Всё проходит. Миновали и тревоги Алёны с Валерой. Благодаря своевременной медицинской помощи Лавров восстановился довольно быстро. От лёгкого сотрясения мозга не осталось и следа. Вывих плеча потребовал более длительного лечения, но обошлось без последствий. Два месяца спустя Валера уже вышел на работу. Генке понадобилось гораздо больше времени. Ножевой удар Толяна вынудил брата Алёны долго проваляться на больничной койке. Пока Генка лежал в больнице, Костик жил у Алёны с Валерой. После возвращения отца мальчик, жалея его, захотел как можно быстрее возвратиться домой, пообещав Алёне бывать у неё каждые выходные. Генка с сыном так и живут вдвоём. После покушения на Алёну Наталье присудили пять лет. Толяну, с учётом предыдущих судимостей, дали пятнадцать.
Алёна с Валерой поженились через два с половиной месяца после тревожных событий. На свадьбе, как и предполагал Алёшка Кирюшатов, весело погуляла вся дружная бригада Лаврова. Гостями со стороны Алёны были только Костик и Нина с мужем. Коллега от радости за свою молодую подругу на протяжении почти всего торжества не сдерживала счастливых слёз.
Мать и сестра Валеры, совместным уговором с ним, решили не присутствовать на бракосочетании, чтобы не вызвать своим отъездом из Франции недовольство хозяина, за которым они осуществляли уход. В середине октября Алёна с Валерой приехали к ним сами. Лавров предусмотрительно позаботился о жилье для них с Алёной в гостинице того городка, где жили мать с Ириной. Но в первый же вечер, когда они пришли к ним в гости, неожиданно выяснилось, что гостиничный номер молодожёнам Лавровым не понадобится. Хозяин дома Жан оказался совершенно очарован Алёной, которая свободно общалась с ним по-французски. Через полчаса сухощавый, неподвижно сидящий в инвалидном кресле старик, озаряя желтоватое лицо счастливо-удивлённой улыбкой, и слышать не хотел о возвращении этой маленькой светловолосой женщины с лучистыми ясными глазами и её мужа в гостиницу. Сидя в обнимку с матерью на диване, Валерка с изумлением смотрел на жену, отвечавшую галантному французу так, словно давно жила во Франции. Сияющая радостью Ирина подмигивала брату из-за спинки инвалидной коляски, на которой она доставила хозяина в просторную гостиную огромного дома. Это оказалось общим секретом Ирины и Алёнки. До приезда они часто общались по скайпу. Сестра Лаврова знала, что французский Алёны — это неоценимая заслуга Любови Евсеевны, знавшей три иностранных языка с детства. Привыкшая постоянно трудиться умственно, пожилая женщина вздумала в совершенстве научить Алёну французскому и благодаря способностям девушки вкупе с её трудолюбием немало в этом преуспела. В результате Валера с женой все две недели пребывания во Франции жили у Жана, оказавшегося на редкость гостеприимным.
Прогуливались Валера с Алёной чаще всего вместе с Ириной, когда она не была занята на работе в бутике дамского белья. Стоило только счастливой троице возвратиться домой, то после того, как вдоволь насладившийся общением с Алёной хозяин отправлялся ко сну, оставшиеся члены семейства делились по парам. Ирина с Валерой не могли вдоволь наговориться друг с другом, давая возможность матери побыть с Алёнкой. Свекровь обращалась с ней зачастую как с малышкой. Она тискала её, целовала, старалась накормить беременную невестку вкусненьким. Либо тихо сидела на диване с Алёнкой, разместившейся головой у неё на коленях, и вела по просьбе невестки неустанные рассказы о детстве Валеры, которые та могла слушать бесконечно.
Ирина удивительным образом поучаствовала в судьбе Галины. Однажды сестре Лаврова довелось пообщаться с ней по скайпу. Почувствовав взаимное расположение, женщины продолжили общение. Через некоторое время Ирина познакомила Галину со своим добрым другом из России. Питая безответную симпатию к самой Ирине, сорокалетний мужчина горел желанием жениться, считая, что подошло время. В итоге, уже к новому году Галка с волнением и удовольствием сменила город проживания и свой семейный статус.
Сыграв роковую роль в жизни Лаврова, верная обещанию Жанна соединила судьбу с Петром. Их брак оказался более благополучным, чем можно было ожидать. Жанна снисходительно относится к скупости Петра, примирительно называя её экономностью. А Пётр, в свою очередь, обнаружил, что оказался влюблён в Жанну сильнее, чем предполагал. Некоторое время спустя он с удивлением заметил, что готов во многом потакать своей жене. Мало того, он уже близок к мысли, что готов к рождению ребёнка. Жанна пока не торопится с материнством, но и не противится, отдаваясь в этом вопросе полностью на волю супруга. Изредка вспоминая Лаврова, она не забывает каждый месяц добросовестно вносить абонентскую плату за использование мелодии вместо гудка на своём сотовом телефоне на определённого абонента. Вдруг Лавров однажды позвонит ей и по-прежнему услышит проникновенный женский голос, возвещающий о том, что она будет нежной и верной Валере.
С надеждой на встречу Валере позвонила однажды приехавшая в город Лиза. Воодушевившись было быстрым ответом на звонок и радостным голосом Лаврова, Лиза вскоре сникла. Её лучший из мужчин провозгласил, что женился, обрёл счастье в браке и готовится стать отцом. Лиза не сдавалась, пытаясь воскресить в его памяти сногсшибательные ощущения, которые оба испытывали во время интима. Валерка не проникся и распрощался с одной из бывших любовниц, однозначно ответив, что не намерен возобновлять с ней отношения. Расстроенная Лиза всё-таки решила в следующий свой приезд обязательно позвонить Валере.
Лишь одна из бывших подруг Лаврова — практичная и проницательная Женька убеждена в том, что Валерка останется теперь только её клиентом. Причёсывая к свадьбе счастливых жениха с невестой, Женька сразу же заметила, каким взглядом Валерка смотрит на Алёну и со вздохом сожаления распрощалась с мечтой не только сочетаться браком с Лавровым, но и когда-либо увидеть его в своей постели.
Воскресное утро двадцать пятого февраля, накануне дня рождения Алёны, ознаменовалось неожиданно выпавшим ночью снегом, обелившим землю и увенчавшим деревья кружевом инея. Десятиградусный мороз прихватил всю эту красоту, сберегая её для утренних людских взоров. Валерка давно расправился со своим завтраком и задумчиво стоял перед окном, оглядывая заснеженную площадь и ожидая Алёну, которая в самом начале утреннего чаепития удалилась в ванную и не появлялась оттуда уже довольно продолжительное время. Лавров подошёл к двери и позвал жену.
— Алёна, у тебя всё в порядке?
— Валера, я здесь, — откликнулась Алёнка, незаметно для мужа уже покинувшая ванную комнату и появившаяся перед ним одетая в спортивный костюм, в котором обычно отправлялась на прогулку. — Надо собираться.
— Куда собираться? — оторопел Валера.
— Валер, — замялась Алёна, — ну пора, понимаешь…
— Что пора? — от охватившего его внезапного волнения продолжал бестолково переспрашивать Валерка.
— Ехать пора, потому что, скорее всего сегодня, ты станешь папой.
— Алёнушка, — он с такой нежностью обнял её, что у Алёнки ухнуло сердце.
Но вслед за проявлением ласки Валерка засуетился, начав метаться по квартире. С удивлением смотревшая на него Алёнка попыталась успокоить мужа.
— Валера, не волнуйся, пожалуйста! Давай собираться и поедем. Только надо сначала врачу позвонить.
— Врачу… — опомнился Валерка, хватая свой сотовый, — конечно, надо… Как же он у меня записан?! — судорожно листал Лавров список номеров. — Врач… доктор… А, Кривовяз Андрей, вот нашёл!
— Валера, успокойся, я уже звоню, — с участием посмотрела на него Алёна, прижимая к уху мобильник и повернувшись к мужу таким образом, чтобы он не видел, как она поглаживает ладонью живот с левой стороны, который начинало тянуть досадливой болью. — Алло! Здравствуйте, Андрей Евгеньевич! Это Алёна Лаврова. Да, полчаса назад. На схватки пока не похоже, но болит уже ощутимо. Приедете на роды, да? Я? Скорее всего, на машине. Думаете, надо скорую? — она снова настороженно глянула на застывшего рядом побледневшего Валерку. — Мне кажется, он вполне сможет сесть за руль. Скорую вызывать не будем. Спасибо, Андрей Евгеньевич! До встречи! Мы выезжаем.
Она отключилась. Валерка приблизился и, взяв в обе ладони её голову, проговорил:
— Алёнушка, девочка моя дорогая, ты только не бойся! Я буду с тобой всё время.
— Валера, я и не боюсь, только давай уже поедем.
— Конечно, — отпустив жену, растерянно огляделся по сторонам Валера.
— Сумка в прихожей. Посмотри, пожалуйста, там сверху документы должны лежать.
— Всё есть, — удостоверился Лавров, вновь с тревогой вглядываясь в лицо Алёны. — Когда же ты успела собрать?
— Валера, — напомнила Алёнка, — она уже две недели как возле порога стоит.
— Так, — проверив наличие ключей от автомобиля в кармане куртки, которую он между делом успел натянуть, Валерка проворно и бережно надел на Алёну пуховик и угги, — значит, можем отправляться.
Заперев дверь, Валерка повесил на руку сумку, которую Алёна собрала в роддом, и, подхватив жену на руки, устремился с ней вниз по лестнице.
— Валера, зачем ты? — воспротивилась Алёнка. — Тебе же тяжело!
— Так будет быстрее, — улыбнулся Лавров.
Несмотря на замешательство, охватившее его при известии о начале родов, Валерка не забыл включить дистанционный разогрев двигателя и подогрев передних сидений в автомобиле. Усадив Алёну в тёплую машину, бережно пристегнул её ремень и, заняв своё место за рулём, сразу же тронулся с места. До роддома было не особенно далеко, но Валерка поехал другим маршрутом, в объезд транспортного кольца на проспекте, где часто образовывались пробки. Он ехал осторожно, время от времени бросая на жену тревожные взгляды. Она отворачивала от него лицо, по-прежнему держась за живот с другой стороны, чтобы не было видно Лаврову.
— Валер, — не выдержала, наконец, Алёнка, — у меня такое ощущение, будто это не я рожаю, а ты!
— Лучше бы уж я родил, — стукнул обеими ладонями по рулю Валерка, глядя прямо перед собой на дорогу, — чем так волноваться!
— Валерочка, — пожалела его Алёна, — перестань так на меня смотреть, пожалуйста! А то я при тебе даже поохать боюсь.
— Алёнка, — сильнее побледнел Валера, — тебе что, очень плохо? Больно?
— Валер, — рассердилась Алёнка, — мне действительно больно! Но пойми ты, наконец, что это не плохо! Всё так и должно быть! Плохо — это когда не больно!
— Как это?
— Да очень просто! Когда боли нет, вот это плохо! А мне нормально, Валера!
Увещевания мужа немного отвлекли саму Алёну от неприятных ощущений, и в результате ей показалось, что до роддома они добрались быстро. Прибывший немного пораньше доктор Кривовяз с улыбкой встретил супругов в вестибюле.
— Ну что, поднимаемся на третий этаж? — обратился он к Алёне.
Не успела она ответить, как Валерка выпалил:
— Я с вами, — он внезапно умолк, растерявшись, и добавил: — Сумку донесу.
— Давай мне сумку, — улыбаясь его волнению, протянул руку доктор.
— А можно я с вами, — дрожащей рукой отдал сумку Валера, — туда?
Лавров не исключал для себя присутствия на родах жены и даже предварительно сдал все необходимые для этого анализы. Алёнка скептически отнеслась к его идее, однако порыву мужа не противилась, полагая, что в самый ответственный момент он всё-таки передумает. Врач проницательно догадался, что Лавров не будет жене хорошим помощником во время родов и заговорщицки подмигнул Алёне.
— Ну что, Алёна Александровна, возьмём мужа на роды?
Исподлобья посмотрев своими ясными глазами на доктора, Алёнка покачала головой из стороны в сторону.
— Извини, — улыбнулся Кривовяз Лаврову, — большинством голосов тебе отказано в присутствии на родах.
Валерке ничего не оставалось, кроме как, нежно обняв в очередной раз жену, распрощаться с ней.
— Не переживай, — протянул ему руку доктор, — обещаю тебе: всё будет хорошо. И не обижайся, что мы тебя не берём. Видишь ли, изо всех мужчин я знаю только одного, который не теряет присутствия духа на родах собственной жены. И должен заметить, что я сам не вхожу в это число. Езжай домой, Валера, и жди благоприятных известий.
Алёнка ходила от двери к окну вдоль предродовой палаты на трёх человек. Две женщины постанывали на своих кроватях. Алёнка пока держалась, лишь дышала время от времени, как учили на курсах перед родами. Внимательно прислушиваясь к своим ощущениям, она убеждалась, что всё идёт, как полагается. Вот только удобное для себя положение тела никак не могла отыскать. Наконец, подойдя к окну, она навалилась на подоконник грудью, подложив под неё согнутые в локтях руки. Стало немного легче. Боль в животе переместилась вниз, и это показалось Алёне передышкой. Она стояла, чуть покачиваясь, окидывая взглядом улицу, как вдруг наткнулась на Лаврова, неподвижно маячившего перед фасадом родильного дома. Валерка стоял с непокрытой головой, поскольку в его гардеробе не водилось головных уборов, тем более теперь, когда он привык добираться на работу в автомобиле. Редкие снежинки опадали с деревьев на его русые волосы. Валера рассеянно скользил взглядом по окнам второго этажа и не двигался с места.
Алёна потянула из кармана широкого платья сотовый телефон.
— Валера, — нежно проговорила она.
— Алёнка, — вскинулся он, — что уже всё?!
— Нет, мой хороший, — тихо улыбнулась Алёна, — это не так быстро. Почему ты не уехал и стоишь на морозе?
— Алёнушка, я тебя люблю, — его голос затопил лаской сердце Алёны.
— Я знаю, родной. Я тоже тебя люблю. И поэтому прошу, поезжай, пожалуйста, домой. Валера, не стой на холоде. Ты можешь простудиться и заболеть. И что тогда? Кто будет забирать меня с малышами? Езжай, пожалуйста, я очень тебя прошу!
— Сейчас, — охрип от волнения Валерка, — сейчас уеду. Алёнушка, где ты? Я не вижу тебя!
— Посмотри немного выше. Я прямо перед тобой, на третьем этаже.
Наконец, взгляды их встретились. Они снова сказали друг другу о любви. И спустя минуту Валерка уже сидел в машине. Несмотря на данное Алёне обещание, покидать её он не собирался. Но и сидеть в автомобиле с включённым двигателем рядом с роддомом Лавров не мог себе позволить. Валерка вовремя вспомнил, что Алёшка Кирюшатов снимает квартиру в этом районе. Он когда-то рассказывал, что они с Дашей пришли рожать пешком, поскольку их дом находится прямо напротив.
Именно к Алёшке и нагрянул Валерка, предварительно позвонив другу. Едва Лавров успел раздеться, как его тут же усадили за стол в кухне, уставленный какой-то невозможно благоухающей выпечкой. Даша налила ему чаю, к которому Валерка, поблагодарив, от волнения не притронулся, так же как и к выпечке. Разместившись напротив Лаврова, Алёшка рассказывал что-то весёлое, пытаясь отвлечь товарища. Но лучше всего с этим справился сынишка Кирюшатовых. В свои два с половиной года Васька весьма настороженно относился ко всем новым знакомым. А тут, к безмерному удивлению родителей, моментально занял место на коленях у Валерки. Непоседливый ребёнок довольно долго сохранял спокойствие и, задирая вверх головку, поглядывал на Лаврова. Лишь спустя полчаса малыш увлёк Валерку в комнату, где они вдвоём затеяли весёлую игру, к которой вскоре присоединился Алёшка. Четыре часа в семье Кирюшатовых пролетели для Валеры почти незаметно, прежде чем он узнал, что стал отцом двоих малышей.
Через неделю Валера забирал Алёнку с близнецами. За руль «Форда» вызвался сесть Алёшка, отпросившийся с работы ради почётной миссии встретить мастера от имени всей бригады. Валера с сыном на руках и Алёнка с дочерью вышли за порог роддома. Лавров огляделся и не увидел машину на том месте, где он оставил её. Наступивший март не ослабил морозы, поэтому Алёшка решил перегнать «Форд» поближе ко входу и никак не мог понять, почему супруги не видят оказавшийся прямо напротив них автомобиль.
— Николав, — радостно позвал Алёшка, — я здесь!
Рядом с автомобилем улыбались Даша с сынишкой. Даша, по просьбе коллег Лаврова, с трогательным вниманием выбравшая подарок, вручила его счастливым родителям. Поблагодарив Алёшкину жену и тепло попрощавшись с ней и Васькой, Валера с Алёной разместились на заднем сиденье машины с малышами на руках.
— Как вы назовёте близнецов? — широко улыбаясь в зеркале заднего вида, спросил Алёшка.
— Арина и Вадим, — с нежностью ответила Алёнка, лаская взглядом с любовью смотревшего на неё Валеру.
Даша подождала, пока «Форд» скроется из вида и наклонилась к сынишке поправить шапочку.
— Ну что, Васенька, пойдём домой?
— Угу, — кивнул мальчуган и спросил у матери: — А дядя Валера придёт к нам игр-рать?
— Дяде Валере пока некогда у нас бывать. Мы скоро сами поедем к нему в гости вместе с папой посмотреть на малышей. Как повезло Валере с Алёной, что у них сразу родились мальчик и девочка! — восхитилась Даша и снова обратилась к сынишке: — А ты хочешь сестрёнку, Васенька?
Васька подумал немного, наморщив лобик, и серьёзно изрёк:
— Лучше вертолёт! Кр-расный, ладно?