Разговаривая, мы не заметили, как дошли до пятиэтажного здания с панорамным остеклением, в котором затемненные квадраты жилых комнат, перемежались с прозрачными — коридорными и лестничными помещениями, с выставленными карликовыми пальмами, разноцветными растениями в горшках. Балконы в жилых блоках, широкие общественные веранды, и лоджии, сверкали зеркальной поверхностью, блестящими стальными балками креплениями и радовали глаз увитыми по всему периметру зелеными лианами, с разноцветным морем распустившихся ярких цветов.

— Ого, это что, общежитие такое? — удивился я, рассматривая здание.

— Оно самое, — подтвердил Забота. — Что тебя удивляет?

— Да так ничего особенного, — поспешил оправдаться я. — Красиво. Только цветов слишком много. Будто тут не курсанты живут, а девчонки из института культуры.

— У нас и девчонок хватает, — улыбнулся Трофим. — Такие «зажигалки» есть, что большинству парней фору дадут. Одна Лина чего стоит. Легенда нашего курса. Целыми сутками макивары, груши долбит, из тира не вылазит. Парочку приставал вызвала на ковер и отметелила знатно, опозорила перед всем училищем. С тех пор к ней мало кто клеится. А уж о том, чтобы нагрубить и посмеяться, вообще речи не идет. Парни посильнее есть, но они её уважают.

— А что касается цветов, так это нормально, — добавил Забота. — Красиво же, и настроение поднимают. Кислородом насыщают, дышится приятно, легко и свободно. Не пойму, чего тебе не нравится? За ними все равно Иван Иванович присматривает, наши АРСы ухаживают.

— Да не, это так, не обращай внимания, — отмахнулся я. — Ещё не пришел в себя толком, вот и ворчу, как старый дед.

В просторном холле, с большими мраморными плитами и прямоугольными колоннами столкнулись с четырьмя курсантами. Компания спускалась по лестнице прямо к площадке у хромированной дверцы лифта, где мы стояли.

Мои товарищи сразу напряглись, взгляды стали настороженными, кулаки сжались.

— Не дергайтесь, — криво усмехнулся, шедший первым высокий широкоплечий блондин. — Пусть Кузнецов отлеживается, приходит в себя. У меня к нему претензий нет. Пока нет.

— Мы инвалидов не трогаем, — противно ухмыльнулся рыжий паренек, по правую руку от него.

— Но когда очухаешься, подумай, как следует. Не стоит к Веронике лезть, будет больно, — добавил курсант слева, смазливый брюнет, ростом с блондина но худее и уже в плечах. — Серега тебе на полную катушку, отсыплет, так, что мало не покажется.

«Не хватало ещё, чтобы и тут меня с самого начала строили», — мелькнула в голове злая мысль, я скривился.

— Не корчи рожу, Кузнец. Послушай нас, против Строгача у тебя шансов нет, — вступил в разговор четвертый курсант, спустившийся последним — накачанный и очень коротко подстриженный. Ниже меня, но с огромными плечами, здоровенными ручищами, мощной треугольной спиной, натянувшей светло-серый китель так, что казалось — одно неосторожное движение и ткань треснет по швам.

Приступ злобы накрыл меня неожиданно, так, что запершило в горле. С трудом подавил себе желание врубить боковой по челюсти здоровяка, с изумлением констатируя, что раньше таких эмоциональных порывов не было.

— Придурки, нашли время для претензий, — возмутился Забота. — Он только из больницы вышел. Хотите схлестнуться, без вопросов. Мы Трофимом готовы выйти со Строгачем, тобой или Туманом, один на один, нам без разницы. Хому к боям привлекать не будем, у него башка слишком ценная, отобьем, нам предъявят. Договоримся на конкретное время в зале, наденем самбовки и перчатки, поработаем в полный контакт. Или встретимся без посторонних в сквере за городком, как хотите.

— А чего это, меня привлекать не будете? — ершисто глянул рыжий. — Я тебе мальчик для битья, что ли?

Здоровяк молча дернул его за бицепс и одним легким движением, убрал к себе за спину.

— Я не собирался претензии предъявлять, — процедил сквозь зубы блондин. — И трогать вас никто не хотел. Туман Кузнеца просто предупредил, по собственной инициативе, на будущее, чтобы тот не огреб. Но если есть желание, можем схлестнуться. Давайте в зале на днях пересечемся. Я с Борзым против тебя и Трофима. Все как полагается, в полный контакт, судьей, как обычно, Бондаря пригласим.

— Пойдет, — кивнул Саша.

— Не, подождите пацаны, — поспешно вмешался в разговор я. — Претензии за Веронику мне высказали, правильно? Мне на них и отвечать. Прятаться за спины товарищей не собираюсь. Во-первых, я реально не понимаю о чем речь. У меня ребятки, амнезия, вследствие удара об стенку. Иван Иванович бумагу с диагнозом из больнички получил, должен её начальнику курса и по другим инстанциям разослать. Вот хоть убейте, ни черта не помню. Веронику — тоже. Поэтому не понимаю, из-за чего нам рубиться? Не, если понравится, может и приударю за ней. Разрешения у тебя точно спрашивать не буду. Но именно сейчас таких намерений нет.

— Не врешь? — прищурился Строгин.

— Зайди в больницу, поинтересуйся у врача, — предложил я. — Ирина Павловна её зовут. Придумай подходящий предлог, мол переживаешь за товарища. И она тебе всё подтвердит.

— Понятно, — хмыкнул блондин. — Ладно, проехали пока. Но если увижу, что снова к Нике подкатываешь, когда очухаешься от сегодняшнего взрыва, выйдешь со мной на татами в полный контакт. Проигравший отваливает, кто победит, с нею остается. Договор?

— Договор, — подтвердил я, не удержался и съязвил. — А Вероника согласна, чтобы её, как ценный приз в бою разыгрывали? Возможно, у неё самой есть планы на счёт того, с кем и когда быть.

— Этот вопрос решим, — самоуверенно отмахнулся Строгач. — Главное, ей не проболтайся.

— Да я её и не помню, — фыркнул я. — Эту вашу Веронику. Не проболтаюсь, не переживай.

— Тогда расход?

— Расход, — согласился я.

Четверо курсантов с каменными лицами прошли мимо, и вышли на улицу. Забота и Трофим проводили их хмурыми взглядами.

— Чего ты лезешь? — возмутился Саша, когда Строгач с приятелями уже шагали по улице. — Мы бы с Трофимом без проблем вышли бы на ковер. Эта компашка бесит, реально. Кем они себя возомнили, самыми модными парнями в нашей деревне?

— А зачем? — спокойно ответил товарищу.- Я же действительно не помню эту Веронику. А вам рубиться придется в полный контакт. Строгин слабаком не выглядит. А Борзый кто? Слева от него брюнет или бычара, спустившийся последним?

— Борзый, тот здоровый, который рыжего к себе за спину задвинул, — мрачно сообщил Трофим. — Леша Борзов. Будущий ликвидатор. И он действительно здоровый как танк. Строгач тоже не подарок, но Борзый, реальная машина.

— Он стероидного бройлера напоминает, а не ликвидатора, — усмехнулся я. — Главное правило наемного убийцы — быть незаметным в толпе.

— Во-первых, не всегда,- возразил Заботин. — Все от объекта ликвидации зависит и специфики задания. Иногда и образ модного качка сойдет. На него никто не подумает, слишком колоритный и узнаваемый. Во-вторых, если понадобится, Борзый спокойно скинет кил тридцать, и станет полностью другим человеком. Их этому учат, даже список препаратов дают, способных сбрасывать, или резко набирать вес для маскировки. Я уже молчу о различных гримах, масках, линзах для глаз, инъекциях, чтобы на время изменить черты лица. В-третьих, ему еще два года с половиной года учиться, может себе позволить ходить раскачанным шкафом и щеголять перед девчонками мускулатурой.

Пока мы разговаривали, приехал лифт. Стеклянные дверцы плавно разъехались, мы зашли в конусообразную кабину, и она плавно двинулась вверх, по прозрачному туннелю. Я с интересом рассматривал видневшиеся сквозь внешнее остекление, окружающие пейзажи, зеленые деревья, парковые деревья, цветочное море клумб и необычные здания поблизости. Так увлекся, что прозевал момент, когда лифт остановился, и двери начали раскрываться. Трофим был вынужден меня легонько подтолкнуть, чтобы вернуть в окружающую реальность.

Наше жилье, которое ребята называли блоком, оказался почти в самом конце коридора. Белая дверь с горящими сверху на экранчике электронными цифрами «437». Саша быстро пробежался по кнопкам с цифрами внизу номера, из глазка рядом с экраном ударил синий луч, разошелся сверкающими точечками, охватывая фигуру Заботы, и сразу погас. Защелкали открываемые замки, и дверь неслышно распахнулась, пропуская нас вовнутрь.

За нею оказалась прихожая, ведущая в огромную кухню-гостиную. Помещение было светлым и просторным, с огромным панорамным стеклом, мягким диваном, эллипсоидным столом и четырьмя стульями, кухонная стенка с печкой, агрегатом, похожим на микроволновку, посудой и другими приборами для готовки пищи и большим холодильником в углу.

Справа и слева от кухни в гостиной виднелись четыре двери, по две в каждой из стен.

На одной сиреневым светом сияла табличка «душ/туалет». На других дверях были обозначены уже знакомые цифры «437», с дополнительными буквами «а», «б» и «в».

— Наш родной блок, вот здесь мы все и живем, — улыбнулся Забота. — Ну что, Тоха, вспомнилось что-нибудь?

— Очень смутно, — чуть покривил душой я, с любопытством оглядывая помещение.

— Чаю будешь? — спросил Трофим. — Ещё есть колбаса, бутерброды с сыром, хлеб, яйца.

— А вода есть? — поинтересовался я.

— Минералка в холодильнике, на боковой полке, — Забота шагнул к сверкающему хромом прямоугольнику, открыл дверцу, заглянул вовнутрь. — Ещё есть «Буратино», «крем сода», «ситро». Что будешь?

— «Крем-соду», — попросил я, присаживаясь за стол.

Саня вытащил из холодильника запотевшую бутылку с напитком, достал из верхнего ящика открывалку, снял крышку, вытянул из верхнего шкафчика стакан, быстро всполоснул в мойке, поставил передо мной и наполнил.

Я глотнул и блаженно закатил глаза. «Крем-сода» оказалась ледяной и очень сладкой, то, что нужно. Забота уселся напротив и наблюдал, как я кайфую, неторопливо потягивая холодную жидкость.

— Парни, не знаю, как вы, а я вздремну немного, — сообщил Трофим. — Ночью готовился к зачету по полевой медицине, поспал мало, сейчас буду наверстывать.

Товарищ подошел к двери «347 б» стал перед нею, взялся за ручку. Уже знакомый синий луч, стрельнул в него из глазка, пробежался по фигуре. Клацнули, возвращаясь в замочный корпус стальные круглые штыри, дверь открылась, и товарищ скрылся в своей комнате.

— А ты что делать будешь? — спросил Саша. — Отдыхать?

— Поваляюсь, с вашим Иваном Ивановичем пообщаюсь, — откровенно ответил я. — Надо прояснить некоторые моменты. Может и память начнет постепенно возвращаться. Какая у меня комната, кстати?

— «Б», — сразу ответил Заботин, — «а» — моя.

— Отлично, пойду, свою комнату гляну, интересно, — сообщил я и поднялся. — За «крем-соду» отдельное спасибо, освежила и настроение улучшила.

— Да, перестань, ерунда, — отмахнулся Саня. — Пообщаешься с Иваном Ивановичем, выходи сюда. Через три часа ужин, вместе пойдем. Заодно и столовку покажем, подозреваю, ты и туда путь забыл.

— Забыл, — подтвердил я. — А денег сколько с собой брать?

— Да какие деньги⁈ — изумился Забота. — Бесплатно всё, мы на полном государственном обеспечении. Ещё и стипендию платят.

— Какую? — поинтересовался я.

— Сотку в месяц, то есть сто рублей, переводят на цифровой счет, — сообщил Саня.

— Маловато, — вздохнул я.

— Маловато? — выпучил глаза Забота. — Походу тебя серьезно об стенку шваркнуло, раз такую ересь несешь. Нормальные деньги для курсантов на полном обеспечении. У нас больше половины почти всегда остается.

— Ладно, потом поговорим, — вяло отмахнулся я. — Просветишь меня, что, как и где. Что-то прилечь захотелось.

«347 б», также просканировал меня лучом и открыл дверь. Я шагнул вперед и с любопытством огляделся. Комната была небольшой, но достаточно уютной. Такое же затемненное панорамное окно на всю стену, напротив двери у стены кровать с компактной тумбочкой, небольшой шкафчик для одежды, стол, с четырьмя ящичками внизу. На толстой столешнице необычный тонкий, прозрачный планшет со стеклянным экраном. Рядом мягкое удобное кресло на колесиках с большой, чуть загнутой сверху спинкой. Всё.

Улегся на кровать, задумался:

«С чего начнем? Итак, сейчас двадцать четвертое мая, сорок первый год двадцать первого века. Надо разобраться, как так получилось, почему сейчас совок, что произошло? Где была эта реперная точка, с которой всё вернулось обратно. Как это сделать? Задать Ивану Ивановичу соответствующие вопросы, но аккуратно, чтобы они ни о чем не догадался. Как определить точку отчета? Идея! Попросить перечислить руководителей СССР, я их всех помню, и там, где появится новый человек, остановимся и послушаем историю его прихода к власти. Отлично, с этого и начнем!»

— Иван Иванович, вы меня слышите? — громко спросил я, глядя в потолок.

— Антон, я слышу каждого, — ответил приятный мужской голос. — Серверные мощности позволяют. Достаточно обратиться ко мне, чтобы включить режим общения, что ты уже сделал.

— Вы уже знаете, что я пострадал от взрыва аэротакси и получил амнезию? — я замер, в ожидании ответа.

— Конечно, — подтвердил Иван Иванович. — Документы получил, переслал по инстанциям, в секретариат, начальнику училища, офицеру-куратору.

— Не могли бы вы меня немного проконсультировать? — попросил я. — Может это поможет быстрее восстановить память?

— Судя по медицинскому заключению, она у тебя должна вскоре восстановиться, — сообщил Искусственный Интеллект. — Завтра на два тебе назначено обследование и не только. Подключат к аппарату стимуляции мозга. Вероятность успеха — восемьдесят восемь процентов.

— Понятно, — хмыкнул я. — Так вы меня проконсультируете?

— С удовольствием, Антон, — вежливо ответил Иван Иванович. — Ценю твою вежливость, но можешь обращаться на «ты», так все делают. Что ты хочешь узнать?

— Для начала, — я сделал вид, что задумался. — Расскажи, что находится на территории городка «Красное Знамя». Я что-то подзабыл.

— Хорошо, — согласился Искусственный Интеллект. — На территории городка находятся: Высшее военное училище имени Сталина со всей необходимой инфраструктурой, в котором ты и твои друзья учатся. Дом космоса и высоких технологий, суворовское училище имени Рокоссовского, детский дом — интернат для одаренных детей, парк досуга и отдыха с аттракционами, Большая библиотека имени Ленинского комсомола, культурно-развлекательный центр, больница. Формально на территории «Красного Знамени» находится филиал Военной Академии имени Жукова, в котором офицеры проходят переподготовку. Но он имеет отдельный наружный вход, и огорожен от остального городка. Если хочешь, включи планшет, он у тебя на столе лежит, покажу их голографические трехмерные изображения.

— Пока не надо, — отказался я. — А как его включать, кстати?

— Очень просто, — доброжелательно ответил Иван Иванович. — Достаточно взять в руку и приложить ладонь к прозрачному экрану. Устройство считает твои опечатки, другие параметры и включится.

— Понятно, — кивнул я. — Ты сказал, что наше военное училище со всей необходимой инфраструктурой. Что в неё входит? Только коротко и сжато, пожалуйста.

— Общежитие, в котором ты сейчас находишься, — сообщил Искусственный Интеллект. — Столовая, полигон, на котором устраивают стрельбища, работают с взрывными устройствами, проводят испытания. ЦУБС — Центр Управления Беспилотными Системами. В нем оттачивают навыки работы с воздушными, наземными и водными целями, управления беспилотными системами разного назначения — перевозчиками грузов, платформами эвакуации и оказания первой помощи, перехватчиками, бомбардировщиками, ездящими и летающими бомбами, другими видами роботизированных платформ военного назначения. Для боевой подготовки курсантов имеются виртуальный и имитационный залы. Первый создает любую виртуальную обстановку — от джунглей Африки до небоскребов Нью-Йорка, имитирует местность для боевой задачи, запускает указанное количество противников с определенными навыками и оружием. Курсанты надевают специальные голографические очки виртуальной реальности, берут в руки макеты оружия и выполняют задание, сражаясь с ИИ виртуального центра. Второй — имитационный, представляет собой огромный ангар, со специальной площадкой, которую можно менять под любую задачу, создает рельеф местности, позволяет использовать быстро монтируемые площадки. В нем проходят командные военные игры курсантов, одни штурмуют, другие обороняются. Иногда на экзаменах курсанты выходят сражаться против реальных бойцов спецназа. Могу подробнее рассказать о парке досуга и отдыха, развлекательно-культурном центре, библиотеке, спортивных площадках и тренажерном зале.

— Сейчас не нужно, может, как-нибудь потом, — отказался я. — Давай пока пройдемся по новейшей истории. Перечисли всех руководителей и генеральных секретарей Советского Союза. Только имена, фамилии и годы правления, кратко, без лишних подробностей и точных дат.

— Хорошо, — согласился Искусственный Интеллект. — С момента образования Союза Советских Социалистических Республик, 22-го декабря 1922 года, его первым руководителем был Владимир Ленин. Руководитель Совета Народных Комиссаров, лидер Октябрьской революции и партии большевиков. Формально он считался руководителем страны до самой смерти в 21 января 1924-го года. Фактически, в последний год его жизни, правили несколько ближайших соратников, поскольку перед смертью Ленин тяжело болел. После него до 1953-го года страной руководил первый секретарь ЦК ВКП(б) Иосиф Сталин. Когда он умер, на короткое время власть перешла к председателю Совета Министров СССР Георгию Маленкову. Он правил с 1953-го по 1955-год. Затем руководство страной принял Первый Секретарь, ЦК КПСС Никита Хрущев. Он руководил страной до 1964-го года. Потом власть перешла к Леониду Брежневу, позже ставшему Генеральным Секретарем ЦК. На внеочередном пленуме 20-го января 1979-ом года Брежнев сложил полномочия, и власть перешла к Григорию Романову.

«Вот оно!», — от возбуждения я чуть не подскочил на кровати, удержавшись в последний момент. — «В моей истории, никакого Генерального секретаря Романова, не было, только Андропов, Черненко, а потом Горбачев, на котором СССР и кончился!»

Примечания:

АРС — Автоматический Роботизированный Садовник. — небольшая машинка, с полками внутри, и руками-щупальцами и лопатками, ухаживающая за садами, цветами и придомовыми клумбами. В основном работает в помещениях и прилежащих к ним дворам.

Не путать с УРУ или «Уры» как их называют, (Уличный Робот Уборщик), имеющими большую мощность, убирающими и облагораживающими всю территорию закрытого городка.