Депортация Суб-префекта и пицца с ананасами

Пока курьер из пиццерии героически пробирался сквозь снежные заносы Мурино, Бельфегор решил завершить бюрократические формальности. Оставлять ледяную статую посреди кухни было непрактично и нарушало технику безопасности.

Архигерцог, накинув обратно свою серебристую водолазку, подошел к морозильной камере старого «Атланта». Холодильник натужно заскрипел, словно предчувствуя неладное.

— Ваше Холоднейшество, он же туда не влезет! — хихикнула Оля, кутаясь в плед и наблюдая за процессом с дивана. — У меня там пельмени, крабовые палочки и замороженная брокколи!

— Брокколи придется пожертвовать ради безопасности нашего эксклюзивного периметра, — сурово, но с легкой иронией ответил Бельфегор.

Он приложил ладонь к обледенелому лбу статуи Криоса и активировал алгоритм пространственного сжатия. Ледяной Суб-префект с тихим треском начал стремительно уменьшаться, пока не достиг размеров стандартного брикета пломбира (при этом сохранив свое перекошенное от ужаса выражение лица).

Бельфегор брезгливо взял мини-Криоса двумя пальцами, засунул его в морозилку между пачкой «Сибирских» и формочками для льда, а затем прикрепил к нему желтый стикер, на котором маркером Оли вывел: «Возврат производителю. Причина: критический сбой логики и хамство».

Дверца морозилки захлопнулась. «Атлант» утробно рыгнул фреоном, мигнул лампочкой и отправил неудавшегося спасателя обратно в Бюрократическое Измерение.

В этот момент в дверь позвонили.

Бельфегор открыл дверь. Курьер, увидев перед собой двухметрового блондина с ледяным взглядом убийцы, нервно икнул и протянул коробку.

Архигерцог Зоны Свежести взял пиццу, открыл крышку и сурово просканировал содержимое.

— Распределение начинки неравномерно. Радиус коржа отклоняется от идеального круга на четыре миллиметра. А присутствие консервированного ананаса рядом с мясными продуктами — это кулинарная ересь, — отчеканил он, забирая коробку и всучая опешившему курьеру щедрые чаевые. — Но ради этой женщины я готов терпеть даже ананасы. Свободен, смертный вестник углеводов.

Дверь закрылась, и Бельфегор вернулся к Оле. Остаток вечера они провели, поедая пиццу прямо в кровати (Архигерцог мужественно боролся с желанием собрать каждую упавшую крошку) и наслаждаясь тем самым «протоколом обогрева», ради которого Бельфегор променял Вечность на человеческую жизнь.

ГЛАВА 34. Логистика холодовой цепи и идеальный баланс

Спустя полгода жизнь двух демонов-отступников и их человеческих женщин вошла в новую, удивительно стабильную колею.

Оля и Бельфегор переехали из студии в Мурино в просторную квартиру на Крестовском острове. Найти работу для Архигерцога Зоны Свежести оказалось проще простого: Оля составила ему идеальное резюме, и уже через неделю Бельфегор занял пост генерального директора по логистике холодовой цепи в крупнейшем агрохолдинге страны.

Теперь в его подчинении были не ледяные големы, а сотни фур-рефрижераторов. Продукция компании Бельфегора никогда не портилась, температура в кузовах всегда держалась на идеальной отметке, а конкуренты рвали на себе волосы, не понимая, как этот двухметровый блондин с ледяным взглядом умудряется управлять логистикой с точностью атомных часов.

Даша и Асмодей тоже расширили свои владения: их новая трехкомнатная «крепость» на Петроградке стала регулярным местом встреч двух семейств.

В одну из таких суббот исторический саммит повторялся, но уже в совершенно другой атмосфере.

На просторной кухне Смирновых кипела жизнь. Оля и Даша сидели за кухонным островом, попивая игристое и обсуждая последние новости.

А в гостиной происходила сцена, достойная кисти художника-сюрреалиста.

Два бывших Лорда Бюрократического Измерения, чьи имена когда-то заставляли трепетать целые миры, стояли над развивающим ковриком. На коврике, активно пуская пузыри и дрыгая пухлыми ножками, лежал девятимесячный Лев Аркадьевич.

— Твоя система оценки рисков дает сбой, варвар, — Бельфегор, одетый в безупречный кашемировый пуловер, указывал пальцем на разбросанные игрушки. — Эта пластиковая сфера имеет диаметр, потенциально опасный для дыхательных путей юнита.

— Оставь свои криогенные нормативы при себе, морозильник! — басил Асмодей, ловко перехватывая сына, который попытался уползти под диван. — Это сертифицированный артефакт для развития мелкой моторики! Я лично тестировал его на прочность плоскогубцами! Мой наследник должен быть готов к любым тактильным угрозам!

Бельфегор снисходительно вздохнул и поправил манжеты.

— Твой подход к воспитанию слишком хаотичен. Когда Оля инициирует протокол размножения, я составлю четкий график развития нашего потомства, выверенный до секунды.

Асмодей вдруг замер, перестал рычать и внимательно посмотрел на бывшего коллегу. На его лице расплылась широкая, понимающая улыбка.

— Значит, вы тоже планируете расширение базы?

Кончики ушей Архигерцога слегка посинели, но он гордо вздернул подбородок.

— Разумеется. Я уже рассчитал идеальный температурный режим для детской комнаты и заказал партию бактерицидных рециркуляторов воздуха премиум-класса.

Асмодей громко, раскатисто расхохотался, хлопнув Бельфегора по плечу.

— О, мой дорогой педант! Поверь мне, никакие графики не спасут тебя, когда твой юнит решит срыгнуть прямо на твой идеальный белый пиджак перед важным совещанием! Но знаешь что?

Бывший Лорд Хаоса поднял смеющегося Льва высоко над головой, и в его глазах засветилась такая безграничная, теплая гордость, что любые слова были излишни.

— Это лучшее системное нарушение, которое с тобой когда-либо случится.

Даша, наблюдавшая за ними из кухни, с улыбкой подняла бокал.

— За баги в системе, Оль.

— За идеальные сбои, — чокнулась с ней Оля, глядя на своего ледяного демона, который сейчас с пугающей серьезностью объяснял девятимесячному младенцу законы термодинамики на примере плюшевого кубика.

Два могущественных демона, созданных для контроля над Вечностью, нашли свое истинное предназначение в человеческой рутине. И, глядя на них, Даша и Оля знали абсолютно точно: этот мир в надежных, пусть и слегка аномальных, мужских руках.