Генерал — фельдмаршал Бок пребывал в мрачном настроении. Только, что он выслушал телефонный доклад командующего 3-й танковой группой. Всё оказалось значительно хуже чем он думал (вернее пытался убедить себя) По сути танковые полки 6-й и 7-й танковых дивизий прекратили своё существование как полноценные боевые боевые соединения. С танковым полком 1-й танковой дивизии дела обстояли лучше, но не намного. Потери в технике и в личном составе были просто чудовищны. Следовательно план предусматривающий быстрый прорыв на стыке 19-й и 30-й русских армий начал трещать по всем своим швам, не успев вступить в свою силу.

Как зовут этого русского командующего? Конев кажется, — мрачно размышлял Бок, — кто он такой? Наверное какой — ни будь мужик. Обыкновенный русский мужик. Малограмотный, как это говорят большевики «выдвиженец». Как он мог догадаться? Как мог раскрыть его замысел? Разве можно было ожидать то, что русские способны на это? (в этот момент Бок совершенно забыл, что сам имеет русские корни по материнской линии).

Бок вдруг вспомнил о тех тревожных признаках, что имели место перед началом наступления. О русской разведывательной группе обнаруженной глубоко в тылу 4-й армии, всего несколько дней назад. О бесследном исчезновении офицера из штаба 4-й танковой группы, о полётах русских ночных разведчиков над гатями сооружённых в тылу 3-й танковой группы, как раз в то время, когда по ним перебрасывали танковые части. Все эти тревожные сведения докладывались ему, но он отмахнулся от них, посчитав, что если даже русские и начнут о чём — то догадываться, времени, чтобы принять эффективные контрмеры у них не будет. Оказалось, что и времени у них было достаточно, а самое главное весь его замысел они прочли как открытую книгу.

Конечно, фон Бок, ни минуты не сомневался, в том, что русским в конце концов не удастся сорвать его замысел. Как бы они ни старались сделать это. Сил у него пока, что достаточно и русская оборона будет проломлена, а они неизбежно окажутся в окружении. «Тайфун» сметёт их. Но события произошедшие сегодня рано утром в полосе третьей танковой группы неизбежно значительно осложняли реализацию его замысла, вели к неизбежной потере времени на левом крыле его группы армий, в самый решающий и ответственный момент.

Вздохнув фон Бок понял, что настало время звонить наверх сообщать о дурных новостях. Первым кого он решил известить о происшедшем был Гальдер.

Чуть позже командующий группой армий «Центр» вновь разговаривал с Рейнгардтом.

— Господин генерал, восьмой воздушный корпус завтра в полном составе будет так же поддерживать ваши войска. Я отдал приказ Рихтгофену приказ нанести удар такой силы, что бы по возможности полностью подавить оборону противника, особенно его артиллерию и резервы. К вам на поддержку будет переброшена часть сил второго воздушного корпуса. Завтра, фактически больше половины второго воздушного флота будет работать в ваших интересах. Далее, мною принято решение о передаче в ваше распоряжение девятнадцатой танковой дивизии из резерва группы армий. Вашей задачей является сведение уцелевших танков из состава шестой и седьмой танковых дивизий в отдельную боевую группу. После прорыва приданными вашей танковой группе пехотными дивизиями, обороны противника ваша задача остаётся прежней.

Фон Бок положил телефонную трубку и вспомнил о тяжёлом разговоре с Гитлером который он имел только что. Его вдруг охватили дурные предчувствия. Весь его замысел по окружению и разгрому главных сил русских, который он так долго и старательно обдумывал и к подготовке которого он потратил столько времени и сил, показался вдруг ему затеей обречённой на скорый и бесславный крах.

КОНЕВ: у аппарата Конев.

ШАПОШНИКОВ: у аппарата Шапошников. Здравствуйте, товарищ Конев.

КОНЕВ: здравия желаю, товарищ маршал.

ШАПОШНИКОВ: доложите обстановку, товарищ Конев.

КОНЕВ: Сегодня в 6.00− 6.15 противник открыл интенсивный артиллерийский огонь практически по всему фронту и после не продолжительной артиллерийской подготовки перешёл в наступление. Исключение составлял лишь участок правого фланга 19-й армии, на котором артиллерийская подготовка противника началась лишь в 9.15. Одновременно крупные силы авиации противника нанесли массированные удары, как по переднему краю нашей обороны, так и по ближнему тылу. Наступление главных сил противника развернулось против правого фланга 19-й армии и левого 43 — й армии в стык Западного и Брянского фронтов.

ШАПОШНИКОВ: какова в настоящий момент обстановка на правом фланге у Лукина? Какие силы противник задействовал на данном направлении?

КОНЕВ: Согласно принятому решению силами созданной на правом фланге девятнадцатой армии артиллерийской группировки был нанесён артиллерийский удар по скопившемся вблизи передовой танковым и артиллерийским частям из состава шестой и седьмой танковых дивизий противника. Артиллерийский удар был дополнен авианалётом силами трёх полков дальнебомбардировочной авиации. Судя по полученным нами данным, этот удар причинил противнику очень значительный ущерб. Прямым свидетельством данного положения вещей является тот факт, что немцы перешли в наступление против правого фланга девятнадцатой армии лишь в 9.15. то есть с трёхчасовым запозданием, что может так же свидетельствовать об определённом замешательстве в котором находилось командование противника, не ожидавшее от нас действий подобного рода.

К 14.00. силами до четырёх пехотных полков противник овладел передним краем и вышел на рубеж ДОБРОСЕЛЬЕ- СОЛОВЁВО, где вступили в бой с нашими основными силами. До 20 танков противника пытались прорваться в район КОРЫТНЯ- БОГОЛЮБОВО, но попав под огонь нашей противотанковой артиллерии, потеряв 8 машин, вынуждены были отступить.

244 сд, к 15.00 ведёт бой с двумя пехотными полками противника на рубеже ГУНИНО — ШАТУНЫ- БОРНИКИ,

На участке 91 сд, силами полутора пехотных дивизий к 16.00, преодолевая полосу заграждений, своими передовыми частями вышел к основной оборонительной полосе дивизии к р. ВОПЬ,

89 сд. дивизия ведёт упорный бой на рубеже КРЮКОВО — БАТАЕВО, Все попытки противника прорвать оборону дивизии отбиты с большими потерями для него.

50 сд и 166 сд без изменений. В общей сложности по имеющимся у штаба фронта данным против правого фланга Лукина к 17.00 противник задействовал до четырёх пехотных и одну моторизованную дивизии. Штарм разрабатывает план контратакующих действий на 3.10.

Положение частей 16-й и 20-й армий без изменений. В первой половине дня противник вёл наступление мелкими группами на их фронте. После 12.00 он прекратил активные действия ограничиваясь ведением интенсивного артмин огня.

На фронте 24-й армии противник в течении всего дня вёл методический огонь по расположению наших войск. Авиация противника нанесла результативный удар по КП Ракутина.

На фронте 43-й армии была проведена контрартиллерийская подготовка подкреплённая налётом двух полков дальнебомбардировочной авиации. Удар наносился по частям немцев выдвинутых к переднему краю.

В 6.15 артиллерия противника открыла ураганный огонь на фронте 43-й армии, сосредоточив свои основные усилия на её левом фланге, особенно на стыке 43-й армии с 50-й армией Брянского фронта. Отмечены активные действия авиации немцев. В 6.30 перешёл в наступление силами батальона пехоты в районе НОВОСЕЛЬЦЫ и до батальона в центре. На участке 53-й дивизии немцы ввели в бой до двух пехотных дивизий с двумя батальонами танков.

К 17.00 против 43-й армии противник ввёл в бой до семи пехотных, одну моторизованную и одну танковые дивизии. Под давлением превосходящих сил неприятеля войска 43-й армии к 17.00 вынуждены были оставить восточный берег р. Десна. Все дальнейшие попытки противника продвинутся дальше на восток были отражены с существенными для него потерями.

Штарм так же разрабатывает план контратакующих действий на 3.10. с привлечением для этого двух танковых бригад из резерва армии. Главные действия планируется предпринять на участке 53 сд.

ШАПОШНИКОВ: как оцениваете обстановку на вечер 2.10?

КОНЕВ: На правом крыле судя по складывающейся ситуации ударной группировке противника в ходе предпринятой нами артиллерийской контрподготовки нанесено тяжёлое поражение. Об этом свидетельствуют достаточно вялые и я бы даже сказал нерешительные действия противника которые он предпринимал на правом фланге Лукина в течении всего дня 2.10. Глубина его продвижения составила всего пять — восемь километров и пришлась на первую линию заранее оставленную нашими войсками. Как только к 16.00 немцы вышли ко второй линии занятой войсками девятнадцатой армии, то после первых же попыток вклинится в неё, потерпев в этом неудачу, свернули все активные действия. Крупных танковых сил в течении всего дня они в дело не вводили, ограничившись вводом в бой штурмовых орудий и танков непосредственной поддержки пехоты. Да и те использовали мелкими группами. Впрочем я ожидаю, что в самое ближайшее время противник введёт на это направление свои танковые резервы. В центре ситуация разворачивается полностью согласно нашим предположениям. Демонстративные, атаки малыми силами имеющие цель отвлечение нашего внимания от направлений, где противник наносит свои главные удары. То же касается полосы обороны 24-й армии. Что же касается армии Собенникова то судя по характеру действий противника, контрартиллерийская подготовка в её полосе оказалась значительно менее эффективной. В течение всего дня немцы крупными силами пехоты атаковали левый фланг 43-й армии и хотя нигде не сумели добиться прорыва сумели значительно потеснить части армии. В ближайшие дни, возможно уже завтра, я не исключаю ввод противником в бой, крупных танковых сил, против войск Собенникова. В этом случае ситуация в полосе обороны 43-й армии может резко осложнится. Поэтому я просил бы Ставку и Генеральный штаб, переподчинить мне 33 — ю армию Резервного фронта развёрнутую позади армии Собенникова.

ШАПОШНИКОВ: Вопрос о 33-й армии я доложу товарищу Сталину. Вам следует знать, что в связи с осложнением ситуации в полосе Брянского фронта, вам не следует рассчитывать в самое ближайшее время, на получение сколько — нибудь значительной помощи.

КОНЕВ: Я понял это, товарищ маршал.

ШАПОШНИКОВ: У меня пока всё. До свидания.

КОНЕВ: До свидания, товарищ маршал.

Возвращаясь из переговорного пункта я не смог сдержать разочарования. Судя по по последним словам Шапошникова, Андрюша Ерёменко и в этой реальности не справился со своими обязанностями, и сейчас вверенный ему Брянский фронт переживал значительные трудности, главные из которых, впрочем были ещё впереди. Итогом командования будет попадание в котёл трёх армий Брянского фронта, лишь благодаря тому, что у немцев уже не хватало сил и они не сумели на этом направлении сформировать достаточно плотное кольцо окружения, часть войск сумела всё же вырваться из окружения. Но потери всё равно были огромными.

Ерёменко на мой взгляд был вообще занятный человек. Андрей Иванович явно не блистал полководческим дарованием, но тем не менее всё время умудрялся оставаться на коне. Сталин простил ему разгром вверенного ему Брянского фронта, особенно если учесть, что перед этим Ерёменко клятвенно и неоднократно обещал лично Верховному непременно разбить «подлеца Гудериана». Правда вышло всё наоборот. Это «подлец Гудериан» разбил Ерёменко. Причём сам комфронта попал в окружение и раненый был с большим трудом эвакуирован из котла на самолёте.

После этого Андрей Иванович, до конца войны умудрился покомандовать полудюжиной фронтов, нигде особенно не блистая и не поражая воображение своими дарованиями военачальника. Правда маршальскую звезду он всё же получил лишь в 1955 году. Написал в конце жизни три тома мемуаров. Нет, занятный, занятный был человек Андрей Иванович Ерёменко.

Когда я вошёл в приёмную, ко мне обратился Никодимов.

— Товарищ генерал — полковник, — разрешите обратится.

— Разрешаю. Что у тебя? Только короче, у меня нет времени.

— Я подумал и решил, что вам нужен специальный человек. Ну который бы помогал вам решать вопросы так сказать бытового характера. Ну и заодно выполнять всякие мелкие поручения.

— То есть ты хочешь сказать, что мне необходим ординарец? Так тебя следует понимать?

— Да. А то извините, но у меня решительно нет времени…

— Понял, понял тебя. Возможно такой человек мне действительно необходим. Но искать кандидатов на этот почетный пост у меня решительно нет времени (слово «почётный пост» я произнёс подчёркнуто ядовитым тоном).

— А я уже подобрал такого человека, — ответил мне Никодимов.

— И, кто же он?

— Ефрейтор Рогоза. По отзывам знающих людей очень сообразительный красноармеец. И,что немаловажно не любит болтать попусту.

— Не любит, говоришь болтать? Ну хорошо присылай его ко мне. Только не сейчас. Сейчас у меня нет времени.

Выйдя из дома в котором размещались мой кабинет и приёмная я перешёл улицу и вошёл в дом, где расположился Василий Данилович Соколовский со всем своим хозяйством.

Первым кого я увидел войдя в помещение был Герман Капитонович Маландин. На голове его красовалась свежая повязка.

— Здравствуй, Герман Капитонович, — сказал я ему, — как доехал? Без потерь?

— Нормально доехал, Иван Степанович, приветствую тебя!

— Что с головой?

— Пустяки. Царапина. В санчасти сказали жить буду.

— Потери большие?

— Аппаратура не пострадала. А так двое убитых и один раненый.

Услышав это я едва не выругался. Аппаратура чёрт её побери! Люди так себе! Главное аппаратура! Сколько раз я сталкивался с таким вот отношениям к людям. Главное техника, аппаратура, прочее армейское имущество, но не люди! Похоже такое вот наше отношение к людям имеет давние и прочные корни.

— Ладно. — сказал я Маландину, — раз чувствуешь себя нормально, то приступай к исполнению своих обязанностей. А то сам понимаешь, дел у нас сейчас очень много, не разгребёшь. Каждый человек на счету.

В большой комнате я застал склонившихся над картой Соколовского и Булганина. Чуть подальше от них стоял генерал Мичугин.

Услышав мои шаги Соколовский вскинул голову и сказал:

— Вот объясняю Николаю Александровичу ситуацию на фронте.

— Лукин решил завтра утром, где — то за час до начала немецкой атаки, сам атаковать немцев, предварительно вдарив по ним изо всех стволов, — сказал ему я, — а, что хитро! Немец готовится к атаке, а тут вдруг его самого атакуют! Вообще Михаил Фёдорович настроен оптимистично. Мне пришлось даже его немного остудить. Впадать в головокружение от успехов у нас нет никаких оснований. Тем более, что у Собенникова далеко не всё ладно. Но в любом случае направления главных ударов уже определились. В своих расчётах мы не ошиблись. А с этим можно уже работать. Как считаете, что завтра будут делать немцы?

— Ну против Собенникова они будут наращивать удары, — сказал Соколовский, — можно ожидать ввода в бой новых танковых дивизий. Это скорее всего. А вот в отношении Лукина… Похоже по действиям противника сегодня, мы сумели очень здорово потрепать его основную танковую группировку. Значит скорее всего фон Бок вынужден будет перебрасывать на это направление свои резервы. Иначе его наступление на данном направлении будет испытывать большие затруднения. В первую очередь в дело должны пойти резервы имеющиеся в распоряжении его группы армий.

— Верно, верно, Василий Данилович, но вот я ещё о чём подумал. Завтра не исключена резкая активизация авиации немцев в полосе Лукина. Поэтому, Фёдор Георгиевич, — обратился я к Мичугину, — завтра надо сконцентрировать все силы имеющейся у нас истребительной авиации у Лукина. Боюсь, что ему придётся горячо.

— Исполним, Иван Степанович, — ответил мне Мичугин.

Тут раздался очередной телефонный звонок.

— Собенников, — сказал Соколовский и протянул мне трубку.

От автора:1995 год. Полковник КГБ в теле опера ФСБ ломает уральские ОПГ и агентуру ЦРУ. Матчасть спецслужб, суровый реализм 90-х. Никаких компромиссов. https://author.today/reader/614778/5869645 От