Лука.
Шелк ее коротких, огненных волос на моем лице. Слышу как беззвучно ее губы хотят произнести мое имя, но сдерживаются, силясь сделать вдох. Ее нежная кожа под моими пальцами. Смуглые ножки обхватили мои бедра и упираются коленями в обивку кресла. Откинул пальцами ее непослушные волосы назад. Меня заводит ее новая прическа. Такой, она мне еще больше нравится. Дерзкая и непокорная. Моя рука скользит по ее вспотевшей шее к девичьей, упругой груди, что вздымаясь, скользит мимо моих губ.
Она снова стонет, принимая меня всего, раз за разом. Не даю ей отвернуться, удерживаю ее лицо рядом с моим. Гибко извиваясь и приподнимая бедра, она скачет на моем члене, двигаясь все быстрее. Ее губы ловят воздух и я смотрю ей в глаза. Еще… снова и снова ее бедра касаются моих. Вот она устало хнычет от нетерпения и закусив губу, стонет едва сдерживаясь. Я приподнимаю ее аккуратную, упругую задницу, погружаясь в нее все резче и все глубже. Ее искусанные губы такие манкие, хочу их поцеловать, но она ускользает, повторяя мое имя.
— Лука… Лука!
Приоткрываю глаза и вижу ее лицо.
«Стоп… Нет!»
Я снова закрыл глаза, тщетно пытаясь нагнать остатки той прекрасной исчезающей иллюзии. Чувствую тепло прикосновения на моей руке. На этот раз реальное. Сабина нежно касается меня. Намеренно долго задерживает руку на моем запястье. Но как только я открыл глаза, она убрала свою руку. Отстранилась.
В который раз, ловлю в ее взгляде желание и протест. Как это в ней соединяется одновременно? Ее тело, ее жесты такие «говорящие», но выражение лица отрицает, что ее тянет ко мне. Снова смотрит на меня и во взгляде этом, будто сожаление, что она лжет и мне, и себе…
Наконец, решается заговорить, хоть и смущена.
— Ты стонал так громко. Тебе больно?
Тяжело дышу и проведя рукой по волосам, пытаюсь сообразить что происходит. Но скорее, это долбанная уловка, чтобы скрыть от нее мой взгляд. Спешно смотрю вниз. На моих ногах, плед.
«Это хорошо. Плед скроет от девчонки мой утренний стояк…»
И да. Мне было «больно». Но по другому поводу. Наш секс, случился, только в моих иллюзиях. Это раздражает. На этот раз, она сама пришла ко мне в сон. Оседлала меня на этом самом кресле и так сочно трахнула… Только вот я не успел досмотреть, кончила она или нет? Жаль, сон не перемотаешь чтобы повторить…
Сабина делает попытку улыбки и тот час, словно одергивает себя. Смешная.
— Это не моя футболка на тебе?
Смотрит вниз на себя и кивает, равнодушно пожимая плечами.
— Я принимала душ, не хотела возвращаться к себе. Ты против, что я в твоей футболке? Все равно тебе этот Халк не по возрасту…
Она усмехнулась и тряхнула своим огненным каре.
Смотрю на нее не мигая и не пойму что происходит. Мне кажется или она заигрывает со мной? Решил не торопиться с выводами, чтобы не спугнуть ее настрой… Отвечаю максимально нейтрально:
— Нет. Напротив, рад что ты чувствуешь себя здесь, комфортно. Хм… Тебе не трудно сделать мне кофе?
Сабина охотно кивает и идет к машине.
'Принимала душ и после, надела мою футболку… На ней сейчас, ничего нет под ней?"
Хоть футболка моя, Сабине, почти до колен, но от вида ее голых ножек, загорелых и стройных, мои мысли идут только к члену, минуя голову.
«Черт… Я и без этого все еще возбужден. С этим каре, сексуальная такая…»
Пользуюсь тем, что она отвернулась к кофемашине и скрываюсь в ванной, оставив плед на кресле.
Закрылся в ванной комнате, а мысли все еще о ней.
«Принимала душ… Здесь. Я мог в любой момент проснуться. Она это знала, но не ушла к себе. Осталась со мной… Зачем? Смотрела как я сплю? Что у тебя на уме, Сабина? Знать бы…»
Провел ладонью по своему торчащему писюну и включил воду в душе.
«Черт, нога. Я и забыл…» Вяземский, сказал никакого душа пару дней. Хорошо что сухожилия не повредили мне… Иначе, все было бы печальнее.
Опустил крышку толчка, привычным жестом потянулся к лубриканту. Включил воду сильнее. Усмехнулся.
«Как голимый подросток, дрочу в тайне, боясь что меня спалят…»
Рука скользит вдоль возбужденного члена, что так хорошо отзывается на голосок Сабины. Она настойчиво зовет меня из комнаты, через дверь.
— Эй, тебе с молоком или просто черный?
«Эй…» Имя мое сознательно избегает….
Не отвечаю, потому что в этот момент дышу словно зверь, представляя как ее мокрое, обнаженное тело еще час назад было здесь, в моем душе… Крутанув рукой воду на максимум, заглушаю все звуки.
«С молоком… с молоком, малышка. Не дождусь чтобы и тебя залить всю своим молоком… Это, ох как в тему сейчас…»
Представляю это вживую и довольно быстро кончаю. Намотав ворох бумажных полотенец, убираю за собой. Стараюсь успокоить дыхание.
Ополоснулся в раковине. Почистил зубы. Хотел причесаться, но передумал. Не хочу чтобы она подумала, что я специально для нее… А, хотя, к черту…
Смотрю на себя в зеркало. Бледный как труп. Ну и видок у меня… Как у покойника восставшего из могилы… На вид, мне лет сто. Физиономия помятая, словно я в запое неделю провел или год в рудниках отпахал…
Но и месяц этот, непростой оказался, как физически так и морально. Не вывожу я, с непривычки… С тех пор как Сабина вошла в мой дом, моя жизнь стала похожа на бесконечную череду ссор, проблем и разборок. Тут уж и задумаешься о цыганском сглазе. Увел у цыгана дочь, лови беду…
Увел. Моя она, не отказываюсь. И вроде, даже в ней это откликнулось. Явно, есть потепление между нами. Но не верится…
Снова ее фигурку вспоминаю. Какая у нее задница торчащая. Даже свободная футболка этого не скрывает. А ее грудь… Вживую, наверно еще охуенее, чем в том купальнике… До сих пор, утренний сон у меня в глазах стоит. Как ее соски скользят по моим губам… А ее губы, так жадно ловят воздух. Во сне она была так близко…
Злюсь.
"Какого черта я играюсь с ней в недотрогу? С каких пор я стал таким щепетильным к чужим чувствам? Девчонка задурила мне голову. Но мне не семнадцать, я взрослый мужик. Позволил малолетке, запутать себе мозги настолько, что в собственной ванной подрочить боюсь?
Окей, я обещал, что не трону ее. Секс наш… Будет. До выходных подожду с этим, но не дольше… Сделаю все правильно, как и обещал ее отцу. После росписи… Но, блять… Поцелуй! Какого черта я не могу получить ее поцелуй? Сабина, прямо сейчас, здесь, рядом со мной. Я у себя дома. Мы одни…"
Проблемы? Нет проблем.
Я выхожу из ванной комнаты и решительно иду к ней. Хотя, «иду» это только на словах. Заштопанная голень сумасшедше ноет и приходится хромать словно долбаному калеке. Тем не менее, эффект неожиданности я не упустил.
Сабина стоит спиной ко мне. Отставила свою чашку с кофе в сторону. Оборачивается и смотрит на меня, обнаженного по пояс и идущего прямиком к ней. Девчонка удивленно и взволнованно распахивает глаза и рот одновременно. Очень вовремя…
Я обхватываю рукой ее шею, ведя ладонью вдоль ее лица и целую. Мои губы захватывают ее приоткрытый горячий рот и мой язык ласкает ее губы, впиваясь в нее со всей страстью. Секунду она не двигается, сбита с толку. Но ее губы отвечают мне. Ее язык скользит по моим губам. Она громко выдыхает. Ее горячее дыхание со вкусом молочного кофе, попадает мне в рот, еще больше распаляя меня.
«Ох, да… То что нужно! Вот это кайф! Сладкая и горькая одновременно…»
Полминуты спустя она с силой отталкивает меня.
— Нет! Прек… Прекрати, блин! Фу… Какого черта ты делаешь⁈
Отошла и дышит тяжело, поспешно вытирая свои губы. Смотрит на меня как на врага.
Я развел руки в стороны и не пойму в чем мое преступление.
— Что⁈
Смотрю на нее с вызовом, не оставляя и шанса, командовать здесь. Нет, это моя территория. А про себя только и думаю о том, что она сказала «фу» моему поцелую.
«Черт возьми, я может и подрастерялся немного, но это точно не было 'фу»…"
Сабина спешно натягивает носки. Игнорирует меня. Оглядывается в поисках своих брюк от костюма. Явно намерена уйти. Бубнит гневно под нос:
— Ты не имел права… Я не разрешала тебе! Черт… вот, так и знала! Почему я решила, что ты мог измениться? Ты все испортил, понял⁈ Не способен общаться нормально? Привык все силой брать? Не со мной, бля, не со мной! Только тронь еще раз! Только попробуй!
— Пфф… не разрешала она… Детский сад. Я сам себе разрешил. Ты забыла? Я говорю — ты слушаешься. Я хочу — ты не споришь! Ты блять, что о себе возомнила? Последний месяц проблем мне подкинула, до неба. Я плохой? Терплю все твои загоны и психи молча. Жду когда ты мой дом спалишь. По твоей милости, вчера не отдыхал после работы, а блять долбаным сайгаком мчался по трассе, спасать тебя от очередных проблем, которые ты как магнит притягиваешь! Чудом, жив остался. Пуля по касательной чиркнула. На ребрах живого места нет. Ногу вспороли, восемь швов, теперь, на одной прыгаю! Но это я, значит, сука обнаглел? Это я, не имею права… Да, блять?
Чувствую, что хорошо я так завелся…
Сабина слушает и губы кусает раздраженно. Смотрит на меня, ничуть не испуганно. Бросила высокомерный взгляд и отвернувшись от меня, через плечо кинула, собираясь уходить:
— Ты мне отвратителен… Я больше не хочу тебя видеть! Ты никогда не изменишься. Хочешь знать? Сейчас, ты ничуть не лучше тех вчерашних уродов…
Я подхожу к ней ближе.
— Секунду, что? Что ты сказала?
Она голову подняла и смотрит на меня с вызовом.
— То самое, что слышал… Не подходи!
— Да, что ты говоришь! Вот так, значит⁈
Говорю ей, а в голове моей уже ни одной зрелой мысли — один яд и псих мной управляет. Ощущаю, что натворю я сейчас многое, если она не замолчит, а молчать она и не думает. Головой своей упрямой, рыжей мотает и под финал, словно спичку на порох бросила:
— Да…
Ответила и на меня смотрит. Только куда-то вся уверенность ее испарилась. Поняла по моему побледневшему от злости лицу, что ее слова попали в цель. Делает разворот и давай убегать. Я хоть и не такой шустрый, как со здоровой ногой, но догнать ее успел. Подсекаю и валю на пол. Она орет и уползает от меня, цепляясь пальцами за ковролин.
Я ржу, но не от веселья, а скорее как помешанный.
«Все, довела, зараза малая!»
Поймал ее и подмял под себя на полу. Собственным весом удерживаю, навалился на нее сверху. Стараюсь не думать о том, что она без белья, в одной футболке подо мной. Между нашими телами только тонкая ткань…
Прикрываю ей рот ладонью, пальцами ощущая ее разъяренное дыхание. Она старается высвободиться, брыкаясь и ерзая подо мной…
— Спокойно, лошадка моя ретивая… Я не один из твоих пиздюков, которым ты мозги трахаешь. А может и не только мозги, трахала им… А⁈ Я тебя насчет девственности, заметь, не проверял. Взял, какая была…. Хотя, скрывать не буду, у меня яйца как два камня от воздержания. Потому что я слово твоему отцу дал, что секс у нас будет только после росписи в загсе. Поэтому, радуйся детка, что я джентльмен и только язык тебе в рот засунул, а не мой член.
— Ты… Ты… Гад… С кем это я трахалась? Я не такая! Что ты о себе возомнил⁈
— Ого, «не такая»…. А какая⁈
— Не собираюсь с тобой говорить! Отпусти меня, гад. Ненавижу тебя!
Дышит так горячо, когда злится. Рот ее, как назло такой, что целовать только создан. Я блин, хочу ее, сил нет сдерживать себя. Да, к черту все!
Прижимаю ее за шейку к себе. Захватываю ее рот своим и целую. Она сопротивляется, а мне только это и нужно. Ладонью под задницу ее упругую веду, сжимая в руке….
«Ох, горячая какая!»
Она орет и серьезно так, коленом хотела садануть меня. Я ноги ее раздвинул и прижался бедрами к ее киске. Рот ей закрыл ладонью и смотрю на нее.
— Все, не целую больше, змеюка упрямая. Не хочешь ласки. Окей! Не ори! Слышала, что я сказал⁈ Я слово дал, значит не трону тебя. Блядь, не ори… Слушай меня! Вот так. Сейчас я уберу руку и мы поговорим с тобой как взрослые, адекватные люди…
Медленно ладонь убираю. Молчит. Смотрит на меня, делая вдох.
— Молодец. Кое-что ты все же усвоила…
Вижу, ненадолго молчание ее, смотрит меня с такой ненавистью…
— Ты девчонка с гонором, я понял это еще в первый день… Но нам пора поговорить, о том что происходит у нас. Хочу понять, что в твоей голове спрятано глубоко-глубоко… Ты меня в тупик загнала своим поведением. Разберись с головушкой, иначе я путаюсь. Сказать мне «урод, гад…» несложно. Но зачем говоришь это мне, если ты так не считаешь⁈
— Ты и есть, гад. Я тебя ненавижу!
— Пфф… Окей. Ну а как быть со всем остальным, Сабина? Ты заснула вчера, обнимая меня. Пледом укрыла меня во сне. И не ври, что это из благодарности было… Зачем осталась со мной до утра?
— Я… уже жалею! Поверь!
— Это еще не все… В тот день, когда я дрался на пустыре… Помнишь, ты меня раздевала. Водой обмывала? Вот-вот, щеки твои покраснели… Вижу, не только помнишь, но и понимаешь о чем я говорю. Да, об этом самом… Ты пальчиками своими ни сантиметра моего тела не упустила. Помнишь, где руки твои были? У меня чуть член не загорелся, тогда. Ты же это сама делала. Я тебя не просил меня руками мыть…. Мне пришлось тебя дважды окликнуть, чтобы ты перестала на меня полуголого пялиться…
Сабина от возмущения рот приоткрыла и только воздух захватывает и ни слова…
— Ты… Ты… специально это говоришь, чтобы обидеть… Гад неблагодарный! Вот теперь, сам себе помогай, хоть загнись! И… не пялилась я, размечтался…
— Шшш…. Было это, не лги! А сегодня утром? Почему ты до сих пор в моей футболке? И… Я уже молчу про поцелуй. Ты могла сразу оттолкнуть меня. Но нет. Ты ответила мне, поцеловала меня, а как только поняла это, смутилась и оттолкнула. Что, этого тоже не было?
Сабина все отрицает. Мотает головой, насмешливо закатывая глаза. Однако, алый румянец на ее лице, все разрастался, густо покрывая ее щеки. Так забавно это наблюдать… Не видел ее смущенной.
«Блин… Я ей нравлюсь?»
— Сабина, ну кончай…. Тебе не пять лет! Ты взрослая девушка… Признай наконец, что мои прикосновения и мои поцелуи тебе не так уж и неприятны. Разрешаю это проверить, прямо сейчас. Мои губы рядом, можешь повторить. Потому что, честно говоря за те полсекунды я не понял, умеешь ли ты целоваться, вообще…
— Пфф… Поверь, умею! Но я не собираюсь это делать с тобой! Но конечно, ты же прав, потому что сильнее!
— Да, я прав, и я сильнее. Но мы не об этом говорим… Мы говорим о том, что ты врешь.
— Нет…
Смотрю на ее постоянно открывающийся для глубокого вдоха алый, мокрый рот.
— Блин, твои губы отвлекают меня… Так почему, нет? Хочешь ты это признавать или нет, похоже, я тебе нравлюсь, Сабина…
— Уфф… О, боже…. Да, отвали от меня уже! Ты украл меня и сам, ничем не лучше моего отца! Отстань! Избавь меня от своих дурацких вопросов!
— Не сравнивай меня с «Лютым»! Ты даже не знаешь в чьи руки тебя собирались продать. Далеко бы ты не убежала… Спасти тебя хотел, глупую и сам попал. Да, выкупил тебя… Пылинки с тебя сдуваю, но ты, неблагодарная!
— Ой, спасибо, добрый хозяин! Какая я неблагодарная… Купил меня как куклу-шлюшку для сексуальных забав. А я против. Не оценила твоей заботы, да?
— Кукла-шлюшка? Ты в себе? Никогда я не вел себя с тобой, так. Дом в твоем распоряжении. Я неделями в отъездах. Что ты несешь⁈ Я дал тебе время. В доме ты живешь как полноправная хозяйка. Вежлив с тобой, даже когда ты мне хамишь. Хочу заботится о тебе и делаю все для этого. Уважаю твои чувства. Да и внешне, не урод, вроде. Шрамом, это ты меня украсила — ни слова не сказал тебе… Так что мне сделать, ответь, чтобы ты пришла в себя? Чтобы наконец подумала: «Хм… Лука, наверное, не такой и гад. Скажу-ка я ему спасибо… А?»
Сабина отвернулась, но я ее лицо удерживаю.
— Я не выпущу тебя, пока не ответишь мне!
Сабина вспыхивает и почти орет мне в лицо ударяя меня маленькими кулачками:
— С П А С И Б О! Ты доволен⁈ Да, вчера ты спас меня. Но этого бы не случилось, если бы ты не выкрал меня и не вернул отцу. Ты ждешь правду? Окей! Во первых — ты старый и скучный, это очевидно всем, кроме тебя! С чего мне любовь к тебе изображать⁈ Приди в себя! Во вторых — ты бандит и ты психованный. Ты — смешон со своими надеждами! Я не люблю тебя, ты мне противен! Можешь взять меня силой, но ты не изменишь этого. Я лишь буду ненавидеть тебя сильнее… И самое главное — я не свободна, здесь! Плевать мне на всю твою заботу. Я этого не просила! Теперь, сделай одолжение, отъебись от меня и дай мне уйти!
Смотрю ей в лицо, молча. Отпускаю ее и приподнимаюсь. Сел рядом. Помогаю ей встать. Отвернулся от нее. Иду хромая к креслу, на ходу хватая чашку с остывшим кофе. Выпиваю растерянно залпом и оглядываюсь назад…
Думал ее и нет уже здесь. Нет, стоит и смотрит на меня. Хотела бы уйти — ушла бы, сто раз. Но нет, стоит. Что у нее в голове? Смотрит на меня. Не равнодушно смотрит, а так, словно накосячила и думает как исправить.
«Какого черта она мне мозги морочит?» Повторяю уже вслух, но немного иначе:
— С какого черта ты решила, что я старый? Мне тридцать два, и то, будет… Не пятьдесят… И, кстати, я не бандит. Мой бизнес, абсолютно законный. Я плачу налоги. Не усмехайся. Плачу! И это блять, не маленькая сумма. Да, мне частенько приходится защищать мой бизнес кулаками. От таких, как те, что ты видела вчера. Но такова цена за успешность моего дела. Всегда есть желающие отнять, отжать, взять на слабо. Что до остального…
Я подошел к ней и смотрю на нее откровенно.
— Прошлое не изменишь. Да, я выкупил тебя… Времени ухаживать за тобой, не было… Но здесь, не моя вина… Ты вела себя со мной, как психопатка. Вдобавок, ты из чокнутой семейки… А на счет того, что я тебя совсем не привлекаю… Я уже сказал, и могу повторить. Ты очень большая лгунья, Сабина.
Прижимаюсь к ней крепко, упирая ее спиной в ближайшую стену. Говорю ей на ухо, касаясь губами ее шеи:
— Почему ты до сих пор не ушла? Зачем, все еще слушаешь меня, старого зануду? Я слышу как ты дрожишь и твое дыхание глубокое и прерывистое. Хочешь я скажу тебе, почему?
Я провожу рукой по ее животу, ведя ладонь вниз к ее бедрам. Сабина останавливает мою руку, но я обхватываю ее ладонь и прижимаю своей рукой к ее киске.
— Ощущаешь это? Почувствуй свою киску. Когда я так близко к тебе, она дрожит… Я уверен в этом, как и в том, что ты хочешь меня. Давно хочешь… Мне даже доказывать этого не нужно. Мы оба знаем, что ты уже кончала, глядя на меня…
Сабина тяжело дышит и молчит. Отвернулась. На ее лице раздражение и усмешка. Не искренняя улыбка. Она растеряна. Произносит «нет», слабее чем раньше.
Я обхватил ее лицо и заставил посмотреть мне в глаза.
— К черту твои слова! Они не стоят ничего. Я может и псих, но я не вру себе. Да, я хочу тебя. Но ты, хочешь меня не меньше! Знаю это, вижу это в тебе. Я же не пацан… Не беру тебя силой, но не только из-за обещания. Ты нравишься мне. Очень… Жениться хочу на тебе. Нормальной жизни хочу. Скажи мне, в чем здесь преступление?
Сабина подняла на меня глаза и молчит. Вижу, задумалась. Не орет, уже неплохо.
В этот момент открылась дверь со стороны столовой и в комнату вошла Гуля.
— Лука, прости за беспокойство. Я стучала тебе, несколько раз. Там у ворот какие-то люди. Если я не вовре…
Моя помощница не закончила фразу. Заметила Сабину, что стоит у стены рядом со мной. К тому же, девчонка в моей футболке с голыми ногами. Гуля переводит осуждающий взгляд на меня. Но внезапно, Сабина сама ей ответила:
— Не нужно этих взглядов! Я не трахалась с ним. Мы просто спали в одной комнате…
Сабина накинула куртку и прошла мимо Гули. Поднялась по лестнице и вышла, не оглядываясь на меня.
Я провел ее взглядом и усмехнулся ей вслед.
«Упрямая…»
Гуля смотрит на меня, все еще встревоженно. Я махнул рукой.
— Не бери в голову. Так что там за суета? Соседям, снова Ахиллес свои лаем мешает?
— Нет, Лука. Там что-то серьезное. Полиция. Я не стала говорить при девочке. Какая то женщина с адвокатом. Говорит, что она ее мать.
— Что? Не понял, чья мать?
— Сабины…
— Что за… Сколько Даруша знаю, он все ныл, что мать Сабины бросила ее сразу, как грудью кормить перестала… Он ей платил за каждый день, чтобы не бросила младенца, еще раньше… Это какая-то аферистка, денег с меня срубить хочет… Набери Кузьму, пусть ребята привезут его. Звони ему и срочно!
Смотрю в камеру на пульте охраны. Они держат прибывших на расстоянии от ворот. Впереди, двое. Женщина с мужиком долговязым. Мужик с портфелем, похоже, это их адвокат. Сзади, для полноты картины полицейских двое переминаются. Даже участковый наш, здесь. Его физиономию хорошо знаю.
«Серьезно подготовились…»
Присматриваюсь к женщине. Сомневался кто она, пока не увидел ее волосы. Рыжая, густая грива, точь-в-точь огненная, как у Сабины. Одно хорошо. Значит, девчонка моя не подделка крашенная. Огонечек настоящий, рыжий. Плохо, что это на самом деле, мать ее… Пока Сабина несовершеннолетняя, закон будет на стороне ее матери, даже той, что бросила. Мое опекунство… Каковы его шансы, теперь?
Кузьма, мой юрист приехал и сразу стал общаться с посетителями. Набрал меня. Сказал, что я могу выйти, но чтобы ни слова, без согласования с ним.
Я переоделся. Надел костюм. Взял все документы по опекунству. Свидетельство и документы самого Даруша, что дочь воспитывал, без матери. Вышел к ним. Все юристу, Кузьме, передал. Тот не торопится им все показывать. У себя оставил документы.
Мать Сабины, как меня увидела, подняла крик:
— Вот он, преступник! У меня есть несколько недавних сообщений от дочери, что ее удерживают здесь, насильно.
Кузьма попросил предоставить ему эти сообщения. Они показали.
Он обернулся на меня и взгляд его не сулил ничего хорошего. Однако, он и не подал виду, когда вернулся к разговору с ними.
— Мой клиент, единственный официальный опекун Сабины Даруш. У меня есть множество свидетельств социальных работников, которые лично опрашивали подопечную моего клиента и остались безусловно удовлетворены условиями ее проживания. Без постановления суда, вы не можете требовать встречи с ней. Тем более, забрать ее у моего клиента.
Мать Сабины, несмотря на успокоительные жесты ее мужа и адвоката, после заявления Кузьмы, вспылила. Подняла ор, что я преступник, педофил и насильник. Смотрит на меня ненавидящим взглядом. Ее прямо трясет. На все уверения моего адвоката, кричит одни проклятия.
Мужу удалось заглушить ее на время. На все его спокойные, монотонные реплики она раздраженно закатывала глаза и недовольно фыркала, точно также как это ее дочь делает.
«Так вот в кого Сабина такая строптивая… Я думал это у нее от цыгана.»
Та, не унимается.
— Завтра, рано утром, постановление судьи у нас будет! Ты вернешь мне мою дочь, гад! Бандит! Урод! Подонок! Если узнаю что ты ее хоть пальцем тронул! Берегись! Ты за все ответишь!
Ее адвокат пытается «остудить» ее, но тщетно. Она уже кричит проклятия в мою сторону. Заодно, досталось и моему юристу.
Кузьма очки поправил и с прищуром за ней наблюдает. Я его знаю много лет, он что-то задумал. Отвечает ей, подчеркнуто вежливо.
— Мой клиент заинтересован в законном разрешении конфликта. Его подопечная находится в идеальных условиях проживания, о чем у нас есть официальное подтверждение. Всего вам хорошего.
Кузьма взял документы. Прежде чем попрощаться, он сказал мне:
— Лука, те сообщения от девушки, серьезная проблема. Но я это решу. Все счета, справки и свидетельство ее отца, неплохой ход. Мы докажем, что ее мать неидеальный кандидат в опекуны. Тем более, мне показалось что у нее проблемы с алкоголем, однако, это еще нужно проверить. Вдобавок, она вспыльчива, это нам на руку. Но, проблема не в этом. Судья непременно будет спрашивать Сабину, без свидетелей. Если она выберет мать в качестве опекуна, судья послушает ее. Деньги, здесь не помогут, Лука. Только желание девушки.
Он ушел, а я вернулся в дом.
Значит, у меня остался один день… В том, что завтра Сабина захочет уехать с матерью. Я даже не сомневался…