Новый глава администрации посёлка Запрудный сидел в душном кабинете и маялся бездельем. Вадим Юрьевич Чернов был человеком молодым, всесторонне образованным и развитым, даже продвинутым, но жутко ленивым. Ему не хотелось работать. В принципе. Разве недостаточно того, что он окончил целых два института – один в России, а второй в Великобритании? Да за одно только это родители должны были его расцеловать в успешный зад и отправить в десятилетний отпуск. Однако батя, один из замов мэра Красноярска, категорически был не согласен с грандиозными планами сына на отдых, и постоянно запихивал Вадика куда-нибудь работать. А поскольку, как уже было сказано, Вадик работать не хотел, он всюду лажал, становился головной болью вышестоящего начальства, и Чернова-старшего просили забрать нерадивого работничка.

Раньше Вадик думал, что на руководящих должностях люди ничего не делают. Знай себе бумаги подписывай да взятки бери. А оказалось, что это вам не это! Оказалось, там думать надо. Но Вадим Юрьевич за девять лет обучения так устал думать, что никак не мог взять себя в руки и подключить мозги к работе. Без длительного отпуска – нет, не мог. В итоге и оказался на посту главы Запрудного, в жуткой дыре.

– И что я там делать буду? – обиженно поинтересовался Вадик у отца.

– Делай что хочешь, – обреченно махнул рукой Юрий Алексеевич. – Главное, не высовывайся. Начальства над тобой не будет, а с губернатором я поговорю, чтобы не драл с тебя три шкуры.

Чернов-старший был невероятно огорчён, что его вложения в сына-балбеса никак не оправдывали себя. Да был бы дураком, так не обидно! Но в том и дело, что Вадик рос умным и смышленым мальчиком, родители не могли на него нарадоваться. Возлагали надежды. А выросло что попало. Только бы ему по ресторанам шастать да девчонок менять, как перчатки. Может, посидит в глуши, так образумится? Поймёт, что надо работать и приобретать социальную значимость. Имя, авторитет нарабатывать. В посёлке-то не разгуляешься. Именно затем Юрий Алексеевич и пристроил сына на эту должность. Слава богу, пост главы администрации был не выборным, а по найму. Чернов-старший подключил все свои связи, и сослал сына в глухомань. Уж там, поди, ничего не испортит, никаких проблем не создаст. А впечатлений, в самом скучном смысле этого слова, наберётся. На всё готов будет, чтобы в город вернуться. Так мыслил отец Вадика, а сам лоботряс, погоревав несколько дней, решил, что невелика беда – в село сослали. И тут люди живут. Ну, нету разнообразия кабаков и баб! Зато есть леса и озера, а значит, охота и рыбалка.

Роясь с утра пораньше от безделья в старых документах прежнего главы, Вадик нашёл пожелтевший клочок с координатами. Внезапно с него слетела вся леность: он почуял необычное волнение, даже возбуждение. В воздухе отчетливо запахло приключениями. Он вбил координаты в карту в телефоне и… обнаружил точку в лесу. Вадик приблизил изображение – точка увеличилась и оказалась поляной. Странно… нафига кому-то записывать координаты поляны в лесу? Она что, какая-то особенная? Богата грибами да ягодами? Вадик полез проверять координаты в компьютер, и выяснил, что давным-давно на этой поляне располагалась деревня Смирновка. Относилась к имению барина N. Деревня сгорела в пожаре в начале двадцатого века. Про сам пожар ни слова. Как загорелось, от чего. Спаслись ли люди. А потом нашлась пара форумов, где рассказывались страшилки про Смирновку. Если верить диванным экспертам, деревню спалил сам барин, со всеми её обитателями. И с тех пор место проклято. Так, ладно. Была деревня, сгорела больше века назад. Зачем кому-то шариковой ручкой – Вадик всмотрелся в листок, не чернила ли – было записывать эти координаты? Устав ломать голову, Чернов вызвал к себе девушку с универсальным набором обязанностей. Аня вела бухгалтерию, коммуницировала с населением, принимала звонки. И кофе делала Вадику. Правда, растворимый. Он в первый же день дал ей денег на дорогой. Хотя бы так. А то порошком этим и травануться можно.

– Аня, а что у нас такого важного находится в лесу, на месте деревни Смирновка?

– Чего-о? – удивилась она. – Вы о чём?

– Да я просто листочек нашёл. И вот, почекал. Какая-то поляна посреди леса. Недалеко от нас, кстати. Раньше, сто лет назад, там была деревня. А сейчас просто поляна, ничего нет.

– Ну, нет и нет, – пожала плечами Аня. – Что вас беспокоит, Вадим Юрьевич?

– Вот я и думаю. Зачем записывать координаты поляны. Ты не знаешь?

Ане хотелось закатить глаза, чтобы продемонстрировать, каким идиотом выглядит новый начальник. Что ж ей так не везёт-то! Старый, Савелий Петрович, просидел на посту аж до восьмидесяти лет. Возглавлял Запрудный ещё со времён СССР. Правда, он и в восемьдесят выглядел бодрым – хорошо сохранился. Так хорошо, что мог и ущипнуть Аню за выпирающую часть тела, мимоходом, невзначай. Фу, мерзость! Наконец старый босс свалил на пенсию, так посадили дурака какого-то. Сказали, слушаться этого Чернова, мол, папа у него в городе – важная шишка. Хорошей работы в поселке было днем с огнем не сыскать, а свою работу Аня считала хорошей. Вот и терпела всех этих начальников. Один другого краше, ей-богу. Нашёл фигню какую-то и озадачился. Кому, правда, приспичило фиксировать координаты пустого места? Но Ане было неинтересно, у неё работы ещё вагон. Эх, как ей хотелось спросить у Вадима Юрьевича: «Что, совсем заняться нечем?», но она сдержалась.

Анна уже собралась выйти из кабинета начальника, когда он сказал, задумчиво глядя в окно:

– Поеду, проедусь по делам. Кто будет меня спрашивать, к обеду вернусь.

– Хорошо, – смиренно ответила девушка.

А про себя подумала: «Господи, да кому ты нужен!»

Чернов сел в свой ренджровер и покатил по указанным координатам. Зачем он это делал, было понятно только ему, Вадику. Но некоторая логика в размышлениях новоиспечённого главы была. Если имеется приличный кусок земли, на котором вполне себе может располагаться населённый пункт, – располагался же когда-то, – стало быть, чего эта земля пустует? Вадик присмотрится к этому участку. В конце концов, папаша почти лишил его денег. Велел жить на зарплату. А какая зарплата в этой глуши? Копейки! Но имеются полномочия. В конце концов, можно выстроить тут коттеджный посёлок, и продавать дома. Дорого, потому что посреди леса. Тихое, спокойное место. Ну, а ещё Вадику никак не давал покоя сам тот факт, что кто-то же записал эти цифры на клочке бумаги. А просто так никто таких вещей не записывает. Может, там зарыт клад? И именно ему, Вадиму Юрьевичу Чернову, посчастливится откопать этот клад. Если, конечно, никто не откопал его раньше. Ну, про клад это уж он так думал, для красного словца. Но посмотреть на бывшую деревню поехал сразу ещё и потому, что это вносило хоть какое-то разнообразие в его кабинетную жизнь.

Беда Чернова была в том, что он не знал ничего о том месте, куда решил спонтанно поехать в начале рабочего дня. С утра пораньше. В частности, не знал он и о магическом барьере, созданном Григорием. Чернов – да, оцените иронию жизни – беспечно катил на своём автомобиле, оставшемся от прежней роскошной жизни, прямо к магической защите, которую поставил Белов. И судя по координатам, Вадик понимал, что он уже где-то на подходе, и поэтому сильно не разгонялся. Но глядя на дорогу, ведущую сквозь лес, глава администрации недоумевал, почему не видит искомую поляну, хотя она уже и должна показаться между деревьев. В этом недоумении Чернов и врезался прямо в барьер. И хоть врезался несильно, но машину хорошо тряхнуло, и из руля вылетела подушка безопасности. Вадика стукнуло по лицу, и он потерял ориентиры. Может быть, даже сознание на короткое время потерял.

Придя в себя, Чернов смял подушку, смахнул вниз, сдувая, и посмотрел вперёд. Во что он врезался? Или в кого? Может быть, сбил какое-то животное? Из машины выходить было страшновато. Ладно, если он сбил лося, а если медведя… но вообще, всё это было чертовски странно: кого бы ни сбил Чернов, он должен был хоть на долю секунды увидеть его. Но перед машиной была дорога, и только. А после «бу-ум». Кстати, она и теперь была тут. Дорога. И никаких признаков поляны. Вадик сверил координаты, и убедился, что всё верно. Он на месте. И место это было каким-то гиблым. Не могла же поляна в лесу за век зарасти деревьями? Или могла? Да нет же! Дорога! Дорогу-то кто-то прокатал… посреди поляны, и дальше, через лес? А куда?

Выходить из машины по-прежнему не хотелось. Вадик попробовал найти информацию в интернете, чтобы вызвать эвакуатор. Есть эвакуаторы в этой глуши? Или такой функции тут нет? Вопрос с эвакуаторами отпал, как неважный, потому что сотовый в лесу – и это было куда важнее сейчас – не ловил. Чернов подумал, посмотрел по сторонам. Приоткрыл окно. Тишина. Хрупкая, тонкая тишина осеннего леса. Деревья за лето устали зеленеть, птицы – петь. Природа устала и готовится ко сну. Вот-вот придёт настоящая зима, укутает в одеяло и деревья, и кусты, и землю, и тишина в лесу станет ещё более хрупкой и тонкой. Почти хрустальной.

Лес казался безопасным, и Вадик всё-таки вышел. Хотя бы посмотреть, что с машиной – сильно помял морду или нет. Не валяется ли где-то под колёсами сбитое животное. Ну, и пройтись пару шагов в ту сторону, куда он ехал, чтобы ещё точнее увидеть на своём навороченном навигаторе, работающем в режиме офлайн, что приехал Чернов правильно.

За невидимым барьером, скрывающим деревню Позднее, стояли люди. Двое мужчин: Марк и Григорий. Они как раз собирались в посёлок, каждый по своим делам, когда на дороге нарисовался большой черный автомобиль. В Позднем никого не ждали.

– О как! – вымолвил Марк. – Это что ж теперь будет?

Гриша пожал плечами. Понятно, что машина врежется. Барьер он и есть барьер, его для того и ставят, чтобы никто не проник. Птица не пролетит, не то что автомобиль.

– Это плохо, Григорий!

– Да я понимаю. Погоди ты, Марк. Давай посмотрим, что за фрукт.

«Фрукт» после небольшого столкновения с защитой из машины выходить не спешил.

– Помер, что ли?

– Да брось, Марк. От таких столкновений не умирают. Подождём…

Наконец дверца открылась, и на дорогу выскочил молодой человек, хорошо одетый. Часы на его левой руке не уступали по стоимости машине.

– Это кто ж такой? Знаешь его? – удивлённо спросил Марк.

Григорий помотал головой и сделал шаг вперёд. Хозяин деревни хотел было задать вопрос, куда это он собрался, и что намерен делать, но вопросов уже и так было задано немало. Уж наверное, если Белов идёт туда, он знает, зачем. Но что за странный гость? Судя по всему, непростой. Важный. Бизнесмен какой-то, что ли? А если… а вдруг он купил тут землю! Да не какую-нибудь, а всю их землю, на которой они живут уже почти сто лет! Не может же быть… Савелий Петрович бы предупредил его о таком.