Телефон разрывается от звонков после того, как я привожу жену в наш дом.

Малика сразу убегает в детскую, где уже действительно требовательно плачет наш малыш.

Старшеньких нет, знаю — тёща забирает Арсланчика и Самиру.

Няня на меня не смотрит, собирается молча.

— Вы уходите?

— Малика отпустила, сказала, сама справится.

Киваю.

Сама, так сама. Самостоятельная. А я помогу.

Ухожу на кухню, чтобы ответить на очередной вызов.

Мама.

Почти все звонки от неё.

Не хочу говорить. Знаю, что скажет. Но это мать, обидеть мать — грех.

— Слушаю.

— Как ты мог, Дамир? Какой позор! Какой позор! Что нам делать теперь? Столько денег вложено! А сил? Фаттаховы уже отцу такой ультиматум выкатили! Рамазан рвёт и мечет!

— И что, мам? Я тут причём?

— Что?

— Вы всё это замутили, вы и разбирайтесь.

— Неблагодарный! Это же всё для тебя!

— Неужели? Что именно? Позор весь этот? К чему?

— Ты же любил Фариду! Какой позор! И семья Фаттаховых уважаемая.

— Уважаемая, говоришь? Это они так вас уважают, что шантажом заставляли свадьбу устроить?

— Что ты такое говоришь, сынок?

— Мам, я не буду это обсуждать с тобой. С отцом обсудим. Откуда у него долги появились, какое отношение к этому имеют Рамазан и Умар, и Фарида, конечно…

— Сынок, ты поступил очень плохо. Я не знаю, что теперь с нами будет.

— А что будет, мам? Жить будете, как и раньше.

— Они у нас всё отберут, всё! Ты не представляешь… И… хоть бы в живых оставили, Аллах — Аллах!

— Насчёт «всё отберут» — это мы еще посмотрим. Да и насчёт «в живых оставили»… Мама, хватит фантазий. Фаттаховы не беспредельщики. А даже если и так, то на их силу и у меня найдётся сила.

— Женился бы на Фариде, Дамир, не было бы никаких проблем!

— Неужели?

Усмехаюсь. Мама как святая простота. Хочет такой казаться. На самом деле — хитрая лисица. Я не удивлюсь, если она это всё и организовала.

— А Малика твоя, что устроила, что? Это же позор! Позор!

Усмехаюсь.

Да, Малика устроила.

Мать всегда была недовольна моей женой. И замужеством.

Не то, чтобы ей не нравилась Малика.

Ей, видимо, в принципе не очень нравились Арсинбаевы. Еще когда только-только отец Малики начинал поднимать бизнес — я тогда подростком был, но помню — мать с отцом постоянно критиковали, завидовали, ждали, что Арсинбаев загнётся, что его начинания пойдут прахом. Но отец Малики, Вахид, поднимался и поднимался, быстро занял нишу, которая была свободна. И семья вышла на новый уровень. Если бы не трагедия, не ранняя гибель Вахида Рустамовича, он мог бы подняться ещё круче, на сотрудничестве с Умаровым. Но это за него успешно сделала моя жена.

О чём я вот уже десять лет пытаюсь втолковать матери, а она только отмахивается.

— Не понимаю одного, мам, если ты так уж терпеть не можешь Арсинбаевых, почему после побега Фариды вы за меня Малику посватали? Зачем?

— Если бы я тогда решала, Малика бы близко в моему дому не подошла!

— По… почему?

— Не важно.

— Нет, важно, мам, мне важно!

Этот разговор у нас состоялся еще тогда, когда меня поставили перед фактом — нужно жениться на Фариде.

— Просто… не нравятся мне они и всё! Ишь, поднялись, из грязи в князи! Они были никто и звать никак. И клана никакого не было. Выскочки! А на род старинный, мы еще при царях были у верхушки!

— Вспомнила, мама. Что за бред? А Фаттаховы? Фарида? Чем лучше?

— Фаттаховы тоже род древний и большой.

— Фаттаховы всё потеряли мама, и достаток, и уважение, и честь и совесть. Думаешь, я не понимаю, что Фарида тогда не просто так сбежала? Вы же ей и заплатили.

— Дамир!

— Что, Дамир? Выгодно было меня на Малике женить, очень выгодно. У Малики жениха не было, а невеста завидная, с бизнесом, с поддержкой Умарова, с которым вы мечтали породниться, вот только у Умарова дети были еще слишком маленькие, да?

— Хватит, Дамир, что было — то прошло. Сейчас у нас беда общая и надо решать. Возьми Фариду второй женой. С тебя не убудет. Сейчас союз с Фаттаховыми выгоден.

— Очень интересно, чем? И на что они смогли так быстро восстановить свои дела? Там явно не чисто, мам, и вы в это лезете.

— Выхода нет, сынок. Нет!

— Есть. Всегда он есть…

Я его искал. Выход.

Но тем не менее согласился на брак с Фаридой.

Потому что… Да, сам не знаю, почему.

Малышку свою проучить вздумал?

Жестоко.

Нет, расклад финансовый, то, что мне отец показал, конечно, в шок меня ввёл.

Сначала отец и брат начали играть с криптой. Потом попали на мошенников. Миллионные активы быстро превратились в пыль. Чтобы покрыть их убытки надо было продавать производство.

А если продать производство — что останется?

Ничего.

Вот, то-то и оно.

Поэтому я и принял это непростое решение.

И Малика…

Её отношение…

Тяжело было жить с женщиной, которую любишь, и для которой ты — почти пустое место.

Просто функция. Муж.

Тот, кого надо кормить, кому дома уют создать, кому детей родить.

Кого в постели ублажить, даже если несмотря ни на что — не очень хочется.

Именно так я думал про Малику.

Вернее, думал, что она так думает про меня.

А моя Малишка, мой милый Малёк, оказывается, думала совсем иначе.

Разговор с матерью окончен.

Решаю принять душ. Смыть с себя грязь и мерзость этого дня.

Да, резонанс будет ого-го, какой. Мы еще не представляем масштабов.

Сорванная свадьба.

Танец первой жены.

После душа беру в руки телефон и тут же зависаю.

Это… это просто немыслимо!

Малика везде!

Во всех новостях. Во всех пабликах! Во всех блогах!

Я и не знал, что у жены есть странички в соцсетях.

Там всё безобидное было. Так, фотографии цветов. Фотографии дома. Наряды.

Она даже танец свой там не выложила! Это сделали за неё.

Под её последним постом о том, что муж берёт вторую жену, и она едет пожелать им счастья.

И её фото. Решительная. В этом алом платке.

Красивая невероятно.

А дальше — тысячи сообщений, слова поддержки, лайки. И прибавляющиеся в геометрической прогрессии подписчики!

Интересно…

Малика.

Захожу в спальню.

Вижу её, перепуганную, малыш спит рядом, а она… она держит свой телефон в руке.

— Что, Малика? Не привычно быть звездой?