7 января 1983 года советское посольство в Вашингтоне отправило в американский Государственный департамент письменное уведомление о прибытии своего нового сотрудника. Согласно этому уведомлению, 4 января 1983 года в нью-йоркский международный аэропорт имени Джона Кеннеди прилетел Алексей Гаврилович Ткаченко. Ему было 38 лет, он родился в Москве и последние 5 лет работал в советском Министерстве иностранных дел. В Вашингтоне Ткаченко получил должность третьего секретаря.
Через неделю в американский Государственный департамент поступило еще одно уведомление: в Вашингтон приехали жена и двое дочерей Ткаченко. Жене Ольге исполнилось 35 лет, и она должна была работать секретаршей в советском посольстве. Двенадцатилетнюю дочь звали Оксана, а шестилетнюю – Маша. Копии обоих уведомлений были отосланы в ФБР. Там установили круглосуточное наблюдение за Ткаченко и его женой.
Советское посольство арендовало для семьи Ткаченко квартиру с двумя спальнями в городе Александрия в Вирджинии за 520 долларов в месяц. Взятая напрокат мебель была громоздкой, выдержана в стиле рококо и украшена вставками из пластика, напоминавшего красное дерево. В гостиной весь пол покрывал выцветший оранжевый ковер. Чтобы придать узким комнатам с низким потолком более уютный вид, Ольга прикрепила на стену рядом с кроватью Маши карандашный рисунок, на котором она изобразила радугу, а на зеркало в прихожей – бело-голубую наклейку для бампера с надписью «ПРЕЗИДЕНТ РЕЙГАН – ВОЗВРАЩЕНИЕ АМЕРИКИ».
За несколько месяцев слежки ничего подозрительного в поведении Ткаченко выявлено не было, поэтому вести электронное наблюдение за его квартирой в ФБР не стали. Рабочее место Ткаченко в советском посольстве располагалось на значительном удалении от мест обитания сотрудников посольской резидентуры КГБ. Поиском объектов для вербовки он не занимался: библиотеки местных колледжей не посещал, в пивных поблизости от военных баз не появлялся и не звонил леворадикальным американским журналистам с предложением обсудить разрядку международной напряженности.
В ФБР сразу же обратили внимание на военную выправку Ткаченко. Участвуя в дипломатических приемах, на которых щедро угощали различными деликатесами и спиртным, сотрудники советского посольства быстро набирали лишний вес. А Ткаченко, напротив, был подтянут и строен. Он имел вид человека, предпринимающего значительные усилия, чтобы оставаться в хорошей физической форме. Аккуратная короткая стрижка дополняла признаки его принадлежности к категории советских военнослужащих. Но с каких это пор опрятный внешний вид иностранного дипломата свидетельствовал о его намерении нарушить закон в стране пребывания? Поэтому сотрудники наружного наблюдения ФБР пришли к однозначному выводу о том, что Ткаченко являлся в точности тем, за кого себя выдавал – советским дипломатом. В итоге досье ФБР на Ткаченко получило служебную пометку, которая означала, что проведенная тщательная проверка не выявила отклонений в его поведении, представляющих оперативный интерес для ФБР.
Это было ошибкой. На самом деле Ткаченко являлся оперативником 16-го отдела ПГУ КГБ. Он прошел специальную подготовку в Ленинграде и прибыл в Вашингтон для работы в качестве связного. В его служебные обязанности входили выбор мест для проведения тайниковых операций, написание для них инструкций и выплата шпионских гонораров за добытую секретную информацию. Ткаченко принимал непосредственное и активное участие в самой крупной разведывательной операции КГБ в Америке в роли тайного почтальона, скрытно поддерживающего связь с Джонни Уокером.