В тот момент, когда поднос выскальзывает из рук Лив, я понимаю, что с меня хватит. Я видела, как она мечется от одного столика к другому и шустро подает гостям пироги, как без остановки приносит кофе, чай и яблочный сок с содовой, как старается скрасить все более долгое время ожидания своим обаянием и жизнерадостностью. Я видела, как все больше и больше гостей заходит в кафе — но среди них нет ни одного помощника, никакой поддержки. Похоже, попытка Лив найти замену Лизе не увенчалась успехом.

Тем временем на столах скапливается посуда, новые гости занимают места, но Лив не справляется с уборкой. А потом поднос с пирогом выскальзывает у нее из рук. Бах! В этот момент я точно знаю, что она чувствует, ведь мне знакомо все это из «Ламберти»: ты гребешь и гребешь, а потом накатывает волна — и накрывает тебя с головой.

Хватит. Я уже давно не могу сконцентрироваться на романе, ведь все время взглядом возвращаюсь к Лив. Я встаю, иду к велосипеду, кладу книгу в корзину и снимаю вязаную кофту: сейчас она мне не понадобится. Кофту кладу на книгу. Потом открываю дверь в кафе, беру пустой поднос и начинаю убирать со столов. Потому что так больше не может продолжаться. Я не собираюсь просто сидеть и смотреть, как Лив идет ко дну.

Когда я подхожу к прилавку с полным подносом, там меня уже ждут горы посуды. Я открываю посудомоечную машину.

— Она вчера сломалась. — Лив подходит сзади. — Просто какое-то проклятье! Чистые тарелки у меня еще есть, но вот чашки заканчиваются.

— Не проблема. — Я включаю горячую воду. — Я помою.

— Правда?

— Правда.

— Спасибо, ты… — Женщина протягивает мне фартук. — Ты чудо.

Это очень приятно слышать. Я тихо улыбаюсь, повязываю фартук и принимаюсь за работу. Вообще, после небольшой прогулки на новом велосипеде я планировала сесть за стол и подготовить материалы для тренинга. Завтра в десять часов начнутся занятия в судоходной компании. Каждую неделю одна команда за другой будет проходить мои курсы, пока весь экипаж не завершит обучение. К счастью, клиент выбрал те модули, которые я уже применяла в работе, что сокращает время на подготовку — и я могу выделить час своего времени для Лив. Но именно в тот момент, когда я ставлю последние чистые чашки на полку, женщина врывается с очередной печальной новостью:

— У меня осталось всего восемь кусочков пирога с посыпкой, четыре кусочка абрикосового пирога, а сливового совсем мало. А ведь сейчас только четверть третьего. — Лив откидывает прядь волос с лица. — Я и подумать не могла, что сегодня будет столько народа.

— Хорошая погода зовет людей на улицу.

— Сегодня последний день, когда открыто садовое кафе. Мы закрываемся с октября. — Лив смотрит на противни и качает головой. — Большинство людей на улице — наши постоянные гости. Как жаль, что я ничего не смогу им предложить.

— Я придумала! — мне в голову приходит идея. — Мы испечем вафли, я мигом замешу тесто.

— Точно, вафли — это то, что нам нужно, — лицо женщины на секунду просияло, но потом снова стало задумчивым. — Яйца, сахар и мука есть, молоко тоже. Но что-то нужно добавить, может быть, вишневый или малиновый соус. Однако у меня его нет.

— Не страшно. У тебя есть яблоки?

— Несколько ящиков! В этом году деревья плодоносят как сумасшедшие. — Лив проходит мимо меня, открывает кладовку и достает оттуда полный ящик яблок.

— Этого с головой хватит, мы испечем яблочные вафли, я даже помню рецепт. Будет очень вкусно со взбитыми сливками. С корицей и сахаром тоже неплохо.

— У нас все есть. Как насчет ванильного мороженого?

— Тоже прекрасно подойдет.

— Отлично, чашу для замешивания найдешь в морозилке. Мука и сахар…

— Лив, — я перебиваю женщину, ведь уже слышу на улице новые голоса, — позаботься о гостях. А здесь я сама разберусь.

— Превосходно. — Лив тут же поворачивается и исчезает за дверью.

Я беру ящик яблок и через распашную дверь отправляюсь на кухню. Там я открываю первый шкафчик и сразу же нахожу все необходимые ингредиенты. Кухонный комбайн тоже стоит там, где я и ожидала. А где вафельница? Ну конечно же, она в шкафчике с противнями. Я достаю ее оттуда и ставлю нагреваться.

Затем начинаю быстро замешивать тесто. При этом я чувствую себя на кухне Лив как дома. Это чувство возникает во мне так быстро, что мне остается только удивляться. Я бы распланировала здесь все полки точно так же, как это сделала Лив.

Я чищу первое яблоко и вспоминаю, как Клас вчера рылся в моих шкафах на кухне. Незаметно улыбаюсь, потому что мне до сих пор нравится та картина, которую я видела перед собой. Он, несомненно, интересный человек. Конечно, Клас любит строить из себя грубияна, тренируется быть недоступным. Но когда он снимает эту маску, как вчера вечером, под его жесткой внешностью пекаря проступает мягкая душа. К тому же Клас обладает особой целеустремленностью, а целеустремленные мужчины мне всегда нравились. Особенно когда они хорошо выглядят. Клас вчера определенно не упустил возможности серьезно пофлиртовать со мной. Я тянусь за следующим яблоком и с удовольствием вспоминаю вчерашний вечер.

«Почему ты не носишь обручальное кольцо?» — спрашивает меня Клас прямо за ужином.

«А должна?» — Я немного смущенно убираю правую руку со стола.

«Ну да, в прошлый раз ты была с кольцом. Теперь ты без кольца».

«Я, э-э, я, — начинаю мямлить, — у меня перерыв… Перерыв в отношениях, поэтому я не ношу кольцо».

Я решаю не вдаваться в подробности. Не должна же я рассказывать Класу все, а особенно то, что Юстус захотел устроить паузу, а не я.

«Ага, — взгляд мужчины становится многозначительным, он о чем-то размышляет, я вижу это. — Ты знаешь, — продолжает Клас, — меня всегда интересовал один вопрос».

«Какой?»

«Как вообще работает перерыв в отношениях? — Клас проводит обеими руками по волосам. — Я имею в виду, в это время все разрешено?»

«Что “все разрешено”? — я притворяюсь, что не поняла вопроса».

Что мне ему ответить?

«Ну да, представь, что ты знакомишься с привлекательным мужчиной. Ты влюбляешься в него, а он, — голос Класа понижается на пол-октавы, — в тебя. Что происходит потом?»

«Ты имеешь в виду, что существует какое-то соглашение, которое супруги заключают на время перерыва? Поцелуи разрешены, а прикосновения запрещены. Такой принцип?»

«Типа того», — Клас лукаво улыбается.

«Скажи, — я поднимаю бокал с вином, — а ты случаем не предпринимаешь вполне удачную попытку флирта?»

«Может быть», — мужчина поднимает свой бокал.

«Тогда мне нужно сейчас пролистать договор, который мы заключили с мужем. А-то я не знаю, можно ли мне флиртовать».

Теперь Клас улыбается во весь рот, говорит «Touché»[12]1 и чокается со мной.

Волнительный момент. Я не флиртовала ни с кем уже целую вечность. А что в этом плохого? Вообще, вчерашний вечер выдался просто прекрасным. Хотя искра между нами быстро погасла, мы еще долго сидели за столом на моей кухне. Я рассказывала Класу, как раньше проводила каникулы на ферме Лобекхоф и как рада снова открыть для себя это место.

«Действительно странно, — в конце концов говорит Клас, — ведь именно здесь не стало твоего отца».

Должна согласиться с ним. «Это действительно странно», — снова размышляю я и хватаю терку, чтобы измельчить яблоки. При этом я заглядываю глубоко внутрь себя, прощупываю, как я ощущаю себя в этих стенах, которые теперь окружают меня. Но нет, здесь я чувствую себя хорошо, я ничем не обременена. Над этим местом не нависает черная тень. Возможно, потому, что отец погиб не здесь, а на пустоши. Его смерть никак не связана с фермой. Вероятно, причина кроется в этом.

— Три яблочные вафли, две с мороженым и сливками, одну с сахарной пудрой, — Лив заглядывает через распашную дверь и вырывает меня из мыслей.

И хорошо, потому что яблоки уже не только почищены, но и натерты. Осталось добавить их в тесто.

— Будет сделано! — спешно выкрикиваю я и проверяю вафельницу.

Вафельница нагрелась — можно начинать.