Осенью 1970 года большую часть времени Уокер проводил на службе или рассекая морские волны на своем «Грязном старикашке». В один из ноябрьских субботних вечеров он пригласил нового преподавателя лаборатории прикладных исследований Джерри Уитуорта прокатиться на «Грязном старикашке», а потом вместе выпить пива. Тот с радостью принял приглашение.

Уитуорт вырос в сельской местности в Оклахоме в доме своего дедушки. В детстве ему до смерти надоело наблюдать за курами, беспорядочно бегавшими на пыльном дворе, видеть перед собой бескрайние соевые поля, тянувшиеся до самого горизонта, и слушать песнопения, доносившиеся из расположенной по соседству баптистской церкви. Его не привлекала перспектива после окончания средней школы проработать всю оставшуюся жизнь на местной автозаправке или трактористом в фермерском хозяйстве. По мнению Уитуорта, любой военный моряк, даже служивший третьеразрядным кладовщиком на судостроительной верфи в Сан-Франциско, был в тысячу раз лучше оклахомской деревенщины. Хотя бы потому, что имел шанс изменить свою жизнь к лучшему. А иногда и хорошо провести время.

Уитуорт поступил на военно-морскую службу в 1957 году. Ему очень понравилась возможность постоянно общаться с людьми – парнями со всех концов Америки. Военные моряки, как правило, имели хорошее образование, и у них были интересные увлечения. Для Уитуорта образцом для подражания долгое время являлся его сослуживец и друг Роджер Олсон. В детстве Уитуорт сильно сожалел, что у него нет брата, и подружившись с Олсоном, пришел к выводу, что он был бы идеальным старшим братом. После демобилизации Олсон собирался уехать на Новую Гвинею и поселиться там в джонке.

Уитуорт рассказал Олсону о том, что в детстве был лишен родительской заботы и ласки. Его отец Айк Уитуорт женился на матери с одной лишь целью: чтобы у сына была его фамилия. Через месяц он сбежал от семьи в Калифорнию. Мать вышла замуж во второй раз. Ее новый муж был пьяницей и не желал растить чужого ребенка. Поэтому Уитуорта отправили жить на дедушкину ферму.

Олсон сочувственно отнесся к рассказу Уитуорта о несчастном детстве и спросил его, где именно в Калифорнии поселился его сбежавший отец Айк. Уитуорт ответил, что не в курсе. Дядя Уиллард сказал ему как-то, что Айк намеревался обосноваться где-то на берегу Тихого океана. Через некоторое время дядя Уиллард сообщил Уитуорту, что Айк и его новая жена открыли собственное кафе под названием «Голубая луна». В каком городе, Уитуорт не запомнил, знал только, что его название начиналось с буквы «м». Олсон был родом из Калифорнии и начал перечислять Уитуорту калифорнийские города на букву «м». Когда Олсон дошел до Максвелла, Уитуорт сказал, что это название кажется ему знакомым. Олсон позвонил в справочную телефонную службу Максвелла, и ему сообщили, на какой улице находится «Голубая луна». Войдя туда, Уитуорт увидел за стойкой очень похожего на себя человека, только значительно старше. Он подошел к нему поближе и спросил:

– Вы меня узнаете?

Человек за стойкой ответил:

– Честно говоря, нет.

– Я ваш сын.

– Как, по твоему, я могу узнать тебя? Ты ведь с тех пор очень сильно повзрослел!

Сказав это, Айк громко засмеялся. Как-никак последний раз он видел сына 17 лет назад. Но не на такой прием рассчитывал Уитуорт, когда мысленно представлял себе, как встретится с отцом.

Затем Айк, держа в руке тарелку, попросил Уитуорта:

– Сынок, отойди от стойки, присядь и поешь. Мы побеседуем, когда у меня будет перерыв.

Прошло несколько часов, прежде чем Айк подсел к Уитуорту. Выяснилось, что говорить им было практически не о чем. Перед тем как уйти из «Голубой луны», Уитуорт заплатил за еду. Айк не возражал. Вернувшись на военно-морскую базу, Уитуорт сказал Олсону:

– Полагаю, что в жизни все происходит не совсем так, как это заранее себе представляешь. Я считаю, что мне повезло встретиться с моим отцом, но больше я его видеть не желаю.

Грустную историю про своего отца Уитуорт поведал сослуживцам в джаз-баре «Маяк» в Сан-Диего зимой 1971 года. Среди них был и Уокер, являвшийся непосредственным начальником Уитуорта в ПРАКТЕХе. Но Уокер не подал виду, насколько хорошо ему знакомы и переживания сына по поводу отца-уклониста, и стремление любой ценой вырваться за пределы родного захолустья, и переменчивость фортуны. Он только сочувственно заметил, подняв стакан с одноименным виски:

– Жизнь – та еще сука.

После первой совместной морской прогулки на «Грязном старикашке» Уокер и Уитуорт стали много времени проводить вместе. Они участвовали в одиночных и командных парусных гонках, устраиваемых городским яхт-клубом, учились летать на легкомоторном самолете, арендованном на местном аэродроме, слушали джазовую музыку в «Маяке» и выпивали при этом кувшин пива на двоих. Возможно, что Уокер и Уитуорт сблизились на почве общих интересов, или Уокеру нужно было, чтобы кто-то был рядом с ним, или между ними просто возникла дружеская симпатия. Хотя такое обыденное чувство, как дружба, всегда кажется слишком простым объяснением любых поступков Уокера. Недаром впоследствии он признался, что «прощупывал» Уитуорта, когда на правах лучшего друга задавал ему многочисленные вопросы о его прошлой жизни и внимательно выслушивал ответы.

В результате Уокер пришел к выводу, что Уитуорта вполне закономерно сделали старшиной первого класса и перевели на преподавательскую должность в ПРАКТЕХе. Он был умелым радистом, удостоен почетного титула «лучший военный моряк месяца» и получил множество хвалебных служебных характеристик. На военном радиоразведывательном корабле «Арлингтон» Уитуорт обеспечивал радиосвязь в ходе поиска космических аппаратов «Аполло-8» и «Аполло-10», приводнившихся в Тихом океане, а также во время встречи американского президента Ричарда Никсона с президентом Южного Вьетнама Нгуеном Ван Тхиеу на острове Мидуэй. Уитуорт с гордостью заявил Уокеру, что проделал долгий путь от соевых полей в Оклахоме до «Арлингтона».

Но Уокер хорошо знал, что первое впечатление о человеке может быть обманчивым. Он копнул поглубже и узнал об Уитуорте кое-что гораздо более интересное для себя. Выяснилось, что тот мечтал о большем, чем просто успешная военно-морская карьера. Его амбиции отличались широким разбросом, но при этом имели явную интеллектуальную направленность. Получить диплом инженера? Или изучать геологию в Арканзасском университете? Или стать биржевым маклером? Уитуорт на время оставил военно-морскую службу, поступил в колледж в Коалинге, поселился в одной комнате с Олсоном и водил школьный автобус, чтобы как-то сводить концы с концами. Но вскоре он решил, что воплощение в жизнь его мечтаний потребовало от него чрезмерных усилий, бросил все и продолжил карьеру военно-морского радиста.

Неудача не обескуражила Уитуорта. Он считал себя мозговитым парнем. Нужно было только найти своим мозгам достойное применение. А пока Уитуорт каждый день полностью отгадывал очередной кроссворд, пользуясь чернильной ручкой. Он не упускал случая продемонстрировать результат сослуживцам, чтобы те могли выразить ему свое восхищение. В свободное время Уитуорт читал новостную и деловую прессу, а также книги в бумажной обложке, одна из которых неизменно торчала из его нагрудного кармана. Уокер не придавал большого значения этой публичной демонстрации Уитуортом своих незаурядных умственных способностей, считая ее обыкновенной показухой.

От Уитуорта прямо-таки веяло мятежным духом. Когда он не грозил уйти с военно-морской службы, чтобы стать инженером, геологом или биржевым маклером, то делился со своими сослуживцами планами восстановить вместе с Олсоном какую-нибудь китайскую джонку и отправиться на ней в путешествие по всему миру. Уитуорт мог начищать до блеска свои форменные ботинки, а всего через минуту уже забивать косячок, чтобы расслабиться.

Кроме того, будучи сам довольно непутевым малым, Уокер не мог не восхищаться проявлениями безбашенности со стороны Уитуорта. Он с большим удовольствием слушал рассказы Уитуорта о нырянии с аквалангом вдоль калифорнийского побережья, чтобы поближе разглядеть мигрирующих китов. Во время учебных полетов на легкомоторном самолете Уитуорт состязался с Уокером в количестве проделанных опасных трюков. В штормовую погоду они выходили в море на «Грязном старикашке» и возвращались обратно, не поссорившись, что, несомненно, свидетельствовало об их крепкой дружбе.

Любимой темой разговоров Уокера был секс. Он хвастался перед Уитуортом, как пускался во все тяжкие. Уокер привычно перемежал собственные фантазии с чужими откровенными воспоминаниями об участии в буйных гулянках. Своими байками он стремился произвести впечатление на Уитуорта и вызвать его на откровенность. Уокеру это удалось, и вскоре Уитуорт начал рассказывать ему о самых интимных событиях личной жизни, мыслях и переживаниях.

В 28 лет Уитуорт женился на девятнадцатилетней студентке университета Сан-Диего Эвелине Вудхаус. Они познакомились на митинге Либертарианской партии и почти сразу поженились. Брак продлился всего 10 месяцев, большую часть которых Уитуорт провел в море. Эвелин сообщила ему о своем желании развестись, когда он находился на борту авианосца «Рейнджер», и даже не объяснила, почему решила с ним расстаться. Воспоминания об этом все еще причиняли Уитуорту душевную боль, когда он делился ими с Уокером. Тем не менее Уитуорт не утратил интереса к женщинам, особенно молоденьким, и, как выяснил Уокер, этот интерес распространялся не только на женщин, но и на совсем еще юных девушек и юношей.

В Сан-Диего приехала группа старшеклассников, ставших победителями школьных олимпиад в области естественных наук по всей Америке. Они прибыли, чтобы ознакомиться с новейшими образцами оборудования для военно-морской связи. Уокер назначил своего наиболее опытного и ответственного преподавателя Уитуорта, чтобы тот повсюду их сопровождал и круглосуточно приглядывал за ними. В конце недели Уитуорт, не упускавший случая завести новых друзей, взял с троих старшеклассниц обещание по возвращении домой писать ему письма, и в течение нескольких лет все трое прилежно переписывались с Уитуортом. Но по его признанию, сделанному самым близким друзьям, по-настоящему влюбился он только в одну из них – шестнадцатилетнюю Бренду Рейс из Северной Дакоты. Уитуорту тогда исполнилось 33 года.

Уокеру уже одно это показалось странным. А когда Уитуорт сказал, что его интересуют не только девушки, но и юноши, то Уокер был поражен настолько, что с трудом дождался окончания рабочего дня, чтобы вернуться домой и сообщить Барбаре о странных предпочтениях своего лучшего друга.

Уитуорту была присуща еще одна характерная особенность, которая привлекла внимание Уокера и заставила разыграться его хитроумное шпионское воображение. В субботу во второй половине дня Уокер готовил свою парусную лодку, стоявшую у причала яхт-клуба в Сан-Диего, к послеобеденной морской прогулке. Пришел Уитуорт, но не один, а в компании молодой привлекательной медсестры. Он представил ее Уокеру, который практически не сводил с нее глаз. Но Уитуорта это нисколько не беспокоило. По возвращении с морской прогулки он отвел Уокера в сторону и прошептал:

– Если она тебе нравится, то я готов исчезнуть.

Уокер кивнул, и Уитуорт немедленно выполнил свое обещание. В результате Уокер пришел к выводу о том, что превыше любовных отношений и секса Уитуорт ценил хорошее отношение друзей к себе. А ради своего лучшего друга он вообще был готов на все.

Уокер начал «прощупывать» Уитуорта намного интенсивнее, когда обнаружил, что у него самая что ни на есть воровская натура. Это чтобы убедиться, что человек честен, Уокеру требовалась уйма доказательств, а для подтверждения вороватости Уитуорта хватило двух разговоров с ним, выглядевших вполне невинно.

Сначала Уитуорт сознался Уокеру, что ежемесячно обворовывает военно-морские силы, получая денежное пособие, полагающееся каждому женатому военному моряку, хотя уже 4 года был разведен. Конечно, это воровство было мелким. Но Уокер с его богатым опытом кражи американских государственных секретов сразу же понял, с кем имеет дело.

Потом во время очередной морской прогулки на «Грязном старикашке» Уокер убедился, что нашел себе верного сообщника в своих шпионских делах. Он с восхищением отозвался об актерских способностях Джека Николсона. Уитуорт согласился с Уокером, а тот спросил:

– Ты видел «Беспечного ездока»?

Уитуорт ответил:

– Мой любимый фильм.

– А как насчет сделки с наркотиками, которую пытались провернуть Николсон и остальные парни? Ты когда-нибудь задумывался о том, что можно сделать что-то подобное?

– Такая удача бывает только раз в жизни. Я бы с радостью на это согласился. Я бы забрал деньги и точно знал, на что их потратить.

Именно это и хотел Уокер услышать от Уитуорта. Дни Уокера в качестве советского шпиона, похоже, были сочтены. В КГБ выражали недовольство качеством секретной информации, которую он добывал. Его жена Барбара рассказывала про него невесть что неизвестно кому, а сам Уокер время от времени должен был по выходным пересекать всю страну, чтобы принять участие в очередной тайниковой операции. Все это создавало реальную угрозу его разоблачения. Уокеру надо было срочно искать сообщника в своем шпионском ремесле – умного человека, имеющего доступ к криптографическим секретам, обладающего воровской натурой и полностью доверяющего Уокеру. Наилучшим кандидатом на эту роль он считал Уитуорта.

Уокер уже собирался перейти к решительным действиям в отношении Уитуорта, но в дело вмешалось Военно-морское министерство. Уокер написал рапорт с просьбой досрочно освободить его от несения береговой службы и перевести во Вьетнам. Военно-морское министерство неожиданно удовлетворило эту просьбу. Уокеру было приказано прибыть на военно-морской вспомогательный корабль «Ниагарские водопады». Он был назначен ответственным за безопасность связи. Это означало, что надобность в сообщнике отпала, и теперь Уокер мог в одиночку вновь заслужить потерянное доверие Линькова.