Воспоминания прожектористки

Мне кажется, что каждый человек, бывший защитник родины, помнит все дни, которые прошли в трудных и напряженных условиях жизни. Мне хотелось написать много, и это невозможно, получится целая книга и, может, неинтересная, я напишу некоторые из них. Работала вольнонаемной в столовой при 21-й армии. Шли ожесточенные бои, и нашей части пришлось отступить. После боя командующий нашей армией собрал девушек, зачитал приказ о выводе в тыл. Нам было жаль расставаться. Но приказ начальника есть закон для подчиненного. Выписали нам документы и пожелали счастливого пути. Мне пришлось в г. Чкалов работать в госпитале 359-м, а потом в штабе Юж. Ур. В.О. экспедитором-курьером. Дни проходили быстро в беготне за важными документами. Но я жила одной мечтой – поехать на фронт. Иногда меня называли глупой. И моя мечта осуществилась. По приказу партии и правительства многих девушек призвали защищать родину. В летний день 1943 года на товарной станции г. Чкалов было шумно и суетливо. Всех провожали родные, близкие, только на мою долю не выпало это счастье. Стукнули колеса состава, и поезд помчался вперед. Эшелон прибыл в Астрахань. Это наша конечная станция. Построили нас и повели, куда, никто не знал. Поместили нас в больших корпусах, и потекла жизнь своим чередом. Каждое утро подъем, занятия, вечером отбой. Но наш вид не производил вид военных – больше походили на клумбу цветов. Через несколько дней нам выдали обмундирование. И вот мы перед строем, каждый принял военную присягу. Дали клятву быть верной и защищать родину до последней капли крови. Я стала бойцом Красной Армии. Разве это не памятный день? Пошла наша военная жизнь. Учили нас на младших командиров прожекторной части. Батальон получил материальную часть. Разделили по расчетам. Бойцы моего расчета были подтянутые, дисциплинированные, выполняли все приказания. Войска с боями продвигались вперед. Наш батальон освещал стервятников, налетчиков на города и узловые станции. Налеты были каждый день, но они вошли в систему нашей жизни, и мы особого значения не придавали. В летнее время 1944 года наш батальон стоял на обороне города Шепетовка. Эта станция имела стратегическое значение. Налет был усилен, стервятники рвались разбомбить станцию. Но прожектора, которые окружали город, не давали налетчикам проникнуть к цели. Прожектора ослепляли лучами света самолеты фрицев, они теряли ориентировку. При освещении самолета их сбивали зенитчики. Наш расчет находился в самом опасном месте. В ту ночь мне пришлось работать за первого номера, который стоял за штурвалом прожектора. Налет был и на наш расчет, им нужно было смести нас с пути, чтоб можно прорвать прожекторную оборону. Много было освещено и сбито самолетов. Одна за другой, а то и сериями летели бомбы на землю. Все содрогалось, но никто не покидал своего боевого поста. Вдруг был пронзительный вой, сильный толчок, зашаталась земля, материальная часть. Некоторые бойцы были отброшены в сторону. В это время прервалась связь с РКП. Связисты вышли на линию, в это время догорели прожекторные угли. Пришлось менять недолго. Но командование подумало, нас нет в живых. Снова засветился луч. Когда кончился ночной бой, стало светать. А ночью всегда были налеты и боевая работа, а днем отбой. Мы пошли осмотреть вокруг позиции. В нескольких шагах лежала огромная бомба, которая задержала свои действия. Вот в этот день бойцы были встревожены. Идут бои, и время идет своим чередом. Немецкие солдаты покидали города и села, но зверь еще не был добит. Он огрызался.

Многие города охраняли от налетов. В зимнее время 1945 года наш эшелон стоял в городе Краков. В эту тревожную ночь я дежурила. Без пятнадцати два были выставлены посты. Я подходила к своему вагону. В это время пламя языка вырвалось из вагона. Была поднята тревога. Но пламя уже охватывало весь вагон. Некоторым бойцам удалось спастись с большими ожогами. Бойцы нашего взвода, которым командовал мл. л-т, были похоронены недалеко от железнодорожной станции. В этот день мало кто с кем разговаривал. Все вспоминали минувшую ночь.

Отправился в путь наш эшелон. Только бугорок земли, который возвышался над погибшими бойцами, остался безмолвен и одинок. Тяжело все передать. Разве это день не памятный?

Батальон прибыл в Германию, а потом перебросили в Польшу. Стояли в Гроз-Понёвки, недалеко от города Миколаи. Здесь жизнь шла своим чередом. Занятия, боевая работа. Каждый день радовали последние известия. Наступление продолжалось. Добивали последние остатки врага. И вот настал долгожданный день. День Победы. Сколько было радости, веселья. Устроили вечер танцев. Вот этот день останется на память на всю жизнь. Да, многое можно писать. Только я, как мать троих детей, не желаю всему мирному народу, чтобы повторялись такие памятные дни. Пусть наши дети и дети дружелюбных народов растут на радость и счастье мирного строительства. Чтоб им не пришлось переживать ужасы войны. Пусть живут здоровыми и сильными. Чтобы на всем земном шаре был мир! Мир! Мир!

28.03.

Бывший мл. с-т Захарова Анна Харитоновна. Теперь Христенко А.

г. Грозный.

17 июня 1961 г.

Ф. М-98. Оп. 3. Д. 79. Л. 57–58 об.