С перестройкой и в деревне завелась мода – покрывать полы линолеумом. Сколько скандалов было, сколько визжали и донимали бабы, сколько успоряли мужики! И сколько обиды, а то и зависти накипело в сердцах сельских жителей оттого, что одни могли раскошелиться на этакую прихоть, а другие и на хлеб не всегда имели. Денег-то не хватало. Откуда они – деньги? Забастовки в стране. Половина посёлка – без дела. А кто и работает, получку месяцами не видит. Но бабам разве докажешь?

Не миновала напасть и наш дом. И как-то мама затеяла разговор о том, что нужно бы и нам подсуетиться. Отец, понятно, в штыки. Ему главное – чтобы в доме сытно да дети – одеты-обуты, а на красоту плевать. Мать – в слёзы: соседей стыдно! «Будут, – кричит, – ребятишек дразнить на улице, что Антипины – нищие…»

Не разговаривали несколько дней, порознь столовались. Болезненно тихо – садись в уголок и плачь – было в нашей квартире. И мы, ребятишки, не знали, чью сторону занять: и по линолеуму охота побегать босиком, и отцу трудно…

А пришла в гости бабка Надя Полякова – ещё не так чтобы обведшая старуха, со смертью мужа куковавшая одна в большом доме, – выслушала обе стороны, непритворно посочувствовала той и другой, да и решила спор:

– Линолюм стелить? Да вы чё?! Он же – к покойнику… – И отцу украдкой подмигнула.

Мать тут и села! И долго о линолеуме не заикалась.