О шебекинской чудотворной иконе
Белгород веками окружают меловые кручи, давшие название местности и самому Белому городу. Они видны отовсюду – более всего с холма в слободе Пушкарной. Отсюда, из моего родного Пушкарного, 20 мая мы отправляемся в 11 часов утра со списком иконы святителя Николая, названной в народе «Никола Ратный», одной из древнейших почитаемых защитительных святынь Белогорья.
В 2025 г. от Рождества Христова исполняется 260-летие перенесения иконы свт. Николая Ратного из Устинки в Белгород, 30-летие со дня второго обретения иконы и 20-летие молодежного крестного хода в честь этой святыни. Победительная тема нам сегодня тоже важна – ввиду 80-летия Великой Победы.
А мы отправляемся десятью годами раньше. Неизменна ратная закольцовка дня: пройти до другого Михайловского храма, в селе Маслова Пристань. Ратный контекст неслучаен: молодёжный ход – двудневный, со списком иконы свт. Николая Ратного – нацелен на место прославления этой иконы, в посёлок Устинка, окраину райцентра Шебекино. На эти дни приходится ряд духоносных событий: 21 мая с.г. (а это второй наш крестоходный день) празднуется Вознесение Господне, а 22 мая – день памяти святителя Николая Чудотворца.
Считают, что иконе свт. Николая, именуемой «Никола Ратный», более половины тысячелетия. Предание гласит, что в XVII–XVIII вв., однажды в неизвестный год, 5 мая жители селения Устинка (ныне Шебекинский район Белгородской области) и насельники расположенной неподалеку Коренской Николаевской мужской пустыни, у реки Коренёк (не путать с Курской Коренной пустынью!), устрашили татар-набежчиков из Дикого поля: «…Настоятель той Пустыни взял из церкви икону святителя Христова Николая, и, неся оную с братиею той Пустыни и жителями селения сего, пришли к плотине и творили молитвословие, что увидевше татаре, к берегу идти против православных не дерзнули, и, обращаясь на той же плотине вспять, пришли в замешательство, отчего многие из них с лошадьми попадали с плотины в реку и потонули, а прочие побежали в степи, и по сему случаю святитель Христов Николай назван Ратным».
Существует также суждение, что икона святителя Николая, находившаяся в Никольской Коренской пустыни, получила наименование «Ратной» даже до отражения ею татар в Устинке. Напоминают, что ещё в 1556 г. при Иване Грозном в казанском Спасо-Преображенском монастыре была построена церковь во имя Николая Ратного, а недалеко от неё находилась ещё более древняя церковь Николая Ратного, то есть гораздо ранее события в Коренской Устинской пустыни. Сторонники этой версии считают, что икона Николая Ратного пришла из ещё большей глубины веков и была перенесена из древней Москвы в Казань, а оттуда – в Коренскую пустынь.
Через эту чудотворную икону Господь не раз помогал защитникам земли русской одерживать победы над врагом. Существует устное предание и о том, что сей «ратной» иконой фельдмаршал М. И. Кутузов сам благословлял русское воинство в 1812 г.
5 июля 1765 г. по указу Белгородской духовной консистории, упразднившему Коренскую Ратного Николая чудотворца пустынь, икона была перенесена из Устинки в Свято-Троицкий собор Белгорода, который и стал её постоянным местом пребывания. Однако каждый год она 5 мая возвращалась в Устинку с тридцативёрстным крестным ходом, оставалась там до 11 мая, а затем приносилась обратно в Белгород.
К иконе свт. Николая Ратного прикладывались российские монархи, молились у неё. А в память о пребывании государя Николая II в Троицком соборе была установлена доска: «1904 года мая 4 дня, Его Величество Государь Император Николай Александрович в 91/2 часов утра изволили проследовать с вокзала в Свято-Троицкий монастырь, где после краткого молебна приложился к чудотворной иконе св. Николая Ратного и поклонился почивающему Иоасафу».
Об этом событии, свершавшемся при «несмолкаемом радостном приветствии 60-тысячной толпы», священник Алексий Попов в статье «Царский день г. Белгорода», опубликованной в 1904 г. в «Курских епархиальных ведомостях», рассказал так: «…Со вступлением его величества в церковь громовые клики народные сменило тихое стройное пение архиерейскими певчими тропаря Святителю Николаю «правило веры и образ кротости» <…> Последовало краткое молебствие о здравии государя и всего царствующего дома, с возглашением обычного многолетия; его императорское величество благоговейно выслушав молебствие, приложился сначала ко кресту, а потом, по приглашению владыки, и к поставленной около левого клироса чудотворной иконе Святителя Николая, именуемого «Ратным». Преклонив колена и облобызав св. икону, государь милостиво выслушал затем приветствие курского архипастыря <…> Поклонившись мощам Святителя и соблагословив принять тут же поднесенные ему брошюры «Святитель Иоасаф Горленко» и «Сказание о чудотворной иконе Св. Христова Николая, именуемого Ратным», государь император <…> отбыл при пении «Спаси Господи люди твоя…» в сопровождении всего белгородского духовенства. Опять могучей волной разливается в воздухе звучное, радостное «ура» учащихся, подхваченное и поддержанное тысячной грудью всколыхнувшегося за монастырской стеною народа… <…> Его императорское величество, при несмолкаемом выражении народного восторга, изволил отбыть на городской полигон, чтобы лично осчастливить отеческим словом своих храбрых защитников, благословить их на брань с хитрым и дерзким врагом <…> На городском полигоне в походном строю расположились пять батарей 31 артиллерийской бригады со своими 40 орудиями новейшего образца, зарядными ящиками и обозом, а по сторонам полигона собрались из соседних сел и деревень тысячи простого народа. Государь император сел на коня, объехал войска, пропустил их церемониальным маршем и удостоил царского «спасибо». Затем, обратившись к вызванным командирам, офицерам и нижним чинам с милостивым пожеланием успеха в борьбе с храбрым и сильным врагом, а также и благополучного возвращения, Его Величество благословил бригаду привезенным из Петербурга образом Николая Чудотворца».
Это был первый визит в Белгород государя страстотерпца, отбывшего затем в Харьков. Шёл четвёртый месяц Русско-японской войны.
…Белгородский образ Николая Ратного исчез в безбожное время и был обнаружен в самом конце 1980-х в подсобном помещении Николо-Иоасафовского собора, на старом кладбище, в центре Белгорода. Небольшая группа богомолиц прошла с ней в Устинку, а потом возвратилась в Белгород. С тех пор крестные ходы возобновились и стали совершаться ежегодно. А когда в 1990 г. церкви был возвращён Преображенский собор, святыню перенесли туда.
В наши дни икона располагается в специально сооруженном киоте на северном столбе в кафедральном Преображенском соборе Белгорода, том самом, где в гробнице, под сенью, покоятся честные мощи святителя Иоасафа Белгородского. В храме также некоторое время пребывали недавно обретённые мощи священномученика Никодима Белгородского (Кононова). В любой день прихожане могут помолиться и приложиться к чудотворной иконе. Раз в неделю здесь, у иконы Николая Ратного, проходит молебен с акафистом святому. Образ белгородского Николы затемнён – лик чудотворца и вся его фигура едва проступают сквозь сумрак олифы, но, прикладываясь, вы видите воздетые руки угодника Божия, как видите и множество пожертвований, украшающих образ, – драгоценных изделий, по традиции нанизанных на цепочки.
Свидетельствуют о защитительных чудесах Николы Ратного и в наши дни. Герой России Владимир Бурцев рассказывал, как в середине 1990-х в горах Северного Кавказа с небольшим отрядом СОБРа попал в окружение и, когда один боец достал из нагрудного кармана образ Николая Ратного, привезённый из родного Белгорода, и обратился к нему за помощью, из-за горы неожиданно появились наши вертолёты, которые огнём помогли бойцам вырваться из кольца. Говорят также, что все белгородские воины, молившиеся у Николы Ратного, отбывая в «горячие точки», вернулись домой живыми. Сегодня, в смуту, в тяжёлую для Русского мира годину, прихожане молятся не только о личном, но и о защите Отечества, всех православных, молят святого помочь русскому воинству. Тем, кто приходит поклониться чудотворной иконе, кто идёт с нею крестным ходом, внятны строки протоиерея Игоря Кобелева: «Вновь над Церковью – дни тяжёлые, / Тьмою Русь обступают врази… / Обнажив меч свой, Ратный Николае, / Словом Божьим их порази!»
Есть свидетельства, что и в безбожное время, в годы наибольших гонений на веру и церковь, православные совершали крестный ход даже малым числом, тайными тропами, по лесам, подвергаясь постоянной угрозе ареста и репрессий. Старинная традиция была возобновлена 18 мая 1995 г. – со вновь обретённой иконой свт. Николы Ратного состоялся крестный ход в Устинку, в котором приняло участие несколько тысяч человек. В 2005-м первый раз прошел молодёжный пеший крестный ход. Возглавлявший Шебекинское благочиние протоиерей Пётр Иванов замечал: «Раньше в нём часто принимали участие воспитанники военно-патриотических клубов, приходили и люди старшего возраста. Когда мне самому доводилось идти в Устинку, я чувствовал, что прикасаюсь к чему-то великому – ведь этими тропами сотни лет с молитвами ходили наши православные предки».
Отец Пётр в пушкарском Михайловском храме благословляет нас, и я тоже думаю о своих предках; приложившись ко кресту, отсюда в Устинку отправляюсь вместе со своими усопшими Минаковыми. А живых крестоходцев, нас, – двенадцать. Можно сказать и «всего лишь», но мы кое-что помним про это число. Можно и сравнивать: до Октябрьского переворота и массового помрачения в устинском Николо-Ратном крестном ходе принимало участие до 30 000 человек.
Адрес Михайловского храма в белгородском Пушкарном – улица Донецкая, 84. Можно спеть, перефразируя известные строки: «А название такое, право слово, боевое: Донецкая улица по городу идёт…» – учитывая войну на Донбассе, которую враг развязал против Русского мира. Но крестоходцы, ведомые шебекинским иереем Антонием и энтузиастом «устинского хода» православным краеведом Павлом Альбощим, в последний пасхальный день поют другое: «Христос воскресе из мертвых…», «Богородице Дево, радуйся!..», тропари и величания Николе-угоднику, свт. Иоасафу Белгородскому, священномученику Никодиму Белгородскому.
Удивительно, с нами идут дальние родственники-потомки служившего вместе со священномучеником Никодимом иеромонаха Пантелеимона (Варварова), который застал в Белгороде мученическую кончину святого и закрытие монастыря, был духовником священномученика Александра Харьковского.
По ходу движения обязательно посещение храма в честь иконы «Всех скорбящих радость» в Сосновке, не столь давно возведённого возле исправительной колонии № 5, ещё не расписанного, без иконостаса, небольшого и уютного, кряжистого, плотненького, словно белый грибочек под шлемом, внешне отчасти отсылающего к храмам Древней Руси. А вот и новостройки посёлка Дорогобужино – название дано в память о выходцах из древнерусского города Дорогобуж. В этих местах пролегала линия Курской дуги.
После Дорогобужино необходимо пересечь по мосту дивные плавни, где парят красавицы цапли, и вступить в сосновый лес, где идём поначалу на свет, словно по райской дороге. Тут я не был более сорока лет, а в ранние школьные годы неоднократно отдыхал в Сосновке в пионерских лагерях – имени Гагарина и «Юность», а однажды – близ Соломино. Теперь тут, на Северском Донце, устроено Белгородское водохранилище, вдоль которого – идти до самой Масловой Пристани. Где-то в здешних лесах на епископа Иоасафа, направлявшегося в Устинку, напали грабители, которых святителю удалось увещевать и даже изменить судьбу одного из них.
На живописном берегу на учебно-тренировочной базе УМВД стоит уникальный деревянный храм-часовня в честь иконы свт. Николая Ратного. База, разумеется, закрытая. Сквозь прозрачную ограду виден броневик пехоты «Тигр», грустно белеющая одинокая скульптура пионера-барабанщика с подрисованными сажей усищами, почти как у командарма С. М. Будённого. Помним, что история 1-й конной армии кровно связана с Белгородчиной. Много мы наворотили за сотню лет такого, что не разгребём до сих пор. Взыскующе глядит из-за забора и голова «железного Феликса».
Провиденциальные места: тут шли кровопролитные бои и в Гражданскую войну, и в Великую Отечественную. И сегодня наши родные места стали боевым приграничьем.
Сержант на КПП наряден и любезен, препровождает в храм Николы Ратного, со ступенек коего меж сосновых стволов виден близкий мерцающий Донец, и если поглядеть влево, то уже видна гладь водохранилища, покрывшая «белгородскую Матёру», бывшее село Топлинка, словно напророчившее себе своим названием затопление большими водами «на благо людям».
Крестоходцев сопровождает дневная песнь соловьёв. Антон Чехов 130 лет назад внимал тому же: «Сосны буквально висят в воздухе и, того гляди, свалятся. Кукушки и соловьи не умолкают ни днём ни ночью…»
…Дорога, конечно, райская, да ноги земные. Без православного пения идти было бы совсем затруднительно. Поётся традиционная крестоходная молитвенная песнь: «Господи, Иисусе Христе, сыне Божий, Богородицею помилуй нас!» Эти 25 километров даются непросто. Ступни погуживают, ноженьки, ох, трутся-натираются, хотя и кроссовки мягкие и идётся по песчаной почве.
А вот и долгожданная Маслова Пристань! Здешний Михаило-Архангельский храм встречает приветственным колокольным звоном.
Мне привелось нести перед собой образ свт. Иоасафа; кто-то нёс икону страстотерпца Николая II, наш неутомимый доброхот Павел – образ новомучеников Белоградских, как водится, иконки – в руках у каждого крестоходца.
Под звон на ступенях храма список иконы свт. Николы Ратного неизменно встречают прихожане, ведомые настоятелем храма. Прикладываются ко святыням. Заждались. Крестоходцы ступают с трудом, но поставленный батюшкой елейный крест каждому на лоб придаст новых сил. Служится Всенощное бдение. Имеющие силы продолжить путь во второй день остаются на ночлег в Масловой Пристани, чтобы наутро после литургии отправиться дальше, проделав до Устинки путь ещё в 15 километров. Кто послабей (как я), уезжают на рейсовых автобусах на отдых по своим домам. Назавтра из сегодняшнего состава дальше отважатся пойти не все, но к ходу присоединятся новые молитвенники.
Уже в день Вознесения Господня, в четыре часа пополудни, торжественно встречаем ту самую икону свт. Николая Ратного – в обилии священства и прихожан у храма в честь Николая Чудотворца в Устинке. Наши крестоходцы подходят к храму вроде и измождённые неожиданной майской жарой (+ 25, как и накануне!), но бодрые: сегодняшний путь более короток. Чудотворную икону привозит из кафедрального Преображенского собора Белгорода митрополит Белгородский и Старооскольский Иоанн. Владыка выносит святыню, осеняет ею собравшихся у храма, передаёт встречающим.
Помещённую в большой киот на носилках, украшенный белыми и жёлтыми цветами с зеленью, большой крестный ход несёт святыню полтора километра к целительному источнику на окраину Устинки, где «более 300 лет назад преградил путь татарской коннице святитель Николай, чей образ с тех пор назван Ратным». Участники хода впечатляюще «усилены» молодыми хоругвеносцами храма Воскресения Христова из недальнего посёлка Зимовенька, прибывшими под руководством о. Александра Деревянко.
К молебну у святого источника, с акафистом святителю Николаю, совершаемым перед иконой собором духовенства, на берег стягиваются разновозрастные жители Устинки, Шебекино. Затем народ радостно набирает из больших бочек освящённую владыкой воду. Любо глядеть, как нарядные выпускники здешней школы омывают ею радостные лица.
Многим после молебна и водосвятия удаётся получить пирожки, которые раздают от местного благотворителя девушки в красных платьях в белый горошек, они же угощают желающих компотом. Нас наделяют и иконками с благословением митрополита Белгородского и Старооскольского Иоанна.
Высоченный камыш над узкой речкой Нежеголь шепчет нам свой древний сказ, а тропарь озвучен людскими голосами: «Правило веры и образ кротости, воздержания учителя яви тя стаду твоему, яже вещей Истина: сего ради стяжал еси смирением высокая, нищетою богатая. Отче священноначальниче Николае, моли Христа Бога спастися душам нашим!»
А до войны – рукой подать…