Как «помогали» нам союзники

Да, День Победы! Великий день, незабываемый, над фашизмом 9 мая 1945 г., не для всех был решающий день победы. Многие из нас еще сомневались и с болью в сердце, слезами на глазах спрашивали друг у друга – правда ли это? Увидим ли мы своих воинов, землю, услышим ли своих голоса родные. Ведь мы находились тогда в г. Бонн, Западная Германия. Вроде освобожденные союзными войсками, вновь лагеря, и вокруг колючая проволока, везде часовые, не немцы, так американцы, не свои. Союзнички мало подавали надежды об отправке нас на родину. Больше можно было считать вновь попасть в плен, но куда, уже не известно. Лагерь военнопленных, по 15–20 тысяч человек. Ежедневно привозят и неизвестно куда увозят мужчин из лагеря. Обещают – на родину. Слухи приходят о том, что тайные аэродромы под землей, которыми и увозят в неизвестном направлении наших пленных.

В таком случае многие регистрировались как бракосочетания семей. Тогда им тяжелей выкрасть среди нас мужчин и увезти. Ведь женщины – крик и слезы, шум подымает весь лагерь на ноги. Когда в лагерь Бонн приехали русские представители, военнопленных все чаще отправляли врозь на родину. Но вновь обман. Группу в одну тысячу человек отправили в г. Ванн, северней Бонна. Где нас очень плохо кормили. В Ванне остались хозяиновать власовцы, которые с оружием в руках в 3–4 ч утра в августе месяце подняли ребят 20 человек с постели и увели. Забыв, где находимся, вся группа бежала в английскую комендатуру, которая находилась на расстоянии трех километров от барака, в котором мы жили. По дороге встретили крытую машину, один из ребят крикнул, Ваня его звать. Узнать, за что нас и куда везут?

Нашумела я много, что и английского коменданта лагеря в кальсонах заставила в коридор выбежать. Вызвали переводчика немца. Я кое-как по-немецки объяснила причину моего прихода. Плакала, кричала, за что ребят забрали и куда. Ведь они выдержали столько горя, а теперь вновь. Освободили, называется. Комендант звонил куда-то. А в 10 часов утра ребят вернули вновь в лагерь, посадили их за 10 рядов колючей проволоки, где и держали их 10 дней голодными и холодными – за что, неизвестно. Отзовись, 14-летний мальчик, который из лагеря Ванн в г. Бонн возил на велосипеде мое письмо к Игорю (Жене Станкевичу и русскому представителю в г. Бонн). Мы звали своих на помощь. Так как в г. Ванн русских представителей еще не было. О лагере, очевидно, не знали наши власти. Когда приехали русские представители, ребят выпустили. 1 сентября нас отправили и через 8 дней передали нашим войскам. Тогда только мы поверили, что война кончилась. Участники этого случая Николай Трунь, Крымской обл., Николай Крупеня – Орловской обл., Ваня [неразб.] – Уфа, Ваня Летчик, Дуся – Запорожской, Николай Паздников – Магнитогорск, Миша Маркиаш – Волгоградской. Ваша Марта и мы друзья. Семен Кисленко. Вы отзовитесь, как хочется вас видеть и слышать, поспорить о союзниках. Семен, что ты скажешь о поступках союзников на сегодня. Я не ошибусь, если от всех людей, которые побывали в лагере Ванн, Бонн, шло заклинание всем тем, которые избивают сейчас мирных жителей во Вьетнаме и других освобождающихся странах от колониализма.

Училась в Коксохиме техникуме. Плановик-экономист. Первый курс окончила. Война. С 23 июня по 23 июля работала на уборке урожая в Обуховском совхозе. С 25 июля копали окопы по Лоцманской ж. дороге, где и была оккупирована. Угнана в Германию, г. Герборш, округ Диленбург. Вот там и познакомилась с военнопленными, о которых описываю. Они были в лагерях, на станции разгрузки и погрузки г. Герборш. 27 марта 1945 г. американцы вошли и заняли эту область, а держали нас до сентября в лагерях.

Если мое письмо пройдет в газету, я вам от всей души благодарна. Пусть мои, наши дети почитают и знают, что принесли их родителям от союзников.

Гончарова М.О.

г. Днепропетровск.

10 марта 1965 г.

Ф. М-98. Оп. 3. Д. 14. Л. 118–121.