В начале сентября 2003 года на одной из пригородных остановок на Ленинградском шоссе притормозила белая «девятка». В тот день было холодно и дождливо. Вокруг ничего не радовало глаз: свинцовое небо, бетонные дома, грязная дорога, по которой летели замызганные машины все больше иностранного производства.

Опускались сумерки. В радиусе километра не просматривалось ни единого живого существа, если не считать одинокой женщины, ждущей пригородного автобуса на грязной остановке со сломанной лавочкой. Несмотря на то что женщина была молода и красива, она не привлекала особого внимания: усталое лицо, унылый взгляд, окатанная грязью одежда. В ее руках были две огромные авоськи с продуктами. На безымянном пальце блестело кольцо. Это была не кто иная, как наша героиня Надежда Аресова. Теперь в этой двадцативосьмилетней измученной женщине непросто было узнать ту кудрявую, обаятельную студентку-очаровашку, некогда пленившую своими чарами всю мужскую половину университета «Станкин».

Однако водителя белой «девятки» она чем-то привлекла, если он так резко и неожиданно затормозил. Женщина вздрогнула, неодобрительно взглянула на машину, но с места не сдвинулась. Шоферу пришлось сделать задний ход, чтобы поравняться с ней. Из окна высунулась круглая физиономия упитанного мужчины лет тридцати, которая добродушно расплылась в улыбке и произнесла:

– Садитесь! Нам, кажется, по пути.

– Спасибо, я на автобусе, – механически ответила женщина и посмотрела на дорогу, откуда должен был показаться автобус.

Мужчина расхохотался.

– Если до Зеленограда, то вам еще ждать полчаса. За это время мы уже доедем. Садитесь, не бойтесь! Денег не возьму.

Прежде чем сесть в машину, Надежда с минуту раздумывала. Она повертела головой (вокруг по-прежнему не было ни души, а дождь между тем усиливался), после чего тяжело вздохнула и опустилась на заднее сиденье. Не успела она захлопнуть дверь, как водитель сразу дал по газам, будто опасаясь, что попутчица раздумает и не поедет.

Мужчина поглядывал на пассажирку в зеркальце и все больше убеждался в том, что его спутница не просто случайная красавица, а гений той самой чистой красоты, о которой писал Пушкин. Мало того, что она натуральная блондинка, так у нее еще и естественные кудри: глаза бирюзовые, чувственные губы… Черт! Да для такой не существует слов, чтобы описать.

– Такая красивая женщина и без охраны, – пошло пошутил водитель.

Надежда криво усмехнулась и поднесла к лицу платочек, чтобы мужчина не увидел ее кривого рта. «Боже мой, – подумала она. – Неужели я еще нравлюсь мужчинам. Эх, кошка драная!»

Она тайком присматривалась к водителю. Он был не хилой комплекции, из тех, чьи физиономии называют шайбами. Простоват, грубоват, шутит банально, не изыскан в выражениях. Женщина почувствовала, что он изо всех сил хочет ей понравиться – пытается быть приветливым и вежливым, но быть приветливым и вежливым – не его естественная сущность. В повседневной жизни он груб и вульгарен. С таким нужно быть настороже.

– Мне кажется, вы чем-то озабочены, – продолжал разговор водитель.

– Вам это действительно кажется, – улыбнулась Надежда. – Просто очень устала после работы.

– А кем вы работаете, если не секрет? – осклабился хозяин «девятки».

– Топ-менеджером в холдинге «Комус», – ответила Надежда.

– Топ-менеджером? – уважительно повторил водитель и еще внимательнее всмотрелся в женщину. – Это круто. И что, много зарабатываете?

– Грех жаловаться, – вздохнула Надежда и отвернулась, чтобы водитель не увидел, как погрустнели ее глаза.

– И вы ездите на автобусе? Или, пардон, ваш «мерседес» в ремонте.

– Нет! «Мерседеса» я не имею, – просто ответила Надежда. – На работу езжу на электричке. Просто сегодня решила на автобусе. Мы с мужем копим на квартиру, так что нам пока не до «мерседесов».

Воцарилось молчание. Женщине стало ясно, что попутчик не просто дежурно клеит, как все водители, а у него серьезные виды. Надежда специально приплела мужа, чтобы отследить реакцию. Все признаки того, что она запала ему в душу. А это значит, можно не опасаться, что он завезет куда-нибудь, откуда не возвращаются.

После этих мыслей напряжение спало. Разговор пошел более непринужденно. Водитель все больше задавал вопросы, попутчица охотно отвечала. Через двадцать минут хозяин «девятки» уже знал, что она замужем, что ее муж работает барменом, что у них пятилетний сын Алешка и что они снимают комнату в Зеленограде.

– Но я слышал, что бармены много зарабатывают, – поднял брови водитель.

– А разве я сказала, что мало? – удивилась попутчица. – Мой муж зарабатывает почти столько же, сколько я. Хотя нет. Конечно, поменьше. Но не намного.

– Почему же вы снимаете комнату, а не квартиру?

– Ну, я же вам объяснила: мы копим на квартиру. Купим квартиру и тогда развяжем пояс. Нам уже осталось немного. Да что вы все о том, кто сколько зарабатывает? Между прочим, зарабатывать деньги – это самое простое. Разве в деньгах счастье?

И тут водитель понял причину грустных глаз попутчицы. Дело, оказывается, в муже. У нее с мужем не идут дела. Может быть, даже они на грани развода. Это открытие заметно подняло настроение мужчине.

– Могу поспорить, что вы не любите мужа, – брякнул он с мужланской простотой.

Глаза женщины наполнились слезами.

– Если бы не любила, было бы проще, – прошептала она еле слышно, скорее для себя. Но водитель услышал.

– Так у него что, баба? – спросил он, удивленно оглядываясь назад. – Ну и дурак! От такой красивой жены заводить бабу? Я бы не стал.

Надежда снова напряглась и как-то по-детски съежилась. Она ответила, что было бы лучше, если бы он следил за дорогой, а не вынюхивал их семейные тайны. «Вот тебе и грубый мужлан, – подумала она. – Раскусил в два счета. Видать, здорово мужик втюрился. А еще говорят, нет любви с первого взгляда».

Остатки пути проехали, разговаривая о каких-то сериалах по телевизору, поскольку любые вопросы на семейные темы Надежда пресекала на корню. Только когда «девятка» остановилась у ее дома, она с удивлением подумала, что растрепала о себе все, а он – ничего. Надежда щелкнула ручкой дверцы и собралась выйти, но водитель, резко обернувшись, схватил ее за руку.

– Наденька, – произнес он, остро впившись в глаза, – выходите за меня замуж!

Попутчица весело рассмеялась, приняв это за шутку. Однако он не шутил. Надежда это поняла чуть позже, когда перестала смеяться.

– Но я замужем, – ответила она серьезно.

– Муж вас не любит. А я буду любить, – произнес водитель и страстно потянул к себе.

– Но я даже не знаю, кто вы и как вас зовут, – попыталась вырваться Надежда.

– Меня зовут Александр. Я опер «убойного» отдела МУРа.