Отряд сержанта Джека Терри отправился в путь на рассвете. Они спустились по склону и без остановки дошли до пункта сбора в вади близ точки Берег 1, где их ожидал Лейкок. Обратно они шли другим путем, потому миновали пещеру Карм аль-Хассан, где хранились их ботинки, накидки и прочие припасы. Не обошлось и без происшествий. Примерно на полпути их остановил отряд Итальянской Ливийской Арабской Армии, численностью десять человек. Дрори на арабском объяснил им, что это немецкое подразделение. Арабы пропустили их, однако Терри не был уверен, что им поверили, и опасался, что враги следуют по их следам, не попадаясь на глаза.

По прибытии их радостно приветствовали Лейкок, сержант Джон Николл, пулеметчики Джордж Данн и Ларри Кодд и санитар Эд Эткинс. Морально и физически истощенные, они повалились в тени кустарника и жадно набросились на еду — мясные консервы и галеты, приготовленные Данном и Коддом. Лейкока огорчили дурные вести о Кейсе и Кемпбелле, однако, в свете его предсказаний о неминуемой смерти, известия не стали для него полной неожиданностью. Он беспокоился о двенадцати бойцах, пропавших без вести — отрядах Роя Кука и Чарли Брюса и Бобе Фаулере, однако времени думать о них не было. До наступления темноты оставался всего час, а он хотел этой же ночью погрузиться на борт подводной лодки.

Оставив Терри с подчиненными в вади, он, в компании с Эдом Эткинсом, отправился на берег, посмотреть на море. Он занимался этим через равные интервалы все три дня, пока отряд находился на задании; поначалу он надеялся, что с борта «Талисмана» удастся высадить остальных коммандос. Однако «Талисман» уже направлялся в Александрию: Майерс отдал соответствующий приказ утром шестнадцатого ноября — на следующий день после того, как командос отправились к своей цели. «Торбэй» осталась на месте и ожидала их возвращения.

На берегу Лейкока встретил Прайор, боец СБС, лишившийся обуви во время высадки, который сообщил обескураживающие вести. Ночью четырнадцатого ноября Прайон и Джон Брайтлбэнк помогали Кемпбеллу спрятать лодки и спасательные жилеты в пещере. Теперь пещера была пуста. Дружественно настроенные бедуины сказали бойцам СБС, что они перенесли лодки, из опасения, что пещера не очень подходит для их хранения. Однако затем кочевники поменяли место стоянки, не уведомив британцев, и отыскать их пока не удалось.

Лейкок был в ярости: лодок и спасательных жилетов для погрузки на подводную лодку больше не было. Несмотря на это, он все еще был уверен, что эвакуацию удастся осуществить. Ветер был по-прежнему силён, однако волнение на море немного улеглось, и если с «Торбэй» отправят каноэ с тросом и грузом спасательных жилетов, бойцы смогут добраться до субмарины даже без лодок.

Внезапно появился гонец от Терри. Тот сообщал, что часовые засекли бедуина, который тоже заметил их и поспешно убежал. Это было подозрительно. Терри столкнулся с проблемой, которая станет вечной спутницей бойцов войск специального назначения — убивать или оставлять в живых мирных жителей, обнаруживших отряд на задании — и удержался от соблазна послать пулю вслед арабу. Лейкок одобрил его выбор: было крайне нежелательно навлечь на себя кровную месть местных племен.

Вместе с тем, Джок Хаселден предупреждал, что некоторые бедуины враждебно настроены и могут выдать их итальянцам. Поэтому Эда Эткинса отправили к Терри, с приказом увести коммандос в пещеру на берегу, где ранее были сложены лодки — тогда они, по крайней мере, уйдут с места, где их обнаружили.

Эткинс добрался до вади одновременно с отрядом Чарли Брюса, в состав которого помимо Брюса входили Чарльз Лок, Джими Богл и Боб Мюррей. Они, в отличии от отряда Терри, заходили в пещеру Карм аль-Хасан, однако ни Фаулера, ни припасов они там не нашли. Лейкок приказал перенести вещи ближе к берегу, а в вади оставить трех человек, на случай появления отряда Роя Кука.

На закате, в 18.19, Лейкок разглядел в бинокль «Торбэй». Лодко находилась в надводном положении примерно в четверти мили от берега. У Майерса были инструкции использовать одностороннюю связь, берег-лодка, чтобы не выдать врагу местоположение лодки в темноте. Лейкок подал опознавательный сигнал — три серии по четыре тире — и попросил выслать каноэ с тросом и запас спасательных жилетов. Ответа не было, и Лейкок некоторое время размышлял, получил ли Майерс сообщение, или же он просто строго соблюдает инструкцию. Поняв, что ответа не будет, он, убедившись, что врагов поблизости нет, снова начал сигналить: Врага поблизости нет, если не сможете прислать лодку, просигнальте три раза. Лодка не отвечала.

Лейкок сдался, и, оставив дозорного, отправился в пещеру и сказал бойцам, что по всей видимости эвакуация переносится на следующий вечер. Не успел он договорить, как появился Прайор. Бедуин, перенесший лодки вернулся и показал, куда он их перепрятал.

Значительно позже, примерно в 23.30, вернулся дозорный с берега, доложивший, что лодка начала подавать сигналы лампой Алдиса.

Лейкок поспешил на берег. Последовал нелепый обмен сообщениями, первым просигналил Майерс. Сообщение гласило, что море слишком бурное, и что он выслал лодку с запасом спасательных жилетов, воды и пищи. Лейкок перевел сообщение как «слишком сильное волнение для погрузки» и ответил Спасибо — доброй ночи.

Он уже покидал пляж, когда лампа «Торбэй» снова замигала. Майерс спрашивал, сколько человек в отряде и сколько потребуется спасательных жилетов. Лейкок ответил, что в отряде двадцать два бойца, и что лодки и спасательные жилеты найдены.

Согласно бортовому журналу, первая часть сообщения была понятна, однако дальнейшее перевели как у нас нет лодок и спасательных жилетов. Доброй ночи.

Последовала долгая пауза. На берегу Лейкок и его подчиненные нашли лодку с запасом спасательных жилетов, пищи и воды, посланную Майерсом — тот так точно рассчитал течение, что лодка уткнулась в берег всего в десяти ярдах от Лейкока. Он просигналил, что груз получен. Успешно ли прошла операция? — осведомился затем Майерс.

Поскольку новостей от Кука не было, Лейкок, должно быть, уже начал опасаться, что рейд окончился полным провалом — ни похитить, ни ликвидировать Роммеля не удалось, здание разрушено не было, а по поводу автопарка и генератора информации не было вообще. Потери врага были минимальны, зато отряд лишился двух офицеров. Лейкок понимал, что уже сейчас нужно подавать факты в выгодном для себя свете, поэтому ответил так: Хорошая работа — потрепали их штаб, но понесли досадные потери. Кейс погиб, Кемпбелл, Кук и шесть нижних чинов пропали без вести. Отряд не преследовали. Беспокоился он напрасно, Майерс был полностью сбит с толку его сигналами, и, согласно бортовому журналу, перевел его как: Бог его знает. Некоторые погибли в лагере. Штаб не обнаружен.

Туманый смысл послания, в сочетании с утратой отрядом спасательных жилетов и лодок, встревожили Майерса, поскольку он записал в журнал фразу «судя по всему, на заявление об «отсутствии сил неприятеля поблизости» полагаться нельзя.»

Он чувствовал, что коммандос находятся в опасности, и просигналил: Эвакуироваться днем слишком опасно, поэтому на рассвете я отойду к западу гавани, к отмели, откуда вы сможете доплыть до меня. Иначе сделаем попытку следующей ночью.

Лейкок понял послание как: Если днем будет слишком опасно, и вы предпочитаете добираться вплавь, я готов подойти к западному берегу гавани. Иначе сделаем попытку следующей ночью. Лейкок не заметил слова «на рассвете»; он решил, что Майерс предлагает им плыть до лодки немедленно.

В своем отчете Лейкок пишет, что у него было искушение так и поступить, однако, поразмыслив, он решил, что бойцы слишком устали, и заплыв в бурном море станет очень рискованным мероприятием. «Я пришел к заключению,» — пишет он, — «что бойцы в их нынешнем состоянии не смогут справиться с течением, ветром и волнами, поэтому наверняка утонут при попытке добраться до лодки вплавь.» Однако, во всей видимости размышлял он недолго, согласно записям в бортовом журнале Майерса, «ответ последовал немедленно»: Попробуем следующей ночью.

Очевидно, что Лейкок плохо контролировал ситуацию; скорее всего именно поэтому отряд почти в полном составе попал в плен. Элизабет Кейс пишет в своей книге, что «ни одна сторона не могла полностью понять смысл сообщений друг друга». С ее точки зрения, обе стороны были виноваты в равной степени, однако сигнальщик Королевского Флота на борту «Торбэй» наверняка хорошо знал свое дело; Лейкок же, напротив, мог неверно понять сигналы с «Торбэй» по причине недостаточного знания азбуки Морзе. По той же причине его сигналы не могли понять на лодке. Лейкок объяснял это тем, что у него был стандартный армейский фонарь, бакелитовый цилиндр, который можно было установить вертикально на один конец, на другом же, под прямым углом к рукояти находилась лампа. На боку находилась кнопка, при помощи которой можно было подавать сигналы азбукой Морзе, но на его фонаре кнопка отсутствовала, и ему приходилось сигналить включая и выключая свет. Даже если это и соответствует истине, это не составило бы проблемы для человека, владевшего азбукой Морзе, кроме того его заявление никак не объясняет, почему он сам не понимал сигналы с «Торбэй».

Недостаток знаний у Лейкока стал большой проблемой: Майерс думал, что у коммандос отсутствуют лодки и не понял сообщения о том, что лодки уже найдены, иначе он не стал бы предлагать подвести лодку ближе к берегу, чтобы они могли добраться до нее вплавь. Он считал, что эвакуация будет затруднительной по причине волнения, однако ветер был силою всего в 4 балла, и понемногу слабел, в журнале он писал, что согласно прогнозам на следующий день погода улучшится. К рассвету коммандос успели бы отдохнуть, и, учитывая найденные лодки и по три спасательных жилета на каждого, у них были неплохие шансы вернуться на «Торбэй».

Лейкок понял предложение Майерса, однако оно означало, что на «Торбэй» не разобрали его сообщение о найденных лодках, в таком случае его следовало повторить. Элизабет Кейс пишет, что Лейкок считал, что утонуло шесть бойцов с «Талисмана»; фактически же утонул только Питер Барранд, о котором отчет Лекйока не упоминает вовсе.

Все свидетели сходятся в том, что море к утру стало значительно спокойнее, и, если бы Лейкок правильно провел сеанс связи, то скорее всего на рассвете весь отряд благополучно покинул бы берег.

* * *

Лейкок возвратился в пещеру, приказал собрать вещи, а затем скомандовал отбой. Удостоверившись, что Терри выставил часовых, он тоже прилег, поручив разбудить его за час до рассвета. Первой мыслью, пришедшей ему в голову после пробуждения, была мысль об организации обороны. Вместе с Прайором он осмотрел пещеры, выбрал три места с хорошим обзором и поставил там сторожевые посты. Три бойца еще оставались в вади, и он выслал по отряду флангового прикрытия на восток и на запад.

До полудня все было спокойно. Ветер утих и волны улеглись; сейчас коммандос могли бы спокойно погрузиться на лодку. Прайор с несколькими коммандос залег у старого форта и внимательно наблюдал за бедуином, бродившим по берегу в полутора милях от них: тот погонял верблюда и осла, связанных вместе. Внезапно со стороны западного поста донесся грохот винтовочного выстрела, затем последовал ответный залп.

Прайор с бойцами укрылись за фортом, из пещеры, отделенной от них небольшим ручьем, выбегали их товарищи, искавшие себе подходящее укрытие и готовившиеся к бою. Высунув голову из-за угла, Прайор увидел взвод карабинеров в красных тюрбанах, ползком приближавшихся к ним вниз по холму. Теперь по ним стрелял весь отряд, поэтому они продвигались медленно и осторожно.

Лейкок наблюдал за ними в биноколь, и решил, что серьезной опасности они не представляют, однако вызвал добровольцев, готовых обойти врага с фланга и выяснить их численность. Вызвались Авишалом Дрори, Чарли Брюс и Джон Николл. Дрори отправился в одиночку и обогнул врагов по небольшому кругу, а Брюс и Николл вдвоем прошли значительно дальше. Пока они пробирались через кустарник, Прайор попросил Лейкока дать ему в подчинение бойца с автоматом; он собирался нанести удар во фланг неприятелю со стороны моря. Прайор не знал имени бойца, однако методом исключения можно предположить, что это бы второй номер пулеметного расчета ланс-капрал Ларри Джей. Кодд. Прайор и Кодд (если это был действительно он) побежали под огнем в западном направлении, перешли ручей и, укрываясь за камнями, приблизились к карабинерам на двести ярдов. «Я осмотрелся,» — рассказывал Прайор — «и увидел, что у моего бойца намертво заклинило автомат. Я попытался ему помочь, но не преуспел. Довольно сердито я сказал ему: «Ладно, во имя всего святого постарайся исправить его — а я пойду дальше!», после чего я очень опрометчиво продвинулся еще на пятьдесят ярдов, и бросился под прикрытие камней. Оттуда я увидел на холме к западу еще несколько итальяшек, а в это время мои шестеро упражнялись в стрельбе по мне.»

Прайор собирался продолжать сближение, однако потом решил, что это будет равносильным самоубийству. Тогда он повернул назад — и тут получил пулю в ногу. Его подчиненный с заклиненным автоматом так и остался в своем укрытии. В 14.00 Лейкок отдал приказ отходить на восток и постараться не попасть в плен: теперь каждый был сам по себе.

Дрори тем временем обнаружил, что зашел итальянцам в тыл, где он предпочел найти укрытие. Через некоторое время он услышал, как Лейкок приказывает отходить, и постарался добраться до него. «Я не успел подойти,» — рассказывал он — «он побежал и оставил меня далеко позади. Итальянцы, почти не стрелявшие до этого момента, открыли огонь. Я не пытался догнать убегавшего и укрылся в кустарнике.»

Дрори видел, как Эткинс поднял белый флаг, но карабинеры подошли к ним с Прайором только через некоторое время. Он рассказывал, что одного из коммандос застрелили, а второго серьезно ранили.

Прайор утверждал, что его спутника арабы расстреляли в упор, однако считается, что все члены диверсионного отряда попали в плен. Более вероятно, что итальянцы обнаружили тело Питера Барранда, утонувшего пятнадцатого ноября во время высадки с «Талисмана». Тело выбросило на берег, где было найдено и предано земле карабинерами, что и породило слухи об убитом ими бойце отряда.

Спайк Хьюз, находившийся в одной из пещер, слышал свист пуль, однако не придававший этому значения, пока не услышал приказ Лейкока отступать. Он выскользнул из пещеры и поднялся на холм, где присоединился к Джорджу Данну, Джиму Мюррею, Джо Кирни, Денису Култриду, Джими Боглу, капралу Стиву Хэвисайдсу, и ланс-бомбардиру Броди, которые поднялись туда поодиночке либо парами. Несмотря на рекомендации Лейкока разбиться на группы не более трех человек, они решили вместе двигаться на юг в направлении Мекили, где была вероятность, что их подберут британские войска.

Билл Прайд вспоминал, что во время боя он укрылся в пещере вместе с Рэдклиффом, Филминстером и Локом. К ним вбежал Фрэнк Уорни, передавший приказ Лейкока отступать. Вход пещеры был обращен на запад, как раз в направлении наступающих карабинеров, поэтому они находились в затруднительном положении. Было решено выбегать по одному. Несмотря на свистевшие вокруг пули, четверым удалось вырваться невредимыми, ранение получил только Рэдклифф. Рана не была серьезной, но сильно кровоточила. Впятером они отправились на юг, к горам, где большую часть дня прятались в кустарнике. Один из итальянских патрулей прошел всего в тридцати ярдах от их укрытия, не обнаружив их. На закате они проверили свои припасы, обнаружив, что у них лишь одна банка мясных консервов на всех. Несмотря на это, они решили отправиться в район Слонты, к патрулю ЛРДГ Тони Хантера.

Джек Терри отошел на позицию, где к началу наступления карабинеров располагался восточный пост. Здесь он терпеливо дожидался Боба Лейкока. Тот вскоре присоединился к нему, хромая по причине поврежденного колена. Они устремились на восток, вслед летели пули, но ни одна из них не достигла цели. Оторвавшись от преследования, они решили отправиться на запасную точку, Берег 6, где ночами двадцатого и двадцать первого ноября их должна была ожидать подводная лодка.

Сержанты Джон Николл и Чарли Брюс решили вместе двигаться на восток в направлении Тобрука. Оставшийся без напарника боец СБС Джон Брайтлбэнк ушел в горы один.