Мне казалось, что я все еще сплю. Но нет, слишком яркие ощущения, да и локоть побаливал после моего щипка. Это я так проверяла реальность происходящего.

Двое мужчин, от которых у меня кружилась голова, а сердце становилось слишком большим. Они сидели на кухне и занимали почти все пространство. Не только вокруг, но и в моих мыслях.

Еще и вопрос Тимура. Мне вдруг стало так стыдно, что щеки загорелись пламенем, а глаза защипало. Ну что такое то, а? По сути, они увидели весьма грязное белье моей семьи. Неадекватность отца и откровенный страх матери перед ним. Который я не могла понять. Он просто охреневший мужик, возомнивший себя непонятно кем и решивший, что ему все позволено.

— Требовал, — кивнула, отходя к плите.

Надо бы встать от них подальше, но размеры кухни не позволяли удрать на необходимое расстояние. В итоге, поясницей прижалась к краю плиты, ощущая ее тепло.

— Он идиот? — спросил Тимур и тут же сам себе ответил. — А нет, просто мудак.

— Согласен. — кивнул Марк, от взгляда которого дышать становилось чуть труднее. — Думаю, он пытался взять тебя или на жалость, или угрожал. Так? Или решил, что ты юридически неподкованная. В любом случае, шансы того, что он обратится в суд для получения алиментов ничтожно малы. Еще более они малы в том, что суд примет его сторону. Во-первых, он вполне дееспособен, судя по тому, как тут орал. Во-вторых, кроме тебя у него еще двое взрослых детей, старше тебя. В-третьих, у него явно есть какой-то доход.

Я глянула на дверь кухни и чуть повысила голос:

— Лера, иди найди Лекса и не подслушивай.

Раздалось ворчание и шлепанье ног по полу. Хорошо хоть Лера мой авторитет признавала. Надеюсь, в ближайшие пять минут она не будет подслушивать. Ей с утра уже хватило той грязи, в которую нас всех окунули.

— Он угрожал. — проговорила тихо, жалея, что не могу выпроводить и маму. Вон она уже потянулась за валерьянкой.

— Как? — быстро спросил Тимур.

— Если не буду выплачивать алименты, то отберет Леру у мамы и заберет в село. Я идиотка! Надо было разговор этот записать!

— Ну там было кому и что записать. — туманно произнес Марк. — Тем не менее, я таких людей знаю. Трусливы и предпочитают гадить по мелочам. Плохо.

— Что именно? — пробормотала себе под нос.

Пока что под это определение попадало все, включая личную жизнь.

Тимур сидел и развлекался тем, что прожигал меня взглядом. Так что я едва уже не дымилась. В то время как Марк смотрел на маму, и точно беседовал только с ней.

— Алевтина, судя по утреннему инциденту, ваши соседи любопытные, но заступиться в случае чего не смогут.

— Они хорошие, — как-то неуверенно произнесла мама, — но да, предпочитают молчат. Вдруг, мол, им тоже попадет.

— Полицию не вызывают? — заинтересовалась я.

Только сейчас дошло, что да, никто, кроме меня, в полицию не звонил. Все ворчали за дверями, но предпочитали бездействовать.

— Ты что, — махнула мама рукой, — вдруг полиция потом им предъявит, что вызывали и все такое. Кучу причин придумают. Ладно, надо просто подождать, пока он успокоится.

— Алевтина, а кем вы работаете? — спросил вдруг Марк.

Он отставил чашку, чай из которой явно пригубил лишь из вежливости. И теперь постукивал пальцами по столу. Такой негромкий стук, от которого у меня почему-то волосы на затылке начали чуть подрагивать. Мое воображение мигом показало Марка в огромном кабинете. И вот так же, постукивая по прозрачной столешнице, он решал судьбы своих подчиненных.

Но если я работаю на него, то моя семья — нет.

— В сметном отделе, — мама назвала научно-исследовательский институт. Из тех, что существуют, кажется, сто лет. И постоянно на грани закрытия. Но каким-то чудом еще работают. Понятное дело, зарплата там так себе. Хорошо еще я отправляла им деньги. И хорошо, что маме хватило ума не рассказывать о них отцу. Иначе вряд ли она смогла сейчас найти квартиру, даже продав свою.

— Подождите минуту.

С этими словами Марк встал и вышел за дверь, в подъезд, оставив меня смотреть ему вслед и подозрительно щурится.

— Угадала.

Мрачный голос Тимура заставил обернуться к нему.

— Ты о чем?

— Он сейчас пошел звонить по своим кадровичкам и узнавать, что там с вакансиями.

Мама икнула и начала капать валерьянку на фартук.

— Зачем? — у нее вышло это как-то жалобно. И я ее понимала. Приходит тут мужчина, весь из себя, и начинает играть роль Деда Мороза. Без бороды, правда, и без носа. И в качестве мешка с подарками — мобильный телефон. Но суть та же.

— Марк Игоревич, — сухо проговорил Тимур, — обожает производить впечатление. Честное слово, еще немного и я начну видеть в нем отца местной мафии. Впрочем, в данной ситуации я с ним даже солидарен… почти даже на девяносто процентов.

— А остальные десять? — не удержалась я от вопроса.

— Ну так должен я себе оставить что-нибудь.

В итоге у меня окончательно пропал аппетит, а мама, наоборот, запила валерьянку чаем и заела парой бутербродов. Тимур как раз пытался узнать у меня еще подробности скандала с отцом, когда вернулся Марк.

— Алевтина, — начал он с места в карьер, — сметчик на полный день, сводит данные по двум моим клубам. Кроме вас есть еще двое, но они в основном работают по другим объектам. В первое время помогут без вопросов. Зарплата…

Тут он озвучил цифры. Ну приличные, чего уж там. Не заоблачные, но явно получше нынешней маминой зарплаты.

— Испытательный срок три месяца, — продолжал тем временем Марк. — И нет, я не занимаюсь благотворительностью, но даю шанс. Да, я могу себе это позволить. Если после трех месяцев о вас будут не лучшие отзывы, то придется распрощаться. Что вы на это скажете?

В принципе еще до того, как мама произнесла ответ, я уже знала, какой он будет. И медленно закипала.

— На минуточку, Марк… Игоревич. — процедила, в упор глядя на него.

На лице у мужчины и по совместительству моего босса не дрогнул ни один мускул.

— Без проблем, Кристина… Анатольевна.

Ладно, ему даже сарказм к лицу, чего нельзя сказать обо мне. Кристиано, даже в лучшие минуты нашей совместной жизни, говорил мне: «Дорогая, когда ты начинаешь язвить у тебя становится вид бешеной суки». Не знаю, как выглядят подобные особи, но думаю не самым лучшим образом.

В итоге, я почти вытолкала Марка обратно на лестничную площадку. Вот развлечение сегодня у соседей! То орут, то шепчутся. Просто сериалы не смотри!

— Это что такое?

Приходилось понижать голос так, чтобы наш разговор не услышали даже самые чуткие уши. Ну и приблизиться к Марку вплотную. Мало ли, вдруг вздумает изобразить глухого.

Приближаться оказалось не самой лучшей идеей. Либидо вмиг завибрировало где-то внутри, я же с трудом удержалась от того, чтобы не начать глубоко вдыхать мужской запах и парфюм.

Вашу мать!

— А что такое?

Этот гад тоже понизил голос, придвинулся и теперь мы едва не касались друг друга носами. Марк еще и рукой оперся о давно крашеную стену. Так, что я на миг ощутила себя спрятанной от всего мира.

— Спасибо, конечно, но не думаю, что стоит делать такие предложения человеку, которого не знаешь.

— Сомневаешься в моей компетенции, Кристина?

Сомневаюсь в своей выдержке рядом с тобой, засранец!

— Просто я не думаю, что это самая удачная идея. Серьезно, я не хочу быть должна те…

— Стоп!

Глаза Марка буквально заледенели. Такой взгляд я у него еще не видела. От него даже внутри словно обдало колючим морозом и захотелось попятиться. Кажется, я ступила не туда, куда надо.

— Считаешь, что я потребую с тебя оплату? — обманчиво мягко спросил мужчина.

Под этой мягкостью ощущалась неумолимая сталь. Острая и безжалостная. Я сглотнула, подумав, что не хочу быть разрезанной ею на части. Пусть даже и морально.

Порой моральная боль сильнее физической. Хотя бы потому, что ее лекарствами не заглушить.

— Я…

Да, дипломат из меня так себе.

— Ты. — безжалостно ответил Марк. — Серьезно, Кристина? Что же я могу потребовать?

Не выдержала и отвела взгляд. Черт!

— Я не привыкла к… таким поступкам от других. Извини…

Труднее всего оказалось выдавить из себя извинение. Язык едва не начал заплетаться. Я продолжала стоять и смотреть на поцарапанную стену, на знаменитое слово из трех букв, написанное каким-то «гением» словесности.

Соседи, наверное, прилипли к «глазкам» дверей.

— Марк, просто…

Когда мужская ладонь с длинными и жесткими пальцами легла мне на щеку, я не удержалась и дернулась. Настолько резким и сильным оказалось вспыхнувшее ощущение внутри меня.

— На первый раз прощаю. — отрезал собеседник. — И запомни. Если я что-то делаю и хочу за это цену, то озвучиваю ее сразу. Все понятно?

— Абсолютно, — выдохнула, переводя взгляд на него.

К счастью, лед в серых глазах уже растаял, сменившись мягким теплом. И чем-то еще. Чем-то, что я попыталась разглядеть.

Даже приподнялась немного на цыпочках…

И поняла, что совершила огромную ошибку, вытащив Марка в коридор. Оставшись наедине. Потому что меня в один момент прижали к себе и накрыли рот губами, твердыми и жадными. Настолько умелыми, что протест оказался сметен остальными эмоциями.

* * *

Это продолжалось недолго. И одновременно ощущения растянулись на годы. Когда я, невероятным усилием воли оторвалась от Марка, то внутри потряхивало и было чувство, словно выпила жидкого огня. Губы горели, как и взгляд.

Я ненормальная! Я сумасшедшая идиотка, которая плавится от поцелуев сразу двоих мужчин. Причем они родственники друг другу, мать его.

Как можно хотеть и тянуться к обоим сразу?

«Хотеть, — звякнуло в пустой голове, — хотеть, но не любить».

Любовь для меня всегда казалась неким идеальным моментом для двоих. Когда есть он и есть она. Но трое…

Любовь на троих так ведь не бывает! Это или любовный треугольник, в финале которого один остается несчастным, или же страсть, похоть. Но не то, что заставляет сердце трепетать.

Почему же я сейчас стою и не хочу разжимать пальцы, которыми вцепилась в бледно-голубую рубашку. Смяла дорогую ткань. Почему вдыхаю запах Марка и просто мечтаю продлить эти мгновения?

— Не надо! — прошептала, стараясь отодвинуться.

Мне не мешали, но и не помогали. Словно мужчина давал мне возможность решать самой.

— Не надо что?

— Служебный роман — плохая идея.

— А когда при этом тянет сразу к обоим — еще хуже.

Вот теперь я смогла отодвинуться.

— Думаю, стоит завершить разговор.

— Без проблем. — пожал плечами Марк. — Хотя всегда считал, что прятать голову в песок — не самая лучшая идея.

Как мы вообще можем стоять и спокойно говорить об этом?

— А что ты предлагаешь? — спросила ядовито. — Бросать жребий? Серьезно?

— Для начала хотя бы сходить на свидание.

— Служебный роман. — напомнила я.

— А вот с этим сложнее, да. — признался Марк.

Он потер подбородок, а я вдруг захотела отбросить его руку, самой прижаться щекой. И замурлыкать как кошка.

Да, да, Крис, и ведешь ты себя тоже как кошка. Во время течки. Тьфу.

В итоге, я начала пятиться обратно в сторону квартиры. И фраза Марка догнала меня уже, когда я начала открывать дверь.

— Увольнять тебя было бы нечестно, правда? Тем более специалист ты хороший.

Так и замерла, забыв потянуть дверь на себя. Бросила взгляд через плечо на Марка.

— И что в итоге? Снова наступишь на те же грабли?

Это я так тактично намекнула про Алину, да. Ведь и она работала арт-директором.

— На одни и те же грабли у меня нет привычки наступать. — парировал Марк. — Тем более, я умею делать выводы.

— Поздравляю.

— Свидание. — напомнили мне.

— С двумя сразу? — съязвила в ответ.

Вопрос улетел в потолок, Марк молчал и смотрел на меня так, что ответ я прочитала в его взгляде. И чуть не села прямо на пол в подъезде. На эту вот и пыль и кем-то брошенный сиротливый окурок.

— Шутишь?! — вместо рыка у меня вышел какой-то жалобный писк.

— Это просто предложение. А вот принимать его или нет — решать только тебе. Кстати, Тимур согласился с этим.

Горячий ком зародился в груди, опустился в живот от одной только мысли, что я с ними двумя пойду на свидание. На самое настоящее свидание, которых не видела очень давно. Сначала — будучи замужем, затем — бегая с бумагами о разводе.

То есть мы реально можем пройтись по улице, сходить в кафе, кино или придумать что-то более экзотическое?

Поцеловаться…

— Вы психи! — прошептала и буквально ввалилась обратно в квартиру. Подавила сильное искушение запереть дверь, но все же сдержалась и, сжав кулаки, вернулась на кухню.

— Ты!

Я ткнула пальцем в Тимура, на коленях которого Лекс вылизывал хвост. Хорошо вылизывал, гребень из жесткой шерсти слипся и стал мокрым.

— Я все еще здесь. — признался соседушка.

Спокойно, Крис, спокойно. Внутри все клокотало, но внешне я старалась пока что держаться. Хотя бы ради мамы и Леры. Они бы точно не поняли, сорвись я сейчас и начни орать. Для них — эти мужчины герои, просто супергерои! Пришли, увидели, прогнали, защитили, надавали комплиментов. Еще и работу предлагают.

— Кристина, — голос мамы вывел меня из состояния тихого бешенства, — а Тимур тут предлагает квартиру сменить.

— Да-а-а! — взвыла бессовестно подслушивающая Лерка откуда-то из глубины гостиной. — Меня бесит эта унылость вокруг! И тетки вредные. И вообще!

Лекс на руках Тимура отвлекся от хвоста и уставился на меня с легким недоумением.

— Предатель! — прошипела я, чуть наклоняясь к коту и стараясь не думать о том, что он сидит на коленях моего мускулистого соседушки.

На морде Лекса мигом сморщилось все, что могло сморщиться. Даже нос собрался в складочку. После чего кот чихнул, обдав слюнями и соплями все вокруг. И ушел, вздернув хвост.

— Я с ним согласен. — проворчал Тимур, джинсам которого досталось больше всего. — Кристина, я насчет квартиры серьезно. У меня есть хороший риэлтор. Мужик реально надежный и знает свое дело. Пара недель и твои родные переедут в другой район. И хрен бывший муженек и папаша их найдет. Не центр, конечно, но все решаемо.

Я открыла рот, чтобы сообщить Тимуру о прекрасной привычке многих людей не лезть в чужие. Но…промолчала.

У меня есть деньги. А у него — возможности.

На самом деле внутри сейчас грызло опасение за маму и Леру. Отец явно не самый адекватный человек. И если знает, где они живут, да после сегодняшнего унижения…

Будем честными, если бы не пикантность ситуации между мной, Марком и Тимуром, я сейчас с радостью могла поддержать его предложение. Да что уж там, ухватилась руками и ногами.

Продать эту квартиру, добавить немного и можно купить квартиру во вполне приличном районе, с консьержем и видеодомофоном. Чтобы чокнутый папаша забыл туда дорогу, даже если каким-то чудом узнает новый адрес.

Да вон и мама, судя по глазам, загорелась. Надеюсь, она понимает, что по щелчку пальцев такие действия не делаются.

За спиной вдруг послышались шаги. Я не двинулась с места, хотя каждая клеточка тела напряглась.

Марк.

Подошел сзади, не прикасаясь. Но и без этого у меня щеки и губы обдало жаром. Даже затрясло немного, особенно когда Тимур внимательно так на меня посмотрел.

Да почему так?! Где ревность?! Где, мать вашу, мужское «р-р-р, моя»?!

— Мне, — слова вдруг стали даваться с трудом, — мне…мне срочно надо домой. Прошу прощения.

— Крис… — послышался голос Тимура.

Краем взгляда увидела, как он приподнимается со стула, но уже ужом проскользнула между Марком и стеной. Бежать отсюда! Куда угодно!

«Крисси, я так счастлив, — послышался в голове голос Кристиано, — ты моя мечта, мое блаженство. Никогда тебя не обижу. Ты моя, Крисси, представляешь?»

Не надо мне больше этих «моя» и «мечта». Наелась по самые уши, спасибо.

Влетела в первое помещение, машинально закрыла дверь и только потом поняла, что оказалась в ванной. Ну и отлично! Холодная водичка — самое то, чтобы освежиться.

От злости, крутанула кран так, что полилась сразу ледяная. Но и она испарялась с шипением от прикосновения к лицу. Кое-как поплескавшись, я оперлась руками о раковину, взглянула на себя. Бледное и охреневшее отражение взирало каким-то малость безумным взором. Ну да, бешеная ночка, не менее бешеное утро, а теперь еще и предложение двойного свидания. И все это с ненавязчивым окучиванием моих родных.

«Но ты же хочешь сходить, — шептало нечто внутри, пока я продолжала смотреться в зеркало и пытаться согреть замерзшие от воды пальцы, — да ладно, Крис, ты уже прикидываешь, что надеть. И куда пойти. Но все равно пытаешься отказаться».

Подула на руки, потом сунула их уже под горячую воду. Зеркало медленно запотевало от пара, а я все думала.

В анамнезе у меня муж-игрок со льстивыми речами о любви. На деле, фактически продавший меня своему лучшему другу. А у того не любовь, нет. Там мания, от которой до сих пор мурашки по коже и волосы дыбом.

Я всегда боялась и боюсь фанатиков. Это люди, способные на что угодно.

Губы жжет от воспоминаний про поцелуи Марка…

И Тимура.

У них разный вкус, но оба они одинаково идеальны для меня. Тимур с привкусом чего-то коричного, тогда как Марк — холодная мята.

Ледяная вода не помогла — факт.

Двое мужчин сразу в череде игрока и маньяка? О, да, Кристина, ты на мелочи не размениваешься.

Наверное, когда я вернулась на кухню, то видок у меня оказался тот еще. По крайней мере глаза у мамы слегка округлились.

— А эти где? — буркнула, оглядывая убранный стол. — Двое из ларца, которые?

— Уехали, — пожала плечами мама, — Крис, ты против обмена квартиры или против них? Хорошие у тебя друзья.

Я чуть не закашлялась, но сдержалась.

— Я не против. Лишь бы все получилось.

Мой телефон лежал на подоконнике, здесь же. Между кактусом и маленькой лейкой. Я зачем-то смотрела на ее оранжевые бока, пока набирала сообщение. Которое собиралась отправить двоим мужчинам.

«Сегодня в пять вечера. Только так или не иначе. Место выберите сами»

Что я делаю?!