БИЛЛ БОЛДУИН * ПЕРЕЛОМНЫЙ МОМЕНТ
Галактический Альманах
(и краткая энциклопедия)
Вторжение на Эмифирни-Бакс (52014)
Из издания за 52016 стандартный год
Общие сведения
Основной целью этого рейда в оккупированный сектор Эффервик было уничтожение гравитационного дока близ города Эппеид на Эмифирни-Баксе. Этот колоссальный комплекс по ремонту звездолетов был способен обслуживать крупнейшие суда в известной вселенной и считался достаточно укрепленным, чтобы выдержать обстрел из самых мощных дезинтеграторов того времени. Правительство Эффервика построило этот объект, затратив огромные средства, еще до вторжения Лиги Темных Звезд. По иронии судьбы, теперь док служил подспорьем для амбиций Негрола Трианского, стремившегося покорить всю обитаемую галактику. Его уничтожение нанесло бы Лиге тяжелейший удар.
Второстепенной задачей рейда был захват новой аппаратуры обнаружения BKAEW, которую инженеры Лиги только что закончили устанавливать на Лавенурбе-Баксе — следующей от солнца планете после Эмифирни-Бакса. Поскольку захват этого оборудования имел критическое значение для ведения войны, адмиралтейство империи решило рискнуть своим новым К.И.Ф. «Монтрояль» — новейшим средним транспортным звездолетом. Просто уничтожить технику врага было недостаточно: имперским ученым мужам на Протее-Астуриасе требовалось разобраться в принципах ее работы. А для этого «Монтрояль» должен был доставить ее домой.
Имперские силы
Для проведения операции командование объединенными силами собрало внушительную флотилию, состоящую из восьми легких крейсеров, шести дезинтеграторных мониторов Свободного Эффервика, 16 кораблей огневой поддержки, двух флотилий малых тральщиков радиоэлектронной борьбы и 25 новейших бронированных десантных судов, не считая «Монтрояля». Эти силы вместе с почти шестью тысячами готовых к бою коммандос были тайно сосредоточены на двух необитаемых планетах менее чем в световом годе от имперской границы Викеанской расселины.
Общее руководство операцией осуществляла генерал-майор имперской армии Меган Траффорд.
Для поддержки с воздуха командование флота выделило шесть эскадрилий (по 16 истребителей «Звездный огонь» Mk 9 в каждой) для борьбы с кораблями охранения, а также еще четыре эскадрильи штурмовых истребителей «Уэйкфилд» типа 327, чьей задачей было подавление наземных огневых точек. Учитывая, что большая часть «Звездных огней» была абсолютно новой и, следовательно, должна была работать безотказно, такие силы казались достаточными, по крайней мере, на начальном этапе миссии, когда имперцам противостояли лишь местные гарнизоны.
Однако по сигналу от имперских саперов с Эмифирни-Бакса о том, что новый BKAEW Лиги погружен на борт К.И.Ф. «Монтрояль», две эскадрильи «Звездных огней» и две эскадрильи «Уэйкфилдов» типа 327 должны были отделиться для прикрытия этой специальной группы до самого завершения миссии.
Обе части этой второстепенной операции находились под прямым командованием вице-адмирала имперского флота Вилфа А. Брима.
Подготовка
На первый взгляд, план атаки выглядел логичным и выверенным — образцовая операция по учебнику межзвездной войны, сулящая врагу колоссальный урон, а империи и ее союзникам — огромную выгоду.
Однако с самого начала было ясно, что имперцы могут очень быстро столкнуться с крайне нежелательной компанией. Маршал Лиги Гот Оргот командовал в Эффервике почти полутора тысячами ударных истребителей и перехватчиков, при этом никогда не стеснялся пускать их в дело. Учитывая бесчисленное множество факторов, которые могли пойти не так в столь сложной операции, ее замысел нес в себе вполне жизнеспособные семена грядущей катастрофы.
Примечательно, что генерал Траффорд была настолько уверена в успехе, что запретила даже обсуждать расход ресурсов на разработку запасных планов на случай непредвиденных обстоятельств.
Атака
В день «Д», 25 октада 52014 года, разношерстные корабли имперской десантной флотилии вышли из гиперпространства и прибыли в исходную точку близ Эмифирни-Бакса практически в нулевой метацикл. Это стало триумфом навигационного мастерства и отличным началом всей операции.
Четыре эскадрильи «Звездных огней» немедленно рассредоточились, взяв главную цель на Эмифирни-Баксе в кольцо боевого воздушного патрулирования. Остальные «Звездные огни» и четыре эскадрильи штурмовиков «Уэйкфилд» типа 327 направились к поверхности, встав в зону ожидания на орбите. В то же время легкие крейсеры и мониторы начали медленное снижение в атмосфере, чтобы при необходимости блокировать периметр гравитационного дока.
Одновременно с началом рейда на Эмифирни-Баксе гораздо меньший отряд штурмовых отрядов особого назначения (SSA) и имперских саперов высадился на Лавенурб-Баксе рядом с объектом BKAEW. Как только коммандос взяли территорию под контроль, саперы приступили к демонтажу оборудования (включая все специальные антенны, замеченные на разведывательных голоснимках). Каждую деталь планировалось погрузить на «Монтрояль», который должен был немедленно уйти к имперской стороне Викеанской расселины, не дожидаясь завершения основной операции.
Поначалу казалось, что всё идет идеально.
Аномалия
Затем произошло непредвиденное — событие, вмиг лишившее генерал-майора Траффорд надежды на внезапность. Одно из первых двух десантных судов, сходивших с орбиты, столкнулось с торговым кораблем, набиравшим высоту под конвоем. Вспыхнула яростная перестрелка, и уже через несколько тиков все вокруг палили во всё, что шевелится.
Внезапно ожили мощные наземные дезинтеграторы, чьи ослепительные разряды вывели из строя гиперэкраны обеих сторон. Два орудия, казалось, выстрелили одновременно; в космосе прогремел чудовищный взрыв, который буквально стер с неба старый тяжелый крейсер К.И.Ф. «Злобный». Империя мгновенно лишилась тяжелых дезинтеграторов на этом участке и почти восьмисот членов экипажа.
Сразу за этим еще одна позиция наземных дезинтеграторов взлетела на воздух в ослепительной вспышке радиационного пламени. Это означало, что хотя бы части коммандос удалось высадиться и вступить в бой. Однако вся надежда на успех наземной операции угасла, когда на поле боя появились истребители Лиги. С этого момента вся операция начала разваливаться.
Приказ генерала Траффорд об отступлении
Видя, что операция в гравитационном доке Эппеида катится к катастрофе, генерал Траффорд в спешке приказала всем истребителям и кораблям обеспечить немедленную эвакуацию наземных сил. Этот приказ поступил до того, как адмирал Брим успел выполнить свою второстепенную задачу: завершить захват нового мощного узла BKAEW на Лавенурб-Баксе. После провала основного удара многие корабли Лиги уже освободились и спешили на помощь второму фронту.
Частичное неповиновение адмирала Брима
Спустя мгновения после того, как генерал Траффорд отдала приказ прекратить атаку и отступать через Викеанскую расселину, адмирал Брим принял судьбоносное решение: продолжить операцию на Лавенурб-Баксе, а не бросать начатое. Вопреки приказу Траффорд, он велел двум эскадрильям «Звездных огней» и двум эскадрильям «Уэйкфилдов» типа 327 с высшим приоритетом следовать к Лавенурб-Баксу, после чего сам отправился в гущу сражения. Позже, давая показания перед военным трибуналом, адмирал Брим заявил, что его решение было продиктовано острой необходимостью имперского флота заполучить средства противодействия новому BKAEW Лиги, который уже начал приносить плоды, успешно обнаруживая имперские суда всех типов.
Действия Брима спасли операцию на Лавенурб-Баксе, но лишь чудом. К моменту его прибытия имперские морпехи почти закончили погрузку разобранного BKAEW на К.И.Ф. «Монтрояль», однако они не знали, что оба рулевых огромного звездолета погибли. Взяв инициативу в свои руки, адмирал Брим посадил свой «Звездный огонь» рядом с гигантом, установил взрывчатку, чтобы истребитель не достался врагу, и поднялся на борт транспорта. Встав за совершенно незнакомый штурвал «Монтрояля», он сумел привести огромный корабль домой.
Военные последствия
Ни одна из основных целей рейда не была достигнута. Из 6 тыс. человек, высадившихся на поверхность, 3623 (почти 60%) погибли, получили ранения или попали в плен. Командованию флота не удалось выманить истребители Лиги для открытого боя: империя потеряла 96 машин (из них как минимум 32 из-за огня ПВО или аварий, в то время как потери Лиги составили 48 единиц). Кроме того, имперский Флот лишился 33 десантных судов и одного эсминца.
Кадровые последствия
Хотя виновницей провала в целом считали генерала Траффорд, она сохранила свой чин и полномочия в имперской армии. Однако, поскольку адмирал Брим нарушил её приказ как старшего командира операции, Траффорд инициировала созыв военного трибунала. Её показания на процессе привели к тому, что адмирал получил официальное взыскание, а затем был лишен патента и уволен из имперского флота.
Дополнения
Следует отметить, что решение адмиралтейства об отставке адмирала Брима не нашло единодушной поддержки ни на флоте, ни в императорском дворце. Вскоре после трибунала император Онрад V издал следующий указ:
«Сим извещаю всех, что Я, Онрад Пятый, Великий Галактический Император, Принц Звездного Скопления Регги и Законный Защитник Небес, волею Своей и властью, данной Мне при коронации, провозглашаю и утверждаю: отныне и впредь наш верный подданный Вилф Анзор Брим будет именоваться во всей цивилизованной Вселенной лордом Бримом, первым герцогом Грейсонским. Вместе с этим титулом Я жалую ему в единоличное владение из состава королевских земель пять обитаемых и две необитаемые планеты системы звезды Грейсон, а также всё имущество, недра, ренту, договоры аренды и доходы, проистекающие от них.
Дано в первый стандартный день декада, в 5201 стандартный имперский год».
ПРОЛОГ
…почти два стандартных года спустя
ГАВАНЬ ГАНТАКЛАР, ИМПЕРСКАЯ ПРОВИНЦИЯ КАРЕСКРИЯ, ЛИНФАРН-НАВРОН, 32 ОКТАДА 52016 ГОДА
— Экипажу занять места согласно расписанию! Подходим к планете! — прохрипел динамик в каюте. — Повторяю: экипажу занять места! Пассажирам немедленно пристегнуться.
Гражданский почтовый пакетбот пробивался сквозь остатки мощного шторма, укрывшего этот регион Линфарна снежным саваном. Глядя в гиперэкран своей каюты первого класса, Вилф Брим находил зимний пейзаж таким же суровым и неприветливым, каким запомнил его почти тридцать лет назад. Скверное местечко. Внизу кое-где мерцали россыпи огней, а на восточном горизонте звезда Наврон расцвечивала туманную дымку мазками розового и лавандового.
По правому борту он заметил прижатый к земле контур замерзшего озера Келтон, над которым вздымались клубы пара — там ветродуи расчищали посадочную полосу. У самого берега теснились серые громады причалов Гантаклара. Когда-то, пока рудники Фартингтон-291 еще приносили прибыль, эти доки имели для империи огромное значение. Судя по скудному освещению, от былого величия и суеты не осталось и следа. Но если его догадки о предстоящей конференции верны хотя бы наполовину, война скоро всё изменит. Радикально.
Корабль заложил крутой вираж над озером и начал стремительно снижаться. Рулевой то и дело вносил поправки — на взгляд Брима, излишние — борясь с порывистым ветром. В далеком восемьдесят девятом инструктор Джим Пейн, учивший Брима водить рудные баржи, оценивал мастерство пилота по количеству движений, которых тот НЕ совершал при заходе на посадку. Брим до сих пор придерживался того же правила.
Пакетбот пронесся над знакомым скалистым берегом, выровнялся и опустился на гравитационную опору, подняв каскады брызг. Довольно мягко — Брим готов был признать за рулевым хотя бы это. Когда скорость упала, и водяная пыль за гиперэкраном осела, он увидел впереди протаявший в разводьях канал, ведущий к пирсу. По обе стороны ржавой аппарели мигали световые столбы. «Пора», — скомандовал он себе и щелкнул пальцами, подзывая единственный саквояж. Ясно, что он был единственным пассажиром, летевшим до этой конечной точки. И неудивительно. Гантаклар был уродлив.
К тому моменту, как пакетбот поравнялся с аппарелью, Брим уже стоял у гиперэкранов в вестибюле, наблюдая, как из швартовных тумб бьют тяговые лучи. Зацепив якорные порты, они плавно подтянули судно к причалу. Брим невольно усмехнулся: пожалуй, он был слишком строг к рулевому…
Когда гравитационные двигатели где-то под ногами со скрежетом смолкли, тишина показалась почти оглушительной.
— Экипажу и пассажирам приготовиться к переходу на местную гравитацию. Повторяю: приготовиться к смене гравитации.
Брим покрепче ухватился за поручень. Перепады тяготения он всегда переносил плохо. Каждый раз… ох… к горлу подкатил комок.
— Сэр, вы в порядке? — заботливо осведомился стюард.
— Да… всё хорошо, — выдавил Брим, приходя в себя по мере того, как вступала в силу местная гравитация. Так было всегда: когда-то легче, когда-то тяжелее. Он так и не смог привыкнуть к этим скачкам — из-за них его чуть не отчислили из академии рулевых.
— Вы уверены, сэр?
— Просто откройте люк, пожалуйста.
— Слушаюсь, сэр.
Стюард ловко откинул запоры и отодвинул люк в сторону. В вестибюль ворвался поток ледяного воздуха, пропитанный резким запахом озона. Снаружи раздался скрежет — кто-то выдвигал к люку плохо смазанную аппарель. Она с лязгом встала на место; стюард с профессиональным видом выглянул наружу, проверяя крепление.
— Готово? — спросил Брим, чувствуя непонятное нетерпение.
— Вроде бы надежно, сэр, — заверил его стюард, отступая в сторону.
Снова щелкнув пальцами, чтобы саквояж следовал за ним, Брим вышел на верхнюю площадку и на мгновение замер. Он оказался не готов ни к этой жуткой тишине, ни к полузабытой панораме: ржавеющие портальные краны, заброшенные бункеры и брошенные рудные баржи С-97, выстроившиеся неровными рядами вдоль заснеженного берега. В его памяти Гантаклар остался бурлящим котлом яростной деятельности. Теперь же, если не считать эскадрильи представительских транспортов, парящих на новеньких гравитационных площадках в тысяче иралов к востоку, ничто здесь не напоминало о звездных полетах. Это был не тот Гантаклар, который он знал. Это был его призрак.