Глава 26

Николай

Всхлипывая, дети зажимают ладонями уши. Молнии и порывы ветра становятся сильнее, звуки битвы приближаются. Женщины кричат, видя вырывающееся из пастей драконов пламя. Мне приходится абстрагироваться от всего этого, пока я пытаюсь исцелить рану на груди рыцаря.

Силы у меня заканчиваются, я не могу выровнять срывающееся дыхание. Я почти выжат.

Вспыхивает яркий свет, и все в замке разом замолкают. Замерев, я оглядываюсь вокруг. Что бы это ни было… Все это почувствовали. Колокола перестали звонить, лязг стали стал тише, и в моем сердце разлилось необъяснимое облегчение.

Я кладу руку рыцарю на плечо.

— С тобой все будет хорошо. Придави рану и не вставай, — он кивает в ответ, явно куда больше заинтересовавшись творящимися снаружи странностями.

Я быстро проталкиваюсь через толпу демонов, бросившихся к узким окнам, и оказываюсь на улице. Пожары едва тлеют, дыма стало меньше, драконы больше не носятся в воздухе безумными рывками. Они успокоились и улетают вдаль.

— Что это было вообще? — бормочу я себе под нос, скользя взглядом по полям возле моста, где сражались рыцари. Все они замерли и куда-то смотрят…

— Быть этого не может, — хрипло говорит стоящая рядом Тесса.

Я не могу оторвать глаз от увиденного. Кажется, словно осколки фиолетового стекла соединяются вместе и складываются в новую завесу над королевством.

— Новая завеса, — шепчу я похолодевшими губами.

Я смотрю на Тессу. Лицо у нее мрачное, но на нем виднеется проблеск надежды, которого раньше не было.

— Где Калел и Алира?

Мы бежим к толпе рыцарей. Они перестали сражаться, но кажется, сами не поняли, почему. Видимо, появление новой завесы и вспышка света отвлекли их на какое-то время. А впереди собирается еще больше воинов.

Тесса кашляет, прикрывая перчаткой рот, когда мы приближаемся к полуразрушенному мосту, усыпанному обгорелыми телами. Выглядит все паршиво. Я бы предположил, что примерно по половине каждой армии было уничтожено врагами, богами и драконами.

Только мы подбегаем к ошарашенным рыцарям, становится понятно, но кого они смотрят. На двух королей. Мертвых. По спине пробегает холодок, и я сглатываю ком в горле. И что теперь делать со всеми оказавшимися здесь полубогами и демонами?

Правителей нет… Зато есть завеса.

— Что все это значит, — шепотом спрашивает Тесса. Ее голос звучит безнадежно.

Повернувшись, я беру ее за руку.

— Давай найдем Калела и Алиру.

Я снова смотрю на завесу. Она поднимается выше и выше, складываясь в купол, как и раньше. Но теперь она кажется другой. Не знаю, почему.

— Николай! — раздается женский голос. Обернувшись, я вижу Нину. Придерживая платье руками, она бежит вверх по грязному склону. Юстель — рядом. По руке у него стекает кровь, но рана явно несмертельная.

— Нина, ты в порядке? — спрашиваю я, как только она подбегает, спотыкаясь, и сгибается пополам, пытаясь отдышаться.

— Там, — выдавливает она между вдохами, и показывает на вершину холма над полем боя.

Я замечаю две стоящие рядом фигуры.

— Это они! — кричу я и бегу по склону. Тесса, Нина и Юстель мчатся следом.

Что бы они не сделали, теперь у нас появился шанс все исправить. Мы можем начать заново. Можем…

Я замираю в паре футов от Калела и Алиры. Слезы брызгают из глаз, я падаю на колени. Тесса опускается рядом и крепко обнимает меня, глядя вперед с той же печалью, что и я. Юстель и Нина тихо плачут.

Две статуи из мрамора с золотыми прожилками сплелись в крепком объятии. Это обещание. Пожелание. Жертва.

Они смогли восстановить завесу. Изменить судьбу.

Так почему боги обрекли их на такой жестокий конец? А может, это и не конец вовсе? Может, это новое начало?