Рассвет над низиной выдался грязным и холодным. Как только отряд миновал покосившийся крест заброшенной часовни, горный тракт окончательно оборвался, уступив место унылой, покрытой сизым маревом топи. Земля под ногами превратилась в осклизлую черную жижу, которая с чавканьем заглатывала подошвы сапог. В нос мертвой хваткой ударил запах сероводорода и прелой тины

Ива резко остановилась, вскинув ладонь в перчатке. Капюшон ее плаща был низко опущен, но Арден видел, как напряглись ее плечи.

— Дальше — только по вешкам, — глухо произнесла эльфийка, указывая вперед. — Видите эти обрубки? Старые деревянные столбики, вбитые в грязь. Шаг влево, шаг вправо — и засосет в трясину по самую маковку. Местные топи ошибок не прощают.

Арден мысленно потянул за край сознания, разворачивая полупрозрачную карту в интерфейсе. Локация «Гнилые Броды» встретила его негостеприимно. На периферии обзора тут же выскочил строгий системный лог:

[Внимание! Действует дебафф локации: «Болотная топь»]

[Эффект: Замедление скорости движения на 15 %. Повышенный расход выносливости при спринте].

Они прошли около километра, медленно переставляя ноги от одного гнилого столбика к другому. Юлиан плелся в самой середине отряда, стараясь дышать через раз и испуганно оглядываясь на каждый всплеск в черных лужах.

Вдруг туман впереди сгустился, став плотным. И в ту же секунду серебряный волчий медальон на груди Ардена завибрировал. Отряд замер как вкопанный. Киран и Галаэль бесшумно, без единого лишнего звука положили ладони на рукояти оружия, но Ива резко выставила руку назад, приказывая всем застыть.

— Не дергайтесь, — едва слышно шепнула она. — Нападем — утонем. Ждем.

В паре десятков метров от них, прямо из бездонной болотной жижи, бесшумно и медленно начал подниматься колоссальный силуэт. Из черной воды показались плечи, покрытые вековым мхом, переплетенными корнями и скользкой тиной. Это был Хозяин Болот. Чудовище класса «Реликт». На месте его лица угадывался лишь жуткий костяной нарост, из-под которого тусклым, блеклым светом горели два фосфоресцирующих глаза величиной с хорошую тарелку.

Юлиан от страха просто перестал дышать, зажмурившись и вцепившись в плечо шедшего впереди Галаэля.

Тварь не шевелилась. Огромный Реликт просто стоял посреди топей, возвышаясь над туманом метра на четыре, и медленно, тяжело провожал отряд своим мертвым, оценивающим взглядом. Воздух вокруг стал плотным и удушливым.

Прошла долгая, невыносимая минута абсолютного молчания. Арден не опускал руки, готовый в секунду сложить Знак Квен, если гигант сделает хотя бы движение. Но Хозяин Болот решил иначе. Издав тихий, едва слышный вздох, похожий на шелест камыша, существо так же медленно, плавно и без единого всплеска погрузилось обратно в черную болотную бездну. Вода сомкнулась. Медальон на груди Ардена постепенно затих, оставив лишь легкое покалывание.

Арден шумно выдохнул, расслабляя затекшие плечи.

— Ну его к черту, — послышался из-за спины дрожащий, прерывистый шепот Юлиана. Бард открыл один глаз и судорожно сглотнул. — Командир, я уже обратно хочу. В Каэр Морхен. К гулям. Они хотя бы маленькие были и так сильно не пугали…

— Заткнись, поэт. Двигаемся, — сухо бросил Арден.

Отряд, заметно прибавив шагу, продолжил путь по вешкам. Рисковать больше никто не хотел. К исходу дня, когда багровое, налившееся кровью солнце начало медленно заваливаться за острые хребты Синих Гор, липкий туман наконец немного поредел. Под ногами вместо хлюпающей жижи начала появляться твердая, утоптанная земля, поросшая жесткой осокой.

Впереди, сквозь вечернюю дымку, наконец-то показались первые силуэты человеческого жилья. Это была окраина деревни Гнилые Броды.

Они вышли к первым покосившимся, почерневшим от сырости заборам. Вокруг стремительно сгущались сумерки. Деревня выглядела мертвой, темной и пугающе мрачной — ни в одном окне не горел свет, а из труб не шёл дым. Место словно вымерло. Арден коротким движением поправил двойную портупею за спиной, проверяя ход рукоятей мечей, а эльфы синхронно натянули глубокие капюшоны пониже, скрывая лица. Они были на месте.

Гнилые Броды встретили их полным отсутствием признаков жизни.

— М-да, гостеприимство так и прет, — прошептал Юлиан, нервно перебирая пальцами ремень лютни. — Кажется, нас здесь ждут примерно так же, как налогового инспектора в Новиграде.

Арден не стал тратить время на осмотр пустых проулков. Сверившись с картой в полупрозрачном интерфейсе, он уверенно повел отряд вверх по склону холма, где за высоким бревенчатым частоколом чернела массивная каменная усадьба воеводы.

Но у закрытых дубовых ворот их ждал глухой тупик. Стоило отряду приблизиться к границе света от чадящих факелов, как на галерее частокола зашевелились тени. Раздался синхронный щелчок взводимых арбалетов. Три наглые, небритые рожи в помятых железных шишаках высунулись из-за зубцов.

— Стоять, бродяги! — сухо крикнул один из них, лениво поводя тяжелым болтом из стороны в сторону. — Проваливайте, откуда пришли. Воевода заперся на все замки и никого не принимает. Никаких просителей, никаких купцов. Сделайте еще шаг к воротам — и мы из вас дуршлаг наживую организуем. Нам за лишние трупы у забора только премию выпишут.

Арден скосил глаза на интерфейс. Шесть арбалетчиков на стенах, укрытые за бруствером, против его третьего уровня и трех лучников без нормального прикрытия — расклад паршивый. Лезть на рожон под прямой обстрел в узком створе ворот не лучшая идея.

— Назад, — негромко скомандовал Арден, делая плавный шаг назад в тень. — Смещаемся в проулок.

Отряд бесшумно отступил, уходя с линии огня под разочарованное сплевывание наемников со стен.

Единственным местом в этой забытом дыре, где сквозь грязные щели старых ставней еще теплился тусклый, чахлый свет, оказался перекошенный трактир на углу площади. Его вывеска с изображением какой-то одноглазой рыбы уныло скрипела на сыром ветру.

Внутри пахло старой плесенью, прокисшим пивом и дешевым, сивушным пойлом. Помещение было абсолютно пустым. За темной, изрезанной ножами стойкой сидел один-единственный старик. Его лицо полностью скрывал глубокий капюшон серого шерстяного кафтана. Старик двигался как заведенный автомат, медленно и упрямо протирая грязной, засаленной тряпкой одну и ту же глиняную кружку.

Эльфы, не привлекая внимания, скользнули в самый дальний, темный угол корчмы, поглубже натянув капюшоны своих дорожных плащей. Арден и Юлиан направились прямиком к бару. На тяжелые шаги ведьмачьих сапог старик даже не поднял головы.

— Мест нет. Выпивки нет. Жратвы тем более, — буркнул он сквозь зубы, продолжая натирать глину. — Идите, куда шли.

— Послушай, почтенный хозяин, — Юлиан состряпал свою самую обаятельную улыбку и облокотился на стойку. — Мы приличные путешественники, а не банда с тракта. Мой суровый друг просто молчалив, а я — так и вообще соловей! Неужели у такого солидного человека не найдется пары капель эля для уставших путников? Мое горло пересохло так, что я готов спеть хвалебную оду даже этой вашей… хм, замечательной половой тряпке.

Старик даже не дрогнул. Кожа на его руках была серой и сморщенной, как старый пергамент.

— Соловьи на этих болотах долго не живут, парень. Им тут быстро языки под корень подрезают, — глухо отозвался трактирщик.

Юлиан молча засунул руку в подсумок, выудил оттуда две тяжелые серебряные монеты из кошеля, выигранного в гвинт, и с отчетливым звоном бросил их на липкое дерево стойки.

Трактирщик замер. Тряпка наконец остановилась. Старик медленно поднял голову, и из-под капюшона на Ардена уставились мутные, слезящиеся глаза. Монеты исчезли в его рукаве с поразительной для старика скоростью.

— Ладно… — старик полез под стойку и выставил перед ними надтреснутый кувшин с мутной жидкостью. — Спрашивайте, чего надо. Только быстро. У меня времени в обрез.

— Что с воеводой? — без предисловий спросил Арден, в упор глядя на трактирщика. — Почему его цепные псы на воротах кидаются на людей?

Старик нервно оглянулся на заколоченное окно, за которым стремительно густела ночная тьма, и понизил голос до свистящего шепота:

— Воевода наш… совсем кукухой поехал, вот что. Свихнулся напрочь. Месяца 2 назад ни с того ни с сего выгнал всю старую стражу — местных парней, которые деревню отродясь защищали. Набрал вместо них этих псов-наемников, висельников с тракта, у которых ни стыда, ни совести. Сам из усадьбы носа не кажет. Заперся в подвалах, подземелья там у него древние… Наемники его по ночам людей туда таскают. Хватают прямо из изб, кто зазевается. И всё. Живым оттуда еще никто не выходил.

— А редуты, стражи из Новиграда сюда не заглядывают? — Юлиан нервно сглотнул, косясь на кувшин. — Ну, чисто проверить, как тут дела с правами человека?

Старик издал короткий, сухой смешок, больше похожий на хруст ветки:

— Новиград далеко, парень. А болота близко. Кому сдалась эта дыра?

Трактирщик внезапно схватил Ардена за рукав кожаной куртки своими сухими пальцами и притянул ближе. Его глаза лихорадочно блестели.

— Слушай меня, бродяга. Скоро ночь. Окончательно стемнеет, и я запру эти двери на три засова. Возьмите комнату наверху, запритесь изнутри и не выходите на улицу до первых лучей солнца. И в окна не смотрите. Что бы там ни происходило, какие бы звуки вы ни слышали — сидите тихо. Ночью Гнилые Броды не для живых. Поняли меня?

Не дожидаясь ответа, старик схватил свою тряпку, выскочил из-за стойки и направился к выходу, гремя тяжелыми железными засовами и наглухо закрывая ставни. Корчма погрузилась в полумрак, освещаемый лишь одной чадящей сальной свечой.

Арден развернулся и вернулся к столу в темном углу, где его ждали эльфы. Юлиан на цыпочках просеменил следом, бледный как полотно. Они сели на скрипучие скамьи, сгрудившись в плотное кольцо. Начинался быстрый, оживленный шепот.

— Что думаешь, командир? — спросил Галаэль, проверяя тетиву лука под плащом. — Старик напуган до смерти.

— Нам это на руку, — Арден цинично ухмыльнулся. — Если ночью на улицах начнется чертовщина, про которую он бает, наемники воеводы на стенах тоже будут напуганы. Они будут пялиться в темноту болот, ждать удара снизу и точно ослабят бдительность. Для нас это идеальный шанс проскочить мимо них незамеченными.

Ива одобрительно кивнула, ее глаза хищно блеснули под капюшоном:

— Умно. В темноте их арбалеты не так страшны. Мы снимем часовых по-тихому, без лишнего шума, и зайдем в усадьбу через крышу или пристройку на заднем дворе. Мои стрелы бьют без промаха.

— Отличный план, надежный, как часы, — пробормотал Юлиан, вжимая голову в плечи. — Одна маленькая деталь: а если та чертовщина, от которой все прячутся, решит сожрать нас по дороге к этой самой пристройке? Я, конечно, бард, но умирать за чертежи Школы Волка в мои долгосрочные планы на эту неделю не входило.

— Будешь идти сзади и не отсвечивать, поэт, — отрезал Арден, вставая из-за стола. — Выдвигаемся в самый пик ночи. Когда туман станет гуще. Готовьте сталь.

Старик-трактирщик бледнел на глазах, судорожно перебирая пальцами связку ржавых ключей. Стоило Ардену сделать шаг к выходу, как хозяин заведения едва не выронил лампу. Он приоткрыл дубовую створку ровно настолько, чтобы в щель мог пролезть человек, и буквально вытолкнул отряд в сырую ночную темноту.

За спинами мгновенно, с оглушительным грохотом захлопнулась дверь. Тут же защелкали, заскрипели один за другим три тяжелых железных засова.

Юлиан поправил лютню, хмыкнул и покачал головой:

— Какое гостеприимство! Сервис — просто сказка, пять звезд из пяти. Обязательно оставлю самый паршивый отзыв в гильдии купцов Новиграда. Если выживу, конечно.

Галаэль и Киран синхронно и тяжело вздохнули, качая головами от этой глупости. Эльфы проверили натяжение тетивы, стараясь не издавать лишних звуков. Юлиан оскорбленно округлил глаза, заметив их реакцию, и зашептал еще интенсивнее:

— Чтооо? Я просто пытаюсь поднять нам боевой дух перед тем, как нас сожрут болотные черти! Между прочим, ментальное здоровье в отряде — это обязанность барда!

— Заткнись, поэт, — оборвал его Арден. — Включи режим тишины, если не хочешь словить арбалетный болт зубами.

Отряд бесшумно тронулся вперед. Гнилые Броды ночью напоминали выгребную яму, залитую чернилами. Черный, липкий туман лениво перекатывался через грязный настил главной улицы. Из-за плотно заколоченных ставней изб по-прежнему доносились шорохи и скрежет, но Арден не отвлекался на дебаффы локации. Его взгляд был прикован к холму.

Они пробирались перебежками, от тени к тени, пока не уперлись в подножие высокого бревенчатого частокола усадьбы воеводы. Прямо над ними чернела угловая вышка, откуда падал слабый свет факела.

Арден резко развернулся к Юлиану, схватил его за ворот дублета и указал на густые, колючие кусты ежевики рядом с перевернутой старой телегой.

— Твоя конечная станция, — сухо приказал ведьмак. — Залезай внутрь и не отсвечивай. Будешь сидеть тише воды. Понял?

Бард даже спорить не стал. При виде зловещего частокола весь его напускной юмор моментально испарился.

— Понял, принял, исчез, — лихорадочно зашептал Юлиан, на одних рефлексах заныривая в самую гущу колючих ветвей. — Обещаю не дышать, не кашлять и даже не думать о высоком искусстве. Удачи, парни. Постарайтесь, чтобы меня здесь не забыли.

Эльфы действовали как настоящие тени. Киран и Галаэль сцепили руки замком, создавая живую опору. Арден наступил на их ладони, мощно толкнулся вверх и ухватился пальцами в перчатках за верхний край бревенчатого бруствера частокола. Он подтянулся легко, без единого лишнего вздоха. Правая ладонь ведьмака уже лежала на холодной кожаной обмотке стального меча.

Через щели в перилах Арден четко видел траекторию движения первого часового-наемника. Тот лениво прохаживался по деревянному настилу вышки, зябко кутаясь в поношенный плащ и почесывая небритый подбородок. До цели оставалось всего три метра. Эльфы внизу замерли, готовые взлететь следом по его сигналу.

Всё шло как по маслу. Идеальный тайминг, чистый перехват инициативы.

И в этот самый ответственный момент, когда Арден уже занес ногу, чтобы бесшумно перемахнуть через перила вышки, снизу, из кромешной темноты у подножия холма, раздался дикий, истошный, срывающийся на ультразвук ор Юлиана. Этот крик разорвал ночную тишину Гнилых Брод в клочья:

— Ардеееееен! Твою ма-а-ать! Помогите-е-е! Эта огромная хреновина из болота… она встала и идет прямо сюда-а-а! Оно меня сейчас сожре-е-ет!

Миссия полетела к чертям в ту же секунду.

Часовой на вышке от неожиданности вздрогнул, выронив арбалет, но моментально перехватил колотушку и со всей дури ударил по подвешенному бронзовому колоколу. Тяжелый, тревожный набат покатился над усадьбой. Во дворе воеводы один за другим начали вспыхивать факелы, послышался топот десятков ног и злая ругань.

— Тревога! — заорал наемник, тыча пальцем прямо в Ардена. — На стенах чужаки! Стреляй их, псы тракта!

Арден коротко, грязно сматерился про себя. Времени на скрытные маневры больше не оставалось. Он рванул рукоять из ножен — великолепный стальной меч Школы Волка с хищным, яростным звоном рассек ночной воздух, наливаясь фиолетовым неоном интерфейса.

Внизу Ива, Галаэль и Киран синхронно, одним слитным движением вскинули свои боевые луки. Тетива запела. Черные стрелы лазутчиков со свистом ушли вверх, пробивая кожаные доспехи показавшихся на стенах арбалетчиков. Наемники воеводы со стен начали вскидывать оружие, целясь в ведьмака.

Набат колокола над вышками резал уши, заглушая злую ругань наемников на стенах. Но через секунду этот шум перекрыл другой звук. Из черного, липкого болотного тумана у самого подножия холма с гулким, водянистым хрустом вывалилась колоссальная туша Хозяина Болот. Реликт, которого они надеялись обойти, учуял суету и пришел на бой.

Арден мгновенно оценил расклад. Воевать на два фронта, стоя на шатком деревянном настиле под арбалетным обстрелом — верная смерть.

— Займитесь наемниками на стенах! — заорал он эльфам, перекрывая колокольный звон. — Не дайте им расстрелять нас сверху! С этой хреновиной я разберусь сам!

Ива коротко, рублено кивнула. Секунда — и три тяжелых боевых лука лазутчиков запели в унисон. Черные стрелы ураганным потоком пошли по арбалетчикам, намертво прижимая наемников к брустверу и связывая их ближним боем. Арден, не теряя ни мгновения, сгруппировался и лавиной спрыгнул со стены частокола вниз, на перехват чудовища.

В падении перед глазами бешено вспыхнул багровый лог административного интерфейса:

[Внимание! Инициация боя с боссом локации: Хозяин Болот]

[Внимание! Внутриигровое событие: Адаптация к хардкору]

[Ваш эликсир «Гром» получает временный административный модификатор от ядра Аномалии: +15 единиц ко всем характеристикам на 15 минут].

Арден приземлился на колено в грязь, амортизируя удар. Левой рукой он на ходу рванул из подсумка склянку с темным ведьмачьим зельем, зубами сорвал плотную пробку и в один глоток влил в себя обжигающую жидкость.

Началось жесткое, мясной рубилово. Арден со свистом выхватил из-за спины серебряный меч.

Огромный Реликт обрушил на него корявую лапу, толщиной с приличное бревно. Под баффом зелья Арден просто сместился в сторону размытой тенью. Серебряная сталь с чавкающим звуком вошла в покрытое мхом тело монстра, срезая огромные куски гнилой плоти и сочащихся язвами корней. Тварь яростно взревела, распространяя вокруг удушливый запах тухлятины. Арден крутился вокруг колосса веретеном, нанося быстрые, режущие удары — полоса здоровья босса медленно, но верно ползла вниз.

Но Реликт был слишком огромен и живуч. В один из моментов, когда Арден замахнулся для мощного удара Знаком, чудовище наотмашь, с кошачьей быстротой хлестнуло его массивным хвостом из сплетенных корневищ.

Удар пришелся по касательной, но ведьмака сдуло как пушинку. Арден с глухим, страшным стуком отлетел метров на пять назад, спиной протаранив старую деревянную поленницу у забора. Колотые дрова с грохотом погребли его под собой, ломая доски ограды. Из легких выбило весь воздух, шкала здоровья просела наполовину.

И в этот критический момент из густых кустов ежевики неподалеку высунулась бледная, взъерошенная рожа Юлиана. Бард округлил глаза и во всю глотку заорал:

— Арден, дружище, ты чего разлегся?! Вставай, у него левая сторона полностью открыта, бей туда!

Арден грязно сплюнул забившую рот кровь вперемешку с болотной жижей, усилием сбросил с себя тяжелые поленья и хрипло, со злобой рявкнул:

— Юлиан, твою мать, ты мне помогать вообще думаешь?!

— Как это?! — искренне, до глубины души обиделся бард, поглубже вжимаясь в кусты. — Спеть для тебя, что ли? Ща рифму выдам, для боевого духа! Секунду, мотив поймаю!

Арден про себя яростно сматерился: «Господи, да это же говорящий конь Юлий из "Трех богатырей", один в один! С ума сойти можно… Прибью. Соберу чертежи и лично прибью эту заразу!»

Адреналин и черная ярость выжгли остатки боли. Арден активировал остатки бешеного баффа, перехватил серебряную рукоять обеими руками и сделал безумный, финишный рывок вперед. Реликт попытался сомкнуть на нем огромную зубастую пасть, но ведьмак в последний миг проскользнул под челюстью монстра, уходя в низкий перекат. Из положения сидя, с разворота всего корпуса, он с диким выдохом вогнал серебряный клинок по самую гарду глубоко в основание черепа Реликта.

Тварь на секунду замерла. Фосфоресцирующие глаза величиной с тарелку медленно погасли. С тяжелым, глухим грохотом, от которого задрожал весь холм, колоссальная туша Хозяина Болот рухнула в грязь.

Перед глазами Ардена торжественно развернулся финальный лог:

[Босс локации «Хозяин Болот» повержен!]

[Вы получили: 1500 XP. Получен Уровень 4!]

[Доступно для распределения: +2 очка характеристик]

Одновременно с этим сверху, со стен частокола, донесся последний предсмертный хрип. Ива точным выстрелом в упор добила последнего наемника-арбалетчика. Двор усадьбы воеводы был полностью, под ноль зачищен.

Наступила тишина. Только пар шел от остывающей туши Реликта.

И тут из кустов ежевики, не торопясь и вальяжно отряхивая свой помятый малиновый дублет от грязных листьев и травы, гордо вышел Юлиан. Он картинно, с королевским достоинством поправил лютню за спиной, вальяжным шагом обвел взглядом заваленный трупами наемников двор, уставших, тяжело дышащих эльфов на стенах и заляпанного черной кровью ведьмака. После чего бард набрал в грудь побольше воздуха и заявил во весь голос:

— Ну что, господа лазутчики? Каков тактический маневр, а? Без моего идеального отвлекающего маневра и ценных указаний по уязвимым зонам вы бы тут точно все легли! Обращайтесь, если что, тактическая мысль — мое второе имя.

Эльфы Галаэль и Киран на стенах синхронно, слитным движением тяжело вздохнули и закатили глаза, едва удерживаясь, чтобы не пустить в этого тактика стрелу. Ива лишь устало покачала головой.

Арден ничего не ответил. Он молча выдернул серебряный меч из черепа босса, с тихим шелестом убрал его в ножны за спиной и посмотрел на запертые двери каменной усадьбы воеводы.