Меня всегда интересовали сны, потому что у них, в отличие от людей, не было ограничений. Стоит закрыть глаза и провалиться в сознание, как ты попадаешь в невероятное место. Можно побывать там, где всегда мечтал. Можно опробовать на себе роль кого-то, кем хочется стать. Можно оживить любую свою фантазию. Да, все это происходит неосознанно, но оттого сны не менее потрясающие. Ты никогда не знаешь, что тебя ждет.
Но бывает и обратное…
Кошмары…
Говорят, сны строятся на мыслях после пережитого дня. Наверное, поэтому в прошлой жизни я постоянно видела одни только кошмары. Постоянная беготня, преследования, крики, боль. Все это стало для меня чем-то родным, привычным. Но стоило мне умереть, как страхи отступили. Да, сначала я видела кошмары. К примеру, того монстра, что преследовал меня после пробуждения. А еще вампиров. Рина меня поначалу пугала, что тут скажешь. Но вскоре они отступили. Началась моя новая жизнь. Жизнь, полная приключений, хороший людей и невероятных способностей.
Так я думала…
Бешеный стук собственного сердцебиения заставил меня проснуться. Я открыла глаза и резко вскочила, схватившись за грудь. Дыхание участилось настолько, что воздуха банально не хватало для полноценных, глубоких вдохов. Словно паническую атаку пережила.
— Что это… было, — только я прошептала эти слова, как медленно просыпающееся сознание сформировало перед моими глазами темную, с давно выцветшими обоями стену. На ней — широкая доска для заметок. Справа прикреплены разные заметки. Слева скромный нарисованный цветок. По центру же расписание, всякие мысли и прочее. Ничего особенного. Однако, глядя на нее, я ощутила невероятный страх, исходящий из глубины души.
— Эта доска… — вырвалось из меня шепотом. — Она же… висела в моей… комнате.
Нервно сглотнув, я медленно повернула голову в сторону и тут же уткнулась взглядом в старенькую белую дверь, ведущую в коридор. Чуть дальше от нее широкий шкаф с двумя дверьми и треснувшим по центру зеркалом. Помнится, я на нервах запустила в пего телефоном. Родители не стали заменять стекло, сказав тогда, что сама виновата.
Но почему… почему я здесь?
Сердце начало колотиться еще быстрее. Я опустила взгляд и снова вздрогнула. Кровать, на которой лежу… моя собственная. Кровать из прошлой жизни. Та, на которой я всегда засыпала в страхе, всегда ревела после ежедневных издевок и побоев после занятий. Чтобы окончательно убедиться в том, где нахожусь, я сместилась в сторону и дрожащей рукой подняла подушку. Под ней покоилась фотография. Единственная фотография моей школьной подруги, с которой мы давно расстались. Точнее, она так и продолжала учиться там же, где и я. Но перешла в другую компанию. Девчонки, издевающиеся надо мной, посчитали ее достаточно красивой. Вскоре она стала одной из тех, кого я возненавидела. Кого боялась до дрожи в коленях. В прошлом я никак не могла понять, почему не выбросила ее. Не понимаю и сейчас.
Какое-то время я просто сидела на кровати, осматривая каждый угол комнаты. Вот мой рабочий стол, заваленный тетрадями. Вот старенький, покосившийся стул, на спинке которого покоится блуза. Вот ковер рядом с кроватью с ярким пятном от апельсинового сока, который я так и не смогла до конца вывести с ворса. Вот мягкая игрушка медведя на полке, подаренная отцом в моменты, когда наша семья еще могла так называться. А еще…
Уставившись на краешек стола, я неохотно спустила ноги с кровати. Поднялась, чувствуя мягкий ворс, и медленно подошла ближе. Перед глазами застыл синий ингалятор на тонкой веревочке. Тот самый, что я забыла в тот роковой день. Забыла… или оставила специально. До сих пор не уверена.
Руки снова прижались к груди. Сердце никак не успокаивалось. Я помнила, как совсем недавно Люси отругала меня за долгую тренировку и приказала идти спать. Как Герда предложила кусочек нежнейшего пирога. Как завалилась в кровать в поместье Клэйн и уснула. Тогда почему… Почему я снова в этом злополучном месте…
В это самое мгновение раздался тихий скрип. Ручка двери крутанулась. Дверь медленно сдвинулась, впустив в комнату тонкую полоску света от коридорных ламп. Я вздрогнула, чувствуя, как по щеке стекает слеза.
— Это… сон, — прошептала я, сглотнув. — Это всего лишь сон. Я… я должна проснуться. Я не хочу… не хочу здесь быть…
Взглянув на собственную руку, я с силой ущипнула себя, зажмурившись от боли. Страх в груди усилился. А затем из коридора раздался звук. Знакомый мне, такой родной.
Наша семья давно развалилась. Мать с отцом продолжали жить вместе только потому, что у них были общие кредиты, а еще я. Они больше не сидели вместе за столом. Не проводили время наедине. Не выбирались куда-нибудь на выходных. Отец уходил рано и возвращался поздно. Мать работала из дома, все время сидя в одинокой спальне. И только каждое утро раздавался этот звук, исходящий из кухни. Звон посуды, льющейся воды, приглушенных шагов. А еще — тихий свист, лишь издали напоминающий какую-то мелодию из старого фильма. Я никогда не могла запомнить его название, сколько бы раз мама не говорила.
Сделав первый робкий шаг, затем второй и третий, я почти дошла до двери, как вдруг снова остановилась. Голова сама собой повернулась к зеркалу. На меня смотрела она — забитая, бедная девочка с короткими темными волосами, бесящими веснушками и такими сверкающими, пустыми глазами. Наоми…
— Ты… умерла, — прошептала я, глядя в отражение. — Умерла в том переулке от нехватки воздуха. От разбухшего горла. Тогда почему…
Поглядев на отражение несколько секунд, я снова взглянула на дверь. Оставаться здесь не хотелось. Нужно поскорее вернуться. Вернуться туда, где мне рады. Где я чего-то стою.
Одним большим шагом достигнув выхода, я распахнула дверь и вышла в коридор. Все здесь было таким же. Темный ковер, стены, покрытые старыми обоями, люстра с жутким абажуром времен моей бабушки. Но кое-что привлекло внимание. Самая дальняя дверь справа, дверь, ведущая в кабинет моего отца, была черной. Совсем. Ни ручки, ни стареньких узоров, ни щели снизу. Словно…
— Их нет, — прошептала я, глядя на черноту. — Моих воспоминаний о той комнате… просто нет. Это точно сон.
Я нахмурилась и, развернувшись, уже уверенно направилась в приоткрытую дверь кухни. А как распахнула ее и переступила порог, сердце, казалось, замерло. Все те родные звуки исчезли. Воцарилась тишина. Матери тоже не было. Зато была она. Невысокая ростом девушка с длинными светлыми волосами и карими глазами. Она была моего возраста. Училась в моем классе. Одна из самых красивых и, в то же время, самых мерзких студенток.
— Кори… — прошептала я, не веря своим глазам.
Девушка медленно подняла взгляд и улыбнулась. Точно также, как улыбалась мне всегда, когда готовилась ударить или сказать очередную гадость.
— Ну наконец-то. Ты заставила меня ждать, Наоми.
— Что… что ты здесь…
— Что я здесь делаю? — улыбка Кори стала шире. Она уперлась руками в стол, поднялась, отодвинула стул. А как обошла стол, я сделала шаг назад, уперевшись спиной в стену. Дверь за мной испарилась. Я развернулась, убедившись в этом. А затем снова услышала ее голос. — Куда это ты собралась? Мы ведь с тобой так давно не виделись.
— Ты… ты не реальна. Тебя здесь нет!
— Да что ты? Вот же я. Прямо перед тобой, дура!
Повернувшись, я неспециально вскрикнула. Кори уже стояла вплотную. От этого визга она сделала шаг назад и звонко рассмеялась.
— Ты… ты…
— Ох, как я давно скучала по твоим завываниям. Знаешь, мне давно пора выпустить пар. Таких удобных игрушек на свете мало. Я просто обожала смотреть, как ты корчишься и ноешь. Постоянно ноешь и ноешь. Ноешь и ноешь. Невероятное зрелище.
— Ты не…
Кори резко приблизилась, уперевшись рукой в стену в сантиметрах от моего лица. Я замерла, раскрыв глаза шире. Ноги подкосились сами собой. Я медленно сползла по стенке вниз, к самому полу. Кори взглянула на меня уже по привычному. Так, как смотрела всегда. Сверху-вниз.
— Правильно. Твое место там, у моих ног. Знаешь, я сегодня в грязь наступила. Может, выручишь меня? — Кори ухмыльнулась и задрала одну ногу. Я неспециально опустила взгляд, заметив на школьной обуви темное пятно. — Ну же, помоги своей подружке.
— Н-нет.
— Что? — лицо студентки мгновенно исказилось. На мгновение мне показалось, что глаза полностью почернели, а затем снова вернулись в норму. — Ты отказываешь мне, жалкая дрянь? Да я…
— Пошла ты, — сглотнув, я произнесла эти слова чуточку увереннее. Но этого оказалось достаточно.
Кори раскрыла глаза, оборвавшись на полуслове. А затем сделала шаг назад, сжимая пальцы в кулаки.
— Похоже, у нашей маленькой зайки появились клыки. Как мило. Но это тебе не поможет. Вякать каждый способен.
— Ты… жалкая девка, — процедила я сквозь стиснутые зубы, медленно поднявшись на ноги.
— Надо же, — рассмеялась Кори. — Говоришь такое, а сама трясешься от…
— Я знаю о тебе, — я перебила ее, набравшись смелости и взглянув ей в глаза. — Знаю о том, что у тебя есть старшая сестра.
— А? — Кори нахмурилась. — Заткнись. Ты ничего не…
— Знаю, что она каждый день издевается над тобой. Ставит тебя на место. Однажды я видела, как она избила тебя за главным зданием за то, что ты принесла ей теплый чай.
— Ты… — Кори замялась. — Ты кем себя возомнила, дрянь⁈ Да я сейчас…
— Ты всегда издевалась надо мной с улыбкой на лице. Выпускала пар за то, что делала с тобой твоя же сестра. И кто из нас здесь жалкая?
— Заткнись! — Кори сорвалась на крик. И в это же мгновение стены комнаты задрожали. По одной из них поползла трещина. Заметив это, я собралась с духом и, сделав шаг вперед, с силой толкнула девчонку в плечо.
— Я никогда не могла тебе ответить! Я тебя боялась! Боялась ту, что сама из себя ничего не представляет!
— Заткнись! Ты всего лишь мусор под моими ногами! — Кори размахивала руками, но не сопротивлялась. От каждого моего толчка отступала назад. И вот, наконец, уперлась в стол.
Я нависла прямо над ней, скалясь. Сердцебиение вновь ускорилось. Но теперь уже не от страха. Я начала наслаждаться ее испуганным взглядом. Наслаждаться ее беспомощностью. Какое же это приятное чувство. Как же хорошо!
Улыбнувшись, я протянула руку и резко схватила Кори за блузу. Она вздрогнула, раскрыв рот. Начала хлопать глазами, нервно сглатывать.
— Н-Наоми… постой. Ты… ты что…
— Как же давно я хотела убить тебя. Хотела втоптать в грязь. Показать всем твою ничтожность!
— Н-Наоми… ты же… ты не такая.
— Я? Да что ты обо мне знаешь⁈ Я никогда не показывала себя никому из-за тебя и подобных тебе! Я позволила себе раскрыться только с… — слова вдруг застряли в горле. Я раскрыла глаза, замерев.
А с кем…
Я… я расслабилась. Почувствовала вкус жизни. Смогла начать заново… там. В том… месте. Там, где встретила… как же… как ее звали? Короткие волосы, красные… по-моему, красные глаза, а еще… что же еще…
Почувствовав дрожь, я перевела взгляд и заметила, что замахнулась свободной рукой. Пальцы сжались в кулаки. Я готовилась ударить ту, кого так сильно ненавидела. Но… ее же здесь нет. Это просто… просто сон. Почему я…
— Ну и чего ты ждешь? — голос Кори внезапно изменился. Нотки страха испарились. Стоило мне встретиться с ней взглядом, как я ужаснулась. Глаза студентки почернели. Улыбка расширилась до невозможности. Зубы заострились. От нее веяло чем-то ужасным. Чем-то нечеловеческим.
Разжав пальцы на ткани, я отступила назад и, споткнувшись, упала на пол. Начала отползать обратно к стене, а как уперлась в нее, заметила, что девушка выпрямилась и зашагала в мою сторону.
— Кто… кто ты…
— Ну же, ты ведь хочешь отомстить. Хочешь выместить на ней всю свою злобу. Покажи, кто ты такая, и чего стоишь. Ну же, Наоми!
— Нет! — закричала я, закрыв глаза руками. — Нет! Я… я не она! Наоми мертва! Я… я…
Мои воспоминания. Воспоминания всех дней, проведенных в другом мире… они словно покрылись пеленой. Как звали ту девушку, чье тело я заняла? Кто меня нашел и отвел к… к нему… а как его имя⁈ Что происходит…
Кори подошла ближе. Она опустилась на корточки передо мной, продолжая страшно улыбаться. Голос изменился до неузнаваемости.
— Не сопротивляйся, Наоми. Я всего лишь часть тебя. Ну же, отдайся мне. Позволь сгладить твои шрамы.
— Нет. Уйди. Я… я не Наоми!
— Тогда кто же ты?
— Я… я… — слезы потекли по щекам одна за другой. Я убрала руки от лица и заметила, как эта тварь тянет ко мне руку. Черную, словно состоящую из дымка, когтистую руку. Расстояние начало стремительно сокращаться. Еще немного, и она коснется меня. Еще немного и… — Я София!
Я закричала, что было сил. В то же мгновение рука отдернулась, зашипела, будто обожглась. Поняв это и начав тяжело дышать, я схватилась за голову.
— Я… Я София Флоренс! Я не Наоми! Той зашуганной девочки больше нет, ясно! Меня… меня спасла Рина! Лео позволил начать новую жизнь! А Люси стала той, кто подарил уверенность в себе!
С каждым моим словом неизвестное существо отступало. Это происходило до момента, пока оно снова не столкнулось со столом. Я поднялась с пола, попятилась назад и вдруг нащупала ручку двери. Осознание ударило в голову. Развернувшись и выскочив в коридор, я побежала ко входной двери. А как добралась, уже схватилась за ручку и вдруг замерла. По спине пробежались мурашки.
Медленно обернувшись, я снова заметила ее. Кори. Она стояла в коридоре метрах в пяти от меня и тепло улыбалась. Я никогда прежде не видела такой ее улыбки. Она не произносила ни слова. Просто смотрела на меня, будто была готова отпустить.
— Я больше не боюсь тебя, — произнесла я уверенным, твердым тоном. Крутанула ручку и резко раскрыла дверь. В ту же секунду яркий свет ударил по глазам. Меня словно унесло невидимым потоком. Сознание помутилось. А затем…
Резко раскрыв глаза, я подскочила. Раскрыв рот, начала жадно хватать спасительный воздух. Сердце бешено колотилось в груди, будто желая вырваться наружу. Все тело было потным, волосы спутались, голова нещадно трещала. Но, самое главное, перед глазами, у дальней стены, находился шкаф. Мой шкаф, полный вещей, подаренных горничными и купленных Лео.
Переведя взгляд вправо, я вскочила с кровати, но запуталась ногами в одеяле и упала на пол. А как поднялась, подбежала к зеркалу, уперевшись в стену обеими руками. В отражении на меня смотрела она — блондинка с испуганными, голубыми глазами. Грудь вздымалась от частого дыхания, майка задралась и чуть заметно потемнела от пота. Но ничего из этого меня не волновало.
Я тяжело вздохнула и опустилась на колени, уткнувшись лбом в зеркало. А как взглянула на руку, заметила, как дрожат пальцы.
— Что это было…