа, он направился на кухню, где уже закипали яйца. Мию проводила его взглядом, оторвалась от колонки и, всё ещё сонная, направилась в ванную, но остановилась у прохода.

— Кстати, а почему ты моешься холодной? — спросила она, щурясь на него. — Закаляешься?

— Тебе это не обязательно знать, — отрезал он, готовя себе завтрак.

— А можешь и мне завтрак приготовить?

— Нет, — отрезал он, уже заливая кипяток в стакан с лимоном.

— Ну пожалуйста! — попросила она умоляюще, подпрыгивая на месте.

— Иди мойся, — потребовал он, не оборачиваясь.

Мию фыркнула и прошла в ванную, закрывая за собой дверь.

Тау поставил свой завтрак на стол, подошёл к колонке и снова включил Пятую симфонию, убавив звук. Вернувшись на кухню, он заглянул в шкаф, взял хлопья, которые купила Мию, и молоко. Поставил на стол миску, высыпал хлопья, поставил молоко. Рядом с миской — чашку с кофе.

Усевшись за стол, он достал телефон, включил новости и принялся за завтрак — не спеша ел яйцо и потягивал кипяток с лимоном.

«Доброе утро, Токио. Вчера вечером произошла катастрофа в парке «Дум Сити». Многочисленные разрушения, большая часть посетителей пострадала и была направлена в больницы. Пожарные и спасательные службы до сих пор находят выживших под обломками. Благо юная пятёрка героев, также известная как ЮПГ, оказалась на месте вовремя и смогла сократить число пострадавших. Им помог неизвестный, который назвал себя Рекошет. После крушения колеса обозрения он пропал так же внезапно, как и появился. Город скорбит о погибших. А тем временем в соцсетях уже обсуждают версию о причастности Тиамата к этой трагедии. Официального подтверждения нет. Но тень падает на всех.»

Ну да, а почему бы и нет. Сделать Тиамата крайним. Звучит абсурдно, но логично для тех, кто ищет козла отпущения. Странно другое — я не могу связать нити. A.O.E. не нужно. Пятёрке — тем более. Мэнди? Вряд ли. Было бы в её стиле, но мотива нет. Чёрт. Не может же это быть просто несчастным случаем. Я отказываюсь в это верить. Но это — самая правдоподобная версия из всех.

Из ванной вышла Мию — в одном полотенце. Она проследовала на кухню, и взгляд сразу упал на миску с хлопьями, молоком и кофе. Посмотрела на Тау и ехидно улыбнулась.

— А кто-то не хотел меня кормить, — усмехнулась она, опираясь на стол. — Бука.

Тау не ответил. Лишь потягивал кипяток, надкусывая яйцо, и не отрывал взгляда от экрана — новости всё ещё шли.

Мию нахмурилась, села за стол, налила в миску с хлопьями молоко и, не отрывая от него хмурого взгляда, закидывала ложку за ложкой, демонстративно хрустя. Но он даже не смотрел в её сторону. Тогда она взяла кружку с кофе, отхлебнула, выпучила глаза и сплюнула.

— Это что за кофе? — возмущённо крикнула она.

— Который ты купила, — подметил он, продолжая пить.

— Я купила нормальный кофе! — рыкнула она. — Просто кто-то забыл добавить молоко!

— Молоко на столе, — подметил он. — Возьми и добавь. И не забудь убрать то, что сплюнула.

Мию фыркнула, добавила молоко в кофе и, хмуро поглядывая на Тау, принялась пить.

— Может, хватит уже пялиться в этот телефон? — буркнула она, ставя кружку на стол.

— Я не пялюсь, — заявил он, допивая чай. — Я изучаю.

— Лучше б что-то другое изучил, — буркнула она под нос и, прижавшись к спинке стула, отхлебнула кофе.

Звонок в домофон.

Тау и Мию переглянулись. Он выдохнул, она застыла.

— Спрячься, — бросил он, вставая из-за стола и направляясь к двери.

— Я же даже… — пробубнила она, разводя руками. — Не позавтракала и не оделась!

— Просто спрячься, — заявил он, уже подходя к домофону.

Мию закатила глаза, пробубнила что-то, отхлебнула ещё кофе и забежала в ванную.

Тау заглянул в экран домофона — на пороге стояла Стар. Потёр глаза, слегка скривился. Обернулся — Мию уже не было видно. Он знал, что она в ванной. Повернулся к двери, взялся за ручку и открыл.

Они встретились взглядами. Стар смотрела на него исподлобья, поджав губы.

— Привет, очкарик, — тихо произнесла она.

— Привет… — неуверенно произнёс он. — Ты как? Выглядишь озадаченной.

— Ну эм… — запнулась она, отводя взгляд. — Я в порядке… Можно пройти?

— Да, конечно, — кивнул он, отходя в сторону.

Стар прошла внутрь. Её взгляд сразу упал на новую кровать и футон на полу. Оглядевшись, она заметила незнакомый интерьер.

— С тобой… девушка поселилась? — нахмурилась Стар, не переставая оглядывать квартиру.

— Да, — протянул он, закрывая дверь и обходя Стар, чтобы встать перед ней. — Подруга детства. Оказалась в сложной жизненной ситуации, и я решил помочь ей с жильём… Правда, она немного перебарщивает.

— Понятно… — кивнула Стар, отводя взгляд. — А Тифф?

— Тифф вряд ли поймёт, и это её расстроит, — подметил он и собирался поправить очки, но их не было на месте, и он просто опустил руку. — Но если хочешь рассказать — я не смогу тебя остановить.

— Не расскажу… — отводя взгляд, сказала Стар. Тау удивлённо посмотрел на неё. — Если поклянёшься, что ты просто помогаешь, а не держишь у себя… ну… девушку под рукой.

— Эм… — замямлил он и почесал затылок. — Конечно нет… То есть клянусь, что просто помогаю подруге в сложный период жизни.

— Я тебе верю… — выдавила она, возвращая взгляд на него.

— Всё в порядке? — поинтересовался он, приподнимая бровь. — Ты будто сама не своя.

— Это из-за вчерашнего, — заявила она, наклоняя голову и наматывая косичку на палец. — Я… испугалась. Очень. У меня вся жизнь перед глазами пронеслась.

— Любой бы испугался на твоём месте, — подметил он, поглаживая шею. — Главное, что ты жива и здорова.

— Жива я благодаря тебе, — выдавила она, и с глаза потекла слеза. — Это надо же… Мою жизнь спас тот, кого я шантажировала и заставляла делать домашку… — Она расплакалась и рывком обхватила Тау, уткнувшись лицом ему в футболку. — Прости, пожалуйста!

Тау приобнял Стар, положил руку ей на голову и слегка поглаживал, дожидаясь, пока она проплачется.

— Очкарик… — шмыгнула она, упираясь ему в грудь. — Я ужасна?

— Не суди себя строго, — заявил Тау, продолжая гладить её по голове. — Это просто твой способ контроля. Многие бизнес-леди… такие, как ты, пользуются шантажом, чтобы добиться своего.

Стар, слегка успокоившись, отлипла от футболки Тау, оставляя на ней мокрые следы. Она протерла глаза и посмотрела на него.

— Очкарик… То есть… Тау, — выдавила она. — С-спасибо… Я знаю, что вела себя… ну… как стерва… А ты… мало того что спас… так ещё и мораль не читаешь.

— Перестань, Стар, — заявил он. — Любой бы на моём месте поступил так же.

— Не любой, — выдавила она, сглотнув. — Поэтому я у тебя в долгу.

— Можешь сразу расплатиться, удалив видео, — подметил он, чуть улыбаясь.

— Нет, — резко и без колебаний ответила Стар. — То есть… это часть нашего… договора… И… лучше придумай что-то другое. Я, конечно, могу… но… — Она выдохнула. — Просто пойми: я хочу чувствовать почву под ногами, и это видео… как бы… моя страховка. Не осуждай.

— Понимаю, — кивнул он и скрестил руки. — И в какой-то степени одобряю. Приятно чувствовать, что ты владеешь ситуацией.

— Не злишься? — спросила она, наклоняя голову.

— Ничуть, — заявил он и потёр шею. — Да и ты была бы не ты, если бы согласилась. — Он выдавил смешок. — Однако попробовать стоило.

— Ты странный, — усмехнулась она, прикрывая рот. — Но я рада, что в этом мире есть такие люди, как ты.

А я не рад, что есть такие люди, как я. Однако мы с тобой думаем о разных людях.

— Давай на сегодня закончим с благодарностями, — усмехнулся он. — А то боюсь, что на мне скоро корона образуется.

— Думаю, тебе это не грозит, — ухмыльнулась она и поставила руки на пояс. — Ладно, оч… Тау… пойду я, а то бабушке обещала помочь.

— Конечно.

Стар кивнула, развернулась и направилась к выходу. Тау пошёл за ней, обогнал и открыл дверь.

— Тебе правда идёт без очков, — сказала она, обернувшись в дверях, и шагнула за порог. — Пока.

— Пока, — тихо сказал он и закрыл за ней дверь.

Тау отошёл от двери, прошёл к столу, сел и включил компьютер.

— Уже можешь выходить.

Мию не спеша приоткрыла дверь ванной и, всё ещё в одном полотенце, проследовала к столу. Кофе уже остыл, хлопья размякли, но она была готова их съесть — после всего, что услышала.

— Это было трогательно, — заявила Мию, закидывая размокшие хлопья в рот. — Даже мило.

— Я умею быть милым, когда надо, — заявил Тау, глядя в монитор и продолжая печатать.

— Хочешь сказать, у тебя даже ничего не ёкнуло? — спросила она, глядя на него и наклоняя голову.

— Сложно сказать, — заявил он, вбивая код в командную строку. — Для меня это проблематично.

— Ну да, — протянула она и, хлебнув холодный кофе, поморщилась. — Жить с холодным сердцем всегда проблематично.

— Не проблематично, если знать, чем себя занять, — заявил он, не переставая печатать.

— А ты когда-нибудь любил по-настоящему? — спросила она, уже доев хлопья и допив кофе.

Тау на мгновение остановился. Оторвал взгляд от экрана, отвёл его в сторону и сжал губы. Затем снова уставился в монитор и продолжил печатать.

— Да, — заявил он. — Один раз.