(Схема 11)
К началу операции в полосе 2-го Белорусского фронта немцы имели 550 самолетов, из которых большинство базировалось на ростокском направлении. Значительная часть этой авиации к началу наступления 2-го Белорусского фронта была связана начавшимся 16 апреля наступлением 1-го Белорусского фронта непосредственно на берлинском направлении.
К этому времени 4-я воздушная армия, действовавшая в составе 2-го Белорусского фронта, состояла из 8-го истребительно-авиационного корпуса (215-я и 323-я истребительные дивизии), отдельных 229, 309, 269 и 329-й истребительных дивизий, 4-го штурмового авиационного корпуса (196-я и 199-я штурмовые дивизии), отдельных 230, 233, 260 и 332-й штурмовых авиационных дивизий, 5-го бомбардировочного авиационного корпуса (132-я и 327-я бомбардировочные дивизии), отдельной 325-й ночной бомбардировочной дивизии и 164-го отдельного разведывательного авиационного полка.
К началу операции районы базирования авиации 4-й воздушной армии были приближены к линии фронта, в результате чего удаление аэродромов от передовых войск в среднем составляло: для истребителей 20–40 км, для штурмовиков 30–50 км и бомбардировщиков 70—110 км.
Удаление же аэродромов от Берлина составляло: для истребителей 100–150 км, штурмовиков – 150–180 км, бомбардировщиков – 190–220 км.
4-я воздушная армия располагала 47 аэродромами, что создавало благоприятные условия для боевой деятельности авиации. Наличие же достаточного числа аэродромов западнее р. Одер позволило маневрировать авиацией и в ходе наступления войск фронта.
Соотношение сил в воздухе по видам авиации к началу операции показано в таблице 17.
Таблица 17. Соотношение воздушных сил в полосе наступления 2-го Белорусского фронта.
* Всего же в полосе наступления войск 2-го Белорусского фронта дислоцировалось 812 самолетов противника, из коих 262 действовали против войск 1-го Белорусского фронта, где они и учитываются.
В предстоявшей наступательной операции 2-го Белорусского фронта на 4-ю воздушную армию ложились весьма ответственные задачи, вытекавшие из характера операции и местности в полосе наступления: при переправе через Вест-Одер она неизбежно должна была взять на себя решение ряда задач, которые не могли быть полностью выполнены артиллерией. Кроме того, авиация 4-й воздушной армии привлекалась в период прорыва неприятельской обороны на западном берегу р. Одер для поддержки войск 1-го Белорусского фронта. В ночь перед наступлением было запланировано проведение ночной авиационной подготовки с целью изнурения живой силы противника, уничтожения огневых точек, подавления артиллерии и нарушения работы штабов.
В целях улучшения организации взаимодействия авиации с общевойсковыми армиями предусматривалась передача в оперативное подчинение 65, 70 и 49-й армиям по одной штурмовой авиационной дивизии. Таким же образом предполагалось организовать взаимодействие и с подвижными соединениями. Однако за командующим 4-й воздушной армией оставалось право, в зависимости от обстановки на фронте, переключать и направлять авиационные соединения туда, где это было необходимо в интересах наступления войск фронта.
Всего на первый день наступления было запланировано 4079 самолето-вылетов, из них: для истребителей – 1408, штурмовиков – 1305 и бомбардировщиков – 1366. В целом для действий против объектов на поле боя было предусмотрено 3887 самолето-вылетов.
К началу операции с немецкой стороны в полосе 1-го Белорусского фронта действовали соединения 6-го воздушного флота, а также воздушные силы системы ПВО Берлина, включавшие лучшие истребительные части – резерв немецкого главного командования. Общая численность авиации противника достигала 1700 самолетов.
В результате успешной борьбы с авиацией противника нашей истребительной авиации удалось добиться к апрелю на берлинском направлении безусловного господства в воздухе. Рост активности нашей авиации и падение активности авиации противника в период зимних операций 1945 года в полосе 1-го Белорусского фронта показаны в таблице 18.
Таблица 18. Рост активности авиации 1-го Белорусского фронта в зимних операциях 1945 года.
16-я воздушная армия к началу операции состояла из 3-го и 6-го бомбардировочных корпусов; 221-й и 188-й бомбардировочных дивизий; 9-й гв. и 242-й ночных бомбардировочных дивизий; 6-го и 9-го штурмовых корпусов; 2-й и 11-й гвардейских штурмовых дивизий; 1-го и 3-го гвардейских, 6-го и 13-го истребительных корпусов; 1-й гвардейской, 240, 282 и 286-й истребительных дивизий; 4-й польской смешанной авиационной дивизии.
К началу операции армия располагала 165 аэродромами, что вполне обеспечивало размещение всех сил армии и позволяло, кроме того, иметь достаточное количество запасных аэродромов на случай маневра авиацией по фронту и в глубину. Тыловые органы армии к началу операции имели десятидневный запас горючего и боеприпасов из расчета на проведение 41 300 самолето-вылетов. Действующие аэродромы были обеспечены боеприпасами и горючим на 5 дней боевых действий. Среднее удаление аэродромов от линии фронта составляло для истребителей 10–40 км (от Берлина 70—110 км), для штурмовиков 30–70 км (от Берлина 90—130 км) и для бомбардировщиков 100–160 км (от Берлина 160–220 км).
Соотношение сил в воздухе к началу операции показано в таблице 19.
Таблица 19. Соотношение воздушных сил в полосе наступления 1-го Белорусского фронта.
Таким образом, наша авиация превосходила авиацию противника по численности почти в два раза. Если же учесть то обстоятельство, что войскам 1-го Белорусского фронта периодически содействовала авиация дальнего действия (18-я воздушная армия), которая использовала на этом направлении до 800 самолетов, то превосходство в силах над противником было более чем двукратное. Кроме того, в первый день операции войскам 1-го Белорусского фронта содействовала часть сил 4-й воздушной армии 2-го Белорусского фронта.
Авиация 16-й и 18-й воздушных армий при прорыве Одерского оборонительного рубежа войсками 1-го Белорусского фронта должна была использоваться непосредственно на поле боя. Для бомбардировщиков 18-й воздушной армии, действовавших ночью, были выделены в качестве целей наиболее сильные опорные пункты и узлы сопротивления (Лечин, Вербиг, Зеелов, Дольгелин, Буков, Мюнхеберг, Ханнерсдорф, Фюрстенвальде, Штраусберг, Альт-Ландсберг, Петерсхаген, Калькберге), для подавления и разрушения которых требовались бомбы средних и крупных калибров, сбрасываемые бомбардировщиками Ил-4. Мелкие цели как на главной полосе обороны противника, так и в глубине разрушались и подавлялись авиацией 16-й воздушной армии.
Командиры авиационных корпусов и дивизий заранее устанавливали связь с наземными войсками и отрабатывали планы взаимодействия на весь период операции. Бомбардировочная авиация, составлявшая резерв командующего воздушной армией, использовалась по его указаниям на тех направлениях, где была особенно необходима ее помощь.
Чтобы знать запросы наземных войск и своевременно получать от них задачи, командиры авиационных соединений должны были находиться на командных пунктах армий, имея при себе оперативные группы и средства связи. В передовых отрядах подвижных войск должны были находиться авианаводчики – для наводки на цель групп самолетов, прибывающих по заявкам командиров наземных войск. Для получения данных от воздушной разведки на командные пункты общевойсковых и танковых армий были выделены приемники, которые предназначались только для приема донесений от возвращавшихся с разведки самолетов-разведчиков.
2-я гвардейская штурмовая авиационная дивизия должна была взаимодействовать с 47-й и 3-й ударной армиями и 7-м гвардейским кавалерийским корпусом; 6-й штурмовой авиационный корпус – с 5-й ударной и 2-й гвардейской танковой армиями; 9-й штурмовой авиационный корпус – с 8-й гвардейской и 1-й гвардейской танковой армиями; 11-я штурмовая авиационная дивизия – с 69-й армией и 2-м гвардейским кавалерийским корпусом. 3-й истребительный авиационный корпус имел задачу прикрывать войска правого крыла фронта, а одна дивизия 13-го истребительно-авиационного корпуса – войска левого крыла.
3-й истребительный корпус, одна дивизия 13-го истребительного корпуса и 240-я истребительная дивизия предназначались специально для «свободной охоты», а также, как указывалось выше, должны были прикрывать наземные войска.
Штурмовые соединения на период прорыва обороны немцев оперативно подчинялись командующим соответствующими общевойсковыми армиями, с вводом же в прорыв подвижных войск они автоматически переподчинялись командующим подвижными соединениями. Бомбардировочная авиация (6-й и 3-й корпуса) находилась в распоряжении командующего фронтом для использования по наиболее важным целям.
При прорыве Одерского оборонительного рубежа планировался следующий порядок использования авиации.
• После артиллерийской подготовки ночные бомбардировщики (По-2 16-й воздушной армии и Ил-4 18-й воздушной армии) до рассвета должны были наносить непрерывные удары по огневым позициям артиллерии, опорным пунктам, штабам и узлам связи на направлении главного удара на глубину до 4–6 км от линии фронта.
• С началом атаки бомбардировщики должны были перенести свои удары на вторую полосу обороны на рубеже Зееловских высот.
• С рассвета 16 апреля и до 19.15 бомбардировочную и штурмовую авиацию фронта предполагалось использовать для нанесения массированных ударов по живой силе и технике врага в траншеях, окопах и опорных пунктах на удалении 1,5–2 км от линии боевого соприкосновения для штурмовиков и 4–6 км для бомбардировщиков.
В связи с тем что в Берлинской операции осуществлялось взаимодействие трех воздушных армий (4, 16 и 2-й), а также авиации дальнего действия (18-я ВА), а кроме того, в этом районе могла появляться англо-американская авиация, контроль за действиями авиации в воздухе приобретал особое значение. Поэтому если ранее радиолокационные средства использовались децентрализованно, то при подготовке к Берлинской операции был создан армейский радиолокационный узел наведения, обеспечивавший централизованное использование этих средств. Задачи узла состояли в непрерывном контроле за действиями своей авиации и авиации англичан и американцев, а также наблюдении за действиями немецкой авиации с целью наведения своих истребителей на отдельные группы и одиночные самолеты противника.
К началу операции в полосе 1-го Украинского фронта действовало 1010 самолетов противника, из них: до 280 самолетов базировались на аэродромных узлах в районах Коттбус, Гросс-Решен; до 100 самолетов – на аэродромах в районе Герлиц, Гиршберг; до 150 самолетов – на аэродромах в районах Бауцена и Дрездена и до 250 самолетов – на аэродромах в районе Ютербога (56 км западнее Люббена), Риза (42 км северо-западнее Дрездена).
2-я воздушная армия к этому времени состояла из 6-го гвардейского и 4-го бомбардировочных корпусов, 1-го и 2-го гвардейских и 3-го штурмовых корпусов, 6-го гвардейского, 2-го и 5-го истребительных корпусов, 208-й ночной авиационной дивизии и 193-го гвардейского разведывательного авиационного полка.
К началу операции армия имела 82 аэродрома, что вполне обеспечивало размещение всех ее авиационных полков. Удаленность аэродромов от линии фронта достигала: для истребителей 10–20 км (100–180 км от Берлина), для штурмовиков 20–30 км (100–200 км от Берлина) и для бомбардировщиков 30–40 км (160–220 км от Берлина).
При создании запасов горюче-смазочных материалов и боеприпасов все расчеты строились на десятидневную продолжительность операции. В ходе операции авиация должна была произвести 35 245 самолето-вылетов. На аэродромах и складах имелись запасы горючего и боеприпасов на 4–5 дней боевых действий; кроме этого, такое же количество было на подходе. Все это давало возможность иметь запасы на 8—10 дней боя. 3 тысячи тонн бензина планировалось дополучить из центра. Недостающее количество авиабомб пополнялось за счет трофейных, оставленных немцами на аэродромах в большом количестве.
Соотношение сил в воздухе к началу операции показано в таблице 20.
Таблица 20. Соотношение воздушных сил в полосе наступления 1-го Украинского фронта.
Следовательно, наша авиация превосходила авиацию противника по численности более чем в два раза.
Согласно решению командующего фронтом для взаимодействия с наземными войсками авиация распределялась следующим образом:
• на направлении главного удара фронта должны были действовать шесть авиационных корпусов и одна ночная авиационная дивизия, а на остальном участке фронта два корпуса. По плану должны были взаимодействовать:
• с 3-й гвардейской танковой армией – 2-й истребительный, 2-й гвардейский штурмовой и 6-й гвардейский бомбардировочный корпуса (схема 17);
• с 13-й, 5-й гвардейской и 4-й гвардейской танковой армиями— 6-й гвардейский истребительный, 1-й гвардейский штурмовой и 4-й бомбардировочный корпуса;
• с 52-й и 2-й Польской армиями – 5-й истребительный и 3-й штурмовой корпуса.
Боевые задачи бомбардировочной и штурмовой авиации показаны на схеме 17. На первый день операции был составлен график боевого использования авиации. В течение первого дня наступления было запланировано четыре массированных удара по неприятельской обороне. Первые удары намечались по объектам, расположенным непосредственно у линии фронта и по пунктам управления противника, а последующие – по узлам сопротивления в глубине обороны немцев.
В первом массированном ударе должны были участвовать 240 бомбардировщиков, 260 штурмовиков и 300 истребителей, всего 800 самолетов.
Во втором – 160 бомбардировщиков, 210 штурмовиков и 200 истребителей, всего 570 самолетов.
В третьем – 100 бомбардировщиков, 190 штурмовиков и 130 истребителей, всего 420 самолетов.
Четвертый удар намечалось наносить силами 60 бомбардировщиков, 180 штурмовиков и 130 истребителей, всего 370 самолетами.
Для действия по войскам противника в промежутках между массированными ударами было выделено 40 бомбардировщиков, 260 штурмовиков и 940 истребителей, а всего 1240 самолетов. Таким образом, на первый день операции было запланировано 3400 самолето-вылетов, не считая самолетов, выделенных в резерв.