Дорогие друзья, если вы дочитали до этого места, значит, портал уже вас заметил. Назад дороги почти нет: впереди драконы, серпы, розовые волосы, подозрительные часы и один белый песик, который считает себя вершиной магической эволюции.

Ставьте лайк, пока Бублик не решил, что ваша кнопка «нравится» — это печенье, и не попытался её съесть.

Ана Воронцова

Опаздывать на встречу с Лианом было неудобно, он делать это из-за Каэра Равеннара становилось почти традицией.

Ана быстро шла, почти бежала по мокрому тротуару, одной рукой чуть приподняв подол длинной темно-коричневой юбки с простой вышивкой, другой — сумку, где лежали разные полезные мелочи.

Блузка с высоким воротником и бантом под горлом душила, но зато позволяла создать тот самый незапоминающийся образ глупенькой секретарши, который Ане и был нужен.

Бублик тогда еще сказал, что это идеальная маскировка для таких, как они. Розовые волосы за три промелькнувших года отросли почти до лопаток и теперь девушка заплетала их в две аккуратных косы-кренделька, крепя по бокам красивыми серебряными заколками в виде снежинок.

Заколки ей в прошлом году подарил Лиан на Зимний круг. Сказал, что они «очень подходят к ее редкому цвету волос, хотел что-то добавить еще, но промолчал.

Очки на носу были большими, круглыми, придавая ей совсем уж глупый вид. По крайне мере, Ана на это очень надеялась.

Три года в Лиардене, столице королевства Эйранн, научили ее придерживаться простых правил: если хочешь выжить и добиться желаемого рядом с магами, драконами, эльфами, следователями и чиновниками, лучше, чтобы тебя считали либо безобидным предметом мебели, либо человеком-неведимкой. Ана выбрала второе.

Сейчас она спешила на встречу с Лианом Вессом, который вот уже десять лишних минут ожидал ее в кафе на углу.

— Ты опять слишком быстро идешь, — сообщил Бублик, перебирая рядом короткими лапками.

Со стороны он выглядел как маленький белый пушистый песик с округлым тельцем, такой же округлой головой и смешной мордой.

Ана была уверена, что окружающие считали, что вся жизнь этого мимимишного песика состоит исключительно из свежих булочек или печенья, мягких бархатных подушечке и голубых бантиков на шее. На самом деле это была серьезная ошибка с их стороны.

— Я не быстро иду, — сказала Ана, кинув быстрый взгляд на своего спутника. — Я опаздываю.

— Это диагноз, дорогая! Наши совместные три года на девяносто пять процентов состоят из «я опаздываю», «не сейчас» и «Бублик замолчи!». В остальные пять попадают «Куда делось дело о ритуальном поджоге» и «как же мне хочется спать».

— Бублик, замолчи!

— Вот, вот! А я говорил.

Ана покосилась на него.

— Между прочим, я опаздываю не просто так! Кое-кто утром улегся на папку с показаниями важного свидетеля и ехидно наблюдал, как мой начальник ругался в попытках ее найти!

— Я проверял, не поддельные ли там показания! — гордо выпятил грудь песик.

— Ты спал.

— Метод глубокого фамильярного анализа внешне часто похож на сон. Пора бы уже это знать! Три года все-таки вместе живем.

— Ты храпел — скептически бросила девушка на бегу.

— Это был не храп. Тебе показалось. Я читал — смутить пушистый комок было невозможно.

Несколько прохожих обернулись. В Лиардене говорящими животными никого особенно удивить было нельзя, но маленькая белая болонка, рассуждающая о преступниках и фамильярном анализе, привлекала внимание.

Ана быстро сделала глупенькое лицо, поправила очки и неловко улыбнулась проходящей даме в синем плаще. Та тут же потеряла интерес к происходящему.

Ну кому может быть интересна обычная работница департамента, пусть даже с говорящим псом. Таких редко принимали всерьез.

И прекрасно. Три года назад Ана мечтала только об одном: найти Эль. Сейчас цель оставалась той же, но действовала девушка уже более методично.

Первую неделю в новом для себя мире, она прожила очень сумбурно. Ее история очень напоминала кораблекрушение и спасение себя любимой после того, как вредные волны нещадно выкинули ее на берег.

Без денег, без жилья, без связей. Чего она могла добиться в этом мире. Разве что, язык она чудом знала и могла прочитать любую надпись, но этого было мало.

Именно Лиан Весс ей тогда очень сильно помог. Он не подал виду, что узнал в ней воительницу, но сразу же уважительно ответил, что рад помочь подруге женщины, что его спасла от бандитов.

Именно она тогда нашел для нее маленькую квартиру под самой крышей в доме у Старого канала. Квартирка была крохотная: узкая кровать, стол, печка, одно окно, из которого виднелась стена соседнего дома и кусочек неба с тремя лунами.

Через день привез ворох одежды. Лиан объяснил, как устроен магический мир и зачем нужны лунные кристаллы в мобилях и в лампах. Строжайше запретил отдавать волосы даже «в качестве образца» и гладить уличных василисков.

Бублик появился на третий день. Ана тогда сидела на полу среди чужой одежды, карт города, справочника бытовых заклинаний и дешевого чайника. Последний почему-то отказывался кипятить воду, травил какие-то непристойные анекдоты и утверждал, что он зачарованный принц.

Ана искала работу и как раз раздумывала, как в анкете заполнить пункт «Степень магической вменяемости», как по оконному стеклу кто-то провел чем-то твердым.

За окном, прямо в воздухе висел маленький белый песик. В пасти он крепко придерживал пышный бублик, щедро посыпанный розовой сахарной пудрой. Возмущенно взглянул на девушку красивыми зеленым глазками, песик снова вытянул лапку и крепкими коготками провел по стеклу. Раздался неприятный скрежет, и она кинулась открывать окно.

— Наконец-то. Я уже начал думать, что ты собираешься проспать все наследие Охотников на этом жалком коврике — пропыхтел песик, на время выплюнув из пасти бублик.

Ана удивленно уставилась на гостя.

— Ты разговариваешь, — сказала она, скорей констатируя факт.

— А ты наблюдательная. Это радует — в устах пса сарказм звучал как-то дико.

— Откуда ты взялся?

— Я твой фамильяр. Ты вернулась в свой мир, вот я и появился.

— Это не мой мир и у меня никогда не было фамильяра.

Песик показательно закатил зеленые глазки и положил лапку на бублик, будто опасаясь, что он улетит по воздуху.

— Твой. Просто ты не знаешь.

— Расскажешь? — спросила Ана и тут же с сомнением посмотрела на маленького, слегка косолапого песика — кстати, а почему ты такой… эээ, как мохнатая подушка с лапками? Разве фамильяры нужны не для того, чтобы защищать хозяйку и все такое.

Песик возмущенно фыркнул.

— Набралась из бульварных романов в своей библиотеке!

Теперь настала очередь Аны фыркнуть.

— Я бульварные романы не читаю! — и вдруг удивленным взглядом смерила пса — а откуда ты знаешь про библиотеку? Песик лег пузиком на коврик, ловко подхватил лапкой бублик и тут же откусил добрую его половину. Вторую лапу подставил под щеку, начал неторопливо жевать сдобу, в перерывах рассказывая.

— Вот глупая мне хозяйка попалась! Разъясняю, два раза повторять не буду. Это — он повел носом вокруг себя и снова пожевал — форма временная, выбранная по моему желанию. Она очень удобна для внедрения, наблюдения и выпрашивания печенья. Есть и другая форма, истинная.

— А как тебя зовут?

Он гордо выпрямился и высокомерно произнес.

— Мое истинное имя не предназначено для смертного слуха.

Ана посмотрела на его круглое тельце, короткие лапы, пушистые уши и бублик на полу, едва сдерживая смех.

— Тогда будешь Бубликом, раз не хочешь говорить имя.

— Я протестую — громко завопил песик — потомственного Следовика назвать Бубликом! Это возмутительно!

— Протест принят к сведению, Бублик, но в изменении имени отказано! — издала смешок, глядя на воинственный вид крошечной собачки.

Тот подскочил, встал на все четыре лапы и вдруг начал увеличиваться в размерах. В секунды на коврике, вместо маленького мимимишного песика оказался огромный белый волк. Его серебрящаяся шерсть шелковой волной опускалась по груди, становилась короче на лапах, таинственно переливалась.

Девушка с уважением посмотрела на этого гордого зверя.

— Прости, погорячилась я с Бубликом!

— Ладно уж, тем более в качестве маскировки сойдет — и вот вместо волка снова стоял маленький песик.

Он подошел к Ане и потерся мордочкой о ее ладонь. Девушка погладила его, подняла и пересадила поближе к недоеденной сдобе.

— Учти, я предпочитаю бублики с сахарной пудрой, печенье с шоколадом и булочки ванильные. Никакой корицы!

Ана засмеялась.

— Договорились!

Так они и стали жить вместе. Чуть позже, Бублик рассказал ей, что Следовики появляются только у Охотников — необычных магов, вершащих справедливость. А значит, она самая настоящая охотница. К сожалению, он не мог рассказать ничего о том, почему этот мир для Аны родной. Бублик только мог чувствовать это. А еще песик добавил, что он чувствует и Эль, только слабо и точно знает, что она жива.

Ана вдруг расплакалась, притянул к себе песика, уткнулась в его белую шерстку и посидела так несколько минут. Бублик не сопротивлялся, а лишь усердно сопел.

Они всю ночь строили план, как отыскать Эль и поймать преступника, а спустя две недели Ана устроилась на работу в тот самый Департамент разломов и особых преступлений.

Ана беспокоилась, что Каэр может узнать ее, но ей повезло. Верховный маг был занят очередным делом и, не глядя, подписал контракт о сотрудничестве на целых пять лет.

На следующий день девушка приступила к своим прямым обязанностям секретарши господина Равеннар.