Комната исчезла во вспышке света и я оказался по центру Арены.

Она оказалась куда больше, чем выглядела из окна раздевалки: овальная чаша метров пятьдесят в поперечнике, жёлтый песок под ногами, утрамбованный и местами бурый от старой крови. Над головой ярусы трибун, и гул толпы тут же ударил по ушам, как прибой.

Напротив, метрах в двадцати, стоял он.

Коренастый, широкий, будто собранный из дубовых пней. На плечах шкура какого-то мохнатого зверя, на пол-лица железная маска, из-под которой торчала спутанная борода. В обеих руках он держал двуручную секиру, тяжёлую, с лезвием шириной в мою грудную клетку. Рядом с его ником в системном окошке горело: «Мясник», 39 уровень, рейтинг 380 777.

Берсерк смерил меня взглядом и хмыкнул.

— Тридцатый уровень? — его голос прокатился по арене низким рыком. — Вы там на нижних этажах совсем страх потеряли?

Трибуны загудели громче. Судя по обрывкам, доносившимся сверху, публика уже делила ставки, и в мою пользу не ставил почти никто.

— Серьёзно, парень, — Мясник перехватил секиру поудобнее и повёл плечами, разминаясь. — У меня правило: новичков не калечу. Сдайся сейчас, сохранишь кольцо и кости. Позор заживает быстрее переломов.

— Заботливый, — я хрустнул шеей. — Прямо мамочка.

Он скользнул взглядом по системному окошку над моей головой, и борода под маской поползла в ухмылке.

— «Кирпич», — берсерк смаковал прозвище. — Самое место такому имени на дне рейтинга. Сам придумал? Это как же тебя головой в детстве приложили, что на большее не хватило фантазии?

Трибуны наверху подхватили смешок.

Над собственным прозвищем я и сам не прочь похмыкать, но из чужой пасти оно прозвучало иначе.

— Не важно как меня приложили — я лениво качнул головой. — Важно чем тебя приложат. Это будет оранжевый кирпич.

Мясник на мгновение замер, а потом как загоготал в голос.

— Кирпичом? Меня⁈ — он утёр выступившую слезу. — А ты шутник.

— Это не шутка.

Он хохотнул, но в голосе уже прорезался металл.

— Ублюдок, я тебя научу уважать старших по уровню.

Воздух вокруг него задрожал.

Над плечами берсерка одна за другой соткались три призрачные секиры: полупрозрачные, с размытыми краями, но лезвия у них были отчётливые и хищно поблёскивали. Они висели в воздухе и медленно вращались, как акулы вокруг добычи.

— Моя аура, «Призрачный Палач», — Мясник шагнул вперёд, и фантомные секиры двинулись вместе с ним. — Три дополнительных лезвия. Каждое бьёт само по себе. Ты даже не поймёшь, с какой стороны прилетит.

— Три, значит, — я встроил точильный кирпич в кулак и легонько постучал им о ладонь. — А я думал, ты хвастаться начнёшь.

Он сорвался с места.

Тяжёлый, но быстрый, для такой туши двигался он на удивление резво. Секира пошла по диагонали, и одновременно с ней правая фантомная секира зашла мне в бок, а левая в спину.

Я ушёл перекатом.

Физическое лезвие просвистело над головой. Призрачная секира слева чиркнула по плечу, и доспех Живой стали принял удар, поглотив пятнадцать процентов, а остальное ушло в тело тупой болью. Третья фантомная секира ударила сверху, но я уже был в движении, и песок взорвался фонтанчиком в том месте, где только что была моя голова.

Быстро. Очень быстро. Эти призрачные твари двигались независимо от хозяина, и предсказать их траекторию было непросто даже с моей ловкостью.

— Неплохо, — Мясник развернулся, и секиры перестроились. — Для тридцатого уровня ты шустрый. Но шустрость — это всё, что у тебя есть.

Он обрушил град ударов.

Физическая секира сверху вниз. Фантомная слева колющий выпад. Другая справа подсечкой под ноги. Третья снова сверху, но с задержкой в полсекунды, чтобы поймать меня на выходе из уклонения.

Я танцевал.

Клинки я себе призывать запретил, поэтому уходил от секир не блокируя атаки, на одной ловкости, это только раззадоривало мой запал. Тело скользило мимо ударов, песок взрывался фонтанами, призрачные лезвия рубили пустоту. Доспех Живой стали принимал те касательные, от которых я не отходил, и медленно заряжал «Эхо Удара».

— Да стой ты смирно! — прорычал Мясник.

— А ты убедительно попроси, — бросил я, уходя от очередной фантомной секиры переворотом назад.

Трибуны взорвались. Кажется, публика начала понимать, что лёгкой расправы не будет.

Мясник остановился. Его грудная клетка вздымалась, он выкладывался всё больше, а я всё ещё был на ногах и даже не особо запыхался.

— Хватит, — процедил он.

Воздух вокруг него сгустился. Три призрачные секиры перестали вращаться и начали стягиваться к центру, сливаясь друг с другом. Над головой берсерка формировалось нечто новое: огромное фантомное лезвие размером с телегу, и края у него уже не были размытыми. Они горели багровым.

— Казнь! — громко провозгласил он.

Трибуны затихли.

Колоссальная секира рухнула вниз одновременно с физическим ударом, и Мясник вложил в этот замах всё, что у него было. Два лезвия, реальное и призрачное, шли синхронно, накрывая площадь, с которой я не успел бы уйти даже с моей скоростью.

Песок под ногами задрожал от давления ауры.

Я вскинул руку.

Капюшон Королевской кобры.

Вокруг меня на долю секунды развернулся полупрозрачный купол с узором змеиной чешуи. Призрачная секира ударила в него и исчезла. Просто перестала существовать, будто её никогда и не было. Купол лопнул, но своё дело сделал.

Физическая секира Мясника тем временем врезалась в песок там, где я только что стоял. А сам я уже был в воздухе, выпустил часть накопленного «Эха» в землю, и реактивный импульс швырнул меня на десять метров назад.

Приземлился на ноги. Песок осыпался с подошв.

Мясник замер. Его глаза над железной маской расширились.

— Ты… пережил «Казнь»? — он смотрел на пустое место над головой, где только что висела его ультимативная способность. — Как⁈

— У каждого свои фокусы, — я отряхнул песок с плеча. — У тебя — топорики. У меня — змеиный капюшон. Кстати, он одноразовый, так что ты почти добился успеха.

— Почти⁈ — он оскалился. — Да я тебя и без ауры порву!

Он бросился в атаку, теперь только с физической секирой, но ярость придала ему скорости. Лезвие пошло горизонтально, целясь мне в шею.

Я не стал уклоняться.

Шагнул внутрь его замаха.

Левая ладонь раскрылась навстречу секире. В последнее мгновение я материализовал точильный кирпич прямо в руке.

БДЫ-Ы-ЫЩЬ!

Секира врезалась в кирпич и остановилась. Намертво. Инерция ушла в никуда, поглощённая на сто процентов. Руки Мясника дрогнули, его собственная отдача хлестнула по запястьям, и он на долю секунды потерял контроль над оружием.

А я уже был рядом.

Впечатал кирпич по короткой дуге в оголённое древко. Сталь, дерево с железом лопнули, и тяжёлое лезвие рухнуло в песок.

Мясник остался с огрызком в руках.

— Что за…

Я не дал ему договорить, отправив ему короткий, хлёсткий апперкот. Кирпич врезался Мяснику точно в подбородок.

Хрустнуло.

Кирпич в челюсть. Обещал — получи.

Железная маска слетела с лица. Глаза берсерка закатились, и он рухнул на спину, подняв облако песка. Секира-обрубок выпала из разжавшихся пальцев.

Трибуны замерли. Ни звука. Тысячи зрителей смотрели на тридцатый уровень, который только что вырубил тридцать девятый голыми руками, точнее, одним кирпичом.

Я встряхнул левую кисть, разминая пальцы. Кирпич исчез, втянувшись обратно в ладонь.

Над ареной всплыло системное уведомление:

Победитель: Кирпич (30 уровень)

Время боя: 2 минуты 14 секунд

Трибуны взорвались.

Рёв стоял такой, что песок под ногами вибрировал. Кто-то орал от восторга, кто-то от ярости, потому что поставил не на того, но громче всего звучало одно слово, которое скандировали снова и снова:

— Кир-пич! Кир-пич! Кир-пич!

Имя, над которым берсерк ржал пару минут назад, теперь ревели тысячи глоток.

Я усмехнулся, глядя на бессознательного Мясника. Его уже подхватили лечебные големы и утаскивали с арены.

— Предупреждал ведь, — бросил я ему вслед.

Портал открылся передо мной, и я шагнул обратно в раздевалку.

Гул трибун стих, сменившись тишиной пентхауса. Я стянул доспех Живой стали обратно в режим шорт и рухнул на диван.

Первый бой, две минуты, противник с аурой и ультимативной способностью — неплохо для разминки. Я взял полотенце и вытер пот.

Покосился на световую таблицу рейтинга.

Кирпич — 380 777 место.

Больше ста тысяч позиций за один бой. Если так пойдёт и дальше, до ТОП-100 можно добраться за пару недель.

В дверь постучали.

— Войдите.

Створка приоткрылась, и в проёме показалась та самая девушка в форме, что вела меня к управляющему. В руках она держала поднос с высоким запотевшим стаканом.

— Комплимент от администрации арены, — она поставила поднос на столик и стрельнула глазами. — Для бойцов, которые выигрывают первый рейтинговый бой нокаутом в режиме «безумие».

— И часто такое бывает?

— Второй раз за мою смену, — она улыбнулась. — Первый был четыре года назад. Его выполнил Дарт Могол.

Имя мне ни о чём не говорило. Я взял стакан. Холодный, по запаху с чем-то цитрусовым и терпким.

— Польщён.

— Трибуны до сих пор гудят, — она кивнула на обзорное окно. — «Кирпич» уже обсуждают во всех букмекерских. Кажется, у вас появились фанаты.

— И враги, — я сделал глоток. — Обычно эти два списка появляются одновременно.

Девушка задержалась у двери.

— Если понадобится что-то ещё… — она многозначительно помолчала. — Я на стойке администратора до конца смены.

— Учту.

Она вышла, и дверь мягко закрылась.

Я допил напиток. Он восстанавливал силы не хуже зелья выносливости, только на вкус был приятнее, такое хотелось бы пить каждый день.

Откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. Мясник был неплох. Аура, ультимативная способность, девять уровней разницы, а всё равно лёг спать через две минуты.

Но это был только 380 000-й номер рейтинга. Дальше пойдут серьёзные противники.

Я ухмыльнулся, вот и отлично.

К банку я подошёл минута в минуту, и первым делом задался вопросом, та ли это вообще женщина, что таскала меня днём по гильдии.

Селена ждала у входа, но от деловой ледышки в юбке-карандаше осталось немного. Платье она сменила на подходящее под вечерний выход, макияж тоже поменяла, и теперь она держалась где-то на грани между менеджером, который вот-вот подсунет тебе договор, и особой, ради которой этот договор подмахнёшь не глядя.

Перемена мне понравилась. Признавать это вслух я, разумеется, не собирался.

— А вы умеете удивлять, — заметил я вместо приветствия.

— Это входит в обслуживание, — она чуть склонила голову. — Хотя кое-что сегодня выбивается из регламента даже у вас.

— И что же?

— До меня уже долетел один любопытный слушок, — Селена смерила меня взглядом. — Будто бы некий новичок по прозвищу Кирпич вынес чемпиона на первом же бою. А вы, как я погляжу, успели где-то размяться, пока добирались до банка.

Вот это мне и не понравилось.

Прозвище Кирпич я выдумал пару часов назад, в кабинете у старика-управляющего, и вписал его в закрытый реестр. На арене звучал только позывной, имя пряталось под печатью. Откуда тогда гильдия связала какого-то Кирпича со мной?

Ответ напрашивался один, и приятным он не был.

Эти ребята приглядывали за мной плотно и со знанием дела. VIP-карта на моём пальце открывала двери на аукционах, но подозреваю что та же карта служила поводком, по которому гильдия отслеживала каждый мой чих. Этакий жучок или штука, по которой меня можно отслеживать.

Жучок? С какого чёрта я назвал вип-карту именем насекомого? Да хрен его знает.

— Просто разогнал кровь перед ужином, — мило ответил. — Сидячая работа, сами понимаете. Спина затекает.

— У вас занятное представление о разминке, — Селена улыбнулась, и в улыбке мелькнуло что-то живое, без рабочей фальши. — Идёмте, нас ждут.

— А после? Вы же не до полуночи тут прописаны.

— После передачи ценностей мой рабочий день официально закончится, — она двинулась вперёд, бросив взгляд через плечо. — Дальше я совершенно свободна.

— По счастливому совпадения, я тоже.

Селена повела меня внутрь, и в холле нас перехватил ещё один встречающий. Главный менеджер хранилища.

Маленький, кругленький мужичок в очках, в наглухо застёгнутом сюртуке, было видно, что он отвечает тут за каждую монету и потому спит вполглаза. Он раскланялся передо мной так усердно, что я начал волноваться, не сорвёт ли он себе спину.

— Большая честь, господин, большая честь, — затараторил он, поправляя очки. — У нас, знаете ли, нечасто бывают клиенты вашего, кхм, масштаба. Прошу, прошу за мной.

Он то и дело косился на меня снизу вверх, с любопытством и лёгкой опаской, и явно прикидывал, чего от меня ждать.

Мы спустились по узкой лестнице в подвал. Менеджер семенил впереди, не умолкая ни на секунду.

— Сделки такого объёма мы оформляем, может, раз в несколько лет, — он повёл рукой вдоль стены. — Гильдия, конечно, особый партнёр, но всё же, всё же. Сюда, пожалуйста, тут ступеньки покруче.

По обе стороны потянулись ряды хранилищ. Сперва мелкие ячейки, аккуратные дверцы в стене, одна к одной. Чем глубже, тем солиднее становились замки.

Я скользил по ним взглядом и гадал, как много этих скромных норок гильдия сняла под мой заказ.

А потом коридор уперся в Ворота.

Двойные, во всю стену. Не банковская дверца, а полноценные створки, в которые прошёл бы гружёный обоз.

— Прошу всех приложить руку, — менеджер встал у левой створки. — Вы как владелец, госпожа Селена от лица гильдии, и я от лица банка. Таков порядок при передаче груза особой ценности.

Не знаю о какой такой особой ценности он говорил, для меня это было всего лишь обычное оружие. Положил ладонь на створку рядом с двумя другими.

Руны на створках налились зелёным, по железу прокатилась волна света, и Ворота с глубоким гулом поползли в стороны, признавая, что содержимое «ячейки» отныне переходит ко мне.

За Воротами открылся ангар, и я ни капли не удивился.

Коробки и ящики громоздились до самого потолка, ряд за рядом, целая гора чужого добра, которое теперь стало моим. Гильдия не поскупилась на размах, тут хватило бы припасов, чтобы снарядить небольшую армию.

Повторю еще раз — я ни капли не удивился, у меня один полк вампиров приносит за проход по этажу в десять раз больше, так что это просто мелочь.

Банкир остался топтаться у входа, не решаясь сунуться внутрь, а мы с Селеной прошли вглубь.

Она тут же переключилась в деловой режим, и от вечерней мягкости не осталось следа.

— Принимайте, — Селена повела рукой вдоль рядов и протянула мне свиток. — Здесь ваша копия описи, можете сверять по ходу.

Я развернул документ и пробежался глазами.

— Первая партия заготовок под заточку, вот эти штабеля, — она шагала вдоль ящиков, отмечая каждый. — Аванс золотом, половина суммы по контракту. Сферы жизни, как договаривались, не больше пятой части от платы. Карты этажей до десятого включительно.

— А бумага к ушастым?

— Вот рекомендательное письмо к эльфийской гильдии по удобрениям, — она вытащила отдельный конверт с печатью. — Лекарства от провалов памяти и головной боли. И вот, бытовые артефакты для помощницы мастера, посудомоечный и туалетный столик.

Я сверял пункт за пунктом, и всё сходилось. Гильдия отыграла честно. Пока что.

В этот момент Живая Сталь на мне еле заметно дёрнулась.

Прожорливые шорты учуяли ящики с синими металлическими артефактами и намылились перекусить прямо тут, не дожидаясь приглашения. Я мысленно цыкнул на них, осаживая. Ишь, неужто у артефакта Вельтора есть своё сознание, что за беспредел. Нет, это конечно предназначалось для них, но голодный пир в банковском хранилище на глазах у гильдии был бы перебором даже для меня.

Чуть в стороне от общей кучи стояла отдельная коробка.

Фиолетовая, эпического отлива, и судя по описи никакой боевой ценности в ней не было. Косметический артефакт. А вот бирка на крышке заставила меня хмыкнуть.

«Личной помощнице мастера. Предположительно: супруге, фаворитке или главной наложнице».

Я повертел бирку в пальцах и решил оставить как есть. Представляю какое лицо будет у Сиси, когда она это прочитает, на это хотелось бы посмотреть.

— Подарок придётся мастеру по вкусу? — уточнила Селена.

— В самую точку, — заверил я. — А за лекарства отдельное спасибо. Они очень пригодятся.

Я уже прикинул, что на этом дела закончены и пора сворачиваться, но Селена шагнула к стене и сняла с полки ещё один ящик.

— И последнее, — она протянула его мне. — Раз гильдия арендовала под вас отдельное спецхранилище, к нему прилагается артефакт удалённой доставки. Отправной бокс, привязанный к вашей банковской ячейке.

— И как он работает?

— Складываете товар внутрь, закрываете, подтверждаете, и содержимое переносится прямо в ячейку, — пояснила она. — Вам не придётся каждый раз являться в банк лично, чтобы передать готовые партии.

— А подвох?

— Работает только в одну сторону, от вас к ячейке, — Селена постучала по крышке. — Живых существ не принимает, незаявленную опасную начинку тоже. И привязан намертво к контракту и вашей ячейке.

Что ж, Магнус своё дело знал. Сообразил, как я буду гонять туда-сюда тонны заточенных клинков, и подстелил соломки до того, как я сам об этом задумался. Хваткий мужик.

Банкир у входа закивал, довольный, что логистику утрясли без сучка и задоринки. Потом всё же осмелел и подал голос.

— Господин, позвольте уточнить, — он сложил ручки на животе. — Сколько вам потребуется времени, чтобы вывезти весь груз? И на чьё имя оформлять допуски в хранилище? Процедура небыстрая, придётся согласовывать каждого носильщика.

— Не нужно никаких носильщиков, — отмахнулся я. — Справлюсь сам.

Они переглянулись, но промолчали.

Я обвёл взглядом гору ящиков и мысленно отдал команду.

— Изыди.

Весь груз исчез.

В одно мгновение. Ящики, коробки, сундуки, сферы жизни, синие артефакты, карты, заготовки, отправной бокс, вся гора растворилась в воздухе и улетела прямиком в Пространственную мастерскую. Ангар опустел, остались голые стены, лишь косметический артефакт я спрятал в пространственный наруч.

Селена приоткрыла рот. Банкир побледнел, у него дёрнулся глаз, и он уставился на пустое место, где секунду назад громоздились ящики.

Они были знакомы с пространственными артефактами и инвентарем, но видимо пространственных артефактом таких масштабах они еще не видели. По крайней мере они могли подумать только о пространственном артефакте, личное карманное измерение… Я еще не слышал, чтобы у кого-то другого оно встречалось.

Хлопнул в ладоши, стряхивая с них пыль.

— С вами приятно иметь дело, — бросил в повисшей тишине. — Первые клинки начнут поступать уже завтра.

Банкир открыл было рот, закрыл и так больше ничего и не выдавил. Селена опомнилась первой, кивнула служащему, и Ворота за нашими спинами с гулом поползли обратно, запирая пустоту.

Мы поднялись наверх и вышли из банка в вечерний город.

— Признаюсь, такого я ещё не видела, — Селена покосилась на меня уже без всякого регламента. — С чего начнём прогулку?

— Веди, ты тут местная.

— Тогда как насчет того, чтобы сходить на набережную? — она кивнула в сторону реки, где над водой загорались огни. — Сердце города, все главные виды собраны там. И заведения на любой вкус рядом, проголодаемся, будет где сесть.

— Годится, — усмехнулся я, услышав завуалированный намек о продолжении вечера в ресторане.

Я зашагал рядом с ней к вечерним улицам, прикидывая, как половчее ввернуть в светскую болтовню один неудобный вопрос.

Прогулка прогулкой, ужин ужином, но где-то между набережной и десертом мне предстояло выяснить, кто из тёплой троицы заказчиков гильдии решил наточить оружие против моей армии. А Селена для такого дельца подходила слишком хорошо, чтобы упускать такой момент.

Прагматичная красавица рассматривает во мне «золотого» клиента, а я не прочь побыть им за доверие, которое она окажет в приятной и расслабляющей атмосфере ресторана…