Согласна ли я? Мой мозг отчаянно сигнализировал, что пора вызывать полицию нравов, но тело уже давно подписало все бумаги и радостно ждало наказания.

Палец Кирилла под эластичной тканью моих плавок сделал едва заметное, дразнящее движение, проходясь прямо по набухшей горошинке. Я всхлипнула, окончательно капитулируя перед их напором.

— Да... согласна, — выдохнула я, глядя в его потемневшие карие глаза.

— Умница, — бархатно пророкотал Артур у меня за спиной. — А теперь избавляемся от лишнего. Хозяева должны видеть свою собственность без упаковки.

Не успела я моргнуть, как большие пальцы Артура ловко потянули за тонкие завязки на моей шее и спине. Вишнёвый лифчик, который и так держался на честном слове и силе поверхностного натяжения, сдался без боя. Ткань соскользнула, освобождая мою тяжёлую, пышную грудь. Я инстинктивно попыталась прикрыться руками, но Кирилл мягко, но непреклонно перехватил мои запястья под водой.

— Никакого стеснения, Поля, — усмехнулся он, откровенно и жадно пожирая взглядом мои напряжённые соски. — Тебе нечего прятать.

Артур поднялся со ступени, легко увлекая меня за собой. Вода с шумом скатилась по нашим телам.

— Раз уж мы договорились о возмещении ущерба, пора приступать к первой фазе, — бывший отчим по-хозяйски шлёпнул меня по мокрой ягодице, заставляя пискнуть. — Ты разбила уникальную вещь, кошечка. Нарушила эстетику моего двора. Пьедестал пустует, и меня это нервирует.

— Артур Викторович, при всём уважении, я вообще не похожа на изящную кошку из муранского стекла, — попыталась отшутиться я, пока они вели меня к краю бассейна. — Я скорее пухленькая панда из Икеи!

Кирилл хрипло рассмеялся, первым выбираясь на бортик и протягивая мне руку, чтобы помочь выйти из воды.

— Ты недооцениваешь свои формы, девочка. Ты идеальная, сочная кошечка. Просто немного дикая, не приученная. И мы сейчас это исправим.

Меня вывели на сушу. Горячий летний воздух мгновенно обдал мокрую кожу контрастным жаром. Осколки от статуэтки уже кто-то из персонала успел аккуратно смести — на светлом тиковом настиле не осталось ни следа от моей катастрофы. Зато сам постамент из чёрного мрамора стоял в тени навеса пугающе пустым.

Именно к нему меня и подвели.

— Забирайся, — скомандовал Артур.

— Куда? На тумбочку?! — мои глаза округлились до размеров чайных блюдец.

— На пьедестал, Поля. Ты лишила меня коллекционной пантеры, значит, займёшь её место. Вставай на четвереньки.

Спорить с двумя тестостероновыми мужиками, когда на тебе из одежды остались только мокрые плавки и жалкие остатки гордости, было абсолютно бесполезно. Я неловко забралась на гладкий, приятно тёплый чёрный камень. Моя круглая попа оказалась предательски оттопырена вверх, а грудь тяжело качнулась, когда я упёрлась ладонями в мрамор.

Поза была настолько откровенной и пошлой, что у меня загорелись щёки. Но, чёрт возьми, внутри всё скрутило от дикого, извращённого восторга. Я ловила своё отражение в панорамных окнах виллы: пышная, обнажённая девушка на чёрном постаменте в окружении двух шикарных доминантов. Картинка из самого запретного фильма для взрослых.

Кирилл неторопливо обошёл постамент и встал прямо перед моим лицом. В его руках снова оказался тот самый мягкий кожаный ремешок, которым он пугал меня в самом начале. Но он не стал использовать его для порки. Вместо этого он плавно обернул чёрную кожу вокруг моей шеи, словно ошейник, и слегка натянул концы на себя.

— Идеально, — прошептал он, глядя на меня сверху вниз. — Каждой дикой кошке нужен ошейник.

В этот же момент сзади подошёл Артур. Ладонями он обхватил мои бёдра, с силой разминая мягкую плоть. Я почувствовала, как ткань моих плавок натянулась до предела, а затем Артур просто дёрнул за боковые завязки. Вишнёвые лоскутки полетели на пол. Я осталась абсолютно, тотально голой.

Артур шагнул вплотную, прижимаясь своим невероятно твёрдым, горячим членом прямо к моей истекающей соками щели. Его дыхание обдало жаром мою спину.

— Посмотрим, как громко умеет мурлыкать моя новая пантера, — низко прорычал Артур.

Он перехватил меня за талию железной хваткой, а Кирилл дёрнул за кожаный ремешок, заставляя меня прогнуться в пояснице до предела.

Ох, вот это я попала…