Греллер так и не закончил фразу. Вместо этого он в замешательстве обернулся на приглушенный шум у единственного входа в банкетный зал. Дверь внезапно распахнулась, и внутрь ворвались четверо в масках, беспорядочно паля из бесшумных бластерных пик. Греллер хотел было выкрикнуть протест, но вся его вселенная схлопнулась в ледяной вспышке чистой энергии. Последней его мыслью было недоуменное: «За что?»

* * * *

Несколько дней спустя Брим выходил из малого лекционного зала адмиралтейства, где выступал перед классом рулевых, проходящих обучение на новые УФ-400. В коридоре его встретил человек в темном деловом костюме.

— Лорд Брим? — спросил он.

— Он самый, — ответил Брим. — Чем могу помочь, агент?

— Бернс, — с легкой усмешкой представился тот. — Спецслужба адмиралтейства. Адмирал Колхаун просит тебя связаться с ним по этому адресу, — он вложил в руку Брима пластиковую полоску.

— Спасибо, — кивнул Брим. — Что-то еще?

— Это всё, — человек коснулся пальцами лба и, не оборачиваясь, зашагал по коридору к выходу.

Брим присел на кожаный диван в нише, ввел адрес в голофон и нажал кнопку вызова. Спустя мгновение, когда пластиковая полоска рассыпалась прахом, на крошечном дисплее появилось лицо Колхауна.

— Привет, Брим. Вижу, Бернс без труда тебя отыскал.

— Твои парни мастера своего дела, адмирал. По крайней мере, находить меня они умеют.

— Вообще-то, пара моих ребят раскопала кое-что весьма любопытное, и это может касаться тебя напрямую, Брим.

— Меня?

— Твоего маленького приключения на той метеостанции.

— Весь во внимании, адмирал.

— Следишь за местными новостями?

— Не особо... А что такое?

— Слышал о бойне в «Зеленой звезде» неделю назад?

— А что это — «Зеленая звезда»?

— Забегаловка у порта. Там кто-то устроил настоящую резню.

— Прошу прощения, адмирал, но какое отношение ко мне имеет поножовщина в портовом баре?

— Думал, ты никогда не спросишь, — ухмыльнулся Колхаун. — Даю подсказку: какой корабль твой оператор BKAEW засек у метеостанции перед вашим прибытием?

— Корабль у станции? — Брим в замешательстве нахмурился, а затем щелкнул пальцами. Он почти забыл об этом. — Кажется, Стил говорил, что он похож на старый сухогруз класса «Банта». Но при чем тут это и тем более резня?

— А при том, что жертвами профессиональных убийц стал весь экипаж старого корыта класса «Банта» под названием «Аргонавт». И этот конкретный корабль находился в космосе «без указания пункта назначения» почти стандартную неделю до того, как на метеостанции навели «порядок». А вернулся он сюда спустя неделю после событий.

— Долговато для старого судна болтаться в пустоте без дела, — рассудил Брим. — Ему наверняка нужно было где-то пришвартоваться, иначе каждый тик оборачивался бы убытками.

— Вовсе нет, — возразил Колхаун. — Могу поспорить, весь рейс был оплачен одним клиентом.

— И всё же связь между этими событиями кажется притянутой за уши, не находишь, адмирал? — спросил Брим.

— Только не тогда, когда понимаешь: те, кто зачищал метеостанцию, провалили главную задачу — они не достали тебя. А поскольку мы почти уверены, что ты и твой экипаж на УФ-400 были истинными целями налета, всю операцию списали в утиль. А за провал полагается обычное наказание в стиле бандюков.

Брим покачал головой.

— Трудно представить, что кто-то готов саботировать своих же в военное время просто ради кредитов.

— Или ради власти, — добавил Колхаун. — Те, кто нанял этот корабль: ими двигала власть, и не сомневайся в этом.

Поразмыслив немного, Брим спросил:

— И что мне теперь со всем этим делать, Кэл?

Колхаун устало улыбнулся.

— Кроме того чтобы быть предельно осторожным, сейчас ты мало что можешь сделать. Но я считал важным, чтобы ты знал, с кем на самом деле имеешь дело. Тот, кто это затеял, вложил немало средств, чтобы избавиться от тебя.

— Что ж, тогда я просто продолжу заниматься своим делом, — немного беспомощно произнес Брим. — Не могу же я бросить работу только потому, что кто-то хочет убрать меня с дороги. Проклятые закстом лиговцы пытаются сделать это годами, и посмотри, чего они добились!

— Я так и думал, что ты именно так и ответишь, Брим! — сказал Колхаун. — Значит, закончишь обучение новых экипажей?

— Конечно, Кэл. Мы должны управиться к середине триада — сразу после бала в честь дня рождения Онрада пятнадцатого числа.

— Хорошо, — одобрил Колхаун, — потому что вскоре после этого у меня для тебя найдется другое назначение, которое тебя заинтересует.

Брим рассмеялся.

— На данном этапе меня интересует почти всё что угодно.

— Обсудим детали позже, — пообещал Колхаун, — но если вкратце, я хочу вернуть тебя к твоим старым друзьям в Содескую. Что скажешь?

Брим невольно улыбнулся.

— Ты же знаешь, я всегда питал слабость к старой Г.Ф.С.Г.

— Знаю, Брим, — подтвердил Колхаун. — И ты, пожалуй, единственный в империи, кого мы можем отправить на такую миссию.

— Я сделаю всё, что в моих силах, что бы ты ни задумал, Кэл.

— Другого я от тебя и не жду, Вилф.

— Я в твоем распоряжении, как только будешь готов к разговору.

— Скоро буду — сразу после бала. Сначала дела насущные, как говорится. В любом случае, увидимся на празднике.

— До встречи, Кэл...

Брим задумчиво убрал голофон в карман. Бакстер Колхаун не имел привычки раздавать легкие задания...

Глава 32

...будут и другие времена

АВАЛОН-АСТУРИАС, АВАЛОН, ГОСТИНАЯ В ОБШИРНОМ ПОМЕСТЬЕ ГРАФА ТАЛА КОНФИСС-ТРАФФОРДА, 15 ТРИАДА 52017 ГОДА

Граф Тал Конфисс-Траффорд, выглядевший неповоротливым и заплывшим жиром даже в своем лучшем парадном облачении, опустил грузное тело в уютное кресло рядом с дочерью, генерал-майором Меган Траффорд, которая также была при полном параде.

— Что тебя тревожит, дорогая? — заботливо осведомился он.

— Ты прекрасно знаешь, что меня тревожит, папочка, — надулась генерал.

— Этот несносный Брим? — спросил Траффорд, и его обвисшие щеки покраснели под слоем грима.

— Конечно, этот Брим! — рявкнула Траффорд. — Что еще может меня волновать? Со времен его трибунала я торчу в штабе, будто это моя вина, что операция на Эппеиде провалилась.

— Ну-ну, Меган...

— Не надо мне «ну-ну», папочка. Генерал Хагбут и на пушечный выстрел не подпускает меня к операциям на передовой. Почти два месяца назад ты обещал, что Брим исчезнет с горизонта, а он до сих пор в списке приглашенных на сегодняшний вечер. Смотри! — в ярости она ткнула списком гостей прямо под нос отцу. — И мне наверняка придется встретиться с ним сегодня!

Нахмурившись, граф оттолкнул список, скрипнув зубами от раздражения.

— Знаешь, — произнес он, — тебе вовсе не обязательно было идти на этот бал. Ты могла бы остаться дома по любой из множества причин.

— Хмпф, — фыркнула генерал. — Если я не явлюсь, а он будет там, все поймут почему.

В этот момент в комнату вошел дворецкий.

— Милорд, госпожа генерал-майор: ваш лимузин подан.

— Ну что, Меган?

После долгой паузы генерал скривилась и пожала плечами.

— Полагаю, у меня нет выбора?

— Нет, Меган, — многозначительно ответил отец, — нет. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы люди поверили в правдивость слухов об операции на Эппеиде...

* * * *

Позже, у дворца, когда Барбюс притормозил под парадным навесом, Брим передал свой подарок для императора королевскому камердинеру. Тот сухо козырнул и поставил яркий пакет, присланный Дарк, на обтянутую атласом тележку, где уже дожидались десятки других изысканно упакованных даров. Прежде чем Онрад приблизится к ним хотя бы на кленет, каждый подарок должен был пройти тщательную проверку.

Окинув взглядом позолоченный вестибюль, Брим кивнул нескольким друзьям, готовившимся к выходу, сдал плащ лакею и шагнул в аванзал. Его тут же захлестнул изысканный гул голосов, смешанный с ароматами дорогого спиртного, духов и богатых яств. Он протянул свою визитную карточку пажу в алой ливрее и посмотрел на сверкающее внизу собрание. Раздался звук АнГрейла, и его имя громогласно разнеслось по залу:

— Слушайте! Слушайте! Адмирал... э-э-э... л-лорд Вилф Анзор Брим, первый герцог Грейсонский!

— Простите, милорд, — прошептал паж, когда Брим начал спускаться по длинной лестнице. — Я из отставных Синих курток, и...

Брим остановился, обернулся и сжал руку человека — только сейчас он заметил, что пустой рукав ветерана приколот к мундиру.

— Поверьте, для меня это честь, звездный матрос, — шепнул он и подмигнул.

Снова начав спускаться по парадной лестнице, он поймал на себе два тяжелых взгляда, сверливших его из толпы: граф Тал Конфисс и генерал-майор Меган Траффорд, судя по всему, только что миновали линию приема. Жирный граф и его дочь Меган в мундире имперской армии с разрезом на юбке почти до самой талии. Брим бесстрастно встретил их взгляды, пока и Траффорд, и его дочь не отвели глаза, направившись к пажу с золотым подносом, полным кубков с мимом. Про себя Брим усмехнулся: что бы он ни думал о Меган Траффорд, щиколотки у неё по-прежнему были точеные.

У подножия лестницы второй паж в парадной ливрее проводил его к началу линии приема, высокопарно шепнув:

— Мадам Колифелс, позвольте представить лорда Вилфа Анзора Брима, первого герцога Грейсонского!

Брим поцеловал затянутую в перчатку руку пухлой супруги вице-адмирала Колифелса. Он чувствовал, как его засасывает в очередную линию приема — по его прикидкам, миллиардную с тех пор, как он впервые оказался на подобном торжестве в месте, которое уже и не помнил.

Пожав последнюю руку, он уже хотел отойти, но почувствовал, как кто-то коснулся его локтя.

— Я ждала тебя, адмирал, — прошептал ему на ухо нежный женский голос.

Вздрогнув, Брим обернулся, и сердце его подпрыгнуло.

— Марго, — произнес он, накрывая её ладонь своей. — Я ждал тебя всю жизнь.

Она была ослепительна в длинном открытом платье нежно-абрикосового цвета с глубоким декольте, подчеркивавшим её небольшую, но идеальную грудь. С её безупречной кожей она всегда казалась ему самым прекрасным созданием из всех, что он когда-либо встречал.

— Как ты? — спросил он, заглядывая в её синие глаза.

Она сжала его руку и улыбнулась, её алые губы сложились идеальным бантиком.

— Лучше, чем вчера, но не так хорошо, как буду завтра. — На миг она прикрыла глаза, а затем посмотрела на него тем самым полусонным взглядом, который он так хорошо помнил. — Угостишь даму выпивкой?

— Я... я думал, ты не пьешь, — запнулся Брим.

— То было тогда, а сейчас — это сейчас, — шепнула она. — Пора попробовать. Если не получится, дом мой совсем рядом.

Брим кивнул пажу с подносом мима — погреба Онрада были легендарными. Он взял бокал и протянул Марго; второй поднял сам и осторожно коснулся края её бокала.

— За тебя, Марго, — сказал он. — Красивую и сильную.

Она поднесла кубок к губам, на мгновение зажмурилась, словно собираясь с духом, и сделала глоток. Брим последовал её примеру. На мгновение взгляд её стал отрешенным, она смаковала вкус, а затем печально улыбнулась.

— «Красивую» — это мне всё еще нравится, — произнесла она. — А вот «сильная»... в последнее время я сдаю.

— Прости, — пошел на попятную Брим.

— О, всё в порядке, — прошептала Марго. — Просто я восстанавливалась так мучительно долго. Пожалуй, пора уже заявить, что я исцелилась, и начать жить снова. — Она улыбнулась. — Но прямо сейчас я вполне счастлива просто держаться за твою руку, будто без неё упаду. Ты ведь не против?

Брим хмыкнул:

— Как я могу быть против, когда на моей руке — самая великолепная женщина в известной вселенной?

Марго машинально коснулась шрама на щеке.

— Спасибо, Вилф, — прошептала она. — Пусть даже во всей вселенной ты единственный, кто так скажет.

Брим мягко подвел её к фуршетному столу в углу зала и поставил свой бокал. Шумный бал вокруг них будто исчез: в этой особой вселенной существовали только он и Марго.

Марго медленно, обеими руками поставила свой мим рядом с его кубком.

— Достаточно, — тихо сказала она, не отрывая взгляда от бокала, будто тот был живым существом. — Я доказала, что могу вовремя остановиться. Для начала это огромный шаг.

Брим обнял её за плечи и прижал к себе.

— Я могу только догадываться, через что тебе пришлось пройти, — прошептал он ей на ухо. — Но я верю тебе.

Пока он говорил, её рука скользнула по его талии.

— Прошло так много времени и столько жизней с тех пор, как мы касались друг друга, Вилф Брим, — прошептала она.

— Слишком много времени и жизней, — согласился Брим, и голос его дрогнул сильнее, чем ему хотелось бы признавать. — Ч-что нам делать теперь?

— Не знаю, — ответила она, убирая руку. — Но твоя близость будит во мне чувства, к которым я, кажется, еще не готова.

Брим нехотя отпустил её, но она не отошла, а снова взяла его под руку.

— Так можно? — спросила она.

— Всё, что ты делаешь, — правильно, — заверил её Брим. — Чего бы ты хотела?

На мгновение её взгляд стал отрешенным.

— Сегодня, с этим кубком мима, я перешагнула через часть своих страхов, — негромко сказала она. — Если бы я дала себе волю, и если бы ты согласился, я бы тайком увела тебя в свои покои и попыталась наверстать все те годы, что мы были в разлуке. Но я еще не готова к таким сильным эмоциям... к любви. Особенно с тобой, мой чудесный любовник. Мне говорили, что я всё еще могу сорваться, а я этого не хочу.

Брим на мгновение затаил дыхание, боясь, что не сможет вымолвить ни слова. Затем, отчаянно подавив чувства, он посмотрел ей в глаза.

— Марго... — начал он.

— Не говори ничего, Вилф, — выдохнула она, прижав палец к его губам. — Не сейчас... Еще не время...

— Н-но...

— Вилф, дорогой, — снова перебила она. — Никогда не принимай меня за ту Марго, которую ты когда-то знал. Той женщины нет, она умерла несколько стандартных лет назад. Я существую в оболочке того, чем она была, стараясь понемногу снова наполнить её жизнью, когда нахожу на это силы.