Тоннель тянулся бесконечной змеёй в глубине Велисгара. Уже больше трёх часов сёстры шли по извилистым подземным коридорам, преодолевая усталость и тревогу. С каждым шагом ноги становились тяжелее, а воздух – гуще. Сырость пробиралась под одежду, оседала холодными каплями на коже. Вокруг царила полутьма, лишь кристаллы на стенах изредка вспыхивали бледным, потусторонним светом, бросая причудливые тени на шершавую поверхность камня. Запах стоял тяжёлый – смесь сырого камня, пыли и подземной плесени. Редкие звуки – капли воды, падающие с потолка, шорох мелких камешков под ногами, собственное дыхание – отдавались гулким эхом, усиливая ощущение замкнутого пространства. Загрий, неизменно следовавший за сёстрами, нарушал могильную тишину подземелья своими шуточками и странными замечаниями. Его голос звучал неестественно бодро для такого мрачного места. – А вы знаете, почему летучие мыши никогда не теряются в темноте? Потому что у них есть внутренний компас! А у меня вот внутреннего компаса нет, зато есть внутренний свет. Буквально! – он негромко засмеялся собственной остроте. Дарина в который раз оглянулась на их спутника. В скудном свете факела его лицо казалось полупрозрачным, а черты размытыми. Но не это привлекло её внимание – она заметила кое-что ещё. Длинные складки плаща Загрия не скрывали его ноги, которые… вовсе не касались пола. Между его стопами и каменной поверхностью явственно виднелась полоса пустоты в несколько пальцев шириной. Это не была игра теней или обман зрения. Их спутник буквально парил над землёй. Холодок пробежал по спине Дарины. Она встревоженно поймала взгляд сестры и увидела в её глазах такое же осознание. Орина беззвучно, одними губами, произнесла: «Всё-таки дух?» Загрий, словно ощутив их сомнения, весело пробормотал: – Ох, прошу простить, если это выглядит необычно. Но поверьте, я всегда очень лёгок на подъём – ну, буквально! Так что не обращайте внимания, просто идите вперёд. Дарина нахмурилась и осторожно уточнила: – Ты всегда так ходишь, не касаясь земли? Он смущённо рассмеялся и быстро отвёл взгляд. – Я-то? Конечно, касаюсь! – и поспешил сменить тему, явно не желая развивать тему. – Давайте лучше ускоримся, там вроде свет. Правда же, чудесно? Орина прикусила губу, но решила, что сейчас у неё нет сил на разборки. Они и без того застряли в бесконечном туннеле, и впереди мог ожидать кто угодно – хоть чудовище, хоть ещё один перевёртыш. Даже если Загрий действительно дух, то доброжелательный, ведь до сих пор лишь помогал им. Девушки обменялись молчаливыми взглядами и продолжили путь, цепляясь за надежду выбраться наружу. С каждым шагом потолок туннеля становился всё выше, а воздух – свежее и прохладнее, где-то близко уже была поверхность. Сердце Дарины тревожно сжалось в ожидании. Неужели совсем рядом тот самый выход за горный хребет, о котором им столько рассказывали? Может быть, именно там они найдут похищенное сердце Златомати? Свет впереди действительно вскоре засиял чуть ярче. Приблизившись, девушки разглядели чёткие очертания выхода – узкую расселину, из которой веяло свежестью и лёгким ветерком. Волосы Орины всколыхнулись, и она радостно воскликнула: – Дарина, смотри! Это точно не пещерное сияние. Там, за проходом, должно быть солнце… или хотя бы открытое небо! – Небо! – улыбнулась Дарина. – Только давай осторожнее, вдруг там обрыв. Но в любом случае это лучше, чем бесконечно плутать в темноте. Они ускорили шаг. Загрий двигался следом, по-прежнему плывя над полом, и весело бросал ободряющие реплики: – Аккуратнее, девушки! Я первым не пойду, иначе вся слава достанется мне. Так что дамы вперёд! Сёстры с трудом пролезли через узкую расщелину, осторожно протиснулись между острыми каменными выступами, способными разодрать одежду. На последнем шаге Дарина крепко схватила Орину за руку, помогая ей выскользнуть наружу; та чуть не упала, но вовремя сумела удержаться, ухватившись за шершавый край скалы. Когда обе оказались на открытом пространстве и обернулись проверить, как выйдет Загрий, тот уже стоял позади них, поправляя складки своего плаща. В ярком дневном свете стало окончательно ясно: его ступни парили над землёй, окружённые слабой, полупрозрачной дымкой. – Ну да, всё-таки дух, – пробормотала про себя Дарина и покачала головой, решив не задавать пока лишних вопросов. Девушки выпрямились и подняли глаза – и в этот миг мир вокруг них словно взорвался красками. Дыхание замерло в груди, сердца пропустили удар. Казалось, земля исчезла у них из-под ног, и они сами парили над чем-то настолько прекрасным, что человеческий разум отказывался воспринимать. Перед ними раскинулась долина, ослепительная в своей красоте, безмерная в своём изобилии. Изумрудные луга волновались под лёгким ветром, полыхая разноцветьем полевых цветов, и уходили плавными волнами к горизонту, где вздымались мягкие, покрытые тёмно-зелёным бархатом леса холмы. Их вершины вспыхивали в лучах послеполуденного солнца, создавая впечатление, будто холмы украшены золотыми коронами. С вершин срывались тонкие, серебристые нити водопадов, переливающиеся всеми оттенками радуги в солнечном свете. Они грациозно перетекали в хрустальные ручьи, пронизывающие долину подобно голубым венам, питающим тело живого существа. Вода в них была настолько прозрачной, что казалась нематериальной, чистым светом, текущим по земле. А цветы! Никогда в жизни сёстры не видели такого буйства красок – нежные синие слёзки14, покачивающиеся в такт дуновению ветра; тяжёлые сиреневые кисти медвяны15, источающие дурманящий аромат; алые бутоны огромных, неизвестных им цветов, подобных маленьким солнцам, рассыпанным по травяному ковру. В воздухе порхали сотни бабочек с полупрозрачными крыльями, отливающими перламутром. Дарина и Орина застыли в немом восхищении, не в силах пошевелиться или произнести хоть слово. Внезапно их внимание привлекло движение на дальнем склоне холма. Две величественные фигуры мирно паслись среди изумрудной травы – крылатые кони с серебристыми гривами, переливающимися на солнце. Их огромные перистые крылья были сложены вдоль боков, а движения отличались такой грацией, что дух захватывало. – Не может быть… – выдохнула Орина, прикрыв рот ладонью. – Я думала, они остались лишь в легендах, – вторила ей Дарина. Словно почувствовав на себе взгляды, один из коней поднял голову, а затем расправил крылья – размах их был больше человеческого роста. Второй последовал его примеру. Они разбежались и легко оторвались от земли, взмывая в голубое небо с такой естественностью, словно полёт для них обычнее, чем ходьба по земле. Сёстры проводили их взглядом, пока серебристые точки не растворились среди облаков. Как такое великолепие могло существовать? Как такая богатая, полная жизненной энергии земля могла находиться всего в нескольких днях пути от их родной Ясницы? От места, где почва стала бесплодной, где деревья кривились от голода, а мох съёживался от недостатка влаги. Где землю освещало то же солнце, но оно не дарило жизнь, а будто высасывало последние соки. Контраст был настолько разительным, настолько невероятным, что в душах девушек зародилось страшное подозрение: это не природное благоденствие, а результат чудовищного, преступного перераспределения жизненных сил. Словно у одной земли отняли её душу, чтобы другая расцвела вдвойне. Загрий удивлённо щёлкнул языком. – Надо же, действительно прекрасное местечко! Хотя признаюсь, для меня такой красоты многовато. Только вдумайтесь в этот контраст! За Велисгаром у вас – болота, злобные существа и чахлая растительность, а тут – просто райский сад. – Неужели именно здесь спрятано сердце горы? – потрясённо сказала Орина, едва находя слова. Дарина молча кивнула, не сводя глаз с долины. Вдали, у подножия одного из холмов, девушки заметили небольшой посёлок. Его аккуратные деревянные дома окружили густые сады, полные спелых фруктов. Между деревьями вились дорожки, по которым неспешно прогуливались люди в светлых одеждах. Картина излучала спокойствие и достаток: были видны амбары, небольшие склады, на пастбищах паслись коровы. Люди, по крайней мере издалека, выглядели счастливыми – никто никуда не торопился, никто не ссорился. Создавалось впечатление, что здесь и понятия не имели о бедствиях и чудовищах, которые мучили Ясницу. – Вот это да… – с горечью прошептала Дарина, крепче сжимая плечо сестры. В её голосе звучали боль и возмущение. – Мы не просто на другом склоне горы. Это будто деревня из другого мира. Пока наши дети умирают от голода, а земля превращается в болото, здесь… здесь рай! – Она сжала кулаки. – Неужели это и есть результат украденной силы Златомати? Неужели кто-то обогащается за счёт страданий Ясницы? – Давай подойдём поближе, попробуем узнать, – предложила Орина. – Только будь осторожна, мало ли что здесь может быть. Они осторожно пошли по узкой тропке, петляющей среди густых трав. Загрий, следуя за ними, продолжал отпускать странные шутки: – Знаете, у моего состояния всё-таки есть свои преимущества. Камни в сапогах мне точно не грозят. Или ещё такое: – Если потребуется что-то разведать, я мог бы помочь. Могу проходить сквозь стены, знаете ли, очень удобно… Сёстры снова переглянулись: с каждым словом становилось очевиднее, что Загрий не просто чудной дух, а дух, который никак не желал признать свою природу. Пока он не проявлял ни капли враждебности, скорее наоборот: его лёгкий нрав и несмешные шуточки помогали им снимать напряжение – а значит, он не представлял опасности. Когда они приблизились к деревне, их глазам открылась ещё более удивительная картина. Перед ними стояли аккуратные дома с крышами, покрытыми соломой необычайно золотистого оттенка – казалось, она была пропитана солнцем и от этого становилась особенно прочной. У заборов пестрели ухоженные цветники, а у каждого крыльца стояли деревянные фигурки зверей – резные, яркие. По дворам свободно бродили сытые козы и коровы. Тёплый воздух пропитался ароматами цветущих яблонь и нагретого солнцем дерева, и вся эта картина казалась сошедшей со страниц старинной сказки. Но что-то в этой идиллической картине настораживало Дарину. Слишком уж всё совершенно, слишком гладко. Где стражи? Где хотя бы собаки, которые должны были бы залаять на чужаков? – Я и представить не могла, что за Велисгаром может быть такая красота, – прошептала поражённая Дарина. – Неужели наш край когда-то тоже был таким до того, как на него навлекли беду? – До того, пока сердце горы было на своём месте, – негромко уточнила Орина и, помрачнев, продолжила: – Если здесь процветает его сила, значит, Златомать действительно отвернулась от Ясницы. – Но Златомать так и стоит на своём месте. – Значит, дело точно в марандите. Смотри! Орина указала на уже знакомый им символ, напоминавший три переплетённые линии вокруг букв. Такой они видели в шахте рудокопов. В этот момент их заметили жители, проходившие мимо по улице. Все выглядели чистыми и ухоженными: аккуратные рубахи, добротная обувь, уверенные улыбки. Одна женщина, несущая корзину спелых яблок, заметила незнакомок и чуть не выронила поклажу от неожиданности. К ним тут же подбежал парень с открытым, дружелюбным лицом. Однако, заметив непривычную для него одежду сестёр, он немного растерялся и осторожно спросил: – Добрый день! Вы… из-за гор? Редко кто приходит к нам оттуда. Где вы собираетесь остановиться? Сёстры снова переглянулись. Дарина сделала шаг вперёд, быстро подбирая слова: – Мы путешественницы. Ищем… э-э… кое-какие вещи, которые давно были потеряны. Нам рассказали, что здесь очень благодатная земля. Парень с уважением кивнул. – Так и есть! Наша долина процветает под защитой нашего могущественного хозяина. Поэтому у нас всё хорошо. – Хозяина? – осторожно переспросила Орина. – А кто он? – Наш покровитель, – с гордостью ответил парень. – Его поместье в конце деревни. Он благосклонен к тем, кто соблюдает его правила. Но гостям мы всегда рады! Заходите, отдыхайте, может, попробуете нашу ягоду? Сёстры смутились от такого радушия. Слово «соблюдает правила» вызвало тревожный отклик в душе, хотя вокруг всё выглядело на удивление безмятежно. Парень тем временем протянул им огромную корзину, полную ярко-красных ягод, налившихся соком и источающих манящий аромат. От вида и запаха ягод девушки почувствовали острый голод. – Спасибо, – осторожно ответила Дарина. – Но мы хотели бы встретиться с вашим хозяином. Возможно, он подскажет, где найти… то, что мы ищем. Парень загадочно улыбнулся. – Его слуги сами решают, с кем господин захочет встретиться. Я могу передать ему, что вы прибыли. Только прошу, не задавайте лишних вопросов про магию или тайны долины. Никто из нас не знает деталей. У нас просто… всё хорошо. – Понятно… – осторожно протянула Орина, уловив напряжённость в его голосе. – Мы учтём. Пока они разговаривали, вокруг начали собираться любопытные жители: старик с посохом, девушка с младенцем на руках, двое ребятишек в нарядных рубашках. Они переговаривались, с любопытством разглядывая незнакомцев, но без явной враждебности – скорее с осторожным интересом. Некоторые приветливо кланялись. Однако стоило Дарине аккуратно спросить про такое изобилие, как лица людей сразу становились отрешёнными, и они начинали отводить глаза. Парень, с которым они беседовали, ответил: – Простите, но я не понимаю, о чём вы… Тут всегда так было хорошо благодаря нашему господину. Считайте это его заслугой. В этот момент в резной калитке одного из самых красивых домов с красной крышей появился мужчина в дорогой бархатной накидке и с аккуратно завитыми усами. Он внимательно осмотрел сестёр с головы до ног, заметил Загрия, и его взгляд стал ещё холоднее. Призрачный спутник девушек, слегка усмехнувшись, демонстративно всплыл чуть выше земли, как бы напоминая о своём необычном положении. – Моё почтение, – сухо произнёс мужчина. – Я слуга его милости. Наш господин приказал, чтобы все, кто появляется из-за гор, сначала представились ему, прежде чем задавать вопросы местным жителям. Вам придётся пройти со мной. Загрий насмешливо фыркнул: – Как интересно! Знаете, обычно такие встречи заканчивались для меня не слишком хорошо… Ой, простите, а вы разве видите меня? – И он демонстративно приподнялся ещё выше над землёй, становясь почти прозрачным. Слуга невольно отшатнулся и побледнел. Дарина поспешила прервать неловкое молчание: – Мы согласны пойти с вами. И не хотим никого пугать или смущать. Нам действительно нужно поговорить с вашим господином. Возможно, он знает то, что поможет нам. Слуга молча кивнул и жестом пригласил их следовать за собой. Толпа местных жителей расступилась, освобождая путь. Девушки не возражали, чувствуя, что сопротивляться бессмысленно. Впрочем, ими руководило не только благоразумие, но и любопытство – кто же этот таинственный покровитель, обладающий такой властью и сумевший превратить долину в рай? Сёстры шагали по центральной улице, поражённые красотой и изобилием вокруг: плодородные деревья, пышные кусты ягод, яркие цветы и сочные овощи на грядках. Люди выглядели сытыми и довольными. Казалось, сама земля щедро одаривала их, не требуя взамен тяжёлого труда. – Потрясающе, – произнесла Орина, не сводя изумлённых глаз с яркой долины. – Всего несколько дней пути от Ясницы, долгие переходы по запутанным туннелям, и вот она, жизнь мечты! А у нас дети погибают и люди голодают! Почему мы-то никогда ранее не слышали об этом месте? Дарина задумчиво пожала плечами. – Возможно, отец знал об этом месте. Он ведь исчез много лет назад. Не исключено, что именно сюда он и ушёл. – Не может быть, – Орина покачала головой, растерянно глядя вперёд. – Думаешь, он перебрался сюда? Дарина неопределённо хмыкнула, стараясь скрыть нарастающее волнение. Вскоре тропа вывела их к солидному особняку, стоявшему несколько в стороне от остальных домов и окружённому высоким каменным забором. Ворота оказались открытыми, и сёстры, оглядываясь по сторонам, прошли внутрь и очутились на широком мощёном дворе. Слуга без слов сопровождал их, ступая размеренно и тихо. Во дворе цвёл ухоженный сад, каменные дорожки петляли меж цветущими кустами и аккуратно подстриженными деревьями. Дом представлял собой массивное двухэтажное строение, стены которого украшала тонкая резьба, изображающая сцены природы и горные пейзажи. За одним из окон мелькнули фигуры вооружённых людей, по всей видимости, охраны. Остановившись перед огромной двустворчатой дверью, слуга почтительно отворил её и жестом предложил войти внутрь. Девушки шагнули в просторный зал с высоким потолком, украшенным деревянными балками и тканными гобеленами. В дальнем конце комнаты стоял стол, заставленный серебряными кубками и блюдами с фруктами, а позади него висел огромный гобелен, на котором художник изобразил величественные горные пики и сверкающее солнце, освещающее долину. У стола стоял мужчина – высокий, широкоплечий и с непоколебимой уверенностью во взгляде. Чисто выбритое лицо с квадратным, волевым подбородком и глубоко посаженными глазами цвета потемневшей стали. Его осанка и спокойная властность говорили больше любых слов – перед ними человек, привыкший к беспрекословному подчинению. И в этом лице, в этой фигуре было что-то смутно знакомое… что-то, что заставило сердце Дарины болезненно сжаться от неясного предчувствия.