И да и нет.

Мексиканский культ смерти — это не попытки реконструировать религиозные верования индейцев Древней Мезоамерики. Это и не религия Санта-Муэрте, которая, несомненно, играет важную роль в имидже страны — весьма спорную и воспринимаемую в не слишком положительном ключе.

Мексиканский культ смерти — это культурный образ страны, благодаря которому ее узнают на международной арене.

В 1980-е гг. в Мексике уделялось повышенное внимание устройству алтарей и празднованию Дня мертвых, что при поддержке курса государственной политики превратило этот праздник в некий ритуал мексиканской идентичности. Эти усилия подпитывали стремление сделать из смерти национальный символ, и желание это овладело и продолжает овладевать современными умами. Процессы сохранения культурного наследия и национальная политика в отношении массовой культуры определили и смоделировали смерть как культурное благо. На это также повлияло признание Дня мертвых устным и нематериальным наследием ЮНЕСКО в 2003 г.: в социальной структуре Мексики смерть обрела эстетическую, социальную и даже ритуальную успешность. Это целый комплекс — культурный и символический, — глубоко укоренившийся в жизни мексиканцев, особенно метисов. Подобная «национальная фиеста», с точки зрения ЮНЕСКО, переросла в «фиесту коренных народов» с одной целью — стать частью глобального туристического маршрута.

Смерть — то, что визуально отличает мексиканскую культуру от других. Этот образ формировался веками: от черепов в доиспанских предметах искусства и использования смерти как инструмента управления общественными массами в колониальную эпоху до фамильярности с образами смерти и скелетов в карикатурах и рекламных изображениях Хосе Гуадалупе Посады в XIX–XX вв.

«Смерть — это то, что есть у всех и не отнять ни у кого», — говорят сами мексиканцы. В реалиях неспокойного прошлого и настоящего этой удивительной страны смерть воспринимается мексиканцами как константа, объединяющая нацию на протяжении столетий. И никто не может сказать об этом лучше, чем сами мексиканцы. А точнее, великий мексиканский поэт и литератор Октавио Пас. И следующие цитаты из его произведений как нельзя лучше иллюстрируют, что же означает смерть для мексиканцев.

«…Наши песни, поговорки, праздники и размышления недвусмысленно показывают, что смерть нас не пугает, потому что жизнь уже излечила нас от испуга. Умирать — естественно и даже желаемо; чем скорее, тем лучше. Наше безразличие к смерти — это обратная сторона безразличия к нашей жизни. Мы убиваем, потому что жизнь — наша или чужая — не имеет ценности. И вполне естественно, что так оно и есть: жизнь и смерть неразделимы, и всякий раз, когда первая теряет смысл, то и вторая становится несущественной. Мексиканская смерть — это отражение жизни самих мексиканцев. Перед обеими они закрываются и игнорируют обеих»[194].

«Наш культ смерти — это культ жизни, так же как любовь, которая жаждет жизни, так же жаждет смерти»[195].

«…Сахарные или бумажные черепа; раскрашенные яркими красками скелеты — наши популярные образы всегда являют собой насмешку над жизнью, подтверждение ничтожности человеческого естества. На День поминовения усопших мы украшаем наши дома черепами, едим хлеб в виде костей, развлекаем себя песнями и шутками, в которых высмеивается бледная смерть. Но вся эта хвастливая фамильярность не освобождает нас от вопроса, который мы все задаем себе: что такое смерть? Мы не пришли к новому ответу. И каждый раз, когда мы спрашиваем себя об этом, то в итоге лишь пожимаем плечами: какое мне дело до смерти, если я не забочусь о жизни?»[196]