Но, как говорил в свое время Молотов, «критикуя – предлагай». Что же следовало сделать Сталину в 1939 году, чтобы удовлетворить господина Яковлева? Ясно что: договор заключить, а сферы влияния не делить, ибо империализм.

Давайте посмотрим, что мы получили в результате секретных договоренностей о разделе сфер влияния:

а) на 120–250 километров отодвинули линию, с которой начиналась будущая война;

б) ликвидировали «прибалтийский коридор», по которому немцы в считанные дни дошли бы до Ленинграда и ударили оттуда на Москву;

в) спасли от Гитлера население этих территорий, обреченное на уничтожение или ассимиляцию. Коренным национальностям прибалтийских стран еще могли достаться от немцев какие-то пряники, хотя бы в виде онемечивания, а остальным (тем, кто выживет), предстояло стать рабами новых «хозяев жизни». Евреям и вообще ничего не светило. Жаль, что Яковлев – не еврей…

Причем политес был соблюден полностью, так что «мировое сообщество» тогда и не вякнуло – разве что по поводу советско-финской войны. В советскую сферу вошли исключительно бывшие территории Российской империи и места компактного проживания украинцев и белорусов, отнесенные в 1919 году самим же «мировым сообществом» к этим республикам и захваченные Польшей в ходе советско-польской войны 1920 года.

Кстати, в состав СССР Западные Украина и Белоруссия вошли в результате референдума. Можно сомневаться в честности его проведения, а можно и не сомневаться – советский проект был чрезвычайно привлекателен в глазах нищего населения этих территорий. Прибалтийские же республики стали союзными решением их парламентов – не слишком демократически это делалось, но не тоталитарнее, чем в той же Австрии. Как бы то ни было, совершив «мюнхенский сговор», великие державы не могли уже возмущаться присоединением Западных Украины и Белоруссии; проглотив аншлюс Австрии, следовало молчать в тряпочку и по поводу «аншлюса» Прибалтики.

Все это, по мнению господина Яковлева, делать было нельзя – плевать, что погибнут лишние миллионы советских людей, что войну проиграем, зато будут соблюдены «высокие принципы ленинской политики». Которых в реальности и не было вовсе, а лишь в сказочках Яковлева и его предтечи – Хрущева.

Если вымести и выкинуть пропагандистскую шелуху, за что Яковлев упрекает Сталина? За то, что он повел себя так, как ведут себя правительства всех стран: больших, маленьких, сильных, слабых. Вы думаете, британцы или американцы признаются, что цель их внешней политики – мировая экспансия или борьба за рынки? Да никогда в жизни! Они несут отсталым народам свет цивилизации и демократии. Иногда бомбежками – но для их же блага! Всем можно, а Советскому Союзу – нельзя. Почему?

Яковлев пишет, что комиссия вела свою работу «ради утверждения нового политического мышления, для восстановления чести социализма, попранной сталинизмом». А в чем заключается честь социализма? Из всего, усвоенного из школьного и прочих курсов истории КПСС, из книг и кино следовал однозначный вывод: в том, чтобы беречь и защищать социалистическое отечество. А, по Яковлеву, получается – не иметь «имперских амбиций», а если государство при этом погибнет, то оно погибнет честно.