Рассвет застал меня в Ближнем поясе. От ворот города в Сальфьяллу шла даже не тропа, а хорошо утоптанная дорога, по которой крестьяне возили тачки с мырквой и прочими дарами леса. Я миновала линию смотровых вышек у крайних деревьев и прошла до ближайшей полянки, скрытой от взглядов стражников кронами. Мимо текли вереницы людей с корзинами за спинами, на самой полянке не нашлось даже плесени-шептуньи, насколько тут всё выскребли. А жаль, я бы не отказалась пополнить запас после вчерашнего.

Замутнённых было поменьше, чем в прошлый раз: Вальдиса учла ошибки и собрала столько, сколько я способна обработать и не грохнуться в голодный обморок. На последнем отрезке закусить всё же пришлось, но я обошлась тем, что поглотила половину своего ужина. Заодно выяснила, что Поглощение работает только на свежие овощи. Ни варёные, ни мясо не поглощались — что и логично, ведь Поглощение возможно только из живой плоти, а с варёной и жареной уже не получится, её только есть можно.

Осмотревшись, я попробовала поглотить энергию ближайшего дерева, но Улей раскапризничался:

Внимание! Поглощение данного объекта приведёт к затратам, превышающим приобретение.

Ага, то есть сквозь толстую кору и древесину выковыривать энергию — само по себе трудозатратно. Но это означает, что Улей тоже питается из моего запаса. То есть у него нет собственной батарейки?

Я пощупала холодный камень, вросший между ключицами. Если бы его мне выдали в Небесном храме или как-то прислали оттуда, ну или дистанционно активировали — короче, если бы он был снаряжением для жриц, обеспечивающим их способности, то разве не должен был бы иметь собственный источник энергии? Впрочем, будь так, в жреческих книгах о нём бы написали, разве нет? Хоть краешком да упомянули бы, хоть иносказательно.

А вот если ко храму он отношения не имеет, то что он тогда такое? Виллидир?

Меня передёрнуло. Вот так нацепить на себя и носить повсюду разновидность мырквы… Тогда понятно, что он из меня соки тянет!

Однако эту мысль я быстро отмела. С чего бы у твари Сальфьяллы было такое меню, заточенное под управление человеком? Чушь. Нет, это что-то рукотворное. Может, из другого княжества как-то попало? Там ведь могут быть совсем другие возможности, чем здесь, ведь местные о соседях не рассказывают. Даже, я бы сказала, на удивление дружно молчат. Надо будет Нокка расспросить.

— Йатибьолль!

Я отвлеклась от своих мыслей и обернулась на оклик. Со стороны города двигался отряд, возглавляемый крупной тёткой — видимо, той самой Боргной. Сбоку из-за неё выглядывала Хельга и махала мне рукой. Я кивнула, показывая, что заметила её. Махать в ответ мне показалось как-то не по статусу. Будь тут одна Хельга — да, а перед её отрядом хочется держать неприступный вид, чтобы не решили, что им со мной всё можно.

Дойдя до меня, тётка обвела взглядом всю мою фигуру от лохматой макушки до новых сапог.

— Хельга сказала, ты можешь создавать временную броню. Насколько она прочная? Сколько держится? Как её снимать? Сколько это стоит?

Она перечисляла вопросы почти без интонации, словно ответы её не очень-то и интересовали. Я решила, что раз так, то и мне не очень интересно распинаться тут. Хельга же наверняка ей всё рассказала.

— По сильфру с носа, а там решите, есть польза или нет.

Боргна прищурилась.

— Оплата в конце дня, если сработает.

Я тоже прищурилась.

— Я не буду вас тут караулить. Пускай тогда Хельга мне принесёт. Но учти, попытаешься обмануть — так я могу твою одежду в шкурку бледнокорня превратить точно так же.

Пару секунд мы с ней сверлили друг друга взглядами. Мне для этого приходилось задирать голову, но, в конце концов, змея на человека тоже снизу вверх смотрит… Должно быть, эта мысль отразилась у меня на лице, потому что Боргна удовлетворённо кивнула.

— Приступай.

— Не так резко. Мне нужно место, где много Недвигов.

В угрюмом молчании мы прошли чуть вглубь леса от дороги. В отряде было шесть человек, в основном молодые парни, и все старательно подражали своей предводительнице — лицо мырквой и ни слова без необходимости. Хельга пыталась мне гримасничать, но перед её отрядом я не собиралась допускать панибратство. Наконец Боргна остановилась и махнула вперёд. Приглядевшись, я увидела несколько лужиц — студневики. Отлично.

Я быстро навыделяла их рамками, настроила Поглощение, а сама принялась за Модификацию. Энергия проходила через меня, пока я обрабатывала куртку Боргны, но вскоре в одежде стало тесно. Подумав, я уменьшила мощность Поглощения, так что запас стал пополняться медленнее. Пришлось покрутить туда-сюда, но в итоге потоки сравнялись, и теперь моё тело не менялось, отдавая с той же скоростью, с которой принимало. К тому времени, как я обработала весь отряд, студневик остался один, и тот подсохший.

— Ты что, из Недвигов чешую лепишь? — не выдержал парень с характерными чертами замутнённого, хотя, наверное, первой степени.

Я невнятно пожала плечами. Пускай сам додумывает объяснение.

Получив свою броню, отряд Боргны двинулся в Средний пояс. Хельга обернулась и попыталась поймать мой взгляд, и я снова молча кивнула ей. А потом ушла, потому что мне не терпелось проверить идею, на которую меня навёл разговор с Боргной. Для начала я отыскала тот самый бледнокорень, которым ей угрожала, просканировала его шкурку — и впрямь тонюсенькую, едва отделяющую мокрую мякоть от внешнего мира. Вот теперь я и правда могла кому-нибудь броню попортить: шкурка появилась в меню Модификации, и мои угрозы больше не были дутыми. Правда, чтобы применить Модификацию, объект должен быть неподвижен, но, может, это можно было отработать.

Пока что я применила её на ближайшем дереве, размягчив участок коры. Засекла, сколько запаса было до и сколько осталось после. Потом применила Поглощение.

На сей раз Улей не стал ругаться, а честно принялся поглощать. Значит, препятствием всё же была кора… Хотя и без коры столбик рос медленно. Чтобы отбить потраченное на Модификацию, пришлось торчать у ствола минут десять, и за это время ко мне дважды пытался присосаться просканированный бледнокорень. Что ж, понятно: тянуть силы из деревьев — не вариант.

Остаток дня я экспериментировала: пополняла библиотеку алгоритмов Модификации, подстраивала скорость Поглощения. Потренировалась модифицировать поверхности быстрее. На это тратилось больше запаса, но теперь я могла бы, наверное, переодеть кого-то на ходу. Когда на меня выкатился костерень, я применила Модификацию на его косточки, и через пару оборотов шар обмяк, распластавшись блинчиком. А вот это уже весело!

Я принялась рыскать по лесу и превращать одних виллидиров в других — не полностью, конечно, только внешние покровы. Самый интересный эффект получился, когда я нашла колонию стрельцов — это такие грибы, которые сидят себе на поваленном дереве, а когда подходишь поближе, выстреливают в тебя кусачей пастью — и применила на один из них шкуру снулитки. Гриб покрылся контрастным узором, а остальные вокруг него закачались и опали. Заснули, что ли⁈ Подходить близко я не рискнула, ещё сама свалюсь, тут-то меня и сожрут. Но что шкура снулитки обладает таким же действием, как сама снулитка — это я запомнила.

Наконец я решила, что наигралась на сегодня и пора запасаться. Вечером же опять приведут замутнённых, пора отращивать задницу… Эх, вот бы как-нибудь запасать не в себя, а во что-то внешнее! Тогда можно было бы и впрок накопить, и не таскать тяжёлый жир на себе всё время. А что если…

Я огляделась, и взгляд мой упал на крупную мыркву, сидящую на стволе неподалёку. Я отковырнула её вместе с кусочком коры и положила в сумку, после чего вернулась к куртине стрельцов. Поглощение выкачало из них всё до донышка. Я открыла сумку, посмотрела мыркве в светящиеся красные точки и применила Восстановление. Она подросла. Я огляделась, заприметила кочку, поросшую кровнями, и употребила и их, тоже спустив всё в мыркву. Она ещё подросла. Я попробовала потянуть силу обратно, примерно замеряя, насколько центральное вздутие мырквы уменьшится.

Точных измерений было сделать нечем, но по моим впечатлениям терялось не так много запаса. Скажем, если Улей писал, что у меня 90% ИМТ, я сливала в мыркву пять процентов, а потом доставала обратно, размер мырквы становился примерно таким же, как в начале. А это означало, что её можно использовать как переносную батарейку. Только посадить в какой-нибудь ящик, чтобы она ночью не расползлась. И не размножилась… Хотя — виллидиры же не размножаются?

В итоге я накачала мыркву до размеров коровьей головы. В сумке она уже давно не умещалась, но у меня оказался припасён мешок. На всякий случай я покрыла рубаху под курткой зубаточьей бронёй, взвалила мешок на спину и так поволокла свою батарейку домой.

— Покажи добычу! — окрикнул меня стражник с вышки.

Я невозмутимо спустила мешок на землю и раскрыла горловину. Наверху повисло молчание. Потом передо мной спланировал незнакомый замутнённый с улиточьими рожками под носом и склонился над мешком. Рожки шевелились, принюхиваясь.

— Это где ж такая мырква водится? — наконец спросил он, не отводя взгляда от раздутой, как воздушный шарик, наполненный водой, круглой мырквы с едва заметной оборочкой лишайника. Мырква смотрела на него в ответ недобрыми красными глазками.

— В лесу, — пожала плечами я.

— Чего там, Снорри? — крикнул сверху его напарник-аэромант.

— Спустись да посмотри! — гаркнул Снорри. Напарник подумал и тоже слетел вниз. Теперь они вдвоём играли в гляделки с мырквой.

— Это что, тоже предвестник расширения? — наконец вопросил мироздание Снорри.

— Надо харсиру доложить, — заметил аэромант.

— Я могу забрать свою добычу? — спросила я, теряя терпение.

— Можете… — растерянно и вразнобой ответили стражники и взлетели обратно на вышку, не иначе, писать отчёт. А я понесла свою аномальную мыркву дальше.

А дома меня, оказывается, дожидался Нокк. Сидел во внешнем кабинете на краешке лавки для посетителей и ёрзал, словно сомневался, что имеет право тут быть.

— Какие новости? — спросила я, сгружая ношу и оглядываясь, куда бы поселить нового жильца моих покоев.

— Налоги ваши выплатил, вот квитанция! — подорвался парень, тыча пальцем в лист бересты на столе. Я пробежалась по ней глазами — исписан корявыми рунами на скорую руку, но читабельно, в углу выжжена печать в виде щита, на нём — силуэт ворона, а по контуру меленько надпись «Ветер устоит». Под щитом стояла пометка «Казначейство».

— Молодец, оправдываешь доверие, — усмехнулась я, убирая бересту в первый попавшийся ящик.

— Стараюсь! — заулыбался Нокк, но не расслабился. — А ещё вас харсир Айвинд просил зайти насчёт оружия.

Вона чё… Оружия! Я поспешно оглядела себя. Ну, можно было бы и помыться сначала, платье надеть… Хотя платья у меня оба похожи на шерстяной мешок, сильно красиво не будет. Надо, что ли, с какой-нибудь твари шкуру покрасивее на платье перенести. Или можно с другой ткани?

Я понюхала рукава куртки и махнула рукой. Переживёт Айвинд, вроде я несильно грязная.

— Ну пойдём тогда.

Нокк отвёл меня к кабинету Хранителя ключей — это было кстати, потому что я уже подзабыла дорогу. Несмотря на вечернее время, Айвинд сидел за столом и перекладывал какие-то документы. Часть — на бересте, другие — на чём-то помягче. Ткань? Или тонкая кожа. Вот тоже интересный материал… А мои жреческие книги на чём-то совсем другом написаны.

Рядом с документами стояло несколько кружек из глины и дерева, все пустые. Нокк тут же сгрёб их и унёс, но Айвинд даже не заметил.

— О, Йатибьолль! — заулыбался харсир так, словно был невероятно рад меня видеть. С чего бы? — Как ваши успехи? Я слышал, вы начали обучение, как улов?

— Да так, пара Клыкачей, пара Стихийников… — вздохнула я. — С этим налогом всё равно что без добычи.

Айвинд так быстро отвёл глаза, что я что-то заподозрила.

— Ну, я уверен, дальше будет лучше. Кольбьёрн бы не посоветовал неумелого наставника.

— Хельга хорошо учит, — кивнула я. — Но, конечно, мне бы не помешало какое-нибудь оружие…

Вид у Айвинда стал совсем смущённый, и я поняла, что сейчас будет засада.

— Насчёт оружия… Есть некоторые сложности, — выдавил он, не встречая мой взгляд.

— Дайте угадаю, — хмыкнула я. — Князь запретил мне его выдавать?

— О, так для вас это не новость? — обрадовался Айвинд. Ишь как не хотел быть дурным вестником. — Право, я не знаю, что на него нашло! Он никогда раньше не вмешивался в жреческие дела…

Это был, конечно, интересный вопрос. Тогда на так называемом суде мне показалось, что князь просто издевается или тупо жадничает. Понятно, мои пайки и хоромы стоят недёшево, но хоромы и у прошлых жриц такие были, а по еде мы могли бы как-то договориться, в конце концов, мне так много и не надо, разве только вон делиться со своими людьми.

Но, может, у князя ещё какие-то были причины создавать мне проблемы? Испытание решил мне устроить? Или он знал, что я могу использовать Улей вместо привычного для местных оружия? Может, он таким образом провоцировал меня развивать свои способности, а не полагаться на артефакты?

Но откуда он мог знать? Если только… Это ведь князь выгнал меня на мороз, в смысле, в Сальфьяллу проходить посвящение. Силком, как я понимаю. Чтобы меня прикончили твари, и храм прислал новую жрицу? Или чтобы подсунуть мне Улей? Что если это его вещь? Может, хранилась где-то в сокровищнице поколениями… Или сделана на заказ недавно? Но почему бы князь отдал такую опасную штуку именно мне?

Потому, что я — единственная, кто не родился в княжестве? Или потому, что только жрица может управлять Ульем?

— … понимаю, что ходить в Сальфьяллу без оружия — это безумие, — говорил тем временем Айвинд. — Но даже не знаю, что вам предложить… Князь ясно дал понять, что ничего, чем можно было бы наносить повреждения виллидирам, вам выдавать нельзя. Боюсь, вам всё же придётся покупать что-то на свои средства…

— Подождите, Айвинд! — оживилась я. — Он запретил именно те вещи, при помощи которых можно нанести повреждения? А щит — можно?

Харсир задумался на пару мгновений. Вернулся Нокк с полной кружкой с чем-то дымящимся, поставил на стол, а сам отошёл в уголок.

— Смотря какой щит… Если воздушный, то им можно отбросить противника, даже ударить ветром. Так запрет не обойти… — рассуждал Айвинд, не глядя протягивая руку к кружке и делая большой глоток.

— А есть такой, чтобы защищал от атак чистой магией?

— О, есть, конечно, — он удивлённо раскрыл голубые глаза. — Но ведь от чистой магии проще всего защититься обычной Стеной ветра…

Я приподняла бровь, и он осёкся.

— То есть… Магу проще всего… Но вы же не маг. Ну конечно, простите, мне всё время кажется, что раз у вас есть какие-то способности, то они магические!

Я улыбнулась. Если ему так кажется, то, может, и другим тоже. Пускай и дальше кажется.

— Не беспокойтесь, вы недалеки от истины. Мои способности весьма похожи на магию. Однако от щита я бы всё-таки не отказалась.

— Ну что же, это можно устроить, — кивнул Айвинд и встал. Нокк, присевший было на лавку в углу, тоже подорвался, но далеко харсир не пошёл — только до полки в углу, где стоял небольшой сундучок с неплотно закрытой крышкой. Из сундучка Айвинд достал массивное кольцо с синим кристаллом, повертел его в руках, потом зажал между ладонями, закрыл глаза и…

У-у-ух! По комнате прокатилась волна — вроде воздуха, а вроде и нет. Волосы, свисавшие мне на лицо, не шелохнулись, а чувство было такое, будто меня только что обдуло из промышленного фена.

Айвинд открыл глаза и поднёс кольцо мне.

— Вот, можете надеть и забыть. Тут на сотню попаданий хватит, если мы говорим об обычных Стихийниках. А кроме них чистой магией почти никто и не плюётся.

— Благодарю! — обрадовалась я. А круто, наверное, быть магистром! Раз — и щит готов, даже возиться не надо.

— Не за что, — улыбнулся Айвинд. — Как исчерпается, приходите, подзаряжу. И будьте осторожны в Сальфьялле. — Его лицо вдруг посерьёзнело. — Я очень надеюсь на вашу ответную помощь, если Кольбьёрну понадобится прояснение.

— О, конечно, обращайтесь! — автоматически выпалила я, потому что мозг был занят обработкой информации. То есть кольцо мне не просто так, а в счёт прояснения Кольбьёрна? А Айвинду-то какое до того дело? Ох, непростые у них какие-то отношения…

Нокк вызвался проводить меня обратно, хотя я вроде на сей раз запомнила дорогу, но Айвинд отпустил его до завтра, так что мы пошли вместе.

К этому времени уже стемнело. На стенах в коридоре горели фонарики с кристаллами, но местами тени лежали густо. Мы вышли на лестницу — Нокк шёл впереди, и как раз в тёмном дверном проёме налетел на кого-то.

— Кто пустил сюда животное⁈ — раздался смутно знакомый молодой голос. Свет от фонарика блеснул на сложной застёжке плаща, потом на вышивке металлизированной нитью по зелёному сукну. Э, да это же тот пространственник, как его… Ларс?

С непереносимостью замутнённых! Это он сейчас Нокка тоже отправит ил хлебать? Ну уж нет!

Мои руки заметались по меню Улья ещё до того, как я поняла, что делаю. Я даже не сообразила ещё, что применить, а руки уже сами выбрали Модификацию и шлёпнули шкуру снулитки Ларсу на верхнюю губу.

Пространственник сам занёс руку для какого-то пасса, но вместо этого потрогал у себя под носом, нахмурился и — пошатнулся. Схватился за стенку и неловко стёк на пол, где свернулся калачиком и засопел.

— Что это с ним? — выдохнул Нокк.

— Устал, наверное, — хмыкнула я, рассматривая психоделические жёлто-лиловые усы на чересчур важном лице. — Пойдём, ему полезно проспаться.

Нокк попытался возразить, но я подтолкнула его на лестницу, а сама, выходя следом, обернулась. И поняла, что у моей маленькой шалости был зритель.

В дальнем конце коридора стоял мужчина в чёрном с серебром. Его седые волосы, затянутые в хвост, свешивались длинной кистью через плечо. Но несмотря на седину, лицо было молодое — и очень внимательное.