Невидимая верёвка больше не сжималась, и я могла дышать, хотя и без удовольствия. Обруч светился перед глазами, но чтобы ткнуть хоть в одну опцию, нужно было освободить руки, а их притянуло к телу намертво. Слева и чуть сзади сипел Нокк — тоже не в силах вырваться.

— Тварь… пришла… сама, — выдавила я, вдыхая между словами, чтобы не остаться совсем без воздуха, если вдруг этот клятый аэромант сожмёт кольцо.

— Ну конечно, срединный виллидир — в Ближний пояс! И ладно ещё Клыкач, я мог бы поверить, но Драуг! Да он бы сдох на границе, — фыркнул маг.

— Эй, Вемунд, подожди, — послышался сверху голос, и перед нами опустился явно замутнённый. Не такой звероподобный, как мои утренние пациенты, но странно-лопоухий, с очень широким носом и огромными веснушками, которые скорее напоминали пятна на коровьей шкуре. — Это же верховная жрица. Ты бы не жестил.

— Напугал хёльда мохнатыми ушами! — фыркнул Вемунд. — Эта верховная жрица уже сколько, лет пять тут сидит, а даже посвящение не прошла!

— Прошла, — выдавила я. Как бы всё-таки Поглощение врубить? Я попыталась представить себе сам процесс. Потом слово, как оно выглядело в меню. Обруч покачивался в воздухе и никак не реагировал.

— А если прошла, то чего такая бесполезная? — не смутился Вемунд. Он отошёл из поля видимости, а вернулся, волоча тушу душителя. — Смотри, почти целая. Можно прилично выручить.

— Это не твоя добыча, — замутнённый вытаращился на напарника.

— А чья, её что ли? Или пацана этого лупоглазого? Не смеши мои сапоги!

— Но кто-то же его прикончил, — рассудил замутнённый. — Ты же не думаешь, что эти двое спёрли добычу у отряда?

— Поглощение, — прошептала я. Стражники меня не услышали, но и обруч — тоже.

— Аксель-дураксель, вот ты и так ума не отрастил, а замутнение последний съело! Добыча незаконно добыта? Незаконно. Значит, конфискуется в пользу княжества, то есть нас!

— Это не так делается! — возмутился Аксель. — Надо харсиру отчитываться, а не просто присвоить!

— Да кто узнает-то? — хмыкнул Вемунд.

— Жрица даже князю может пожаловаться, не то что харсиру!

— Да щас! Слышал я, что князь про неё говорит — толку нет, её же в Сальфьяллу силком отволокли, опоили и бросили, чтоб её там сожрали уже наконец. Никто её слушать не станет. А этого страуса — тем более. Эй, дрыщ, кристалл куда дели?

Нокк в ответ только зарычал — странно так, по-птичьи. Мне тоже хотелось, только по-медвежьи. Я попыталась сместить взгляд, чтобы обруч опустился ниже, и я смогла дотянуться до него пальцем. Но проклятые воздушные плети держали меня прямо — головы не наклонить!

— А, этот уже так прогорел, что говорить не может, — мерзенько хихикнул Вемунд.

— Так ты ему горло передавил, ещё бы! — продолжал негодовать Аксель. — Отпусти, дубина, нельзя так!

— Вот что ты заладил, нельзя-нельзя? Кто тебя, горелую рожу, вообще спрашивает? Ты тут на мясо.

— Я страж границы, такой же, как ты, — прошипел Аксель.

«Поглощение!!!» — мысленно орала я. — «Поглощение!!!» Но сволочной обруч вообще никак не реагировал!

— Вот не надо себя со мной равнять, — оскорбился Вемунд. — Я чистый аэромант, а не всякая зверомордая мразь.

— И раз ты такой чистый, можешь себе позволить мараться, отбирая чужую добычу? — прорычал Аксель, явно задетый. — Думаешь, тебе всё можно⁈

— А кто запретит? Ты, что ли? Или твой большой злой харсир? Так он мне не указ!

Аксель раздул ноздри и без того широкого носа, а потом вдруг выхватил что-то из выпирающего набедренного кармана штанов.

— Э! — Вемунд выбросил вперёд руку.

Из неё вырвалось что-то продолговатое и едва различимое и полетело к руке Акселя, но разбилось о внезапно выросшую на пути кучу земли. Аксель же упал, откатился, прикрываясь вспученной землёй, а в следующую секунду в небо со свистом взлетела красная вспышка.

— Ах ты сучёныш! — заревел Вемунд и распылил землю так, что она брызнула кругом — в том числе мне в лицо. Я заплевалась — и тут поняла, что руки свободны! Тут же дёрнулась к обручу, но проклятый Вемунд скакал слишком резво. Они с Акселем уже всерьёз дрались на магии. Туда-сюда летали снаряды, у одного воздушные, у другого земляные. Я обернулась на Нокка — он сидел на земле и тяжело дышал. Вдруг вскинулся и выставил вперёд руки — воздух передо мной вздрогнул, картинка исказилась, что-то ухнуло, как будто резкий порыв ветра разбился о стену, и меня качнуло вперёд, словно засосало в пылесос. Во что?

— Мой щит их атаки не сдержит! — крикнул Нокк. — Отходим!

Я попыталась, но выцепила взглядом тушу душителя. Оставлять? Да щас!

Впрочем, сделать я ничего не успела: дерущихся вдруг разметало в стороны, а ещё спустя несколько секунд я увидела… ну, очевидно замутнённого.

Огромный, словно сказочный великан, одетый в кожаные латы с меховой оторочкой, он возвышался надо всеми нами. Голова его была похожа на львиную — покрытое короткой зеленоватой шерстью лицо с широким носом и узкой челюстью окружала сизая грива, из которой вверх торчали крутые рога. Латы прикрывали только грудь, оставляя на виду руки от плеча до локтя — тоже зелёные, но поросшие мелкой чешуёй, которая бликовала на солнце, как металлическая. Такая же чешуя блестела и на оголённом животе, прямо на отчётливых кубиках пресса. Замутнённый угрюмо смотрел горящими жёлтыми глазами из глубокой тени под насупленными бровями, и взгляд этот не предвещал никому ничего хорошего.

— Харсир! — первым опомнился Аксель.

— Докладывай! — рыкнул харсир, и мне показалось, что земля под ногами вздрогнула. Из-под его губ на мгновение показались внушительные клыки.

— Напарник, дренг Вемунд, остановил верховную жрицу и замутнённого первой степени, выходящих из Сальфьяллы! — выпалил Аксель, отряхиваясь от земли. — Они волокли тушу Драуга! Дренг Вемунд решил присвоить добычу!

— Да врёт он всё! — заорал Вемунд, только что отплевавшийся от земли. — Они сами её спёрли где-то, я постановил конфисковать!

— Молчать! — рявкнул лев и обернулся к нам. Прошёлся по мне незаинтересованным взглядом, затем всмотрелся в Нокка. — Замутнённый первой степени, докладывай!

— Замутнённый первой степени оборотень-козодой! Сопровождал Йатибьолль на тренировочном выходе в Ближний пояс! — резво и чётко выпалил Нокк. — Зашли не более чем на пару километров и были атакованы Драугом типа душитель! Йатибьолль своей силой его умертвила. Туша и кристалл данного ранга и типа виллидира не подпадают под Княжеский налог и дозволяются к свободной продаже.

Взгляд льва снова прошёлся по мне, на сей раз чуть более заинтересованный. Потом он повернулся к стражникам.

— Добыча принадлежит тому, кто её завалил. У тебя, Вемунд, есть доказательства, что Йатибьолль её присвоила?

— Да вы посмотрите на неё, харсир Кольбьёрн, обычная жирная баба, куда ей Драуга завалить⁈

Жирная⁈ Ах ты падлюка, ну я тебе устрою похудание на все твои красивые мышцы!

— Отставить оскорбления! — рыкнул Кольбьёрн. — Ты на посту, стражник, держи ответ по форме!

Вемунд набычился.

— Я перед вами вообще держать ответ не обязан, вы не мой харсир!

Жёлтые глаза сузились.

— В Сальфьялле не бывает твоего или не твоего харсира. Не признаёшь меня — вызывай на поединок.

— Так мы и не в Сальфьялле, — хмыкнул Вемунд.

Я всё понять не могла, вот с чего он такой наглый? Ясно же, что этот лёвушка его пальцем размажет! Или неясно?..

— Так и поединки не в Сальфьялле проводятся, — рыкнул Кольбьёрн. — На каком основании жрицу задержал?

— Так в Средний пояс вышла без разрешения!

— Никуда я не выходила! — вставила я, а то как-то они так говорят, как будто меня тут и нет.

Оба меня глухо проигнорировали.

— Буйки зафиксировали выход? — строго спросил Кольбьёрн.

— Никак нет! — встрял Аксель. — Тихо всё, никаких нарушений!

— На каком основании задержал жрицу? — ещё раз, уже грознее спросил харсир у стражника.

— Если она не выходила, откуда у неё туша Драуга? Или выходила, или спёрла! Других вариантов нет!

— Да сам он к нам вышел! — заорала я, но тут Нокк дёрнул меня за рукав.

— Не злите харсира Кольбьёрна, — прошептал он. — С ним надо по уставу говорить, иначе он раздражается, а замутнение глубокое… Опасно.

Обесцветиться… Это у них тут на таких кадрах армия держится?

— Оснований не предоставил! — прорычал Кольбьёрн, наступая на Вемунда. — Факта захода в Средний пояс без разрешения не зафиксировано. Кража не доказана. Безосновательно применил силу. Вступил в магический конфликт с напарником, — с каждым словом он шагал всё ближе к Вемунду, а тот начал пятиться.

— Вы не можете наложить взыскание! — выкрикнул Вемунд. — Вы не мой харсир!

— Сальфьялла всех уравняет, — не останавливался Кольбьёрн.

Тут я поняла, что он загоняет Вемунда вверх по склону — то есть в Сальфьяллу. Это что же, у него на человеческой стороне власти над аэромантом нет, так он решил вот так это обойти? Аксель, похоже, тоже сообразил, что делает его командир.

— Харсир, подождите, вы не можете, я не смогу в вашу пользу свидетельствовать! — закричал он, забегая вперёд и вклиниваясь между Кольбьёрном и Вемундом. — Подайте рапорт харсиру Айвинду, он разберётся!

— Я и без Айвинда прекрасно разберусь, прямо сейчас! — прогрохотал Кольбьёрн, и земля вздрогнула ещё раз.

— Очень интересно, — произнёс чистый, интеллигентный голос откуда-то с небес — и на склон мягко опустился прямо из воздуха харсир Айвинд. Бело-голубые одежды всколыхнулись и улеглись, золотые волосы на солнце горели нимбом. — И как же ты собрался разбираться с моим дренгом без меня?

Кольбьёрн развернулся так быстро, что я даже не смогла это увидеть — и тут же отпрыгнул в сторону, чтобы не оставлять стражников за спиной.

— Малыш Айви, явился играть в мамочку? — прорычал он. — Ну-ну, поставь своего молокососа в угол на месяцок!

— Я пока не услышал состава преступления, — мягко улыбнулся Айвинд, но мне от этой улыбки стало как-то не по себе. — Будь добр, просвети.

— Мародёрствует твой ветродуй, всякую совесть потерял! — рявкнул Кольбьёрн.

— Ты предъявляешь официальное обвинение? И где твои доказательства?

— Я допросил своих подчинённых. У него не было оснований отбирать добычу.

— А у тебя не было оснований нападать на моего дренга, — ровно сообщил Айвинд. — Бьорни, тебе нужно лучше сдерживать свои порывы. При твоей степени замутнения ты не можешь себе позволить расслабляться, иначе Сальфьялла тебя поглотит. Когда ты последний раз был у жреца? Ты после глубокого рейда до храма вообще дошёл?

Кольбьёрн зарычал. Вокруг его сжатых кулаков вспыхнуло пламя. В тот же момент Айвинд отшатнулся, закрываясь рукой — и я снова почувствовала вот этот вакуумный чпок, как когда Нокк ставил щит, только чпок у Айвинда вышел раз в сто сильнее, и меня швырнуло вперёд. Нокк ухватил меня за куртку и кое-как удержал, хотя мне показалось, что голова вот-вот оторвётся и притянется к щиту Айвинда. Наконец воздух улёгся, но Кольбьёрн не успокоился.

Пламя сорвалось с его рук и окружило Айвинда. Стражники с криками отскочили подальше, Нокк тоже поволок меня прочь, но… Туша душителя. Этот долбанутый лев сейчас её спалит!

Я оттолкнула Нокка и дёрнулась вперёд, на ходу разворачивая Восстановление. Кольбьёрн сразу определился как объект, и тут же посыпались ошибки. Ещё бы, если он такой двинутый, моя бедная способность с ним может и не справиться. Я выкрутила мощность на побольше, запаса-то у меня было вагон! Столбик пополз вверх мучительно медленно: три процента… четыре… четыре с половиной…

Айвинд что-то сделал, и огонь погас, а мне стало нечем дышать. В следующую секунду налетел шквальный ветер, и меня, и парней сбило с ног и протащило по земле. Туша душителя шлёпнулась на меня сверху. Кольбьёрн заревел, как бешеный медведь, из широкого носа заструилась кровь.

— Бьёрни! — Айвинд перекрикивал собственный ветер, которым удерживал льва от нападения. — Охолони, ты сгораешь!!!

Я снова нашарила рамкой объект «Кольбьёрн» и возобновила Восстановление. Шесть процентов, семь, девять… Ошибка!

Да чтоб тебя подняло и шмякнуло! Ну ошибка и ошибка, дальше давай, он же и правда сейчас вразнос пойдёт!

Недостаточно данных!

Неизвестный объект!

Определите объект для продолжения!

Под последней надписью горела длинная горизонтальная линия. Я ткнула в неё, и перпендикулярно к ней замигала ещё одна, короткая. Обруч расширился, но в расширенной части не было слов, только бессвязные буквы… Не буквы… Руны! Точно, они называются руны! И мне нужно было выбрать какие-то из них, чтобы правильно провести ритуал Восстановления. Но какие?

Я зажмурилась, обращаясь внутрь себя. Я же жрица, меня этому учили, Сальфьялла не могла уничтожить вообще всё, иначе я бы забыла и речь, и все те загадочные слова, что то и дело приходят на ум! Что-то же стоит за ними! Откуда-то я их знаю! Ну пожалуйста, дай мне ещё немножко слов оттуда, из этого загадочного источника! Мне нужно заклинание! Мне нужно написать правильные руны!

И ответ явился мне. Во тьме моего сознания проступила горящая золотым огнём руна. Руна Манназ — человек.

Я открыла глаза и тут же увидела её на клавиатуре. Как песочные часы, положенные на бок, с двумя ножками. Тык!

Подтвердить ввод

Тык!

Объект классифицирован как человек разумный. Приступаю к восстановлению.

Двадцать процентов… Тридцать… Айвинд швырнул в Кольбьёрна воздушные путы, тот в ответ хлестнул плетью из собственной крови… Сорок процентов… Пятьдесят…

Недостаточно данных

Автоматическое восстановление невозможно. Для продолжения перейдите в ручной режим

Перейти в ручной режим? Да/Нет

Но слово «Да» едва светилось, а когда я попыталась ткнуть, ничего не произошло.

— Бьёрни! — закричал Айвинд.

Я отвлеклась от надписей. Кольбьёрн стоял на коленях, схватившись руками за голову. Из носа его хлестала кровь, но глаза — глаза потухли.

Он медленно поднял голову и уставился на Айвинда, который подбежал ближе и замер, выставив одну руку для щита, а другую как-то растерянно завесив в полужесте.

— Прояснение… — хрипло выдавил Кольбьёрн. — Такое сильное… Откуда?

Я отпустила обруч, спихнула с себя вонючую тушу и встала.

— Добрый день, харсир Айвинд, харсир Кольбьёрн. Если вы закончили беседу, может быть, теперь поговорите со мной?