В январе 1941 г., еще до окончания обучения 11-го Отряда, ситуация, послужившая поводом к его формированию, изменилась до неузнаваемости. Была одержана победа в Битве за Британию, и угроза вторжения отступила на второй план. Премьер-министр, Уинстон Черчилль, после неудач первых рейдов, изменил свое мнение о «специально подготовленных войсках». Теперь он планировал до наступления весны использовать их для более масштабных десантных операций, в которых должны участвовать от пяти до десяти тысяч человек: с этой целью все существующие на тот момент Отряды были сведены в единое подразделение, известное как Бригада специального назначения.

К этому же времени относится и появление Управления Специальных Операций. Это было диверсионное подразделение, даже более секретное чем отряды коммандос, подчинявшееся Министерству Экономической Войны и занимавшееся заброской отдельных агентов — как мужчин, так и женщин — на территорию оккупированной Европы. Целью УСО было создание сети ячеек сопротивления, для сбора разведданных, ведения пропаганды и диверсионной деятельности против войск стран Оси. Черчилль не хотел, чтобы коммандос наступали на пятки агентам УСО.

И, наконец, в-третьих, на фоне мрачных перспектив на Европейском ТВД, в Северной Африке забрезжил свет в конце тоннеля. В сентябре 1940 г. итальянский диктатор Бенито Муссолини начал вторжение в Египет; крупная группировка войск под командованием генерала Рудольфо «Мясника» Грациани остановилась в Сиди-Баррани, всего в 50 милях от границы. Командующий британскими войсками, генерал-лейтенант сэр Арчибальд Уэйвелл, ответственный за оборону не только Египта, но и Среднего Востока в целом, а также Средиземноморья, Балкан и Восточной Африки, не мог остановить итальянское наступление по причине нехватки войск. Уэйвелл хитрил и тянул время, пока в декабре 1940 г. в дело не вступил его командующий войсками в Западной пустыне, генерал-лейтенант Ричард «Дик» О’Коннор. О’Коннор, скромный, интеллигентный человек небольшого роста, провел блестящую кампанию, и то, что начиналось как пятидневная разведка, превратилось в 500-мильное наступление, в ходе которого его войска (Дезфорс) полностью освободили всю занятую итальянцами Киренаику, захватили 130.000 пленных и уничтожили не менее десяти вражеских дивизий. Были все основания надеяться на то что и Ливия скоро падет.

В этих обстоятельствах бригада отлично подготовленных коммандос больше пригодилась бы в целях обеспечения безопасности Средиземноморских островов для поддержки наступления О’Коннора, чем на Европейском побережье, как изначально планировалось.

В октябре отец Джеффри Кейса, Командующий Совместными Операциями адмирал сэр Роджер Кейс предложил высадить бригаду на Пантеллерии, острове недалеко от побережья Сицилии, на котором планировалось создать военно-морскую базу и перевалочный аэродром. Это позволило бы перерезать линии снабжения итальянских войск в Ливии. Однако план был отложен в пользу более насущной необходимости: нанесения удара по острову Родос, недалеко от Турции. Это обезопасило бы от итальянцев главную базу ВМФ в Александрии и позволило бы устаносить британский контроль над всем Восточным Средиземноморьем.

Тридцать первого января 1941 года сводное подразделение из состава Бригады специального назначения, численностью в полторы тысячи человек (7-,8-,11-ый и частично Третий Отряды коммандос) под кодовым наименованием «Форс Зед» отбыло с острова Арран в Египет, на борту двух десантных кораблей, «Гленгайл» и «Гленрой» — быстроходных торговых судов, оборудованных палубными кранами для погрузки десантных барж.

Именно во время этого путешествия бойцы 11-го Отряда впервые увидели другие аналогичные подразделения — и нельзя сказать, что это произвело на них положительное впечатление. «Седьмой Отряд тоже здесь» — писал в дневнике Джеффри Кейс когда его взвод поднялся на борт «Гленгайла» — «Неорганизованная толпа под началом плохих офицеров».

Однако офицеры 8-го Отряда были, пожалуй, еще хуже. Как собственноручно писал один из них — Ивлин Во — «качество отряда напрямую зависит личных качеств офицера, командующего им». В полном соответствии с этими словами, 8-ой Отряд был похож на своего командира — Боба Лейкока, в юности бывшего кем то вроде искателя приключений. Однажды он совершил путешествие на паруснике из Копенгагена в Восточную Африку; в другой раз он проделал путь до Австралии и обратно на финском грузовом судне. За эти его подвиги было поднято немало тостов, однако, хотя Лейкок много говорил об инициативе и уверенности в себе, которую приобрел во время путешествий, на практике он оставался представителем старой школы офицеров-аристократов. Его аксиома — что нужно правильно выбрать человека для выполнения конкретной работы — в действительности означала, что нужно выбрать человека, окончившего правильную школу.

Лейкок не верил в меритократию. Восьмой Отряд был полностью набран из состава войск, находящихся в подчинении Восточного командования, однако офицеров Лейкок старался насколько возможно подобрать в Гвардейской бригаде. Многих он взял буквально из бара в Уайтс-клуб (аристократический мужской клуб на Сент-Джеймс стрит в Лондоне), полагая, как говорил персонаж книги Ивлина Во «Офицеры и джентльмены» Томми Блэкхаус (прототипом которого вероятно и послужил Лейкок), что «Это будет долгая война, и важно провести ее среди друзей».

Проблема была в том, что многие друзья Лейкока были завзятыми членами того, что среди рядовых было известно как Клуб Серебряного Кольца, группы здоровых и красноречивых молодых повес, которые запрыгнули в последний вагон уже сформированного 8-го Отряда. В их числе были Рэндольф Черчилль, младший офицер 3-го Гусарского полка, подобно отцу куривший длинные кубинские сигары, проигрывавший 400 фунтов за ночь (жалование рядового за 11 лет), который мог разрыдаться от огорчения, и был неспособен сойтись с кем либо, кроме лейтенанта Королевской морской пехоты Ивлина Во, с кем он, впрочем, тоже постоянно пререкался; лейтенант Эдвард Фитцкларенс, будущий Шестой Эрл Мюнстера, похвалявшийся на Арране что он будет отстреливать немцев как крыс, но по прибытии в Каир сразу устроившийся на штабную работу, заявив Во: «Знаешь, старина, я вовсе не хочу героически погибнуть со словами «Да здравствует Англия»; лейб-гвардеец лорд Питер Милтон, который отличился, выстрелив спьяну в голубя из окна Шеперд-отеля в Каире, когда он разбил стекло и попал в здание на противоположной стороне улицы, что стало причиной большего переполоха в Главном Штабе; а также лейтенант Шотландского гвардейского полка (ScotsGuards) Дэвид Стирлинг, который пренебрегал своими служебными обязанностями, постоянно сидел за картами в обществе плохих игроков вроде Рэндольфа Черчилля и спал столь долго, что заслужил среди собратьев-офицеров прозвище «Великий Лентяй».

Многие из этих людей отнюдь не страдали от отсутствия храбрости, некоторые, избавившись на войне от всей этой шелухи, впоследствии даже отличились в боях, однако многие были некомпетентны и совершенно не подходили для службы в войсках специального назначения. Сам Во писал: «Нужно отметить праздность и невежество офицеров (8-го Отряда)… они были азартными игроками… буйными, нетерпимыми, экстравагантными…».

«Бар в Уайтс» стал легендой и клише среди офицеров-аристократов, символом того «беззаботного дилетанта», на которого им хотелось бы походить. Рекомендации Лейкока по подготовке коммандос — о том что должно существовать «чувство товарищества между офицерами, унтер-офицерами и рядовыми», что «солдат должен самостоятельно мыслить, изучать проблему, самостоятельно искать путь к ее разрешению и обсуждать его с вышестоящим начальством… Каждый солдат имеет право на собственное мнение и может его отстаивать», дойдя до членов Клуба Серебряного Кольца, упали на каменистую почву. Им было известно, что они должны отучаться мыслить и действовать «по-гвардейски», однако отказаться от старых привычек было нелегко, и многие офицеры Лейкока, принимая участие в создании нового рода войск, абсолютно не понимали его сути.

«Поскольку офицер всем своим поведением должен быть примером для подчиненных», — писал один из дружков Лейкока по Уайтс-клубу, выпускник Хэрроу и лейтенант Уэльского гвардейского полка (WelshGuards) Кэрол Мэтер, — «он должен освободиться от повседневных дел и сконцентрироваться на своих обязанностях, поскольку от их выполнения зависят жизни его солдат». Эти прочувствованные слова написаны Мэтером об одном из его собратьев-офицеров по 8-му Отряду, капитане Фрэнке Ашере, который однажды в пустыне отказался лечь в постель, поскольку его слуга, гигант-гвардеец, которого он называл Этель, не принес ему теплую грелку.

Тот факт, что 8-ой Отряд весьма отличался от 11-го (шотландского) Отряда Педдера, отмечал даже Во, ставший вскоре офицером по разведке у Лейкока. «Бойцы 11-го Отряда в основном молоды и очень дисциплинированы», — писал он в своем дневнике, — «они во многом отличаются от нас, но ведут себя достаточно дружелюбно. Они прекрасно подготовлены…»

Когда корабли покинули территориальные воды Британии, Боб Лейкок был назначен командиром Бригады, переименованной после этого в «Лейфорс». Седьмого марта 1941 года бригада прибыла в Суэц.