К началу Великой Отечественной войны в Красной армии было разработано и направлено в войска Наставление по полевому водоснабжению. Оно регламентировало вопросы качества воды, нормы ее потребления, разведку воды, бурение скважин, подъем, очистку, хранение и перевозку воды, создание водных пунктов и полевых водопроводов, организацию водоснабжения в наступлении, обороне и на марше, а также водоснабжение в особых условиях: в безводных и жарких регионах, в горно-пустынной и лесисто-болотистой местности[49].
Снабжение войск водой в полевых условиях являлось одной из важных задач инженерного обеспечения в оборонительных и наступательных боях. На инженерные войска была возложена обязанность снабжать соединения и части техническими средствами добычи и очистки воды, а также мягкой тарой для ее хранения и транспортировки. В составе инженерных войск имелись отдельные гидротехнические роты, отдельные роты полевого водоснабжения и отряды глубокого бурения. В ряде операций к выполнению такого рода работ привлекались и другие инженерные подразделения, а для самых простейших из них, не требующих специальной подготовки и сложных технических средств, – подразделения и части родов войск. Транспортировка и обеззараживание воды возлагались соответственно на органы тыла и медицинскую службу[50].
Основой водоснабжения войск в полевых условиях выступали пункты водоснабжения (водные пункты) различной производительности. Они разворачивались в условиях недостатка качественной питьевой воды для обеспечения личного состава, водопоя, заправки машин, помывки. Наибольшее число таких пунктов были рассчитаны на использование батальоном или ротой. Они устраивались преимущественно на шахтных колодцах различных типов. 20–40 % пунктов водоснабжения представляли собой простейшие из колодцев – так называемые «копанки». Некоторые пункты водоснабжения устраивались и на скважинах. Как правило, их глубина не превышала 15 м. Однако бурились и более глубокие скважины от 20 до 70 м. В отдельных случаях глубина могла превышать 100 м[51].
Вода в войсках подразделялась на ту, что использовалась для хозяйственно-питьевых, технических целей, водопоя конского состава и скота. К каждой из этих категорий предъявлялись свои требования по качеству. Самые высокие – к воде, предназначенной для питья людьми[52]. В этой связи широкое распространение получила обработка воды. На крупных пунктах водоснабжения, оборудованных на поверхностных источниках, проводилось ее коагулирование с отстаиванием и фильтрованием.
Важным аспектом повышения качества потребляемой воды было ее обеззараживание. Широко практиковалось хлорирование воды хлорной известью непосредственно в шахтных колодцах. В первый год Великой Отечественной войны применялись также табельные носимые хлораторы для обработки воды газообразным хлором. Для обеззараживания воды во флягах и котелках в значительных количествах употреблялись пантоцид и гипохлорит кальция. Для осветления и обеззараживания воды войсками применялись переносные фильтры. В Красной армии были разработаны, апробированы и широко применялись столь сложные методики обеззараживания воды, которые позволяли использовать в качестве питьевой воду, полученную из болот[53].
В маловодных районах практиковалось устройство водозаборных пунктов, а также подвоз воды, иногда на расстояние в десятки км. Подача воды на крупные водозаборные пункты осуществлялась железнодорожными цистернами и даже специальными поездами (Крымский фронт в 1942 году, Забайкальский фронт в 1945 году). В наступлении и на марше войска пользовались запасами воды, возимыми в табельной или подручной таре на боевых и транспортных машинах. В отдельных случаях использовалась вода, полученная от таяния снега. Эти аспекты наиболее детально регламентировались в книге Водоснабжение войск в полевых условиях, изданной в 1942 году[54].
Практика войны подтвердила целесообразность применения в ряде случаев полевых водопроводов небольшой протяженности. Обычно они прокладывались для обеспечения водой полевых управлений фронтов. К примеру, в одной из дивизий 4-го Украинского фронта по дну залива Сиваш проложили водопровод диаметром 50 мм и длиной 1 км из газовых труб[55].
В целях разведки воды уже в 1941 году на ряде фронтов Великой Отечественной войны работали отдельные специалисты или группы геологов и гидрогеологов. На отдельных участках фронтов гидрогеология играла в полевом водоснабжении войск значительную роль. Случалось, что неглубокие воды районов боевых действий оказывались горько-солеными и непригодными для питья. В таких случаях требовался подвоз к передовым позициям Красной армии воды из артезианских скважин. Находила использование также вода родников, выходящих из известняков-ракушечников. Вместе с тем, основным способом изучения предстоящего района боевых действий с точки зрения водоснабжения, было использование гидрогеологических карт крупного масштаба[56].
На протяжении всей войны не ослабевала работа по созданию и внедрению в практику войск инструкций, наставлений и учебных пособий по вопросам водоснабжения[57]. Среди наиболее значимых можно перечислить следующие:
Антоненко К. И., Поздняков Н. А. Водоснабжение войск в полевых условиях, 1942 год;
Инструкция по эксплуатации тканево-угольного фильтра ТУФ, 1942 год;
Плышевский. Что нужно знать о воде для питья, 1942 год;
Инструкция по добыче и очистке воды подручными средствами, 1943 год;
Средства полевого водоснабжения, 1943 год;
Инструкция по эксплуатации возимой фильтровальной станции ВФС-1000, 1943 год;
Калабугин, Чаплин. Устройство шахтных колодцев войсками, 1943 год;
Фальковский. Полевое водоснабжение, 1943 год;
Инструкция по эксплуатации ручного штангового насоса, 1944 год;
Калугин. Водоснабжение войск зимой, 1944 год;
Плышевский. Трофейная техника полевого водоснабжения войск. 1944 год.
Во время подготовки операций инженерные части и подразделения в исходном районе для наступления расширяли сеть пунктов водоснабжения. С этой целью они проводили разведку источников воды, определяли ее количество и качество, ремонтировали и строили новые колодцы и скважины, создавали пункты водоснабжения на позициях и путях движения прибывающих войск. Кроме того, в дополнение к табельной таре, саперы изготавливали емкости для транспортировки воды и распределяли их по частям и соединениям родов войск[58].
Отдельным направлением развития теории и практики водоснабжения войск являлось снабжение зимой. Оно имело существенную специфику, которую необходимо было учитывать. К примеру, зимой 1943 года 71,5 % колодцев одного из крупных соединений Красной армии замерзли и вышли из строя. Причиной были не только сильные морозы, но и пренебрежение требованиями руководящих документов, в полной мере регламентировавших вопросы водоснабжения зимой[59].
Практика боевых действий выявила нехватку специализированных подразделений водоснабжения. В апреле 1942 года по ходатайству начальника инженерных войск Красной армии были дополнительно сформированы 21 рота полевого водоснабжения и 10 гидротехнических рот. В результате стало возможным усиливать армии, действовавшие в районах, где снабжение водой затруднено, как минимум одной такой ротой[60].
При подготовке контрнаступления в трудном положении оказались войска 28-й армии, действовавшие в безводных степных районах. Их минимальная ежесуточная потребность в воде на 1 ноября 1942 года составляла около 2 тыс. м3. Дебит же всех источников был всего 600 м3 в сутки – немногим больше одной четверти от потребного объема. Некоторые части армии находились на расстоянии 20–25 км от источников воды. Шахтные колодцы, отрытые в нескольких местах, давали горько-соленую воду. Аналогичное положение создалось и на левом фланге 51-й армии.
Для обеспечения водой войскам 28-й и 51-й армий были приданы соответственно 45-я гидротехническая рота и 80-я рота полевого водоснабжения. В короткие сроки они пробурили в районах, наименее обеспеченных водой, необходимое количество скважин. Для снабжения госпиталей, эвакопунктов и запасных полков в полосу фронтового тыла на направление этих армий была выделена 44-я гидротехническая рота, которая за 19 суток построила 50 и отремонтировала девять колодцев в районах, имевших пресную воду[61].
В составе десанта на Малой земле были воины 54-й гидротехнической роты. В тяжелых условиях, под сильным огнем противника они обеспечили войска водой. 1 апреля 1943 года по постановлению Военного совета 18-й армии рота была направлена на восстановление участка водопровода от Кабардинки до цементного завода «Октябрь», протяжением 19 км. Водопроводная линия от артиллерийского огня и бомбовых ударов противника сильно пострадала. За 15 суток воины восстановили ее, ликвидировав разрушения в 52 местах. Чтобы не пускать воду в занятый врагом Новороссийск, в районе цементного завода «Октябрь», в 20 м от переднего края, саперы перерезали трубопровод и поставили заглушку. Все участники этой операции были награждены медалями «За отвагу»[62].
В дополнение к штатным подразделениям, для лучшей организации обеспечения водой в войсках создавались нештатные команды водоснабжения. В каждом батальоне (дивизионе) для решения этих задач выделялось отделение, в дивизионном и корпусном саперных батальонах – рота, а в инженерной бригаде – батальон полностью и по роте в других батальонах. Объем работ по организации водоснабжения войск наглядно демонстрируется следующими цифрами: в период подготовки к контрнаступлению войск Сталинградского фронта к обеспечению наступающих войск водой были привлечены несколько гидротехнических рот и рот полевого водоснабжения, а также 45 саперных рот[63].
В третьем периоде Великой Отечественной войны в операциях 1944–1945 годов появились такие элементы боевого порядка и оперативного построения инженерных войск, как гидротехнические группы и отряды водоснабжения. Большой объем работ по водоснабжению был выполнен при подготовке и проведении Крымской операции весной 1944 года. Так, 6-я, 54-я гидротехнические роты и 56-я рота полевого водоснабжения в ходе подготовки операции оборудовали на Таманском полуострове 98 источников воды общим дебитом 3,9 тыс. м3 в сутки. В ходе наступления в Крыму 6-я, 16-я и 54-я гидротехнические роты обследовали 350 шахтных колодцев, родников и скважин, восстановили водопроводы в городах Керчь, Феодосия и Старый Крым.
Сложнее обстояло дело со снабжением войск водой в исходных районах для наступления во 2-м и 3-м Украинских фронтах при подготовке Ясско-Кишиневской операции. Потребовалось обследовать все источники воды, закрыть непригодные, отремонтировать сохраняемые и отрыть новые. Только в полосе 2-го Украинского фронта было отрыто и отремонтировано более 2,5 тыс. колодцев. Для выполнения этих работ, кроме частей полевого водоснабжения, было привлечено по одному специально подготовленному взводу от каждой армейской бригады. В результате каждый стрелковый и танковый батальон имел не менее одного пункта водоснабжения. Большинство источников, используемых войсками, находилось в системе ходов сообщения, что давало возможность пользоваться водой в любое время суток. В траншеях переднего края были устроены ниши и установлена тара с питьевой водой[64].
Отступая под натиском советских войск, противник стремился превратить оставляемую территорию в зону пустыни. Он приводил в негодность водопроводы и колодцы, засыпал мусором и трупами животных водохранилища, отравлял воду с помощью химикатов. Можно было рассчитывать лишь на воду из подземных источников. В этой связи объем работ, связанных с водоснабжением войск в наступлении, значительно возрастал. Важнейшее значение отводилось разведке воды, которую обычно проводили группы из четырех-пяти подготовленных саперов. Кроме них в состав общевойсковой и инженерной разведки включались три – пять саперов-гидрологов[65].
Примечательно, что в период наступательных операций Красной армии вода приобрела еще и сакральный смысл. Одним из самых известных агитационных плакатов, посвященных взятию Киева и форсированию Днепра, стало произведение Виктора Иванова под названием «Пьем воду родного Днепра», созданное в 1943 году. Центральным образом плаката стал солдат-красноармеец, пьющий воду из каски, которую он зачерпнул в Днепре. Казалось бы, в самом образе нет никаких примечательных элементов, однако сам он весь словно источает торжественность момента и твердую решимость в том, что освобождение советских земель успешно продолжится и дальше. Для большего эффекта плакат в ярком соцреалистическом стиле подчеркивает намерения красноармейцев-освободителей: «Пьем воду родного Днепра, будем пить из Прута, Немана и Буга!»
Всего за время Великой Отечественной войны была проведена разведка более 53 тыс. шахтных колодцев и более 500 только глубоких скважин, а также выполнено более 20 тыс. химических и более 15 тыс. бактериологических анализов воды. При разведке подземных вод было пробурено более 800 мелких и глубоких скважин. В большинстве городов и населенных пунктов производилась специальная разведка головных сооружений водопроводной сети и системы электроснабжения[66].
Безусловно, такая масштабная работа не могла быть проведена без соответствующей материальной базы. Известный теоретик и практик военно-медицинского дела В. А. Виноградов-Воложинский, возглавлявший в годы Великой Отечественной войны кафедру военной гигиены Военно-медицинской академии, охарактеризовал этот аспект следующим образом: «Современная весьма сложная и ответственная задача полевого водоснабжения может быть разрешена лишь при применении мощных технических средств»[67].
В годы войны существенно расширилась номенклатура технических средств водоснабжения. В дополнение к тем, что существовали в Красной армии в 1941 году, появились земляные буры, мелкие трубчатые колодцы, глубокие трубчатые колодцы, буровые станции, агрегаты вращательного бурения, ручные штанговые насосы, штанговые насосы с лебедками, диафрагмовые насосы, эрлифты, новые фильтры, возимая фильтровальная станция ВФС-1000. Появились резервуар-цистерны РЦ-1200 на базе ГАЗ-АА, ЗИС-5, ЗИС-6, резервуары БТР-1000 и БТР-100[68].
Необходимо упомянуть, что водоснабжению войск уделялось существенное внимание и у союзников, и у противников СССР. В частности, значительные усилия в этом направлении прилагались в Германии. Об эффективности этой работы в стане противника говорит пример танковой армии под командованием генерал-полковника Э. Роммеля. До начала Второй мировой войны пустыни на севере Африки не рассматривались как театр масштабных боевых действий. Эксперты предполагали, что из-за недостатка воды в египетской пустыне может находиться войск суммарно не более бригады. Однако в составе немецких войск на севере Африки решали задачи 580-й моторизованный батальон водоснабжения и 300-й водоразведочный батальон оазисов, что позволило снабдить водой танковую армию[69].
С победой над Германией боевые действия перенеслись на Дальневосточный театр, который по сравнению с Европейским был более сложным с точки зрения водоснабжения. В условиях пустынно-степной безводной местности, где сосредоточились части и соединения Забайкальского фронта, прежде всего требовалось снабдить войска водой. В районах, в которых предстояло вести боевые действия, рассчитывать приходилось лишь на подземные воды[70].
Особые трудности пришлось преодолевать в ходе Хингано-Мукденской фронтовой наступательной операции. Для Забайкальского фронта, наступавшего в пустынно-степной местности, водоснабжение войск было сложной задачей. Еще до прибытия с запада основной массы войск для создания системы их водоснабжения было выделено пять инженерных батальонов и рота полевого водоснабжения. Они развернули работы в районах предстоящей выгрузки войск, на маршрутах выдвижения и в районах сосредоточения.
Недостаток воды стал ощущаться сразу же с началом наступления. В связи с этим была установлена жесткая норма расходования – 5 л в сутки на человека, 25 л – на автомашину и 100 л – на танк[71]. С прибытием с запада трех армий, а также инженерных частей и соединений фронтового подчинения мероприятия по водоснабжению приняли еще более широкий размах. Помимо восьми гидротехнических рот и трех рот полевого водоснабжения для обеспечения войск водой из каждой штурмовой или инженерно-саперной бригады было выделено по батальону, из остальных батальонов этих бригад, из корпусных и дивизионных саперных батальонов – по роте.
Кроме специализированных подразделений к решению задач водоснабжения были привлечены до половины численности инженерной службы фронта, а также значительное количество нештатных подразделений. В частях родов войск создавались нештатные команды водоснабжения из расчета одно стрелковое отделение (орудийный расчет) на батальон (дивизион)[72]. С 10 июля по 8 августа 1945 года инженерные войска с помощью нештатных команд построили 1194 и отремонтировали 322 шахтных колодца, ввели в действие 21 скважину, развернули 61 пункт водоснабжения. В результате удалось почти полностью удовлетворить потребность фронта в воде[73].
В ходе наступления водоснабжение было организовано следующим образом: инженерные подразделения, действовавшие с передовыми отрядами, выполняли работы в таком объеме, чтобы к моменту подхода главных сил иметь полностью оборудованные пункты водоснабжения. Нештатные команды полевого водоснабжения следовали вместе со своими частями и занимались подвозом и раздачей воды, а в некоторых случаях оборудовали дополнительные пункты водоснабжения. Саперные батальоны дивизий выполняли работы по обеспечению водой частей своих соединений. Роты полевого водоснабжения оборудовали крупные пункты армейского назначения на базе открытых водоемов или колодцев. За время продвижения войск от государственной границы до хребта Большой Хинган инженерные части фронта построили 209 и отремонтировали 11 шахтных колодцев, оборудовали 20 пунктов водоснабжения. Наступавшие в высоком темпе части и соединения, как правило, своевременно снабжались водой. Это в немалой степени способствовало успеху всей операции[74].
Значительное количество сил и средств было затрачено на обеспечение водой войск 2-го Дальневосточного фронта. Еще до прибытия соединений с запада были обеспечены водой окрестности города Чойбалсан, где происходило временное сосредоточение войск, а также два основных маршрута: Соловьевск – Чойбалсан и Чойбалсан – Тамцаг-Булак. В районе Чойбалсана в радиусе 25 км саперы построили 100 шахтных колодцев с общим дебитом около 20 тыс. м3 в сутки. На маршруте Чойбалсан – Соловьевск, предназначавшемся для движения механизированных войск и автотранспорта, построили и отремонтировали 118 колодцев с дебитом 500 м3 воды. На маршруте Чойбалсан – Тамцаг-Булак было развернуто четыре пункта водоснабжения[75].
Опыт свидетельствовал о том, что действиям войск в пустынной и безводной местности должна предшествовать предварительная подготовка источников воды на маршрутах движения, в районах сосредоточения и исходных районах. Обеспечение войск водой в ходе наступления, по опыту Забайкальского фронта, потребовало использования до половины состава всех инженерных частей, сосредоточения большого количества специальных подразделений водоснабжения и привлечения общевойсковых частей, выполнявших работы под руководством саперов. Для добычи воды было отрыто 25 тыс. колодцев и пробурено большое количество скважин, что во многом позволило советским войскам сохранить высокий темп наступления[76].