– Брат, одумайся, – в сотый раз повторяла я, впервые за долгое время увидев на лице Эрика безмятежную улыбку. – Ты должен от них избавиться.

– Нет, Диана. – Эрик отрицательно покачал головой, надломил кусочек печенья и бросил в озеро, подкармливая проплывающих мимо птиц. – Сейчас я чувствую себя увереннее.

Уже несколько часов мы с Эриком сидели на берегу озера и крошили в воду печенье, которое брат обычно брал для перекуса. Вот только теперь выпечкой перекусывали утки, снующие туда-сюда.

Мне потребовалось время, чтобы рассказать обо всех предположениях, а в особенность о тех, которые касались Мэрит. Переживала, что Эрик не выдержит и разозлится: ведь юная особа ему все же дорога. Во всяком случае, я так думала… Но быстро выяснилось, что Эрик спокоен, расслаблен и вроде бы взял себе в руки. Однако на его губах продолжала играть слишком уж умиротворенная улыбка, будто он ни слова из моей истории не услышал.

Даже засомневалась, что брат осознает, где он находится.

Эрик проклял себя. Лично. Это – не такое же проклятие, как на мне, оно больше похоже на клятву неприкосновенности.

Заклинание придумали в период затяжных войн, когда королевства прекратили воевать, но пока не доверяли друг другу до конца. Чтобы избежать новых конфликтов, полководцы решили накладывать на себя и подчиненных заклинание неприкосновенности, основанное на их собственном желании.

Суть проста: если кто-то нарушит клятву и сознательно попытается причинить вред иной стороне, то, еще до того как он успеет что-либо предпринять, заклинание сковывает человека. Тем самым предупреждает его. Но если и это не поможет, клятва может убить его, буквально давая понять, что слово необходимо держать до конца.

Заклинание произносится перед теми людьми, на чью жизнь ты не имеешь права покушаться. В военное время так делали целые армии друг перед другом, но в нашей ситуации Эрик читал заклинание лишь передо мной. Любопытно, что заклинание более двухсот лет никто не использовал. Оно считалось чересчур грубым, варварским и диким. Не каждый добровольно полоснет себя ножом, а ведь собственное желание – это основа. Именно волшебник должен захотеть уберечь чью-то жизнь от вреда.

Если желания у него нет, то он сковывает себя. Вне чистых помыслов, руны, которые обвивают запястья и шею подобно браслетам и ожерелью, имеют не серебряный, а черный цвет.

Серебро говорит о честности, добрых намерениях и искренности. После обряда проклятый и дальше может жить как обычно. А чернота… доказывает, что он все еще зол и жаждет войны. Желает тому, кто стоял напротив, смерти.

Заклинание пожирает ненависть внутри человека, оставляя опустошенным и беспомощным. Но магия действенна – после прочтения заклинания войны всегда прекращались и новых вспышек не возникало.

Но кто бы мог подумать, что братец откуда-то раздобудет старинный ритуальный нож и применит все на практике? Хотя Эрик всегда был способным учеником академии и изучал историю. Он должен стать герцогом, а стратегия, дипломатия, военная теория – это обязательные предметы для него еще со времен домашнего обучения. Он многое знает, но кто бы мог вообразить, что юноша использует сведения не для защиты земель, а для того, чтобы уберечь сводную сестру… от себя?

Хотя его намерения были чисты, о чем говорили переливающиеся серебром руны в виде браслетов и ожерелья на теле, он словно ничего не замечал. Смотрел то на рябь озера, в которой отражались лучи солнца, то на меня и нежно улыбался.

Хм… Когда мы в последний раз вот так сидели? Родители не особо приветствовали нашу дружбу, поэтому удавалось пообщаться только за обеденным столом. И то… одними лишь глазами.

Мы действительно научились понимать друг друга без слов, чтобы не беспокоить отца и мать.

– Эрик… – вздохнула я и поглядела на брата. – Прошу, скажи правду: что ты чувствуешь к Мэрит? Ты… влюблен?

Эрик задумался, слегка нахмурился и бросил сосредоточенный взгляд на чуть зарябившуюся гладь озера.

– Трудно сказать, сестра, – тихо ответил он. – Сейчас я… ничего к ней не чувствую. Она довольно мила, если подумать. И даже очаровательна. Но ведь еще совсем недавно мне казалось, что она самая желанная девушка в мире, и я сознательно был готов бросить все к ее ногам, лишь бы она улыбалась. Страшно представить, что я мог натворить… Но потом в голове стало возникать все больше вопросов… И твое проклятие… До сих пор не могу отыскать своим поступкам разумного объяснения. Если это и приворотные чары, лишать возможности здраво мыслить они не должны. Во всяком случае, не столь сильно. Да и Мэрит Айдж… Она не тот человек, который будет заниматься подобным.

– Оу… значит, ты ее защищаешь? – удивилась я, приподняв бровь, а Эрик тут же занервничал.

– Я неверно выразился, – мгновенно отозвался он. – Я говорю о том, что Мэрит… не настолько умна, Диана.

– Хм, – фыркнула. – Я довольна. Продолжай.

– Прекрати, – тихо проронил юноша со смешком.

Сообразил, что слушать гадости о Мэрит мне безумно нравится. Особенно если они исходят из его уст. И хоть он пытался приструнить меня, то лишь для виду.

Эрик продолжил:

– Я знаком с приворотной магией. Не должен тебе говорить, но в библиотеке родителей предостаточно таких книг. Тебе запрещали к ним даже приближаться, но у меня был доступ, и я многое успел прочесть.

– Да, – кивнула. – Родители желали, чтобы я знала только то, что выгодно им. Было бы как минимум странно, если бы будущая королева изучала приворотную магию. При должной огласке это принесло бы немало проблем нашей семье.

– Надо же… ты до сих пор зовешь их родителями и считаешь семьей, – раздраженно отметил брат. – Особенно если учесть, как они поступили с тобой. Даже я им неродной, но ведь ты – их кровь и плоть.

– Эрик, тебе отлично известно, что для родителей мы лишь инструменты для получения прибыли. Я должна была стать королевой, но в какой-то момент не оправдала надежд. Ты – будущий глава семьи Хэлстейн. Иного от тебя никто не требует. Вот и все.

– Верно… – вздохнул Эрик, принимая мою позицию, и добавил: – Так или иначе, для приворотной магии нужно слишком много сил. Мэрит – девушка, поэтому не обладает маной. За ней кто-то стоит.

– У меня была версия, что Мэрит берет силу у мощного магического зверя. Например, дракона или кого-то похожего на него.

– Драконы вымерли, – мгновенно возразил Эрик, но задумался. – И я никогда не видел у нее магического зверя. Андрес предлагал Мэрит купить его, вызывался сходить на черный рынок и подобрать кого-нибудь, но она отказалась.

– Позволь угадаю, – улыбнулась. – Заплакала, назвала это жестокостью и аргументировала тем, что животных нельзя держать на привязи?

– Хм… – протянул Эрик и отвел взгляд в сторону. Похоже, я попала не просто в цель, а в сердцевину.

– Хорошо, – сказала я, возвращаясь к разговору. – И что насчет Мэрит? Есть ли вероятность, что через нее кто-то прибегает к магии? Или предположим еще более безумный вариант: возможно ли, что Мэрит каким-то образом прибегает к чарам неосознанно?

– Если ты намекаешь, что она является магическим существом, то это легко проверить, – спокойно ответил Эрик, не высмеивая версию и не считая ее чем-то возмутительным.

Эрик, до того как помешался на дочери барона, был рассудительным и никогда не отвечал на вопросы, пока лично во всем не убедится. Обладая гибким и пытливым умом, он может многого добиться. Однако чары, которые, возможно, еще оставались в теле парня, явно пошатнули результаты многолетнего образования. Особенно те знания, которые он получил в академии. А ведь это, как ни посмотри, важнейший жизненный период, особенно если ты планируешь обзавестись связями и заполучить как можно больше власти в свои руки.

Теперь Эрик понимает, что он потратил столько времени зря, ублажая непримечательную девчонку и потворствуя ее прихотям, и если ранее у него были и статус, и авторитет, и контакты, и возможности, и партнеры, то… что теперь? Ничего. Юноша от всего отказался. Единственное, что сумел сохранить, причем чудом и чудовищной ценой, связь со мной – сводной сестрой.

В общем, у Эрика ничего не осталось. Даже в себе он пока не уверен. Оттого и прибегнул к проклятию.

– Если Мэрит обычный человек, – размышлял юноша вслух, – получается, что за ней действительно кто-то стоит. И кто-то сильный. Ты рассматривала вариант со Свейном. Он ведь Любимое Дитя Бога.

– Да, – снова кивнула. – Это не Свейн. Он подвержен ее очарованию. В принципе, как и вся мужская половина академии.

– Хм… Страшно, возмутительно и весьма унизительно, если учесть, что и я был пленен ее чарами, – отметил Эрик и посмотрел на озерную гладь. – Но я не могу не отметить, что это могущественная способность, владея которой можно подчинить весь мир. Имея такого союзника на своей стороне…

– Брат, не тебе об этом мечтать, – хмыкнула, после чего поднялась на ноги, отряхивая юбку от прилипшей листвы. – Однако даже принимая в расчет то, что сейчас творится, ты должен продолжить поддерживать Мэрит и составить ей компанию.

– Диана… – Эрик понизил голос и стиснув кулаки.

– Знаю, – перебила брата. – Будет нелегко, особенно после того как ты все понял. Но если неожиданно и безосновательно изменишь поведение и прекратишь обращать на Мэрит внимание, она начнет задавать вопросы. А вы с начала обучения в академии были вместе. Последствия трудно предугадать.

– У нее есть принц Андрес, которого, кстати, Мэрит у тебя увела! – резко бросил Эрик. Он разозлился, что ему и дальше придется принижать достоинство перед неизвестно кем.

Кроме того, брат напомнил о том, что в прошлом Андрес был моим женихом, но меня это не особо волнует. Что сделано, то сделано.

Как бы сохранить то, что у нас есть сейчас?

– Брат…

– Да-да, прости… – устало выдохнул, закрывая глаза. – Я согласен. Ты права. – Он мягко улыбнулся, а потом посмотрел на меня добрым взглядом. – Сделаю все, что в моих силах, сестра. Но надеюсь на твое понимание. – И ладонь Эрика легка мне на макушку, нежно поглаживая белоснежные пряди волос.

Я не стала отталкивать руку, и улыбка юноши стала шире.

* * *

Как и было оговорено, Эрик вел себя спокойно, сдержанно и старался быть рядом с Мэрит. Выражал радость, делал комплименты и старался всячески игнорировать меня. Мол, меня и не существует вовсе. Во всяком случае, для вида, поскольку мы знали, что былые отношения восстановились и даже стали крепче, чем раньше.

Однако мы не разговаривали друг с другом, но ведь нам и не нужно.

Порой в перерывах между занятиями Эрик мог пройти мимо моей парты, после чего на столешнице появлялось несколько конфет, печенье или даже кусочек торта. Но о этом знали только он и я. Для остальных же все оставалось по-прежнему.

Хотя периодически я замечала, что и Эрик теряет самообладание, особенно когда Мэрит в пылу чувств обнимает его за шею и пытается поцеловать. Пусть в щеку, но… Эрик неосознанно вздрагивал и отстранялся от девушки. Ему неприятно, что она проявляет привязанность таким образом. Еще он опасался, что Мэрит вновь накинет на него чары.

Да… Пожалуй, этого ему хотелось в последнюю очередь.

Что касается Мэрит, то теперь она игнорировала меня. Что было только на руку. Ну конечно, периодически я ловила ее взгляды. Она словно пыталась проверить что-то, но, так ничего и не заметив, отворачивалась и уходила. Рядом с дочерью барона практически всегда был наследный принц Андрес, иногда мой сводный брат и, естественно, целая свита впечатлительных девушек, которые норовят занять место повыше в новой иерархии.

В академии бытовала… этакая мода. Если хочешь быстрого взлета – особенно перед своим дебютом, – есть простейший способ. Необходимо восхвалять Мэрит, ее любовников и саму любовь, а также оскорблять меня – герцогиню Диану фон Хэлстейн. Так ты выделишься из толпы и сможешь надеяться на весомую финансовую поддержку Короны.

Но все изменилось после того, как я превратилась в ребенка. Это многих сбивало с толку. Особенно мужскую часть академии. Студенты были почти готовы пролить поток ненависти на герцогиню: красивую, властную и сильную духом женщину. Но перед ними робкое беспомощное дитя… И если оскорблять меня и закидывать комьями грязи, то злодеями в итоге будут именно они.

Девушки тоже вынуждены оставить меня в покое.

Это даровало мне возможность жить тихо, мирно, размышляя о том, как поступить. И вырисовалась интересная картина.

Во время перерыва между лекциями, я посмотрела в окно и заметила, как к воротам подъехала роскошная карета, обшитая золотом и шелками. Сразу ясно, владелец не из бедной семьи. Думаю, что король достоин такого экипажа. Вот только выбрался оттуда не король, а самый что ни на есть барон Айдж – отец Мэрит.

Высокий худой мужчина с короткими каштановыми волосами и невзрачной бородкой. Не успел он даже пройти в ворота, как к нему с улыбкой выбежала Мэрит и повисла на шее у отца. Барон мгновенно обхватил дочь вокруг талии и покрутил разок в воздухе, вызывая у юной красавицы истинный восторг.

Тц! И что за ребячество? Девушка скоро замуж должна выходить, а ведет себя как дитя. И она станет королевой? Ох, страшно представить, что ждет страну в период ее правления.

Тем временем мужчина вернулся к карете и достал оттуда ларец, напоминающий коробку для чая. Он что-то воодушевленно говорил дочери, на что та соглашалась и энергично кивала. Потом из экипажа выгрузили еще две коробки. Одна – высокая и крупная, другая поменьше, более квадратная. Платье и туфли?

Да. Так и есть. Вижу на коробках знак знаменитого ателье, где обычно очень сложно заказать платья. Но не потому, что нет мастеров, а потому, что цены действительно высокие… да и спрос такой, что записываться приходится как минимум за полгода.

Платье, туфли, чай… Неужели Мэрит решила устроить вечеринку для леди? Ранее она никогда подобным не занималась. Даже если леди Айдж раздаст приглашения, не факт, что к ней придут. Нужно уважить и заинтересовать множество людей для организации церемонии.

Если герцогиня устраивает чаепитие, приглашения на торжество отрывают с руками. Для дочери барона честь явиться на вечер.

Но вот и дочь барона устраивает чаепитие… но приглашать герцогиню и всех, кто выше по статусу, можно лишь в том случае, если аристократы уже изъявили желание посетить дом барона или у хозяев имеется нечто особенное, перед чем и герцоги не смогут устоять. В иной ситуации это смахивает на оскорбление.

Но сейчас Мэрит метит на статус невесты наследного принца. Хоть они и не скрывают отношений, а их признают как пару, официально о помолвке еще не объявлено.

Интересно почему? Из-за недовольства остальных сливок общества? Раньше я служила главным препятствием, но меня быстро выдали замуж, и вопрос сразу же решился.

Однако Мэрит до сих пор не имеет статуса невесты.

Если я как бы совершенно случайно назову дочь барона наложницей или временным увлечением, как она отреагирует? Увидеть бы ее лицо. Наверное, вновь расплачется. Но учитывая то, как легко она меняет пассий… Даже не знаю… Дева легкого поведения?

Оу, меня за такие мысли и обезглавить могут.

Или не совсем, ведь я жена бывшего правителя присоединенного к нам королевства Астрал. Неожиданно, но политика в этой ситуации стала для меня щитом. Хм? А вот, кстати, и Эджил проходит мимо. Непонятно, куда направлялся герцог. Может, на тренировочную площадку.

Но остановился, когда его окликнула Мэрит.

Девушка, совершенно позабыв об отце, побежала к герцогу и радостно прижалась к его груди, словно ждала, что ее вот-вот обнимут. Но Эджил, надев на лицо улыбку… отстранился от Мэрит. Уверена, это говорит о лишь об одном: у него мало времени или что-то в этом роде.

Разговора мне не слышно. Могу только предполагать, о чем шла беседа.

Девушка удивилась, но после засмеялась, решив, что таким образом Эджил шутит. Как всегда, обвила руками его шею и потянулась, привстав на цыпочки, дабы заполучить поцелуй. Но… Эджил не выдержал.

Раздался треск… алая молния возникла буквально из ниоткуда и рассекла дорожку недалеко от парочки. В земле образовалась дымящаяся воронка. Естественно, Мэрит ахнула и вздрогнула от неожиданности. И опять потянулась к Эджилу, чтобы получить утешение, но герцог… обошел ее стороной и поспешил в сторону тренировочной площадки. Девушка осталась одна и непонимающе смотрела на удаляющегося Воланда.

И все бы ничего – списала бы на шутку. Выглядело весьма забавно. Но мы забыли об отце Мэрит. Барон Айдж застыл в воротах академии и наблюдал за ситуацией от и до. И на его лице не было злости, возмущения или обиды.

Мужчина был насторожен и нахмурен. Во взгляде читалось подозрение.

Хм… что-то не так…

* * *

Мне нужно встретиться с Эджилом и поговорить насчет того, что я увидела. Я хотела все обсудить и предложить проверить барона. Как известно, у него нет огромных сбережений, да и обширных земель во владении тоже не имеется.

Тогда откуда деньги на карету и все остальное?

Мы начали с последствий, досконально изучая Мэрит, но совершенно забыли о причине. Барон всегда был жаден до власти. Но насколько сильна его магия?

– Эй ты! – услышала мужской голос за спиной. – Диана!

В коридоре, кроме меня, никого не было. Остановившись, я обернулась и увидела торопливо идущего ко мне Свейна. Красноволосый юноша с… ярко-фиолетовым синяком под глазом и с распухшей нижней губой.

Не знаю, что случилось, но от мага исходила явно агрессивная энергия. Нехорошо… Что ему нужно? Он собирается меня бить? Или вообще убить?

– Господин Свейн?.. – спросила я, после чего почувствовала, как меня схватили за талию обеими руками и подняли в воздух.

– Я передумал! – приказным тоном бросил маг, чуть не оглушив.

– Ч… Что?.. – Голосок задрожал, но, еще до того как я сформулировала вопрос, опухшие губы юноши коснулись моего лба, даруя легкий поцелуй. – А?..

– Вот и все! – злобно выкрикнул Свейн, поставив меня обратно на пол, и брезгливо вытер рот рукавом светлой мантии. – Мерзость…

– Господин Свейн, – строго проговорила я, прикасаясь ко лбу и поглядывая на юношу. – Что вы себе позволяете? Я замужняя женщина. Вы хоть понимаете, что творите?

– А?! – раздраженно протянул. – И это я слышу в благодарность за то, что снял проклятие? Ха! Хотя… чего еще можно ожидать от Ледяной ведьмы?

– Снял проклятие? – удивилась я.

– Именно! – крикнул в ответ. – Готово: через неделю или две твоя естественная форма вернется. Возрадуйся! – отмахнулся, как от мухи, и продолжил свой путь, но внезапно обернулся и добавил: – Ты только… Эрику скажи, что я все сделал. Хорошо? И пускай не трогает меня.

– Что? О чем вы? – спросила у Свейна.

Тот нахмурился и лишь бросил:

– Забудь.

Я вновь осталась одна. Но, кажется, проклятие было снято. Причем благодарить следует того, кто его и наложил.

Эрик… вот уж кто любит действовать, находясь в тени.

Похоже, он не изменился. Все тот же идеальный братец…