Марк

Мне пришлось выталкивать Тимура из квартиры Кристины едва ли не силой. В итоге состоялась секундная и почти бесшумная борьба, после которой кузен оказался на лестничной площадке, а после — в своей квартире.

— Б…ть!

Тимур, наконец, вырвался и попытался рвануть обратно. Я успел перегородить путь и рявкнул:

— Остынь!

Пару мгновений кузен смотрел на меня почерневшими глазами, потом выдохнул с бешенством:

— Надо туда! Какого х…!

— Ты ее видел? — спросил спокойно.

Но мать вашу, как же мне давалось это спокойствие! Но я продолжал стоять и говорить, глядя Тиму в глаза:

— Она на взводе. Тронь и взорвется. Эй, мы все тогда наломаем дров, понимаешь. Выдохни давай.

— Ты вообще понял, что там сейчас произошло?!

— Да, — кивнул, желая больше всего на свете плюнуть на все и вернуться к Кристине, — нам только что дали от ворот поворот с требованием устроить дуэль и решить, кто достойнейший.

— А мне показалось, что она послала нас обоих. Почему?!

Я чуть не расхохотался. О да, Тиму не отказывали со школьных времен. С тех пор как он решил сбросить вес и начать усиленно ходить в спортзал.

— Думаю, ее напугал напор. Значит, — я потер подбородок, протянул, — кофе с утра, так?

— Значит, — в тон мне откликнулся Тимур, — случайные встречи у работы по вечерам?

Мы смотрели друг на друга, выпрямившись и скрестив руки на груди. Не знаю, что там думал Тимур, а вот я понимал — сейчас мы на острие. Дружба, начавшаяся с детсада, сейчас едва ли не трещала.

Ревность ядовито шипела, ударяла в голову, нашептывала картины, где сонная Кристина открывала дверь Тимуру. Он видел ее в домашней обстановке, тогда как мне приходилось довольствоваться полу-официальным общением.

— Она не послала, — проговорил тихо, — ты не понял, да?

— Чего?

Напряжение из квартиры Кристины словно перебралось сюда. Даже питомцы Тима замерли в соседней комнате, перестали шуршать и рыть подкопы на волю. Я же отчеканил, глядя в глаза кузену.

— Она не может выбрать.

После чего мог наблюдать как вытягивается лицо Тимура. Видимо, в его сознание эта мысль вкрадывалась крайне неохотно.

— Это… — пробормотал он, разом утратив красноречие, — как… да ну ладно!

Провел рукой по заросшему подбородку и выругался от всей души. Я с ним был солидарен.

Нет, мы бывали вместе с девушками втроем. Пару-тройку раз, с мимолетными партнершами, из тех, кто оставляют после себя быстро исчезающие приятные воспоминания. Такие же легкомысленные и милые, как и она сама. При этом изначально было понятно, чем все закончится.

И никто из нас тем партнершам не таскал кофе и не подвозил с работы. И уж никто не вспоминал их каждый день. Просто эксперимент, приятный. Но и все.

Кристина же каждый день все глубже проникала в мои мысли, ощущения, под кожу. После Алины она напоминала глоток свежего воздуха в моем циничном мире.

Хотя такие мысли должны были вызвать ухмылку. Не тот возраст, когда в девушке видишь нечто возвышенное и поэтическое. Скорее, тут в большей степени должен присутствовать расчет. Особенно с его образом жизни.

Но Кристине на это было плевать. Она просто возникла в его жизни. И в жизни Тима.

И с этим надо было что-то делать.

— Думай, Тим, — отмер я первым. — Условия нам поставили вполне ясные. Сначала, мол, померяйтесь пиписьками, а потом уже решайте. Выбрать она не может.

— Да бред это! — взорвался Тимур. — Обоих послала!

— Выдохни! — жестко перебил я его. — Соберись. Эмоции выключи и подумай. Хорошо подумай.

Бросил взгляд на блеснувшие из-под манжеты рубашки часы.

— Через час у меня важная встреча. Тимур, есть предложение.

Кузен молча смотрел на меня. Сочувствовать ему я не собирался. Оба в заднице.

— В пять мы с тобой созвонимся и поделимся мнениями. И опять: представь, что ты пишешь сайт.

— Охренел! — взорвался Тим. — Она не программа!

— Потому нам с тобой сейчас так хреново. — усмехнулся невесело и молча вышел за дверь.

Тим молча запер за мной замок. Потом я услышал глухой удар кулаком и яростную ругань. Мысленно повторил за ним то же самое, глядя на дверь Кристины. За ней стояла тишина. Представил почему-то, что она стоит по ту сторону и тоже прислушивается.

Может, надо было подойти и постучать, но логика и разум погрозили кулаком. Нет, всем надо остыть.

Но настроение было так себе, конечно. Последний раз женщина так сильно цепляла, наверное, только в университете. Когда ты вечно в делах, то, увы, личная жизнь отходит на второй план. При этом вокруг может быть много женщин. В какой-то момент я понял, что смотрю на них и оцениваю стоимость каждой.

Не самое приятное открытие. Хотя бы потому, что в глубине души понимал: нельзя всех женщин оценивать по значкам долларов в глазах. Нельзя.

Но вот появилась Кристина. И если я мог еще постараться закрыть глаза на то, что она — моя подчиненная, то на сегодняшний ее крик нельзя притвориться слепым и глухим.

Там не было игры.

Она действительно не могла выбрать. Тимур не понял это, так как его ревность и чувства на время затмили разум. Да и до меня дошло лишь в квартире кузена.

* * *

Кристина

Оказывается, чтобы было хреново, необязательно встречаться с человеком много лет. Можно с ним вообще не иметь отношений. А после того, как он ушел — ощутить себя брошенной и хотеть выть на луну.

Сама на это пошла, твердила себе безжалостно, пока умывалась ледяной водой в ванной. Пыталась смыть невидимый огонь со щек. Но они продолжали гореть. Скорее всего, Марк и Тимур вспоминали меня. И вряд ли добрым словом.

Никакого кофе в итоге я пить не стала сегодня. И без него нервы так и оставались взвинченными до предела. Возле клуба мне пришлось минут пять стоять у двери и успокаиваться. Попыталась подумать про машину, которую надо купить, про работу, про родных. В итоге кое-как заставила мозг войти в рабочее русло. Благо мне это помогли сделать подчиненные. Кажется, сегодня они сговорились устроить для меня маленький праздник проблем.

Во-первых, что-то случилось с электричеством в главном помещении клуба. Вызванный штатный электрик поковырялся в проводах и, под моим взором, промямлил непонятные фразы.

— Для не профи повторите! — потребовала сурово.

— Помощник нужен.

— Будет через час, — сообщила, доставая телефон.

Благо найти днем в большом городе одного электрика не проблема. Особенно, если есть деньги. Особенно, по двойному тарифу.

Убедившись, что здесь все более-менее налаживается, я решила глотнуть чаю.

Но тут привезли украшения для вечеринки. По желанию заказчика, в них должны были быть вплетены живые цветы. Он просил орхидеи и ирисы. Но главное, чтобы не было и намека на лилии. Так как у самого заказчика на них была дикая аллергия.

Мне пришлось досчитать до десяти, чтобы не заорать, когда увидела, что привезли. Все украшения с лилиями. С тигровыми, мать ее лилиями.

— Сейчас прольется чья-то кровь! — пропела себе под нос, вспоминая всевозможные медитации. Главное, не орать.

После такого, мелочи вроде внезапно забитой вытяжки в горячем цехе и сорванного крана в уборной, показались милыми пустячками. Такое чувство, что сегодня звезды решили подбросить мне все разом.

Или не звезды?

Глянув на часы, я удрала в кабинет. Время подходило к девяти вечера, через час начнется вечеринка и прибудут первые гости. Сама я планировала задержаться до полуночи, а затем тактично исчезнуть через вход для персонала.

Именно он меня сейчас и беспокоил. Ну ладно цветы… перепутать их могли. Хорошо, проводка тоже могла закоротить, всякое бывает. Но сорванный новенький кран и забитая вытяжка…особенно кран.

Я постучала карандашом по столу. Обстановку мне оставили прежней, хотя меня она несколько раздражала. Например, я частенько смотрела на огромный блестящий стол и думала, как его использовали. Почему-то в голову упорно лезли порнокартинки с участием бывшего арт-директора и Марка. Настроения мне это, понятное дело, не прибавляло. В итоге, я просто протерла стол всеми чистящими средствами, которые нашлись и попыталась укротить воображение. Конечно, можно попросить заменить стол. Но под каким предлогом?

— Лена, — позвонила я администратору в холле, — кто у нас сегодня на ночной охране?

— Четверо, — раздался мелодичный голос, — Олег с Кириллом и Матвей с Сергеем. Они вам нужны?

— Напомни им, пожалуйста, обновленные правила встречи гостей закрытых вечеринок. Спасибо.

После чего опять задумалась. Сейчас в клубе работали четыре администратора. Одна выходила в день, другая в ночь. Сегодня днем работала Регина. А кто ее нанимал у нас? Та-а-а-ак…

Додумать я не успела: в дверь постучали. Да так, что я сразу сообразила кто это и едва не юркнула за спинку кресла. Вместо этого выпрямилась и проговорила ровным, очень ровным голосом:

— Войдите.

При виде Марка и Тимура все же не выдержала, сглотнула. Эти двое явились с такими серьезными лицами, что впору собирать срочное совещание. Ладно хоть не в деловых костюмах, а просто в штанах и рубашках: Тимур в ослепительно-белой, Марк — в голубой.

— Вот впаяю штраф Елене, — проговорила я задумчиво, — за то, что о вашем приходе мне не сказала.

— Мы прошли через второй вход, — ответил Марк, — у меня есть ключи.

— Не сомневаюсь, — вздохнула и зачем-то поправила стоявший передо мной ноутбук, — что-то случилось? Вы приглашены на сегодняшнюю вечеринку?

Тимур с Марком переглянулись так, что я едва не ахнула.

— В смысле не ошиблась, да?

— Крис, — Тим шагнул вперед, положил на стол квадратную большую коробку, — во сколько ты собираешься уйти отсюда?

«Тебе то что?», — едва не сорвалось с языка.

Грубить не стала, лишь сдержанно ответила:

— Не раньше полуночи, так как вечеринка закрытая и я должна убедиться, что эксцессов не будет. Домой доеду на такси, с которым договор от клуба. Что-то еще?

Тимур оглянулся на Марка, тот пожал плечами:

— Раз начал, то договаривай.

— Сейчас у тебя много работы, — проговорил Тим тоном, от которого у меня волоски приподнялись на коже и вовсе не от страха, — но когда все закончишь… если ты хочешь кое-что узнать. И проверить…то… Кристина, просто возьми то, что в коробке и спустись вниз, хорошо? Не придешь, мы все поймем. Без обид. Извини.

И оба вышли, не оглядываясь. Оставив меня сидеть с круглыми глазами и смотреть им вслед. Это что сейчас было?

Коробка искушала, понятное дело. Стояла себе на столе, буквально перед моим носом. Я наклонилась к ней и чуть дернула ноздрями. Показалось, что изнутри доносился очень тонкий аромат. Изысканный и невероятно богатый. Ну вот как тут устоять?

— Засранцы! — проговорила шепотом, снимая с коробки светлую гладкую ленту.

Крышка поддалась с небольшим трудом. Внутри оказалась тонкая хрустящая бумага, а под ней что-то плотное. Что-то…

Я медленно, как под гипнозом, вытащила матовый чехол для одежды со значком известного бренда. Так же медленно расстегнула его.

Платье оказалось ослепительно-белым. К нему было страшно прикасаться, казалось, любое действие может оставить на нем пятна. Тем не менее, я все же провела кончиками пальцев, ощутив прохладу и гладкость ткани. С языка сами собой рвались ругательства на всех языках, которые я знала.

К платью в коробке нашлись белые же туфли на невысокой шпильке и серебряная маска, закрывающая верхнюю часть лица.

Они издеваются?!

Я села обратно в кресло, глядя на все это добро, разложенное на столе. Мысли никак не могли собраться воедино. Так что продолжала сидеть и бездумно смотреть.

Что они задумали?

Зачем мне все это?

Я ведь не спущусь вниз? Точно нет!

Любопытство осторожно разворачивалось внутри тугой пружиной, пока здравомыслие начинало уходить в подполье. Платье звало примерить его, посмотреться в большое зеркало, что стояло в углу, возле окна. Почему-то мне казалось, что оно сядет на меня просто идеально. Особенно в сочетании с легким загаром.

— Это дурость, — пробормотала, стараясь вернуться к работе, — с какой радости мне спускаться на ту вечеринку?

«Ты не на вечеринку спускаешься, — шептало любопытство, — а к ним. Поговорить. А одежда… ну мало ли… решили напустить таинственности».

Тем не менее, я продержалась больше часа. Доделала все дела, а заодно выяснила, кто принимал на работу администраторов. Отметила в блокноте, чем заняться в понедельник, а заодно прикинула, где разместить вакансии в случае, если вина Регины будет доказана.

Затем потянулась к платью. Зачем-то оглядываясь на запертую дверь, дрожащими руками стянула одежду, потом надела новый наряд.

И медленно подошла к зеркалу.

Оно сидело безупречно. Я не знаю как, но платье сделало фигуру практически идеальной, подчеркнув достоинства и мягко скрыв легкие недостатки. Тонкие лямки из серебряных нитей поблескивали на чуть загорелых плечах, а вот спина оказалась дерзко оголенной. В то время как лицо прикрывала поблескивающая маска.

Это был вызов мне.

Но я до безумия боялась принять его и спуститься вниз.

Хотя должна была это сделать, чтобы поговорить. Свингерская вечеринка? Да хоть собрание белых медведей на льдине посреди океана! Я им все сказала уже утром! Интересно, какие выводы сделали они.

Дверь открылась с едва заметным скрипом. Я же постояла немного на пороге, набираясь храбрости. И лишь затем шагнула в сторону лестницы. Туда, откуда доносилась музыка и голоса.

* * *

Они ждали меня неподалеку от лестницы. Пока я ошарашенно моргала, пытаясь сдержаться и не удрать. Тимур и Марк возникли и встали по бокам. Теперь даже не шарахнешься в сторону. Обязательно в одного из них врежешься.

— Ну… — я провела руками по гладкой ткани платья, — что это за…

— Херня? — уточнил хрипловато Тим.

Кивнула, стараясь смотреть куда угодно, но лишь бы ни на них двоих. Слишком жадные взгляды скользили сейчас по мне. Изучали. Впитывали. Колени чуть затряслись, и я порадовалась, что длина платья позволяет скрыть этот факт.

— Просто вечеринка, Кристина. — ответил Марк.

И его голос тоже звучал ниже, чем обычно.

Я глянула на парочку у ближайшего столика. Они не занимались сексом, но целовались так, что лично мне срочно захотелось покурить. Кстати, белье у девушки красивое, бледно-желтое и кружевное.

— Да уж, — протянула многозначительно, — такая милая простая вечеринка.

Ладно хоть руки уже не тряслись. Я поправила волосы, заметила заинтересованный взгляд мужчины, прошедшего мимо. Белая рубашка, расстегнутая почти до половины, спортивное тело, светлые брюки. Сегодня явно дресс-код был «все в белом».

В тот же миг меня подхватили под локти и аккуратно повели куда-то в глубину зала. Туда, где приглушенная музыка смешивалась с легким игривым смехом и сладкими стонами. Где на сцене сейчас разворачивался невероятно красивый стриптиз горячей парочки. Туда, куда мне нельзя идти!

— Эй! — возразила слабым голосом.

Но меня уже подвели к кожаному золотистому дивану: полукруглому, с высокой спинкой. И усадили.

Горячее плечо Тима справа, не менее жаркий взгляд Марка слева. И волна чего-то темного и запретного, рождавшегося от действий вокруг. Кровь превращалась в лаву, начинала жечь изнутри. И даже ледяное шампанское в высоких бокалах не могло ее потушить. Хотя я на нервах едва не выхлебала сразу половину содержимого. Потом опомнилась и вернула бокал на столик. Напиваться точно нельзя. Итак голова уже плыла от присутствия двух мужчин.

Мне срочно надо домой, под одеялко с Лексом. И баиньки.

— Некоторые, — тихо проговорил Марк. — посещают подобные вечеринки, чтобы только смотреть. Знаешь как это называется… и хочется, и колется.

От его шепота над ухом загорелась мочка, а воздух стал таким, что мне приходилось хватать его ртом. Я опустила взгляд на свои руки, сложенные на коленях. Точно! Буду смотреть туда, а не на это вот все.

Но уши то не заткнешь! И атмосфера вечеринки, пусть и медленно, но неуклонно проникала внутрь меня, забиралась под кожу. И окружала меня темным и сладким колдовством.

Чей-то стон, и вихрь невидимых горячих снежинок вокруг кожи.

Легкий смех, и пальцы сами собой сжимаются, сминают белую ткань наряда.

Как хорошо, что маска частично скрывает щеки! Они уже просто полыхали от смеси и стыда, и возбуждения, и смущения.

— Я не… — горло пересохло, — я такое не смотрю.

— Не смотри, — согласился Тимур, — я тоже не особо любитель смотреть. А вот Марк сидит и пялиться.

— Заткнись, — посоветовал ему родственник.

А мне стало немного легче от их препирательства. Даже осмелилась поднять взгляд, чтобы столкнуться им с какой-то троицей, сидевшей неподалеку. Женщина, ухоженная, с красивым телом, и двое мужчин. Весьма и весьма привлекательных. Один из них приглашающе улыбнулся, отвлекаясь на миг от партнерши. Но тут я ощутила, как мои спутники напряглись. И мигом отвела взгляд.

— Кристина, — раздался шепот Тимура, — смотреть здорово, но не обязательно делать это так, чтобы тебя приглашали присоединиться.

— Меня не… — я чуть не закашлялась, — не говори глупости. Зачем вы притащили меня сюда?

— Необычная обстановка, непринужденная, красивая. Самое то, чтобы расслабиться.

Мне кажется или они издеваются? Какое тут расслабиться если внутри все горит и пылает от того, что происходит вокруг.

«Ты испорченная вконец, — сделал вывод внутренний голос, — смотришь на то, что творится вокруг и возбуждаешься».

— А еще, Кристина, — проговорил Марк, потягивая шампанское, — тебе, как арт-директору, просто необходимо знать, что здесь происходит.

Я с трудом удержалась от того, чтобы не стукнуть его по голове.

— То есть, ты здесь тоже как лицо официальное? А Тим, видимо, бдит, как бы коварные хакеры не взломали ээээ…пульт диджея и не сняли компрометирующее видео?

Тим пару раз хлопнул в ладоши и сообщил, что впечатлен моей догадливостью. А после и вовсе предложил:

— Хочешь сыграть?

— В сочетании с пейзажем твои слова звучат несколько двусмысленно, — заметила я.

Марк хмыкнул и поддержал кузена:

— Кристина, ничего ужасного тебя не ждет. Мы же не участники, а просто гости.

— Что вы мне предлагаете? — спросила сурово.

И тут же мигнула, когда в руках Марка появилась плотная белоснежная лента.

— Просто танец, — ответил Тимур, — но… с завязанными глазами. Обычный танец, Крис, я серьезно.

— А лента нафига?

Да, я весьма красноречива и вежлива.

— Для остроты ощущений, — последовал ответ.

Куда уж острее то? Я продолжала смотреть на ленту, мужчины терпеливо ждали. И, что интересно, не глазели по сторонам. Нет, все их внимание было сейчас приковано ко мне. Я только сейчас поняла, что с момента нашей встречи у лестницы, они ни разу не проводили взглядами ни одну полуобнаженную красотку.

Может, именно этот факт заставил меня согласиться на авантюру?

— Танец? — уточнила на всякий случай.

— Танец, — эхом откликнулся Марк, — нам нет смысла тебе врать. Когда ты еще станцуешь на подобной вечеринке?

Он перехватил мой взгляд на парочку, чей танец сильно напоминал секс и усмехнулся:

— Не настолько, кхм, откровенный.

Да я сейчас даже самый целомудренный танец вряд ли смогу исполнить. Разве что стоять и качать головой, как болванчик.

— Если мне что-то не понравится… — предупредила многозначительно, закрывая глаза.

Повязка легла поверх маски, плотно, но осторожно прижимая ее к лицу. Кончиками пальцев коснулась прохладной ткани. Ее бы приложить к пылающим щекам, чтобы хоть немного охладить их.

Мир вокруг внезапно преобразился. Очутившись в полной темноте, я точно превратилась в сплошной оголенный нерв. Вот кто-то из мужчин подал мне руку, пальцы точно обожглись о прикосновение. Я шла следом, чувствуя, как вокруг в воздухе закручиваются эмоции: темные, запретные и порочные. Они касались кожи, лица, нашептывали что-то, отчего сердце начинало биться быстрее.

А затем меня развернули, обхватывая за талию, чуть приближая к себе. Машинально вскинула руки, наткнулась на твердую мужскую грудь. И приблизила лицо, вдыхая запах тела, смешанного с горько-пряным парфюмом.

— Марк, — вырвалось на выдохе.

Он поправил мои руки, как для танца: обычного, медленного. Мелодия ворвалась в сознание тягучим потоком дикого меда. Я точно тонула в ней, и одновременно двигалась.

Вдох… и движение, следом за мужчиной.

Выдох…скольжение его ладони по обнаженной спине. И следом — обжигающие искры. От них становилось тяжело дышать.

В тот момент, когда я думала, что не выдержу и просто взорвусь от того, что творилось внутри, меня вдруг резко развернули.

— Тим! — едва ли не простонала, ощутив его прикосновения.

Не выдержала, пальцами нащупала лицо, провела по небритой скуле. И тут же ладонь обжег поцелуй, проник до самого сердца.

— Просто танец! — услышала шепот.

Не знала, что мужской голос может перевернуть все внутри. Пришлось сильнее вцепиться в Тимура, так как колени опасно начали подгибаться.

Это не танец, это провокация!

Я боялась, что заметят, как меня трясет.

Меня временно перенесло в другой мир, наполненный только лишь звуками и легкими прикосновениями. Я не столько танцевала, сколько парила в темноте. Живой, бархатной и такой манящей…

Не сразу поняла откуда взялся диссонанс. Просто двигалась в танце, чувствуя, как по спине скользят широкие мужские ладони, как плечи обжигают прикосновениями, а висок — поцелуем. Как и плечо, с которого соскользнула тонкая лямка.

Потом поняла, что в танце мы движемся не вдвоем, а втроем.

И точно окатило холодным душем. От души, с размаху. Так, что даже кожа на миг заледенела, хотя еще вот только что горела невидимым пламенем.

Резкое отрезвление напоминало пробуждение от сладкого тягучего сна.

Я танцевала на свингерской вечеринке. С двумя мужчинами. Которые стояли так близко, что я ощущала нижней своей частью насколько они возбуждены.

Вашу ма-а-а-ать!

Говорят, что иногда после развода женщины ударяются во все тяжкие. Но, кажется, я могла сейчас побить все рекорды. Вот тебе и послала обоих с утра.

«Договорились, гады!» — мелькнула паническая мысль, пока я стояла и чувствовала два напряженных мужских тела.

Что это? Месть? Решение «поделить» меня по-братски?

Так нельзя!

Я забарахталась, выворачиваясь из объятий, сдергивая ленту. На миг зажмурилась, так как даже приглушенный свет зала ударил по глазам. Краем зрения увидела, как опускается на пол белый лоскут. А сама рванула вперед.

— Крис! — послышался голос Марка.

Главное, никаких сцен. Обернулась и схлестнулась взглядами с ним, потом с Тимуро. Оба мужчины остановились, точно врезались в невидимую стену.

— Не подходите! — проговорила тихо.

Так тихо, что они не могли услышать, но угадали по движению губ.

— Так нельзя! — снова прошептала, и на этот раз Тим сделал шаг вперед, протянул руку.

Но я уже отвернулась, чтобы торопливо удрать в свой кабинет. Плевать, сейчас бегство казалось мне наилучшим выходом. Вызову оттуда такси и поеду домой. Если же эти засядут у двери, то останусь спать на диване.

Пошло оно все!

Едва заперла дверь, как в нее постучали. Следом послышался резкий голос Марка:

— Кристина, открой!

— Нет!

— Что случилось?!

Они еще спрашивают? Я нервно хохотнула, одновременно открывая все шкафы. Забренчали многочисленные дурацкие статуэтки. Надо бы их выбросить. Одна из ваз упала, со звоном разлетелась на осколки. Ну и пусть!

Звук этот определенно услышали и Тим с Марком. Прекратили стучать и притихли. Я же в сердцах прорычала ругательство. Ни капли алкоголя в кабинете не было. А мне так хотелось сейчас напиться до звездочек в глазах!

В итоге остановилась посреди кабинета и со всей силой растерла щеки руками. Нет, Крис, одумайся! Алкоголь точно не выход.

— Уходите! — велела сдавленно. — Вы! Просто танец… просто танец!

— Скажешь, это было что-то другое?

«А нет что ли? Я чуть не кончила прямо там, на виду у всех!»

— Я вам не открою, — ответила упрямо, — если не уйдете — лягу спать здесь, на диване.

— Любую дверь можно вскрыть, — сообщил Тимур на свою голову.

— Давай! — предложила едва ли не радостно. — Проверим, как громко я могу орать.

За дверью выругались, видимо, поверили. Хотя на самом деле вряд ли я смогу бы даже пискнуть. Это означало крах вечеринки. Визги могли привлечь внимание гостей.

— Уходите, — повторила еще раз, — я же сказала, чтобы сначала разобрались в себе.

— Мы разобрались.

— Это… это неправильно!

— Что неправильно, Крис?

И голос Тимура, видимо, чтобы окончательно меня добить:

— Не пробовала прислушаться к себе? Хочешь, чтобы ы передрались за тебя?

— Хочу, чтобы вы ушли!

Я сползла на пол, посреди кабинета. Повторила едва ли не криком:

— Уйдите!

И зажала уши руками, закрыла глаза. Сидела так долго, очень долго. Так долго, что затекла правая нога, так что пришлось ее распрямлять. После чего ее закололи сотни невидимых иголок. Лишь тогда я со стоном выпрямилась, чувствуя странную пустоту в голове. В отличие от остального тела, где обида боролась и желанием.

Нельзя любить сразу двоих. Черт подери, это не влюбленность даже, а голая похоть. Неплохо для того, чтобы развлечься, но… но не этого я хотела.

Потому сейчас сидела и беззвучно ревела, размазывая тушь по щекам.

Не знаю сколько прошло времени. В какой-то момент услышала легкий щелчок, резко вскинула голову и увидела этих двух, входящих в кабинет. Открыла рот…и закрыла. А смысл орать то?

— Пандочка, — умилился Тимур, пока Марк разглядывал меня с неприкрытой тревогой, — посмотри на себя в зеркало.

Молча продемонстрировала ему оттопыренный средний палец. Я и без зеркала знаю, как выгляжу. Тушь не водостойкая, а рыдала я от души и размазывала смесь слез и косметики по лицу. Так что панда — мягко сказано, скорее — неведома зверюшка.

— Ты же понимаешь, — начал Марк, — что мы тебя так оставить не можем.

— Ты же понимаешь, — прогнусавила в ответ, — что я вас видеть не желаю!

На самом деле желала, но неправильно это.

Неправильно!

Вбитые с детства нормы вопили сейчас, что нельзя тянуться к двоим мужчинам сразу. Это ужасно, это просто похоть. И я только испорчу отношения с ними обоими, если позволю себе поддаться порыву.

— Наша ошибка, — признался Тимур, — ладно, ладно, моя. Это я предложил проверить кто тебя больше привлекает.

— Идиот… — сообщила ему.

— Два идиота, — вздохнул Марк, — вставай.

— С какой радости?

— Отвезем тебя домой. Извини, но оставлять тебя здесь нет ни малейшего желания.

А у меня ни малейшего желания не было оставаться с ними наедине. Но… я представила, как выгляжу, прикинула сколько буду ждать такси перед выходными, а на улице уже глухая ночь. И внутри уже голову поднимает страх. Пусть умом я понимала, что Марко не может оказаться на улицах моего города, все равно продолжала бояться.

— Отвезите меня к матери, — проговорила, поднимаясь, — только сумку возьму.

Кинула взгляд на маску, что лежала на полу. Переодеться бы, но сил не было. Хотелось просто уехать отсюда, потом набросила сверху короткий плащ и повернулась к мужчинам.

— Через рабочий вход.

— Крис…

— Стоп! — подняла я руку. — Никаких разговоров. Просто отвезите, ясно? Без извинений, без всего. Я хочу сидеть и думать. Больше мне ничего не надо.

Увидела, как заходили желваки на скулах Тимура, как взгляд Марка заледенел. Но они сдержались, лишь молча посторонились, пропуская меня вперед.

А я… а у меня из головы никак не желал уходить недавний танец. И чувство полета в руках обоих мужчин. До того, как пришло жестоко отрезвление. И до было обидно, что снова чуть намокли ресницы. Хорошо в полутьме клуба этого никто не заметил.

Через второй выход мы незаметно выскользнули из клуба. Но с облегчением выдохнуть я не могла. И в машину садилась, сжав сумочку ледяными пальцами. Вспомнилось как еще недавно я горела в невидимом пламени. А сейчас озноб то и дело пробегал по спине, прикрытой лишь тонкой тканью плаща. На улице ощутимо похолодало.

И даже в машине, несмотря на тепло, ощущала себя покинутой и выставленной на мороз.

Как это все случилось? Почему бы мне просто не потянуться к одному мужчине? Пусть не такому яркому, как Тим и не такому харизматичному, как Марк. Почему я не выбрала в любовники такого, который бы устроил меня по всем параметрам?

Почему, вашу мать, я хочу ехать вот так вечность и вдыхать их запахи, ловить их отражение в окнах автомобиля? Почему я сейчас кошусь на зеркало заднего обзора, боясь встретиться с ответными взглядами?

Потому что я ду-у-ура!

Отличное открытие! Самое время поздравить себя с подобным озарением.

В итоге, в машине так и стояла тишина. Напряженная, выжидающая. Я едва дотерпела до того момента, как мы остановились во дворе дома мамы. И рванула дверь… оказавшуюся заблокированной.

Паники не было, только усталое удивление. Молча посмотрела на Марка. Это он сидел за рулем.

Чертова «Тесла», чертовы мужчины и чертов танец. Дайте мне остаться одной!

— Просто хотел сказать. — проговорил Марк. — Мы открыты для общения, Крис. Что бы ты ни решила. Извини, наверное, этот танец тебя напугал? Но зато мы все поняли.

Раздался едва слышный щелчок, я снова дернула дверь и теперь она легко и плавно открылась. А вот я выбралась довольно неуклюже. Никаких походок роковой львицы и тому подобное. Просто желание оказаться подальше и чувство, что бросаю нечто важное.

Конечно, на мой звонок в домофон отреагировали не сразу. Я стояла, чувствуя, как холодный ветер залетает под плащ и краем взгляда видела машину. Марк и Тим не спешили уезжать. Затем хлопнула дверь, это Тимур вышел и не спеша направился ко мне.

— Доведу до дверей, — буркнул, глядя на меня так, что я почти согрелась.

— Жребий что ли кидали? — не удержалась от язвительности.

— Спорили, — последовал ответ.

— Кто там? — сонный и немного испуганный голос мамы прозвучал в хрипящем домофоне.

Я сделала знак Тимуру заткнуться и спокойно ответила:

— Мам, это я — Кристина. У вас можно переночевать?

Ответом послужило сдавленное оханье и легкое гудение открывшегося замка.

— Почему не… — начал было Тимур, шагая следом за мной.

— Потому. — ограничилась коротким ответом. — Держи.

И дала ему связку ключей от Юлькиной квартиры.

— Лекса покормить? — поинтересовался Тим.

Кивнула, продолжая подниматься по ступеням. Ну почему люди так любят выкручивать лампочки в подъезде? Вот и сейчас: свет кое-как пробивался сверху, с четвертого этажа, а ниже стояла темнота, разгоняемая фонарями с улицы да отсветом луны. В темных углах чудилось шевеление. И успокаивало только присутствие Тимура. В его ауру хотелось завернуться и замурлыкать.

Но… но.

Мама ждала у двери, придерживая на груди халат. Такой пушистый и уютный, что я опять чуть не разрыдалась. Настолько сильной оказалась разница между тем, что я вытворяла в клубе и что видела сейчас.

Там повелась на запретное, а здесь свое, родное и привычное.

Не глядя на Тимура, преодолела оставшиеся ступеньки, зашла в квартиру и выдохнула лишь когда мама заперла замок.

— Крис, что случилось?

В прихожую выползла сонная Лерка. Волосы во все стороны и пижама с какими-то крылатыми страшилками.

— Ну кто… — начала ворчать, но мигом проснулась. — Крис?!

— Извините, что разбудила, — покаялась я, присаживаясь на скамеечку у двери. — Но на квартиру я не хотела возвращаться.

— А что там за мужчина был? — осторожно поинтересовалась мама.

Лерка же окончательно проснулась и теперь смотрела на меня во все глаза.

— Вау, вот это платье! Крис, а с лицом что? Ой, ты с парнем поругалась?

— Марш в комнату! — прикрикнула на нее мама. — Или угомонись.

— Ага, поругалась. — решила я не спорить, — все хорошо, серьезно.

Видимо, влажные салфетки не до конца убрали с лица остатки косметики.

В итоге меня вопросами мучить не стали, просто постелили на диване и ушли в комнату. Слышно было как мама шепотом выговаривает Лере за любопытство.

— Все ругаются, — слушала я ее слова, — а ты сразу наседаешь. Вот, Лерка, нет в тебе деликатности. Вспомни как сама из-за одноклассника ревела и орала, что не хочешь о нем говорить?

Я лежала, укрывшись до подбородка, слушала завывание ветра в приоткрытой форточке. И очень хотела уснуть. Вроде и подушка оказалась удобной, и тепло, но сон не шел.

Оказывается, можно разрываться на две части. Одна из которой твердит, что тебе понравился танец с двумя сразу, а вторая хватается за голову и орет об аморальности.

Я и сама не верила, что могут нравиться сразу двое.

Всегда хихикала, встречая подобное в книгах. Потому что ну как так можно? Тебе или нравится мужчина, или нет. А двое… ну извините, это несерьезно.

Но вот я лежу в сонной квартире, сна нет ни в одной глазу. Мысли и чувства заняты лишь смесью непонимания, шока и легкой обиды.

За что они так со мной?!

В итоге, заснуть так и не удалось. Я извертелась, истрепала подушку, пыталась считать овец. Но рассвет встретила с гудевшей головой и совершенно разбитой.

В какой-то момент все же задремала. Очнулась от резкого звонка в дверь. Мама еще спала, а вот Лера выползла из комнаты. Сонно прошлепала к двери, глянула в глазок и испуганно отшатнулась. Вышедшая следом за ней я спросила:

— Кто?

— Папа, — прошептала Лерка, — небось, с соседями зашел с какими-нибудь. И мужик там с ним.