Макс 10 января

Из поездки я вернулся растерянным: нам поступило предложение — передислоцироваться в Питер. Предложение, конечно, весьма заманчивое — это и выступления на крупных площадках, и гастроли по городам. Лера сразу отказалась, в шутку сославшись на питерский климат. Но я-то знаю, что в Москве её держит новый знакомый.

Ночной клуб обрушился на нас гулом басов, словно искушая оставить все сомнения у входа и отдаться безумному ритму. Мы с друзьями собрались здесь, чтобы ещё раз взвесить все «за» и «против». Долго сидели, хмурили брови, и всё-таки приняли решение: отказаться. Никто из нас не был готов сорваться с насиженного места.

Сегодня здесь царила смертная тоска. Юльку не видел несколько дней, она окопалась работой. И я уже был готов бежать из этой унылой атмосферы, как вдруг ко мне подсаживается она — та самая девушка с восточными чертами лица.

— Ты не позвонил мне, — она одаривает меня улыбкой, скользя кончиком языка по влажной пунцовой помаде.

Роняю взгляд в вырез её платья.

— Визитку потерял, — ответил я, хотя ни разу и не вспомнил о ней за это время.

— Какие планы? — спрашивает она.

Недолго думая, прижимаю её к себе. Мне нужна разрядка, а она явно не прочь прыгнуть на мой член. Опрокидываю в себя ещё одну обжигающую рюмку алкоголя, и моя ладонь ныряет под её платье. Белья на ней нет, значит, готова к приключениям.

Она берёт меня за руку.

— Пойдём, красавчик. Покажу, что я умею, тебе понравится.

На секунду что-то останавливает, но совладать с собой уже не могу, и она продолжает тянуть меня к лестнице. Поднимаемся в нашу VIP-комнату и закрываем дверь, она стягивает с себя платье и остаётся лишь на высоких каблуках.

— Что ты любишь? — с плотоядной улыбкой она двинулась на меня. — Расскажи мне про свои сексуальные фантазии.

— Я тебе сейчас покажу все свои фантазии, так что будешь умолять закончить побыстрей. Разворачиваю её к себе спиной и толкаю на диван. Девушка крупная, но подтянутая, смуглая, и много татуировок. Спускаю джинсы, раскатываю презерватив по члену и толкаюсь в неё. Сразу видно, что разработано у неё всё будь здоров. Похоть просто затмевает мне мозг, и я спокойно, без смазки, перехожу к другому отверстию. Она стонет, извивается и требует ещё. Просто следую животным инстинктам, вдалбливаюсь в неё с силой и с рыком кончаю. Перевожу дыхание и запрокидываю голову. Удовольствие достигнуто, алкоголь выветрился, и ничего, кроме омерзения, не чувствую.

— Напомни, как тебя зовут?

— Элина.

Я снимаю и завязываю презерватив.

— Имя-то хоть настоящее?

— У меня всё настоящее, — вновь протягивает мне визитку. — Не потеряй на этот раз. У тебя отличный размер, мне понравилось. Повторим? — Она берёт мой член и начинает разгонять его, но интереса больше нет. Возможно, когда-нибудь повторю, но точно не сегодня.

В эту секунда раздался настойчивый стук в дверь.

— Не обращай внимания, снаружи не откроют, — шепчет Элина.

— Макс, открой, я знаю, что ты здесь! — доносится до меня Димкин голос.

Отстраняюсь от девушки, поправляю одежду и распахиваю дверь.

— Юлька приехала, — весьма выразительно выдаёт друг.

— Чёрт! — вырвалось у меня.

Выскочив в коридор, я прикрыл за собой дверь и лихорадочно стал заправлять рубашку в джинсы. Она поднималась по лестнице.

— Ты идиот, Марецкий, — прозвучал приговор друга, стоящего рядом.

— Я знаю, — едва слышно пробормотал я.

Поднять глаза было мучительно трудно. Судорожно думаю, что ей сказать, но словно ударом под дых стал звук открывающейся за моей спиной двери. «Сука!»

Юлька застыла на последних ступеньках, взгляд её метнулся за моё плечо. А затем, резко развернувшись, она устремилась в сторону выхода. Срываюсь следом, выхожу на мороз в одной рубашке и настигаю её у самой машины.

— Юль, подожди, — хватаю её за локоть и в ту же секунду дёргаюсь от звонкого и отрезвляющего удара по лицу. Неожиданно. Замираю на миг и перевожу дыхание.

— Больше никогда так не делай! — рычу я. — Успокоишься, потом поговорим.

— Это вряд ли.

С этими словами она швырнула мне ключи — они звякнули, сверкнув на лету, и бесследно потонули в снежном плену. Не обернувшись, она скользнула за руль, мотор взревел и огни её машины поползли прочь, а затем и вовсе исчезли за поворотом парковки. Выуживаю связку из ледяного сугроба, стряхиваю с неё белые крошки и, тяжело ступая, возвращаюсь обратно в клуб. И тут же, словно из-под земли, передо мной вырастает Дэн.

— Как я и говорил, месяц, — язвительно произнёс он.

— На хер иди со своими комментариями, — зло выпихнул я из себя.

Скользнув на барный стул, я делаю знак бармену — налить покрепче. Рядом бесшумно, приземляется Димка.

— Догнал? — спрашивает он.

— Угу.

Он чуть склоняет голову, вглядываясь в моё лицо.

— Ну, я вижу, — еда заметная усмешка трогает его губы. — Оно хоть того стоило?

— Неа, — опрокинув в себя коньяк, резко выдохнул. — Помутнение рассудка какое-то.

— Дурак, — ржёт надо мной Димка.

— И не говори.

Юля

Отработав трёхдневное выступление, мы позволили себе глоток свободы, прогулявшись по зимнему Петербургу, а к Рождеству вернулись в родные пенаты. Сейчас у нашего творческого коллектива заслуженные выходные, и я с головой погрузилась в водоворот редакционных будней. Сейчас реально что-то получается, и я не хочу сдавать назад. Руководство дало очень высокую оценку моим первым статьям и предложило работу другого уровня. Работа достаточно серьёзная. Вопрос: смогу ли я соответствовать?

Я уже редактировала текст, когда экран телефона вспыхнул и по нему рассыпалось короткое: «Дэн». Принимаю звонок.

— Да, я слушаю.

— Привет, красавица, — раздался из трубки мягкий голос. — Ты где пропала?

— Привет. Работаю я.

— Юль, я всегда восхищался твоим трудолюбием. Только не загоняй себя, пожалуйста. Я на репетиции в семь утра только ради тебя таскаюсь. Ты моя муза, моё вдохновение.