Дома Андрей застал Костю за употреблением виски.

– Не было же ничего, – удивился он.

– Да я… до ресторана круглосуточного доехал. Купил у них. Проверяю кое-что.

– Что? – Морозов присел напротив.

– Пьянею я, или нет. – Соболев поставил стакан перед Андреем. – Будешь?

– Немного. Спасибо. – он выпил и почувствовал, что ему стало на пятьдесят граммов легче. – И как? Пьянеешь?

– Надо сказать, медленнее, чем раньше. Интересно… получается, алкоголь влияет не только на тело, но и на душу?

Андрей молча пожал плечами. Ему-то откуда было знать.

– Ну, что? Вы придумали с Лизой какой-нибудь коварный план, как меня заточить и излечить?

– Соболев, иди ты к чёрту! Мир не крутится вокруг тебя. С чего ты взял, что мы будем пытаться спасти тебя до конца твоих дней? Делай что хочешь. – Морозов взял бутылку, налил себе и поднял стакан. – За моего друга, Константина Соболева. Не чокаясь.

– Я вообще-то ещё жив, – заметил Костя.

– Не полностью, Соболев. Не на сто процентов. Я понимаю, что тебе плевать. А мне вот… очень грустно.

Встал и ушёл к себе в комнату. Лег на диван и кое-что вспомнил. Написал Лизе: «А как так получилось, что его душа погибла? Разве души не бессмертны?» «При естественном порядке вещей – бессмертны. А вообще – нет. Я тебе потом объясню». «Ок», – написал Андрей. Потом подумал и отправил целующийся смайлик. Лиза прислала три в ответ. Морозов почувствовал нежность в груди и порадовался, что он – одушевлённый, так сказать, человек. Что он влюблён. Что завтра уедет Соболев, и Андрей посвятит своё свободное время и свою энергию Лизе. Прекрасной девушке, хоть и ведьме. А про дурацкую деревню с живущими в ней бессмертными людьми и ходящими по земле трупами, забудет к чёртовой матери! Морозов сам не заметил, как уснул, сунув телефон под подушку.

Утром Соболева в квартире не оказалось. Как и его вещей. Морозов выглянул в окно – Костиной «девятки» тоже не было.

– Попрощался с другом, мать твою! – выругался он, и пошёл в кухню.

Там было всё прибрано, а на столе лежал листок бумаги, свёрнутый напополам. Андрею стало почему-то очень страшно. Он понимал, что надо прочесть, что за последние слова написал ему Соболев, но никак не мог себя заставить. Сварил кофе, выкурил сигарету на пустой желудок – в голове стало мутно и мерзко. И вот в таком состоянии Морозов отважился развернуть листок. Он сидел и смотрел на два предложения. Постепенно сигаретный дурман покидал голову и буквы перед глазами становились всё отчётливей: «Просто поверь, что мне так лучше. Спасибо за всё».