Невысокий человек в овечьей шубе помахал издали копьем, приветствуя гостей. Мгновение назад он появился из-за остроконечной скалы, словно призрак из мертвого камня.

– Это ты Дмитрий?! – прокричал ему старый проводник.

– Конечно, черти тебя проглоти! Совсем ослеп? Поднимайтесь сюда! – ответил густым басом часовой. – Замерз я уже тут ждать! С утра стою. Нос обледенел.

– Вот и привел вас, – с облегчением вздохнул Василий.

Светозар похлопал проводника по плечу. Он был доволен. Трудный путь на встречу с вожаками скамаров остался позади. Воины-склавины собрались в кучу вокруг вожака. Пар шел от их горячего дыхания. Люди радостно переговаривались. Всем им хотелось горячего ужина и сна. Только он один – старшина – напряженно ожидал важного разговора. Он не знал еще, поддержат ли вторжение склавин все разбойничьи отряды или только малая часть. Он спрашивал себя: «Наберется ли достаточно союзников? Удастся ли с их помощью связать военные силы префектуры Иллирика?»

Мелкие обледенелые камни проскальзывали под ногами воинов. Двое варваров слегка замочили ноги в ручье. Ледяная корка треснула под тяжестью их ступней. Вода живой струйкой выбралась на свободу.

– Глядите, утонете! Дунай перешли, а тут утонете! – засмеялись щербатые склавины над неудачливыми товарищами.

– Ничего, пришли уже. Пришли, – добродушно заметил Василий.

Взгляд Светозара застыл в пустоте. Мелкие происшествия не беспокоили его. Он размышлял: «Даврит правильно поступает, отделяя армию Фракии от армии Иллирика. Наши племена хлынут в эти земли как единая, все заполняющая и всюду проникающая лавина. Сокрушительная, но неуправляемая. Дружины князь поведет сам. Если мне удастся в Мизии отвлечь врага, то наши главные силы легко пройдут через Фракию до самих стен города Константина». Светозар преклонялся перед князем союзных племен. Только на его замысле держался успех. Склавины много раз вторгались в Византию, но никогда еще они не могли отторгнуть от нее, подчинить себе эти земли. Теперь, казалось, Даврит учел все, а главное – слабости своего войска. Светозар не сомневался в общем успехе. Его беспокоило только порученное дело. «Пойдут ли скамары вместе с нами?» – спрашивал он себя снова и снова.

– Хвала Иисусу и духам этого края, – прошептал Василий, – верю, что наши вожаки не откажут твоему королю.

– И я верю, – ответил Светозар. Он оглянулся: люди позади снова растянулись в цепочку. «Хорошо будет парням получить немного тепла и покоя. Да и я передохну», – подумал он с облегчением.

Внезапно старшина вспомнил свой прошлый поход в Македонию. Местные крестьяне пленили его мысли речами о богатстве Фесалоники.

Светозар даже тайком подобрался к стенам города. Но людей с ним было мало. Он ушел, но запомнил это место, и оно не выходило у него из головы. «Придет время, ты завладеешь этим городом, – твердил ему временами внутренний голос, – Перун возрадуется от победы, а руки отважных воинов будут утопать в добыче». Светозар сжал зубы от досады. Он не забыл, как возле тайного святилища бога грома поклялся вернуться к этому месту – к этому богатому римскому городу.

Низкий голос позади тихонько затянул:

На миг Светозар остановился и посмотрел на своих людей. Голос поющего смолк. Один из молодых склавин ответил на взгляд старшины. «Совсем еще мальчик, – подумал Светозар, вглядываясь в чистое лицо юноши, – наверное, не старше, чем я в дни своей первой битвы». Он вздохнул, припомнив себя тех же лет, и продолжил движение. Но в ушах его ревела памятное сражение, забыть которое он был не в силах.

Это случилось такой же зимой. В Иллирии князь Кривоступ атаковал на рассвете отряд римской пехоты, охранявшей обоз. Дружинников было вдвое больше, чем солдат. Но слаженность действий византийцев потрясла молодого воина. Бой завязался возле извилистой речки, вдоль которой шла дорога. Склавины атаковали колонну по всей длине. Но римляне по сигналу трубы поснимали щиты со спин и выстроились в линию с мощными флангами. Пробить ее оказалось невозможно.

Слышны были резкие выкрики римских сотников:

– Держать оборону! Места товарищей занимать быстро!

Кривоступ навалился на римлян с лучшими воинами. Светозар был недалеко и видел, как высоко поднимается топор князя. Склавины сразу израсходовали свои дротики. Немалый урон был нанесен врагу в первый момент боя. Однако солдаты империи сдержали натиск. Скифы откатились, чтобы атаковать второй раз, и в этот момент византийцы дали несколько залпов дротиками.

– Прими, Перун… – простонал воин, павший рядом со Светозаром.

– Во имя Христа! Еще! – надрывался римский командир. – Еще!

Потрясенный юноша видел, что снаряды врага сыпались прямо на головы дружинников. Люди валились со всех сторон. Мало кто из скифов успевал закрыться щитом, более тяжелым и менее прочным, чем у римлян. Странными показались молодому воину и дротики врага. Они были короче обычных и имели металлический противовес возле наконечника, а на хвосте – оперение словно у стрелы.

Дружинники остановились. Но нового залпа не последовало. Проревела труба, и римляне ровным строем двинулись вперед. Князь снова повел склавин вперед. И снова Светозар видел, как вражеские воины пустили в дело свои страшные непонятные снаряды. Мало кто из нападавших имел броню или шлем. Плохо было и то, что щиты склавин слабо помогали от почти вертикально сыпавшихся снарядов.

«Они не дали нам тогда навалиться на свой строй, – подумал Светозар, вспоминая конец того страшного дня. – Они умело отразили наш первый натиск, а дальше расстроили наши ряды, уничтожили наш напор и погнали нас прочь с места сражения. Но в спину бегущим они бросали свои дротики прямо. И я бежал вместе с остальными, бросив свой тяжелый щит. Думал я тогда только о том, чтобы увидеть мать». Старшина немного приподнял с мокрого лба меховую шапку. «Что-то стало жарковато, – сказал он себе, – наверное, потеплело». Он был рад, что остался в тот день жив. Но Кривоступ не вышел из боя. Его голову римляне носили потом на копье. Светозар издали видел это и слышал торжествующие возгласы врага.

– Да, воевать с императором непросто, – пробормотал старшина. – Объяснить бы это молодым…

– Кто говорит, что просто? – Василий подмигнул ему. – Воевать вообще нелегко, а солдаты нашего ублюдочного государя свое дело знают. Если им задолжала казна, то они злы, а если заплатила, так они готовы все поскорее сделать и никакой жалости в них нет.

– На все у тебя есть ответ, старик, – улыбнулся Светозар.

– С ним так, – кивнул разбойник Дмитрий.

Миновав незаметную издали расщелину, гости вышли к небольшому поселению, наполовину вытесанному в скале, наполовину сложенному из камней. Крыши грубо выстроенных домов покрывали колючие хвойные ветки и солома. Окон жилища не имели. В загонах прохаживались овцы и козы. Под бревенчатым настилом животные лежали, прижавшись друг к другу. Собаки с интересом обнюхивали пришельцев. Некоторые псы, чтобы показать, чья здесь территория, задирали лапы на валуны. Воздух дышал жизнью. На вертелах жарилось мясо. Еще какая-то пища стояла в больших глиняных горшках у огня. И сквозь навозную кислоту пробивался приятный запах пищи.

Невысокий человек крепкого сложения, одетый в медвежью шубу, вышел навстречу варварам с распростертыми объятиями. Черные кудри торчали на его голове во все стороны. Рыжая с черным волосом борода оттопыривалась вперед, обрезанная, словно обрубленная топором. Лицо мужчины было желтоватым, усыпанным веснушками и давнишними шрамами. Особенно заметным казался оставленный стрелой рубец под правым глазом. Светозар сразу угадал в этом существе Ржавого Сергия, вожака здешних мятежников.

– Рад вам, друзья! Рад! – прохрипел Сергий. Улыбнулся желтыми короткими зубами. Приветливо оглядел гостей. – Не зря моя жена столько молилась. Христос оберегал вас в дороге, как своих детей. К часу прибыли, к самому часу.

Голос вожака скамаров был груб.

– Он это, – тихонько подсказал Светозару Василий, – Ржавый.

– Долгие годы тебе, добрый хозяин! Пусть духи дома защищают твой очаг, а твой бог всегда будет рядом, чтобы помочь, – отозвался старшина склавин. Положил ладонь на сердце. – Даврит шлет тебе привет и пожелание удачи, отважный Сергий!

Оба вожака крепко обнялись на глазах прибывших варваров, собравшихся разбойников, женщин и детей. Светозар распахнул шубу. Снял с горячего тела цепь красного золота, украшенную рубинами. Протянул главе скамаров.

– Не от меня, от князя прими этот подарок в знак крепости дружбы. Пусть неразрывна она будет и обильна.

– Таких богатых даров у меня для тебя нет, но накормить сытно я вас могу. Все мы рады будем согреть северных братьев у наших вольных очагов. Проходи, дорогой гость. Вожди ждут тебя. Василий, позаботься о воинах. Пусть никто не уснет сегодня голодным!

Аромат жареной козлятины резал путникам животы. Сбрасывая мешки и оружие, они располагались возле огня, на камнях укрытых шкурами. Женщины в серых шерстяных одеждах подносили им яблочное вино, подавали мясо. Жир от горячей козлятины разбегался по грязным пальцам. Соленый сыр крошился в грубых руках. Мужчины-скамары присаживались рядом, знакомились, завязывали разговор на смеси языков.

Смешивались не только люди. Смешивались планы.