Про священномученика Никодима, «светильника земли Белоградския»
Не столь давно в Белогорье произошло воистину космическое духовное событие – обретение мощей священномученика Никодима Белгородского. И какое-то время в кафедральном Спасо-Преображенском соборе Белгорода пребывали мощи двух белгородских святых. Рака святителя Иоасафа Белгородского – под своей неизменной сенью, с южной стороны у алтаря, а с северной – деревянный ларь с новообретенными мощами епископа Никодима.
24 марта 2013 г., в неделю первую Великого поста, Торжества Православия, в Преображенском соборе состоялись торжественные богослужения, во время пения величания священномученику Никодиму честные мощи были вынесены из алтаря и поставлены на кафедре, после чего владыка Иоанн прочитал перед ними коленопреклоненные молитвы и огласил резолюцию Святейшего патриарха Московского и всея Руси Кирилла: «На юбилейном Архиерейском соборе 2000 г. епископ Белгородский Никодим (Кононов) был причислен к лику Святых новомучеников и исповедников Русской Православной Церкви. 2 ноября 2012 г. на месте захоронения святителя Никодима были обретены его нетленные останки. После проведения идентификации останков Святейший патриарх Московский и всея Руси Кирилл определил: «Найденные останки признать мощами священномученика Никодима (Кононова), епископа Белгородского, внести в месяцеслов Русской Православной Церкви дату обретения мощей священномученика Никодима».
Место обретения мощей священномученика было включено в список объектов культурного наследия Белгородской области, а после проведения государственной историко-культурной экспертизы обнаруженная гробница епископа Никодима была включена в единый государственный реестр объектов культурного наследия Российской Федерации.
Новейшие события развивались так. Краеведы и раньше указывали, что с северной стороны разрушенного в 1920-х гг. Троицкого собора бывшего одноименного монастыря был захоронен священномученик Никодим (Кононов), который служил на Белгородской епископской кафедре с 1913 по 1919 г. Точно место определено не было, и вся северная территория на расстоянии 1–3 метров от стен некогда стоявшего здесь величественного красавца собора, украшенного по барабану фигурами 12 апостолов, трактовалась как место захоронения священномученика. То есть при проведении любых работ существовала опасность повреждения и уничтожения останков мученика. Кроме того, по некоторым данным, здесь же, за пределами храма, были упокоены еще 8 архиереев. Среди них, в частности, митрополит Антоний – предшественник святителя Иоасафа на Белгородской кафедре. Краеведы и священство напоминали забывчивым горожанам, что святитель Никодим был и остается также крупнейшим историком монастырей и монашества Русского Севера, автором и публикатором многочисленной литературы о свт. Иоасафе, фактически основателем первого краеведческого музея Белгорода.
Священство и краеведы-доброхоты, к счастью, тогда смогли убедить руководство города и области, что здесь не следует вести никакого иного строительства, кроме восстановительного, поскольку это место «имеет важнейшее значение как ключевая точка формирования современного Белгорода, здесь на протяжении нескольких веков формировался духовный центр региона. Его облик сохранял историческую преемственность, был подлинным украшением старинного города. В эпоху антирелигиозного террора святыни были кощунственно уничтожены без острой на то надобности и даже вопреки властным директивам».
Грандиозным событием, первой ласточкой истинного возрождения и возвращения этих мест (а это центр города!) стало обнаружение здесь, на Свято-Троицком бульваре, «пещерки», то есть усыпальницы святителя Иоасафа Белгородского (Горленко).
На близлежащей территории, а это дворы двухэтажных домов, выстроенных после 1940-х, в этот памятный сентябрьский солнечный день прошел молебен, и всю ночь священство принимало исповедь у прихожан. Трудно было вообразить, что на этом месте вскоре вырастет здание Белгородской митрополии. Но более всего православную общественность поразили события, предшествовавшие началу строительства: при подготовке фундамента для этого здания 2 ноября 2012 г. были обнаружены мощи священномученика Никодима! По вскрытии склепа выяснилось, что епископское облачение иерарха сохранилось, но отсутствуют митра и Евангелие. Экспертиза подтвердила стопроцентную догадку.
Акафист священномученику Никодиму, епископу Белгородскому (память 28 декабря), читаемый в храмах Белгородской и Старооскольской епархии, гласит: «Спасение от Бога улучивший в Невечернем Свете, яко звезда небесная, светом Христовым сияеши, святителю блаженне Никодиме, и паки в обагренной кровьми твоими ризе, яко в царской порфире, пред очима Божиима предстоиши и вкупе с исповедницы и новомученицы российстими поеши Богу: Аллилуия!»
Что же православные историки рассказывают о трагической биографии белгородского святого?
Будущий епископ Никодим, в миру Александр Михайлович Кононов, родился 18 июня 1871 г. в семье священника-миссионера Архангельской губернии. Окончил духовную семинарию и Санкт-Петербургскую духовную академию, с 1896 г. пребывал в иноческом лике, служил архимандритом и ректором Калужской и Олонецкой духовных семинарий.
Довольно быстро снискал известность в церковных и просветительских кругах как исследователь святого подвижничества и истории монастырей Русского Севера. Собрал и переработал изобильные материалы, затем опубликованные им в виде многочисленных научных статей и отдельных трудов, в частности «Древнейшие архангельские святые и исторические сведения о церковном их почитании», «Соловецкие подвижники благочестия XVIII–XIX вв.», «Русские святые и подвижники благочестия, подвизавшиеся и чтимые в пределах Санкт-Петербургской епархии, XIV–XVII вв.», «Архангельский Патерик».
9 января 1911 г. архимандрит Никодим был посвящен в Москве в епископа Рыльского, викария Курской епархии, и, прибыв на место служения, принял активнейшее участие в подготовке и проведении торжеств прославления в лике святых свт. Иоасафа, состоявшихся, как известно, 4 сентября 1911 г. (17 сент. по нов. ст.).
В 1913 г. епископ Никодим был переведен на кафедру в Белгород, где приложил немало сил для изучения биографии свт. Иоасафа и его народного почитания. Владыка собирал для музея личные вещи святителя, опубликовал книгу «Святитель и Чудотворец Иоасаф, епископ Белоградский и Обоянский, и его причтение к лику святых» (1916). Как отмечают специалисты, этот труд является примером церковно-исторического исследования и поражает высокой степенью проработанности исторического материала. Епископ Никодим составил свой акафист свт. Иоасафу. Сохранилось суждение протопресвитера Михаила Польского: «Этот благодатный труд преосвященного является образцом среди акафистов, составленных в России… Красотою образов духовных легко запоминаясь, он рождает святую любовь к угоднику Божию».
Возвратившись из Киева в конце ноября 1918 г. в занятый большевиками Белгород, епископ Никодим произносил с амвона обличительные речи против насилия, грабежа и произвола, чинимых переворотчиками. На предупреждения со стороны новой власти не реагировал.
Тогда в Белгороде среди красных функционеров выделялись два кровожадных представителя нового режима, В. А. Саенко и С. А. Саенко. Последний потом «прославился» страшными казнями в Харькове и округе, где возглавил ЧК и самолично зверски уничтожал людей в застенках. В частности, живодер причастен к уничтожению целой группы харьковской интеллигенции, среди которой был известный на всю Россию пастырь и богослов протоиерей Николай Стеллецкий – изуверы разрубили батюшку на куски. Судьба Стефана Саенко в советское время сложилась комфортно, что нередко бывает с палачами: он дожил до 1973 г., занимал руководящие должности и был почетным гражданином Харькова, пенсионером всесоюзного значения.
В рождественские дни 1919-го вернувшийся из Киева в Белгород владыка Никодим был арестован чекистами по пути с железнодорожного вокзала в монастырь, затем отпущен под упорным и испугавших чекистов давлением православных, зато была арестована делегация просителей-крестьян, некоторые представители священства, в частности настоятель Преображенской церкви о. Митрофан, о. Владимир Лимарев, казначей о. Даниил, благочинный о. Серафим и ризничий о. Неофит, которым садист С. Саенко заявил: «Через вас, попов да монахов, вся революция пропала, я вас всех перережу или постреляю».
Уже через день епископ был арестован вновь, а 10 января расстрелян, как и просившая за него начальница женской гимназии Мария Дмитриевна Кияновская, которую на пожарном дворе (ныне – территория Белгородского строительного колледжа) расстрелял С. Саенко – из револьвера тремя выстрелами в упор (два в грудь и один в голову). Раздетый труп М. Кияновской был вывезен за город и выброшен в снег вместе с другими.
Протоиерей Порфирий Амфитеатров, тоже активно просивший узурпаторов об освобождении епископа, был расстрелян через несколько дней во дворе той же тюрьмы. В 1981 г. включен РПЦЗ в Собор новомучеников и исповедников Российских в лике священномучеников.
Не столь давно были обнаружены подробные свидетельства современников, очевидцев и даже участников ареста, расстрела и захоронения владыки. Насколько личность новомученика была значима для современников, рассказал в своей интереснейшей книге «Священномученик Никодим, епископ Белгородский: жизнь, трагическая гибель, обретение мощей» (2018) директор Государственного архива Белгородской области историк П. Субботин, собравший немало свидетельств и документов. В частности, он указывает: «В 9 часов вечера, когда народное волнение улеглось, в арестный дом прибыли секретарь ЧК Шапиро с начальником тюрьмы Воликом и под конвоем увели епископа Никодима в чрезвычайку. Чтобы скрыть личность владыки, его там наспех постригли, переодели в длиннополую серую солдатскую шинель и студенческую фуражку, отобрали монашеское одеяние и епископский крест, привезли ночью в тюрьму, где в углу двора около кухни для владыки в промерзшей земле была вырыта неглубокая могила. Владыку заставили раздеться, после чего В. Саенко, М. Васильев и С. Набоков тремя залпами расстреляли архиерея и сами же его закопали. Приготовленная для епископа могила была вырыта не по его росту, труп в ней не помещался, и его фактически втиснули в эту могилу на коленях лицом вниз. Указываемые позднее другими современниками переломы шейных позвонков, якобы от удара железным прутом, свидетельствуют, что труп владыки практически утрамбовывали в яму. Надзиратель тюрьмы Василий Шварев, присутствовавший при откапывании владыки, потом говорил: «Его, видимо, туда утаптывали ногами, чтобы он поместился в ней».
Тело епископа позднее было тайно зарыто убийцами в общей могиле с северной стороны ограды городского кладбища (ныне – старое, закрытое кладбище по улице Попова, рядом с кладбищенской Николо-Иоасафовской церковью). Несмотря на негласность, к холмику над захоронением горожане неизменно приносили цветы, а по вступлении в Белгород Добровольческой армии в июле 1919 г. тело сщмч. Никодима было перенесено в Троицкий монастырь и торжественно перезахоронено вблизи северного придела монастырского храма, недалеко от «пещерки» свт. Иоасафа, где и обнаружено в 2012 г., через 93 года, православным краеведом П. Альбощим с коллегами. Альбощий потом занимался идентификацией останков владыки и первенца своего назвал Никодимом.
Обратим внимание на историческую закольцовку, которую следует рассматривать как восстановление провиденциальной справедливости в Черноземье: в ночь на среду, 13 марта 2013 г., по коллегиальному решению белгородских депутатов был демонтирован памятник Ленину на Соборной площади, главной в Белгороде, одной из крупнейших в Европе, в безбожные времена носившей название площади Революции. Это ведь по инициативе и указующей воле, нередко по прямым распоряжениям самого страшного беса отечественной истории рушились храмы и уничтожалось русское священство. Увы, на этой белгородской площади, по свидетельству краеведов, в братской могиле у Вечного огня наряду с воинами, павшими за освобождение Белгорода в ходе Курской битвы, покоится один из палачей первых лет советской власти начальник милиции В. Саенко, повешенный белогвардейцами.
4 июля 2020 г. в центре Белгорода, в трагическом месте, где с XIX в. стояла старая тюрьма, был открыт и освящен мемориал памяти новомучеников и исповедников земли Белгородской. Центральным образом памятника избран Никодим, епископ Белгородский. В годы гонений на православную церковь здесь страшную кончину приняли многие белгородцы, «мученических полков сопричастники».
«На обновленной новой застройкой территории бывшей городской тюрьмы, – рассказывает автор сайта Белгородской митрополии С. Баранова, – сто лет назад развернулась одна из самых кровопролитных трагедий – расстрелы тех, кого новая власть считала контрреволюционерами. Здесь и в еще нескольких местах центра города погибали люди, не принявшие братоубийственной войны и имевшие непререкаемый авторитет у горожан. Ключевой фигурой в этом противостоянии стал епископ Никодим. Архиерея неоднократно призывали на допросы, но под страхом народных волнений отпускали, а когда арестовали, то объявили, что он и протоиерей Порфирий Амфитеатров просто отправлены в Харьков. Горожане приходили к стенам арестного дома и просили отпустить своих пастырей, но их разгоняли выстрелами из револьверов. Земная жизнь владыки Никодима пресеклась 28 декабря 1918 г. (по ст. ст.). Лишенный священнического облачения, с остриженной бородой, переодетый в шинель и студенческую фуражку, он был расстрелян и брошен в яму на внутреннем дворе тюрьмы. После гибели епископа Никодима волна террора против верующих и священничества поднялась с новой силой».
«Владыка Никодим известен как один из крупнейших биографов святителя Иоасафа. Когда изучаешь биографию владыки Никодима и биографию святителя Иоасафа, снова и снова находишь совпадения: святитель Иоасаф родился в г. Прилуки, владыка Никодим школу окончил в деревне Прилуки. Между ними 1000 км. Таких совпадений много», – подчеркивает П. Субботин, обращая внимание также на исследовательскую стезю владыки Никодима, который, будучи еще студентом Санкт-Петербургской духовной академии Александром Кононовым, в старинных церквях и монастырях изучал документы, жития и иконы и обнаружил единственную икону преподобного Кирилла Новоезерского, чудотворца, благодаря чему был спасен для нас лик святого. А в 1896 г. в память о преподобном Никодиме Кожеезерском студент принял монашество с именем Никодим.
Теперь оба епископа-белгородца – Иоасаф и Никодим – почитаются в Соборе Курских святых и в Соборе Белоградских святых.