В комнату, куда привели Мальчика Витю, было три стола с едой и бутылками, много стульев, но еще больше людей, может быть, пятьдесят или сто человек. Был и тот, который жевал жвачку и расспрашивал. Он и здесь главенствовал, но здесь он еще и весело гоготал.

– А вот и пацан прибыл!

Он усадил Витю за первый стол от двери, лицом к собравшимся, пододвинул ему конфеты, налил в чашку чая.

– Закусывай, пацанчик, что на столе – все твое… Эти люди собрались сюда задать вопросы, чтобы ты их рассудил. Театр одного актера. Так что закуси – и за дело.

Мальчик Витя капризно изогнул губы:

– Ты, товарищ Волк, мог бы и без меня рассудить.

– А почему это – товарищ Волк? – под веселое гоготанье спросил знакомец.

– Я не пацан – и тебе говорил об этом. У меня есть имя – Витя.

– Хорошо, товарищ Витя.

– И не товарищ я тебе. Отвези меня отсюда домой.

– Да у тебя нет дома – ты общественный…

Мальчик промолчал. Он взял конфету, макнул мизинчиком в чашку с чаем – не обжегся, значит, можно пить.

– Вот такой этот вундер, – между тем сказал собравшимся шеф, так его часто здесь называли. – Можете задавать вопросы. Только аккуратнее с выражениями.

– Пусть прожует, а то подавится.

– Ничего, он – поцан, не подавится…

– Витя, скажи, у тебя папа с мамой есть?

– Не знаю, – мотнув головой, ответил Мальчик.

– Товарищ Витя, а можно ли свергать власть, если она вражья?

Мальчик вскинул взгляд, и задумчивость, как тень, отразилась на его лице.

– Твой товарищ в лесу… Кому вражья? Тебе или вам? – он развел руки, как бы соединяя присутствующих. – Или всему миру?

Кто-то хмыкнул, кто-то кашлянул, а кто-то шепнул: «Во дает!».

– Для начала, скажем… вражья для нас.

– Тогда вы вражье для всего мира. – Мальчик Витя беззаботно засмеялся. – Сами и рассудите…

– Сами мы уже рассудили. Просим тебя – рассуди…

– Рассудили, чего еще-то?

– А если мы попросим другое государство помочь нам устранить нашу власть? Это будет по правде?

– А что такое «по правде»? – спросил Мальчик, как под лучами солнца, лукаво щурясь.

– По правде – ну, справедливо. А правда, Витя, у каждого своя, потому что правда – это, в общем-то, мнение о собственном деле.

– В таком капризе это ложь, а не правда. Ты погубишь соседа своего и заявишь: «Я прав, потому что это моя правда». А другой сосед тебя погубит – и так же рассудит. Зачем же другое государство, если не знаете, что из подмоги получится – правда или ложь?

– Ты говоришь не о том…

Мальчик Витя торопливо возразил:

– Ты, значится, не о том спрашиваешь!

Насторожившиеся было слушатели засмеялись.

– Витя, как быть, если менты бьют дубинками по головам?! – как будто вскрикнул молодой парень, захлебисто смеясь.

Витя недовольно сморщился, ему надоели вопросы.

– Я не знаю, кто такие менты и за что дубинками…

– Менты – охрана, прислужники власти. А по головам – за то, что мы хотим жить так, как мы хотим.

– Власть – сила и закон?

– Ну.

– Что «ну»?

– Ну, сила и беззаконие.

– И вы против силы с другим беззаконием… Вот Лиса хотела Зайцу второе ухо отгрызть, а Миша поймал ее за хвост – и вот так! – Витя и рукой взмахнул за плечо. – И бросил на дерево, потому как сила. Он для зверей власть. Вот и вы не лезьте против силы… Живут, как захотят, только волки. Но и они Мишу боятся… А вы ничего не боитесь – вот вас и пугают палками. Медведю голову подставлять – опасно. И обниматься с ним опасно. Живите как хотите, но сами по себе.

– А ты, пацан, сучок. Президент твой папа. – Шеф подошел к Вите и взял его за ухо, наверно помня о безухом Зайце. – Где ты наелся этой курятины…

Мальчик Витя вывернулся из руки, слезы искрились в его глазах:

– И ты, товарищ Волк, и твоя стая живете по закону леса! – Он скользнул со стула и выбежал из комнаты, хлопнув дверью.