Председатель КГБ Юрий Владимирович Андропов в течение четырнадцати лет лично курировал работу 16-го отдела ПГУ с Уокером. Разведывательная информация, которую передавал Уокер, считалась в КГБ бесценной. Она позволяла читать шифрованную переписку и военно-морского ведомства, и ЦРУ, и Государственного департамента. Во многом благодаря Уокеру высшее советское руководство знало об истинных намерениях американцев, их планах и действиях. Когда Андропов в очередной раз докладывал об этом Брежневу, тот умилился:

– Скажи мне, Юра, где это вы нашли такого мужика, который нам так помогает? Я ведь с его помощью все знаю, все тайны американцев. Какой он молодец!

Благодаря Уокеру как минимум 5 человек в Советском Союзе получили звание Героя. Среди них были 4 командира советских атомных подлодок. Располагая разведывательной информацией, полученной от Уокера, они имели возможность проходить мимо всех противолодочных заграждений и подкрадываться вплотную к берегам Америки – и в нью-йоркскую гавань заглядывали, и в перископ статую Свободы рассматривали.

Пятым являлся сотрудник ПГУ КГБ Владимир Ильич Горовой, который долгое время был связным Уокера. Горовой стал первым Героем Советского Союза в разведке в послевоенные годы. Золотую Звезду Героя ему вручили с подачи Брежнева, который высоко ценил эту эпопею с Уокерами. Хотя начальник ПГУ Крючков остался очень недоволен. Он завидовал Горовому, и после вручения ему высокой правительственной награды вызвал его к себе и сказал:

– Чтобы я вас со Звездой никогда не видел.

И Горовой свою Звезду не надевал. От греха подальше.

Горовой принял Уокера у Линькова в вашингтонской резидентуре в конце 1960-х. До этого Горовой занимался Эфиопией и побывал там два раза, один из которых – в качестве резидента. В Вашингтон он приехал как специальный представитель Москвы с особыми полномочиями. Горовой никому из местных не подчинялся. Несколько лет резиденты КГБ в Америке – сначала Якушкин, потом Полоник – пытались выяснить, чем занимается Горовой, кто у него на связи и какие материалы он получает. Они многое бы отдали, чтобы узнать хоть что-то. А Горовой в это время проводил и тайниковые операции, и встречался с Уокером лично.

Горового неоднократно принимал Андропов. Однажды, накануне поездки Брежнева в Америку, он сказал Горовому:

– Учти, если Уокер провалится и за этим последует международный скандал, то сначала полетит с плеч твоя голова, а следом и моя.

Поэтому Горовой в ходе личных встреч с Уокером все время твердил ему о важности конспирации, а также о том, что нельзя ни на минуту терять бдительность и сорить деньгами.

Барбара Уокер даже не догадывалась, насколько важным агентом для КГБ был ее бывший муж. Терзаемая горестными воспоминаниями об их прошлой семейной жизни, она всего лишь желала узнать, что ее ожидает в ближайшем будущем. Поэтому Барбара обратилась за помощью к гадалке.

Когда Шалель Вей исполнилось 4 года, она открыла у себя особый дар – читать чужие мысли. Повзрослев, Вей играла на гитаре на улицах Сан-Франциско, сажала деревья в Арканзасе и руководила коммуной в лесах Мейна. Но в 27 лет она пришла к выводу, что свой дар надо было использовать на благо других людей, и занялась гаданием на картах таро. Клиентам Вей обещала дать ответы на любые волновавшие их вопросы – о будущем, о выгодных вложениях в акции и о перспективах духовного роста. При этом точность ее рекомендаций, как она сама подсчитала, составляла 95 %.

Барбара была знакома с родителями Вей. Именно они порекомендовали ей обратиться за помощью к дочери, чтобы наладить свою жизнь. Барбара, которая прежде не обращала внимание даже на гороскопы в газетах, теперь была готова испробовать что угодно, лишь бы положить конец своим постоянным терзаниям. Но когда она увидела птичье перо, торчавшее из-под повязки на голове Вей, то засомневалась, правильно ли поступила, придя к ней. Тем не менее Барбара поборола желание повернуться и уйти. Она подсела за стол к Вей, которая разложила на нем карты таро.

– Карты разгадывают сны. Люди узнают истинный смысл своих сновидений с помощью карт, – пояснила Вей. Потом она взяла одну из карт, лежавших на столе, и показала Барбаре.

– Эта карта имеет для вас какое-то особое значение? – спросила Вей.

На карте была изображена башня, стоявшая на возвышении. Она подвергалась ударам молний. В разные стороны от нее отлетали человеческие тела, пораженные этими молниями.

– Я помню такой сон, как на карте, – призналась Барбара. Она раньше никому не рассказывала про свои сны. Барбара встала из-за стола и некоторое время молча ходила по комнате. Потом она заговорила дрожащим от волнения голосом:

– Мне снился небоскреб. Вроде того знаменитого на весь мир высотного здания, который построили в Нью-Йорке. Он был объят пламенем. Люди попали в ловушку внутри небоскреба. Некоторые выпрыгивали из окон. Остальные кричали от ужаса и сгорали заживо.

Лицо Барбары стало мокрым от слез. Она чувствовала себя уставшей, как будто совершила забег на длинную дистанцию. Но сила воли не покинула ее, и она продолжила:

– Только на самом деле это был совсем не сон. Все происходило наяву. Я видела адское пламя, и в моих силах было его погасить. Только в моих. Я могла спасти людей.

– Я знаю, – сказала Вей. – Ты должна сделать что-то важное. Иначе люди будут гореть в адском пламени.

– Я сделаю, что положено. Виновный понесет суровое наказание. Я спасу свою страну. Даже если для этого мне придется пожертвовать людьми, которых я люблю больше всего на свете.