Поскольку выселения и депортация немцев в СССР тесно переплетаются, автор был вынужден объединить их в одну главу.

Начну с того, что до 22 июня 1941 г. немцы не испытывали никаких притеснений в СССР в связи со своим происхождением. Естественно, имели место уголовные и политические процессы против советских немцев, но на тех же основаниях, как против русских, татар, башкир и т. д.

9 октября 1918 г. декретом Совнаркома РСФСР на части территории была образована автономная область Немцев Поволжья. 19 декабря 1923 г. область преобразована в Автономную ССР Немцев Поволжья с площадью 28,2 тыс. кв. км и населением 576 тыс. человек (на 1933 г.). С 24 июля 1922 г. столицей АССР стал город Покровск, переименованный по сему случаю в Энгельс. По состоянию на 1939 г. в АССР проживало уже 606,5 тыс. человек, из которых 60,5 % составляли этнические немцы.

После освобождения Крыма от врангелевцев в ноябре 1920 г. на полуострове было образовано два немецких района: Биюк-Онларский (ныне Октябрьский) и Тельмановский (ныне Красногвардейский). Делопроизводство в районах велось на немецком языке. Всего на 1 января 1930 г. в Крыму проживало 46 055 немцев, из которых 90 % были сельскими жителями.

Первую депортацию немцев из России начал… Адольф Гитлер. «6 октября 1939 г., выступая в рейхстаге, Адольф Гитлер заявил, что залогом стабильности устройства мира должно стать соответствие государственных и этнографических границ. Немцев, живущих вне Рейха, в том числе и в Прибалтике, «позвали домой». И вскоре в Ригу и Таллин стали прибывать транспортные пароходы. Выезд остзейских немцев получил название Umsiedlung.

Уехали практически все. Выезжали немецкие школы со всеми преподавателями и учениками. Заводы и предприятия выезжали в полном составе. Немецкие театры уехали со всеми реквизитами (занавесом, кулисами, мебелью). Выехали немецкие больницы со всем оборудованием, врачами и пациентами. Отправились в Германию в полном составе церковные приходы. Впрочем, выезжали также и связанные родством с немцами русские (например, женатый на немке художник Кайгородов). Работу прекратили немецкие церковные приходы, гимназии, культурные общества, закрылись немецкие газеты, театры, предприятия и магазины.

Власти Эстонии и Латвии с удовольствием поддержали это решение. Этнические немцы Латвии должны были в течение двух месяцев покинуть территорию республик на совершенно грабительских условиях. До отъезда они должны были распродать свое движимое и недвижимое имущество. Немцам было запрещено увозить фамильные драгоценности, произведения искусства, старинные манускрипты. Им было запрещено вывозить любую валюту. При этом государство в это же время ввело запрет на продажу ювелирных изделий, так что конвертировать местные дензнаки в золото и драгоценности у немцев также не получалось. Много имущества немцы были вынуждены просто бросить. За оставленное немцами имущество Латвия осталась должна Германии 91,6 миллиона тогдашних латов. В брошенные немцами квартиры вселялись коренные националы, мебель и бытовые предметы продавались вполцены. Эстонцы и латыши ликовали. Они вдруг почувствовали себя господами. «Auf niewiedersehen!» («До несвидания!») – кричал, провожая пароходы с немцами, диктатор Латвии Карлис Ульманис, не зная, что и ему, и эстонскому коллеге Константину Пятсу осталось править меньше года, – в Москве и Берлине вопрос восстановлении в Прибалтике статус-кво был уже решён»[48].

Так, первый корабль с 458 пассажирами на борту вышел из Таллина 18 октября 1939 г., а последний – 18 мая 1940 г. Зимой часть переселенцев уехала по железной дороге. Переселенцам разрешалось брать с собой мебель и т. д., но любые предметы, имеющие художественную или культурную ценность, можно было вывезти только с разрешения министра культуры соответствующего лимитрофа[49]. С собой можно было брать автомобили, мотоциклы, но не новые и с маломощными моторами. Только в Эстонии немцы оставили свыше 150 автомобилей. Полностью было конфисковано огнестрельное оружие, включая коллекционное.

Отъезд немцев позволил решить жилищную проблему в Таллине. В городе освободилось свыше тысячи квартир.

Из более чем 16 тыс. эстонских немцев в Германию в 1939–1940 гг. уехало 12 тыс. Из Латвии уехало свыше 69 тыс., а из Литвы – около 50 тыс. человек.

Оставшиеся в лимитрофах немцы после присоединения их к СССР тоже решили уехать. Поэтому в январе 1941 г. Германия и СССР подписали соглашение о переселении оставшихся немцев. Под сурдинку уехало и около 3,5 тыс. эстонцев.

Замечу, что именно СССР выплатил большую компенсацию за недвижимость, принадлежавшую переселенцам. Любопытно, что с 1990 г. в Прибалтике раздаются требования о выплате Россией компенсации всем выселенным из Прибалтики в 1940−1941 гг., и ведется широкая кампания по возвращению частной собственности прежним владельцам. Но почему-то все это не касается выселенных в 1940 г. немцев. Интересно, кто сейчас владеет бывшей германской собственностью? С исторической точки зрения эта недвижимость должна принадлежать потомкам выселенных граждан. Но, с другой стороны, поскольку СССР платил компенсацию за нее, недвижимость должна принадлежать правопреемнику СССР Российской Федерации.

Массовое выселение немцев из Поволжья, Крыма, Кавказа и других областей было предпринято после начала Великой Отечественной войны. Это было не местью или наказанием немцев, а чисто превентивной мерой.

Вопрос о депортации немцев возник не заблаговременно, а в ходе войны. Иначе трудно объяснить факты лишения свободы некоторых советских граждан в июне – июле 1941 г. с формулировкой: «за шовинистический выпад против немцев, проживающих в СССР».

Ситуация изменилась после получения сведений с фронтов о сотрудничестве «советских немцев» с вермахтом. В этом плане характерна телеграмма, полученная Ставкой 3 августа 1941 г. от командования Южного фронта:

«Документ № 468.

Донесение командования Южного фронта № 28/оп И. В. Сталину и С. М. Будённому об обстреле немецким населением отступающих войск Красной Армии

3 августа 1941 г.

Ставка Верховного Командования

тов. Сталину Главкому тов. Будённому

1. Военные действия на Днестре показали, что немецкое население стреляло из окон и огородов по отходящим нашим войскам. Установлено также, что вступающие фашистско-немецкие войска в немецкой деревне 1.8.41 г. встречались хлебом-солью. На территории фронта имеется масса населённых пунктов с немецким населением.

2. Просим дать указания местным органам власти о немедленном выселении неблагонадёжных элементов.

Командующий Южным фронтом Тюленев

Армейский комиссар 1-го ранга Запорожец

Начальник штаба Южного фронта Романов».

Донесение было передано из Полтавы. На документе (бланке шифротелеграммы) имеется резолюция Сталина: «Товарищу Берия. Надо выселить с треском. И. Ст.», а также пометка: «Наркому доложено» (подпись неразборчива).

Следует заметить, что выселение немцев из прифронтовых районов было не выдумкой Сталина или Берии, а установившейся нормой ведения боевых действий в XIX – начале XX в.

Между прочим, в России до 1914 г. генерал-губернаторы, а иной раз и градоначальники, вспомним того же ялтинского градоначальника Ивана Антоновича Думбадзе, высылали кого угодно, то есть русских и иностранцев, и за что угодно – по своей прихоти.

Ну а в 1914–1917 гг. десятки, если не сотни тысяч русскоподданных и иностранцев, главным образом немцев и евреев, были выселены из прифронтовой зоны. Цифр нет, поскольку в Российской империи царил полнейший бардак, и приказы о высылке давались не царскими министрами, а начальниками частей и соединений в меру своего умственного развития.

Вот несколько примеров.

23 сентября 1914 г. начальник 68-й пехотной дивизии генерал-майор А. Н. Апухтин приказал выслать всех немцев из Либавы и Виндавы. Вскоре начальник штаба Двинского военного округа генерал-лейтенант П. Г. Курлов отдал аналогичное распоряжение, касающееся Сувалкской губернии. 10 октября по инициативе командующего 10-й армией генерала от инфантерии Ф. В. Сиверса колонисты должны были покинуть все места, находящиеся на военном положении[50].

27 ноября 1914 г. комендантом крепости Новогеоргиевск генералом от кавалерии Н. П. Бобырем был отдан приказ, гласивший: «…При занятии населенных пунктов брать от еврейского населения заложников, предупреждая, что в случае изменнической деятельности какого-либо из местных жителей заложники будут казнены»[51].

31 декабря 1914 г. из района Гродно и других западных областей России началась массовая высылка «всех немцев-колонистов мужского пола в возрасте 15 лет и старше, кроме больных, не могущих выдержать переезда. При выселении руководствоваться нижеследующими указаниями: 1) под колонистами надлежит разуметь всех крестьян русских подданных немецкой национальности; 2) онемеченные литовцы-лютеране также подлежат выселению»[52].

20 июня 1915 г. гродненский губернатор, генерал-майор Свиты В. Н. Шебеко, выступая в г. Суховол, объявил о выселении всех евреев, проживающих в прифронтовой зоне, добавив: «Остаться разрешено лишь после дачи заложников и то только коренному населению»[53].

Несмотря на то что в русской армии служило около 300 тыс. немцев, ненависть ко всему немецкому достигла небывалых размеров. В общественных местах не разрешалось говорить по-немецки, проповедь на немецком языке была запрещена, общественные собрания немцев (более трех человек) объявили нелегальными и так далее. В Москве эта травля привела к немецкому погрому 27 мая 1915 г.

Особенно большим ударом стали Законы о ликвидации землевладения и землепользования от 2 февраля и 13 декабря 1915 г. Эти законы требовали экспроприации недвижимого имущества у всех немцев, живших в полосе шириной 150 км восточнее западной границы России и у Черного моря, и насильственного выселения немцев из этой зоны. Осуществить их удалось только на Волыни. 200 тыс. полностью разоренных немцев Волыни были отправлены в Сибирь. Многие из них погибли в пути, длившемся несколько месяцев.

«По приказу Верховного главнокомандующего, Великого князя Николая Николаевича были высланы в восточную часть России немцы-колонисты из села Гиршенгоф под Ригой (85 хозяев со своими семьями).

<..>

Депортациями дело не ограничилось, российским немцам пришлось испытать и ещё кое-что вообще в голове не укладывающееся:

1915, 19 июня. Главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта генерал от артиллерии Н. Иванов приказал главному начальнику Киевского военного округа взять среди немецкого населения в колониях заложников, главным образом из учителей и пасторов, заключить их до конца войны в тюрьмы (пропорция заложников: 1 на 1000 человек немецкого населения), реквизировать у колонистов все продукты за исключением продовольствия до нового урожая, а в немецких колониях поселить беженцев. За отказ немцев сдать хлеб, фураж или принять беженцев заложники подлежали смертной казни. Это – редчайший в истории пример, когда заложники брались от населения своего же государства»[54].

13 декабря 1915 г. Совет министров Российской империи подготовил указ, согласно которому все немецкое население Поволжья весной 1917 г. должно было быть депортировано в Сибирь. Реализации указа помешала Февральская революция.

Заодно планировалось выселение и с Кавказа.

Как противно слушать жуликов, обличающих Сталина. Он-де придумал концлагеря, массовые высылки, заградотряды. Простой обыватель и не догадывается, что концлагеря придумали и построили в Англии в 1900 г. в ходе Англо-бурской войны. А на территории бывшей Российской империи их построили в 1918 г. тоже англичане – в Мурманске и Архангельске, а также белофинны.

Заградительные отряды существовали еще при Петре Великом. В Первую мировую войну их систематически применяли многие царские генералы, включая Брусилова.

Ну а массовые переселения на Руси происходили еще при Иване III, Василии III и Иване IV.

Были ли основания для превентивных высылок немцев в 1941–1942 гг.? Без сомнения, были:

«На занятой немцами и румынами территории Правобережной Украины и Молдавии проживало около 330–350 тыс. немцев – советских граждан, из них 200 тыс. так называемые «черноморские немцы».

После оккупации Украины немецкая сторона, а именно центральное регистрационное бюро, названное Список германских граждан (нем. Deutsche Volksliste, сокр. DVL), регистрировала немцев с советским гражданством как «фольксдойче». По степени «чистоты крови» и благонадёжности они были разделены на 4 группы. Первые две группы получали привилегии, четвертая группа (члены ВКП(б), участники сопротивления, а также имевшие «еврейскую кровь») подвергалась преследованию и репрессиям.

Привилегированным группам выдавали удостоверения об их национальной принадлежности (Volkstumsausweis), игравшие роль паспорта и удостоверения «чистоты расы», что было необходимо на случай возникновения подозрений у бдительных граждан рейха или местных органов. После чего они получали особый статус по сравнению с остальным населением. Этнических немцев из этих групп германские оккупационные власти «прикрепляли» к немецким магазинам с надписью: «Только для немцев», где те получали спецпаёк по повышенной норме. Так, через эту сеть специализированных магазинов каждому фольксдойче один раз в неделю выдавались 150 г жира, 1 кг сыра, 4 яйца, овощи, фрукты, картофель, мёд, мармелад, соль и многое другое, как правило, недоступное не включенным в список. На «фольксдойче» не распространялось и большинство налогов, которыми было обложено население оккупированной территории. В немецких населённых пунктах вводилась система местного управления с назначенными из числа местных жителей старостами и советами. Этническим немцам отводилась роль бургомистров, старост, вспомогательного персонала в органах германского оккупационного управления. Официально объявлялось, что эти населенные пункты находятся под защитой вермахта. Для их охраны формировались отряды самообороны. К весне 1942 г. в отряды самообороны было мобилизовано около 20 тыс. человек. Начиная с лета 1942 г. все пригодные к военной службе мужчины, достигшие 18-летнего возраста, призывались для прохождения четырёхнедельной военной подготовки. Младший командный состав проходил подготовку в гор. Николаеве.

Вермахтом были созданы и использованы по своему усмотрению части, состоящие из этнических немцев. Так, к марту 1942 г. в сёлах, расположенных в округе Гальбштадт (Молочанск, Запорожская обл., Украина), были сформированы 3 кавалерийских эскадрона. К маю 1942 г. в Николаеве из лиц, дезертировавших из Красной Армии, был сформирован батальон в составе 1 тыс. человек.

Они выполняли задачи по охране населенных пунктов от нападения партизан и грабежа румынскими частями, охране мостов и других объектов, по проведению обысков, облав и конвоированию задержанных под контролем СС.

Оккупационная власть расселяла фольксдойче в качестве «пояса безопасности» вокруг стратегически важных объектов и вдоль дорог такого же значения. Но, что особенно важно, обладатели DVL, попав на территорию Третьего рейха (Drittes Reich), автоматически получали гражданство. Поэтому почти все советские немцы на оккупированной территории старались заполучить DVL, при этом зная, что с его получением не имели права отказа от призыва в вермахт или Ваффен-СС.

В СССР подписание фолькслиста квалифицировалось как измена родине, и подписавшие его фольксдойче из числа бывших советских граждан, оказавшиеся в зоне действия советской администрации, как правило, арестовывались органами госбезопасности и привлекались к суду.

В смешанных украинско-немецких сёлах, под покровительством германских властей, фольксдойче с широким размахом организовывали экспроприацию колхозной собственности: скот, сельскохозяйственные машины и инвентарь в свою пользу, что вызывало враждебность со стороны жителей украинской и русской национальности.

Практически во всех населённых пунктах оккупированной территории Украины, где компактно проживали советские немцы, начиная с 1943 г. были созданы организации, получившие название «Дойче Югенд Украины» – «Немецкая Молодёжь Украины», по образу и подобию «Гитлер Югенд» (HJ). Его членами были обязаны становиться все молодые немцы в возрасте от 10 до 21 года.

Для этой молодёжи организовывались спортивные лагеря, руководителями и преподавателями в них были фронтовые офицеры, которые готовили эту молодёжь для службы в вермахте. Как правило, конечной целью создания и существования таковых лагерей для арийской молодёжи немецкое руководство в Германии видело воспитание будущих фюреров организаций, групп и объединений, полностью лояльных национал-социалистическим идеалам и готовых в любой момент встать в ряды других организаций, например, школы офицеров СС в Германии (в городке Бад-Тёльц) и т. д.

В 1943–1944 гг., после поражений германских войск под Сталинградом, германские власти начали проводить крупную акцию по переселению советских немцев с оккупированной территории СССР в Восточную Германию и Вартегау. Вартегау – территория польских округов Познань, Иновроцлав, Лодзь, включённая в состав Германской империи как имперский край Вартегау после оккупации Польши в сентябре 1939 г. Центр Вартегау находился в Лодзи. Во главе администрации находился гауляйтер А. Грейзер. С этой территории было изгнано с 1939 по 1943 г. около 800 тыс. поляков и евреев. Поляков переселили в другие провинции – евреев в концлагеря. Территория освобождалась для немецких поселенцев из СССР.

К моменту переселения в Вартегау советских немцев из оккупированных территорий СССР там уже с 1939–1940 гг. проживало около 400 тыс. немцев, переселившихся из Прибалтики, из бывших польских земель, из Бессарабии и Северной Буковины, вошедших в состав СССР после заключения пакта Молотова – Риббентропа. Одним из приложений к пакту было соглашение об этнических немцах (оно именовалось «Доверительным протоколом»).

Из «доверительного протокола»:

«Правительство СССР не будет препятствовать немецким гражданам и другим лицам германского происхождения, проживающим в сферах его интересов, если они будут иметь желание переселиться в Германию. Соответствующее обязательство принимает на себя германское правительство относительно лиц украинского и белорусского происхождения, проживающих в сферах его интересов».

Часть «фольксдойче» ещё до начала переселения в Вартегау добровольно вступили в немецкую армию. Так, например, в 1943 г. в районе Днепропетровска был создан кавалерийский полк СС, состоящий из советских немцев, который влился в ряды 8-й кавалерийской дивизии СС «Флориан Гайер». Эта дивизия состояла из четырёх полков и укомплектована на 40 % из русских, венгерских и югославских фольксдойче. Дивизия входила в состав 8-й армии вермахта. Части дивизии использовались в антипартизанских операциях, а затем были брошены на фронт против Советской армии.

Акция переселения была принудительной, но покинуть территорию СССР в 1943–1944 гг. некоторых советских немцев вынудило также их привилегированное положение во время оккупации. Были и такие единичные случаи, что немецкая семья категорически отказывалась переселяться с насиженных мест, мотивируя тем, что она не причинила никакого вреда своей родине. В таких случаях главу семьи просто-напросто расстреливали. Этот факт принудительного переселения ни один из русско-немецких авторов не назвал депортацией или репрессией со стороны немецких властей.

«Фольксдойче» прошли пешком более тысячи километров, постоянно подвергаясь опасностям и лишениям. Из-за огромных трудностей полностью преодолеть путь до Познани и Лодзи (Вартегау) удалось немногим. Остальных германским властям пришлось подбирать в Западной Украине, Венгрии, Чехословакии и других местах, через которые пролегал путь «эвакуированных», и доставлять к месту назначения. В результате переселенческой акции, проводимой германскими властями, территорию СССР покинуло приблизительно 350 тыс. советских немцев, в том числе 324,6 тыс. – с Украины, 15,3 тыс. – из РСФСР (в основном с Северного Кавказа и из окрестностей Ленинграда) и 10,5 тыс. из Белоруссии.

В Вартегау этнических немцев ждали переселенческие лагеря. Согласно распоряжению № 219 от 27 января 1944 г. руководителя иммиграционного ведомства, им был определён статус «административных переселенцев». Их регистрировали, распределяли на категории, организовывали получение гражданства. После получения германского гражданства всё мужское население автоматически становилось военнообязанным и призывалось в вермахт, независимо от желания. Они должны были активно воевать против наступающей Красной Армии. Около 10 тыс. российских немцев в составе разгромленной 900-тысячной немецкой 9-й армии погибло только в трёхдневной битве за Зееловские высоты. А сколько их погибло всего?

В январе 1945 г., в результате широкомасштабного наступления Красной Армии, край Вартегау был занят и поставлен под контроль советской военной администрации. Административные переселенцы были одной из групп советских граждан, которые подлежали обязательному возвращению в Советский Союз.

Около 200 тыс. русских немцев – административных переселенцев были возвращены в СССР и отправлены на спецпоселение. Впоследствии ещё около 50 тыс. советских немцев были переданы союзниками в СССР. Всего в спецпосёлки поступило 210,6 тыс. немецких репатриантов. В основном старики и женщины с детьми.

Около 50 тыс. советских немцев смогли после войны избежать репатриации, то есть высылки в Советский Союз. Около 40 тыс. из них были мужчины, ранее мобилизованные в вермахт и принимавшие участие в военных действиях против СССР и союзников. Им поодиночке легче было скрываться от оккупационных властей. Некоторые из них смогли соединиться со своими семьями, которые своевременно бежали из Вартегау в западные земли. А другие постепенно обзавелись новыми семьями, забыв тех жён и детей, которые находились в СССР – на спецпоселении. В их жизни в Западной Германии начался новый этап.

Оккупационные власти союзников либерально относились к «беженцам» из СССР, несмотря на ялтинские соглашения о том, что союзные оккупационные власти должны были репатриировать в СССР советских граждан, не желающих возвращаться.

Ну, а немцы призывного возраста, попавшие в руки СМЕРШа, и не могли доказать, что не принимали участие в военных действиях, отбывали сроки наказания в лагерях ГУЛАГа»[55].

Как видим, оснований для проведения превентивной высылки немцев из прифронтовой полосы хватало.

Но ведь до Энгельса немцы не дошли более чем 350 км. А кто знал, что не дойдут? 23 октября 1941 г. ГКО приказал сформировать Волжскую флотилию в составе шести бригад с включением в них 54 канонерских лодок, 50 бронекатеров и сотен других судов и катеров. Формирование всех бригад должно было быть закончено к 1 апреля 1942 г. Эти бригады должны были действовать от Ярославля до Астрахани. После успешного наступления Красной Армии в декабре 1941 г. – мае 1942 г. состав флотилии был резко сокращен. Таким образом, вести боевые действия планировалось по всей Волге. Замечу, что только в Сталинградской области проживало до 30 тыс. немцев.

Ну выслали бы только военнообязанных мужчин! А женщин, детей и стариков – за что?

У меня у самого в конце 1941 г. из Тбилиси отправили в ссылку прабабушку Генриетту Фридриховну, урожденную фон Бастиан. Ей было за 80. А что, надо было выселить ее родню, а старушку оставить умирать среди враждебного населения?

26 августа 1941 г. правительство СССР приняло совсекретный план по переселению жителей немецкой национальности из Республики Немцев Поволжья, Сталинградской и Саратовской областей:

«1. В соответствии с постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 26.VIII-41 г. переселению подлежат:

Из города Энгельса и 23 районов республики Немцев Поволжья – 401 746 человек.

Из городов Сталинграда и Астрахани и 66 районов Сталинградской области – 23 720 человек.

Из города Саратова и 51 района области – 54 389 человек.

2. Из республики Немцев Поволжья, Сталинградской и Саратовской областей жители немецкой национальности переселяются в следующие края и области:

Красноярский край – 75 тыс. человек, где расселяются в 40 районах;

Алтайский край – 95 тыс. человек, где расселяются в 58 районах;

Новосибирская обл. – 100 тыс. человек, где расселяются в 45 районах;

Омская обл. – 85 тыс. человек, где расселяются в 57 районах;

В Казахскую ССР в области:

Акмолинскую – 25 тыс. человек,

Кустанайскую – 20 тыс. человек,

Павлодарскую – 20 тыс. человек,

Вост. – Казахстанск. – 17 тыс. человек,

Сев. – Казахстанскую – 25 тыс. человек.

3. Для руководства операцией по переселению немцев в республику Немцев Поволжья, Саратовскую и Сталинградскую области направлена оперативная группа НКВД СССР во главе с Заместителем Народного Комиссара Внутренних Дел Союза ССР тов. Серовым.

Для проведения операции по переселению командированы:

В республику Немцев Поволжья – 1200 сотрудников НКВД, 2000 работников милиции.

В Сталинградскую область – 100 сотрудников НКВД, 250 работников милиции.

В Саратовскую область – 250 сотрудников НКВД, 1000 работников милиции.

4. Для проведения операции по переселению на местах создаются участковые оперативные группы из состава командированных и местных работников НКВД СССР.

5. Для войскового обеспечения операции по переселению в республику Немцев Поволжья, Саратовскую и Сталинградскую области направлены войска НКВД в количестве:

в республику Немцев Поволжья – 7350 красноармейцев;

в Сталинградскую область – 2500 красноармейцев;

в Саратовскую область – 2300 красноармейцев.

6. Переселяемым предоставляется право взять с собой личное имущество до 1 тонны весом на семью. Все взятое с собой имущество местным транспортом доставляется до станции посадки в эшелон. Организация перевозки переселяемых до станции возлагается на организуемые НКВД оперативные тройки и местные советские органы.

Остающееся имущество, зерно и скот принимаются согласно постановлениям СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 26 августа 1941 г. комиссиями, организуемыми из состава местных советских органов и представителей Народного Комиссариата Земледелия и Народного Комиссариата Молочной и Мясной промышленности.

Комиссии работают согласно инструкции, изданной Наркомземом СССР и НКМ и МП СССР.

7. Переселенцы будут перевозиться в 198 эшелонах, в каждом эшелоне 65 вагонов по 40 человек в вагоне. Общее количество вагонов для перевозки составляет 12 875.

Из Сталинградской области 24 700 человек будут перевозиться водным транспортом НКРФ до Астрахани и от Астрахани п/х НКМФ до Гурьева и дальше по Оренбургской жел. дороге к месту расселения.

8. На каждый эшелон назначается начальник эшелона из состава начсостава Войск НКВД и по 22 красноармейца Войск.

9. На каждый эшелон переселенцев распоряжением НКЗ СССР выделяется врач и 2 медсестры для обслуживания переселенцев в пути следования. В каждый эшелон включается вагон-санизолятор.

10. В пути следования по жел. дороге и водным путем переселенцы будут обеспечиваться горячей пищей из станционных жел. – дор. буфетов, стоимость питания определена в 6 рублей на человека на сутки. Питание отпускается переселенцам бесплатно.

Организация питания возложена на Наркомторг СССР. Все распоряжения по организации питания на места даны.

<..>

В случае отказа отдельных членов семейств, подлежащих переселению, выехать к месту расселения, таких лиц арестовывать и перевезти на место расселения в принудительном порядке.

Предупредить весь оперативно-чекистский состав, что при операции должны действовать без шума и паники»[56].

В ходе операции из бывшей Республики Немцев Поволжья было отправлено 438 280 немцев. Процедура выселения была крайне упрощена. Интересна выдержка из воспоминаний участницы тех событий Барбье Эммы Иосифовны, проживающей в городе Минусинске. В то время ей было 10 лет.

«К нам домой пришел представитель власти. Это было в августе. Сказал, собирайтесь, вот вам 24 часа, чтобы вы были на вокзале у поезда. Взяли (родители) детей, смену одежды и что-то поесть. Больше ничего не смогли взять. Вышли из дома. Мама, конечно, плакала. Один ребенок на руках, другой за ручку, а я-то уж своим ходом шла. Сказали, не плачьте, замкнем, вы вернетесь, и все это ваше будет по-прежнему. Затолкали нас в телячий вагон, а там даже скамеек не было. Закрыли засовами. У каждого вагона стоял часовой с автоматом. Там были старики и дети, и молодые. Сидели на полу, там и кушали, не выпускали. Только если поезд остановится в тупике, выбегут скорее, кто под поезд, кто куда, сходят по своему делу и снова загружают»[57].

«Отправляли спецпереселенцев со ст. Энгельс, куда прибывали подводы с семьями спецпереселенцев. Часть высаживали за Уралом, в Новосибирской области, в Алтайском крае.

<..>

Спецпереселенцы, как гласило постановление Народных Комиссаров СССР, могли пользоваться всеми правами граждан, за исключением установленных ограничениями, которые, в сущности, и лишали этих самых прав. Они не имели права без разрешения спецкомендатуры выезжать за пределы колхоза, совхоза или города, обязаны были в 3-х дневный срок сообщить об изменениях, происшедших в семье, строго соблюдать дисциплину и порядок в местах расселения, за нарушение режима подвергались административному наказанию и пр. Всеми вопросами о спецпереселенцах занимался отдел спецпереселенцев в спецкомендатуре, сокращенно ОСП.

В 1942 г. приказом ГКО СССР № 1123 СС немцы мужчины и женщины в возрасте 16–55 лет включительно были мобилизованы через райвоенкоматы в рабочие колонны, так называемую трудармию. Вместе со спецпереселенцами в рабочие колонны забирали и местных немцев. При себе мобилизованные должны были иметь зимнюю одежду, постельные принадлежности, а также продуктов питания на 10 дней.

В то же время с фронта в срочном порядке все военнослужащие немецкой национальности были демобилизованы и направлены в трудармию – 33 516 человек, в т. ч. 1609 – офицеров, 4292 сержанта, 27 724 рядового состава»[58].

В 1947 г. была проведена депортация немцев из района Кёнигсберга, который был аннексирован СССР.

14 октября 1947 г. вышел совершенно секретный приказ № 4.8 – Приказ министра внутренних дел СССР С. Н. Круглова № 001067 «О переселении немцев из Калининградской области РСФСР в Советскую зону оккупации Германии».

«Во исполнение постановления Совета Министров СССР от 11 октября 1947 г. № 3547—1169с «О переселении немецкого населения из Калининградской области в Советскую зону оккупации Германии» —

ПРИКАЗЫВАЮ

1. Начальнику УМВД по Калининградской области генерал-майору тов. ДЕМИНУ переселить в 1947 г. из Калининградской области в Советскую зону оккупации Германии 30 тыс. немцев, из них 10 тыс. человек в октябре и 20 тыс. человек в ноябре 1947 г.

2. Переселению подлежат в первую очередь немцы, проживающие в гор. Балтийске и в районе побережья Балтийского моря, из других районов области, нетрудоспособные семьи немцев, не занятые общественно-полезным трудом, немецкие дети, находящиеся в детских домах, и престарелые немцы, содержащиеся в домах инвалидов.

3. Переселяемым немцам разрешается взять с собой личное имущество до 300 кг на семью, за исключением предметов и ценностей, запрещенных к вывозу таможенными правилами.

<..>

9. Начальнику конвойных войск МВД СССР генерал-лейтенанту тов. БОЧКОВУ по заявке генерал-майора тов. ДЕМИНА выделить для сопровождения немцев-переселенцев сержантов и солдат из расчета по 12 сопровождающих на эшелон.

<..>

12. Генерал-майору тов. ДЕМИНУ представить заявку в Министерство здравоохранения СССР на врачей и медицинских работников для санитарного надзора и медицинского обслуживания переселяемых немцев в пути из расчета один врач и две медсестры на эшелон.

13. Начальнику ГУВС МВД СССР генерал-майору интендантской службы тов. ГОРНОСТАЕВУ:

а) выдавать переселяемым немцам на дорогу сухой паек на 15 дней по нормам рабочих промышленности и связи»[59].

Как видим, депортация немцев должна была пройти более-менее цивилизованно. Сравним условия депортации немцев с бесчеловечными условиями их депортации поляками и чехами.

Следует отметить, что немцы в Калининграде (Кёнигсберге) в 1946 г. находились в ужасном положении.

«Неработающее немецкое население… продовольственного снабжения не получает, вследствие чего находится в крайне истощенном состоянии, – докладывали в 1947 г. в Москву калининградские власти. – В результате такого положения среди немецкого населения за последнее время отмечается резкое повышение уголовной преступности (кражи продуктов, грабежи и даже убийства), а также в первом квартале 1947 г. появились случаи людоедства, которых по области зарегистрировано… Занимаясь людоедством, отдельные немцы не только употребляют в пищу мясо трупов, но и убивают своих детей и родственников. Случаев убийства с целью людоедства имеется 4»[60].

Немцам разрешили выезжать в Германию, и многие из них этим правом воспользовались. Однако калининградским властям было очевидно, что исключительно разрешительными мерами обойтись не удастся.

«Наличие немецкого населения в области разлагающе действует на неустойчивую часть не только гражданского советского населения, но и военнослужащих большого количества советской армии и флота, расположенных в области, и способствует распространению венерических заболеваний. Внедрение немцев в быт советских людей путем довольно широкого использования их в качестве низкооплачиваемой или вообще бесплатной прислуги способствует развитию шпионажа… Немецкое население… отрицательно влияет на освоение новой советской области… Считаю целесообразным поставить вопрос об организационном переселении немцев в советскую зону оккупации Германии»[61].

30 декабря 1947 г. руководивший депортацией министр МВД С. Н. Круглов отправил докладную записку Сталину, Молотову, Берии и Косыгину:

«О переселении немцев из Калининградской области РСФСР в Советскую зону оккупации Германии».

«Всего из Калининградской области переселено 30 283 человека. Из них:

из гор. Балтийск – 355 чел.

с побережья Балтийского моря – 9756 чел.

из гор. Калининграда – 7602 чел.

из других районов области – 7610 чел.

из детских домов и детских приемников – 3933 чел.

из домов для престарелых – 764 чел.

медицинского, педагогического и другого обслуживающего персонала эшелонов из различных пунктов области – 283 чел.

В соответствии с п. 2 указанного постановления Совета Министров из гор. Балтийск и с побережья Балтийского моря переселены все немцы, проживавшие там к моменту переселения, а из других районов области – главным образом нетрудоспособные семьи немцев, не занятые общественно-полезным трудом, дети, находившиеся в детских домах, и престарелые немцы, содержавшиеся в домах инвалидов.

В числе переселенных:

мужчин – 3505 чел.

женщин – 13 840 чел.

детей – 12 938 чел.

Всего – 30 283 чел.»[62].

Обратим внимание на соотношение мужчин, женщин и детей. Мужчин было 11,5 %. По мирным немцам, депортируемым из аннексированных Польши и Чехословакии, таких точных данных нет, но нетрудно догадаться, что и там мужчин было около 10 %. Вот кого убивали отсиживающиеся в тылу, а то и работавшие на Третий рейх поляки и чехи.

Но вернемся к докладной записке Круглова.

«Отправка переселяемых немцев происходила организованно. К пунктам погрузки в вагоны переселяемые доставлялись на автомашинах, водным путем или железнодорожным транспортом местного сообщения.

На месте погрузки всем переселяемым выдавался продовольственный сухой паек на 15 суток. Лицам, не имеющим денег, продовольствие выдавалось за счет средств Облисполкома.

Эшелоны были оборудованы нарами, печами и снабжены углем на 5–6 суток. На каждый эшелон были назначены 2–3 врача и 3–4 медсестры или фельдшера из числа переселяемых немцев с необходимыми документами. Для каждого эшелона было выделено по одному санитарному вагону»[63].

Первый эшелон ушел в сторону станции назначения Позевальк 22 октября 1947 г., последний – 21 октября 1948 г. Всего отправили 48 эшелонов.

Всего с октября 1947 г. по октябрь 1948 г. было переселено 102 125 немцев, из них: мужчин – 17 521, женщин – 50 982 и детей – 33 622.

Из города Калининграда и районов области переселено 96 747 человек, из детских приемников и детских домов – 4536 человек, престарелых немцев, содержавшихся в домах инвалидов, – 797 человек, из больниц – 45 человек[64].