— Хорошая мысль, парень, — кивнул Колхаун. — Как говорится, в конце концов всё само утрясется. Но эта наземная команда, о которой ты упоминал... им ведь необязательно быть гражданскими?

— Я бы предпочел Синих курток. Они будут подчиняться шефу Барбюсу, и им понадобится допуск к секретным операциям.

— Я обо всём позабочусь.

— Я на это и рассчитываю, Кэл.

Колхаун допил остатки своего логийского и взглянул на часы.

— Пора мне возвращаться в адмиралтейство, — сказал он. — Я прикажу кадровикам заняться поиском твоей наземной команды. И... могу я предположить, что наш друг Барбюс всё еще сохранил свои, э-э, связи? — спросил Колхаун.

— О, думаю, да, — ответил Брим.

— Хорошо, — сказал Колхаун. — Тогда будем проворачивать дела со снабжением через него. Это добавит еще один уровень секретности всей затее. — Он достал из серебряного футляра визитную карточку, нашептал на нее несколько слов и протянул Бриму. — Пусть он завтра свяжется с этой дамой в ее офисе. Эти двое всё обустроят и запустят дело прежде, чем мы с тобой успеем даже перечислить все детали.

Брим усмехнулся.

— «Успешный офицер знает, что флотом заправляют такие люди, как Барбюс», — процитировал он.

Колхаун торжественно кивнул.

— От гранд-адмиралов до самых зеленых младших лейтенантов. Даже сам Онрад трепещет перед Барбюсом... кстати, это напомнило мне: ты будешь на балу Имперского календаря?

— Не думаю, — ответил Брим. — Меня не приглашали.

— Еще как пригласили, — возразил Колхаун. — Приглашение ждет тебя в квартире. Его величество был весьма удивлен, когда ты нагрянул в город без предупреждения.

— Я не собирался его беспокоить, — искренне удивился Брим.

— И как же ты собирался навестить свою «племянницу», чтобы он об этом не узнал?

— Мою... э-э... племянницу? Откуда ты знаешь о...

— О малютке Хоуп? — Колхаун расхохотался. — Происхождение этой юной леди — пожалуй, самый плохо хранимый секрет при имперском дворе. У нее глаза матери, но взгляд... что ж, Голсуорси предсказывает, что она станет лучшим рулевым, чем вы оба когда-либо мечтали быть.

Глава 16

...заговор

НА БОРТУ ЯХТЫ «ПРИНЦЕССА МЕГАН», ЧАСТНЫЙ ПРИЧАЛ НА ОЗЕРЕ МЕРСИН, 34 ДЕКАДА 52016 ГОДА

Несмотря на значительные жизненные успехи, Крэнвелл никогда не владел яхтой. Однако во время пребывания на «Принцессе Меган», принадлежащей Траффорду, в дни Гантакларской конференции, он был впечатлен всем увиденным. Стоило ступить на сходни этого плавучего дворца, как он понял: у него должно быть нечто подобное, а лучше — превосходящее. Частные звездолеты были истинным мерилом успеха — они позволяли эффектно выделиться на фоне низших классов, способных лишь мечтать о владении такой изящной красавицей.

Сегодня гражданский капитан в мундире поприветствовал его на борту и проводил в великолепный салон, где хозяин уже поджидал гостя, расположившись на краю роскошного дивана, обтянутого кожей офет.

— Снова добро пожаловать на «Принцессу Меган»! — весело воскликнул Траффорд. По своему обыкновению, он даже не подумал встать, лишь приподнял кубок с тем, что обещало быть отменным логийским. — Присаживайтесь, кузен, разделите со мной кубок.

— Благодарю вас, кузен, — промурлыкал Крэнвелл с заученной улыбкой, решив не выдавать гложущей его зависти к внушительной яхте Траффорда — одной из крупнейших на озере Мерсин, насколько он понимал. Едва он опустился на диван рядом с хозяином, стюард вложил в его руку массивный кубок.

— Попробуйте, — требовательно и с ожиданием произнес Траффорд.

Крэнвелл медленно качнул фиолетовую жидкость в изящном кубке, вдохнул аромат и в экстазе прикрыл глаза. Наконец он сделал глоток, смакуя сложный букет, и вздохнул. Как он и ожидал, мим было истинно логийским, классического урожая. Он улыбнулся хозяину:

— Великолепно, кузен. Просто великолепно!

— Как и моя «Принцесса Меган», верно?

— Безусловно, — признал Крэнвелл. — Это очень достойная яхта.

— «Очень достойная» — и это всё? — притворно возмутился Траффорд.

— Ну, кузен, — уступил Крэнвелл, подавляя очередной приступ ревности, — я никогда особо не стремился к обладанию звездолетом. Но ваша яхта действительно впечатляет.

— Вот это уже лучше, кузен, — сказал Траффорд, явно смягчившись. — И прежде чем мы перейдем к закускам, не обсудить ли нам наш... скажем так, проект?

— Что ж, — Крэнвелл замялся, многозначительно взглянув на стюарда, хлопотавшего у бара, — пожалуй...

— Всем выйти! — приказал Траффорд, и стюард вместе с барменом мгновенно исчезли. — Я бы доверил им свою жизнь, — заявил граф, — но уважаю вашу осторожность.

— Благодарю вас, кузен, — Крэнвелл нахмурился. — Надеюсь, это помещение... каюта... полностью защищено от прослушивания?

— Поверьте мне, — заверил его Траффорд, — эта каюта — одно из самых безопасных мест в известной вселенной.

Крэнвелл еще раз огляделся, словно проверяя защиту на глаз, затем откинулся на спинку и кивнул.

— Хорошо, кузен. Если вкратце: этот Вилф Брим опаснее для нас, чем я мог вообразить.

— Неужели? Он всего лишь простой рулевой. Чем он может быть опасен? Что он сделал?

— За то короткое время, что он и его команда провели на заводе «Уэйкфилд» на Хэтфилде-Солсбери с новой УФ-400, они сумели довести дальность полета этого суденышка до двух тысяч трехсот световых лет. И это расстояние они покрывают чуть менее чем за десять с половиной метациклов.

— И что с того? — фыркнул Траффорд. — Эти цифры мне мало о чем говорят.

— Всё дело в том, какую площадь эти малые корабли теперь могут патрулировать за кратчайшее время, — пояснил Крэнвелл. — За эти десять метациклов они могут прочесать столько же пространства, сколько эскортный корабль покрывает за неделю.

— Невозможно! — воскликнул Траффорд.

— Для лорда Брима нет ничего невозможного, — отрезал Крэнвелл. — И это еще не всё.

— Есть что-то еще? — Траффорд обеспокоенно прищурился над кубком.

— О да, — Крэнвелл глубоко нахмурился. — Брим совершает эти перелеты, имея в запасе почти три четверти метацикла на оперативные задачи — например, на охоту за «невидимками», — и всё это на скорости, в десять раз превышающей скорость обычного эскорта. В количество кубических световых лет, которое он способен обследовать с помощью своего нового мощного BKAEW за одну такую короткую миссию, решительно трудно поверить. Иными словами, дорогой кузен, под угрозой само будущее Эскортной службы. — «Не говоря уже о моих тайных проектах, как и о ваших», — подумал он.

Траффорд вцепился в кубок обеими руками, словно внезапно побоялся его выпустить.

— Я полагаю, это свежие данные? — потребовал он.

— Свежее некуда, — подтвердил Крэнвелл. — Данные получены непосредственно с испытательной площадки завода «Уэйкфилд».

— Значит, эти наработки еще настолько новы, что без Брима их вряд ли удастся повторить?

Крэнвелл поджал губы.

— Нет, — ответил он после долгих раздумий. — Если джинн выпущен из бутылки, обратно его уже не загнать.

— Что же нам тогда делать? — вскинулся Траффорд. — Мы определенно не хотим, чтобы с нашей дорогой Эскортной службой что-то случилось.

— Не беспокойтесь, кузен, — успокоил его Крэнвелл. — Мало выпустить джинна, его нужно еще, так сказать, продать. Новые идеи редко приживаются, пока не появится кто-то известный, кто докажет их исключительную полезность.

— И этот «кто-то» — Брим?

— Именно, — ответил Крэнвелл. — Брим пользуется таким уважением у высших чинов флота, что, пожалуй, только он один способен заставить людей поверить в разработанные им методы.

— Понимаю, — задумчиво произнес Траффорд. — В таком случае его устранение кажется очевидной необходимостью. Как ни прискорбно это признавать, само его существование угрожает военной карьере моей дочери Меган. — Он на мгновение замолчал, изучая свои ногти, затем кивнул, словно принял решение. — Я возьму это дело на себя, — произнес он, глядя на безупречно отполированную палубу.

— Вы? — ахнул Крэнвелл. — И как же вы планируете это осуществить?

— Способом, который не бросит тени ни на одного из нас, кузен, — заверил его Траффорд.

— И каким же?..

— Вам незачем знать это сейчас, а возможно, и когда-либо вообще, — ответил Траффорд с уверенной улыбкой.

Крэнвелл тоже улыбнулся. Он втайне надеялся, что богатый родственник решит сделать за него всю грязную работу. Давно ходили слухи, что не один потенциальный противник графа просто исчезал, перейдя ему дорогу.

— В таком случае, — провозгласил он, — я готов приговорить еще кубок этого восхитительного логийского мим.

— Великолепная идея, кузен, — отозвался Траффорд, нажимая потайную кнопку, чтобы вызвать слуг...

Глава 17

...Хоуп

АВАЛОН-АСТУРИАС, ГОРОД АВАЛОН, ИМПЕРАТОРСКИЙ ДВОРЕЦ, 34 ДЕКАДА 52016 ГОДА

Вскоре после ланча Колхаун и Брим расстались. Последний поймал такси до дома Барбюса, оставил там визитку Колхауна и отправился к императорскому дворцу. У входа через специальные задние ворота его встретили няня Тутти и высокий пожилой императорский паж Джозеф, который последние несколько лет, казалось, был бессменно прикомандирован к «дежурству при Хоуп», как называли это во дворце.

— Она не занята? — спросил Брим.

— Для своего дяди Вилфа она никогда не бывает занята, — ответила Тутти, кивнув в сторону залитого солнцем внутреннего дворика, где маленькая девочка с длинными черными локонами играла с небольшим рыжим котом. — На самом деле она вас ждет.

— Неужели она меня помнит? — вслух засомневался Брим.

— Нет, не думаю, — покачала головой Тутти. — Ей едва исполнилось два года, когда она видела вас в последний раз.

— Что ж, выходит, мне придется начинать всё сначала.

— Именно так, лорд Брим, — ответил Джозеф с ободряющей улыбкой. — Но, думаю, это неважно. Она уже совсем взрослая барышня; уверен, вы поладите в мгновение ока.

Брим на мгновение прикусил губу.

— Я прихватил тут кое-какие вещицы в Авалоне, но никогда не знаешь наверняка, что ей понравится, — сказал он, перебирая свертки.

— Скорее всего, хватило бы и вас самого, — усмехнулась Тутти. — Вы и так прислали ей столько подарков, что ее можно было вконец избаловать. Но сейчас праздники, так что, уверена, еще парочка ей не повредит.

Брим неловко улыбнулся, открыл дверь и шагнул во внутренний дворик.

— Привет, — произнес он, отчаянно пытаясь придумать что-то более увлекательное для четырехлетнего ребенка.

— Привет, — серьезно ответила девочка. — Ты, должно быть, мой дядя Вилф. Тот самый, что присылает мне гостинцы со всех концов света.

— Это я, — подтвердил Брим, снова не сумев подобрать слов. Она была, бесспорно, самым прекрасным ребенком, которого он когда-либо видел: иссиня-черные волосы и смуглая кожа делали ее точной копией матери, но глаза выделяли девочку среди всех остальных. Миндалевидные и сияющие, они обладали тем самым особенным взглядом, который Брим узнавал в других рулевых. Голсуорси тоже это заметил. Он мгновенно осознал, что эта малышка, если пожелает, вполне может вырасти в одного из величайших рулевых галактики.

— Ты любишь кошек? — требовательно спросила она, когда лохматый рыжий котенок подбежал к Бриму и принялся тереться о его сапоги.

— О, я обожаю кошек, — ответил он, отложив пакеты, чтобы поднять котенка на руки.

— Это хорошо, — заметила Хоуп, когда зверек деликатно лизнул его в нос, — потому что ты ей явно нравишься.

Брим рассмеялся и осторожно опустил котенка на пол рядом с девочкой.

— Что может быть лучше? — заметил он. — К тому же теперь у меня чистый нос.

Хоуп весело расхохоталась.

— У меня тоже нос чистый, — сказала она, заговорщицки глянув на окно, где, улыбаясь, стояли Тутти и Джозеф. — Но они это не очень-то одобряют.

— Ну, — сказал Брим, — скорее всего, они правы. Но время от времени иметь чисто вылизанный кошкой нос — это даже приятно.

— Да, — хихикнула Хоуп, — кошачья чистота. Я запомню это, дядя Вилф. Это будет наш секрет. — Внезапно она пристально посмотрела на него. — Это ведь ты тот человек, который пролетел над дворцом вверх тормашками на шумном истребителе, правда?

Брим виновато поморщился:

— Э-э, да, это тоже был я.

— Как весело! — воскликнула она, прыснув со смеху. — Дядя Онрад был так счастлив. Он смеялся и смеялся. — Затем она вдруг посерьезнела, нахмурилась и посмотрела Бриму прямо в глаза. — Я так рада, что ты веселый, — задумчиво произнесла она. — В тот самый день дядя Онрад сказал, что когда-нибудь ты станешь вторым по важности мужчиной в моей жизни.

— Твой дядя Онрад слишком добр, — ответил Брим, чувствуя, как от волнения перехватывает горло. — Но я бы очень гордился, если бы это оказалось правдой.

Внезапно Хоуп посмотрела Бриму за спину и расплылась в улыбке.

— О, а вот и дядя Онрад!

Брим резко обернулся.

— Ваше величество! — воскликнул он. — Я не слышал, как вы подошли.

Онрад ухмыльнулся и протянул руку.

— Обычно мне не слишком удается подкрадываться к людям незаметно, Брим. Рад тебя видеть. А как поживаешь ты, маленькая принцесса?

— У меня всё хорошо, дядя Онрад, — ответила Хоуп, потянувшись к нему, чтобы он взял ее на руки. — Это тот человек, который летал над твоим дворцом вверх тормашками.

— Да, я знаю, — сказал Онрад, с широкой улыбкой подхватывая девочку.

— Ты еще говорил, что он станет вторым по важности мужчиной в моей жизни. Помнишь?

Онрад смутился и закатил глаза, глядя на Брима.

— Да, говорил. Не стану отрицать, — признал он.

— Так вот, с тех пор, — произнесла Хоуп с недетским достоинством, — я всё гадала, кто же будет первым по важности. Ты знаешь?

— Хм, — проворчал Онрад, явно опешив от такого поворота беседы. — Пожалуй, не знаю. Может быть...

— Дядя Брим?

— Э-э, ну...

— Может, это будет тот человек, за которого я выйду замуж? — вмешалась Хоуп. — Наверное, когда-нибудь мне придется это сделать. Няня Тутти так говорит.