Олег Павлович Добрецов прожил в городе тридцать лет. Как поступил после десятилетки в школу милиции, так и осел. Правда, в родной Кураевск наведывался часто, главным образом к родителям и сестре, но и к детским друзьям тоже, благо сохранились. К сорока восьми годам он уже имел погоны полковника и семь лет служил в облУВД с перспективой новой должности тут же, в областном управлении. Однако вдруг выкинул финт, который от него не ожидали, – явился к генералу и попросил направить его на освободившуюся должность начальника Кураевского районного отдела внутренних дел. Свою просьбу обосновал без придумок: хочет вернуться в родные места, всегда их любил, да и родителям помощь требуется, сестра не поспевает, у нее своя семья плюс работа, опять же родительский дом вполне просторный, а городскую квартиру сыну оставит.

Некоторые сомнения имелись у Олега Павловича в отношении жены Кати – все-таки городская женщина, много лет проработавшая в бухгалтерии того же облУВД. Но Катя неожиданно обрадовалась: пенсию себе майор внутренней службы Добрецова заработала и теперь получала возможность всецело предаться любимому хобби – садоводству-огородничеству – не на четырех дачных сотках, а при полном раздолье на четырнадцати сотках в кураевском доме.

«Смотри не пожалей», – предупредил генерал, но вот уже четыре года полковник Добрецов ни о чем не жалел. Отдел ему изначально достался довольно крепкий (спасибо предшественнику, который как раз после отставки перебрался в город к детям), да и сам район в сводке криминальных происшествий значился в самом хвосте.

Обычно он приходил на работу к восьми утра. А тут, едва переступив порог кабинета, услышал звонок телефона. Вытащил из куртки трубку и даже слегка отпрянул от панического голоса директора спорткомплекса Возницына:

– Олег! У меня тут такое!.. – И замолчал, тяжело дыша.

Возницына Олег Павлович знал с детства. Их родители дружили, ну а уж потом, по наследству, сами стали приятельствовать, несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте, которая с годами почти растворилась. Но не помнил Добрецов, чтобы всегда бодрый и в общем-то жизнерадостный Илья паниковал.

– Илья, ты чего? – спросил удивленно.

– У меня тут… в тренажерном зале… убитый человек…

– Как убитый? – мгновенно напрягся полковник Добрецов.

– Совсем убитый! С проломленной головой! Виктор Марычев! Тренер мой! Приезжай скорей! – крикнул Возницын и отключился.

«Приезжай» – означало просто перейти площадь: спорткомплекс и здание РОВД находились друг от друга в нескольких десятках метров.

Застегивая неснятую куртку, полковник уже в коридоре гаркнул:

– Сидорчук!

Хлопнула одна из дверей, на пороге возник не успевший раздеться капитан.

– Здесь!

– За мной! – приказал Добрецов и быстрым шагом двинулся на улицу.

Капитан поспешил следом, прикидывая, какая напасть могла обрушиться. Явившись на работу буквально несколько минут назад, Артем Сидорчук перекинулся парой фраз с дежурным, и тот проинформировал: никаких особых происшествий не зафиксировано, несколько мелочей. Но ради мелочей полковник не стал бы так подрываться.

– Мне сейчас позвонил Возницын, у него в тренажерном зале труп, – едва ли не на бегу сообщил Добрецов. – Тренер Марычев. С проломленной головой.

– Да ну?! – отреагировал Артем.

– Сейчас проверим, – буркнул Добрецов.

Спорткомплекс начинал работать в восемь, однако никого у входа в здание пока не было, зато внутри шла пересменка: двое охранников сдавали дежурство, а двое принимали.

– Никому не расходиться, никого в здание не впускать и никого отсюда не выпускать! – приказал Добрецов.

Все четверо посмотрели с недоумением.

– Так в здании никого нет. Только директор, – произнес один из охранников, явно из тех, кто дежурил ночью. – Его тоже не выпускать?

– И вам с напарником домой не уходить! Здесь ждите! – повторил приказ полковник.

Вместе с капитаном он поднялся на второй этаж, двинулся в левое крыло, где находился тренажерный зал. Около распахнутой двери стоял Илья Семенович Возницын. Вид он имел такой, словно его не слишком сильно, но все же весьма чувствительно стукнули пыльным мешком.

– Вон там… – он кивнул в сторону зала, – я дверь открыл и сразу увидел…

Добрецов с Сидорчуком тоже сразу увидели.

Около комнаты тренеров лежал Виктор Марычев – полубоком, навалившись телом на правую руку, с большой раной на левом виске. Кровь на ране, на полу рядом с головой и на прижатой к щеке левой ладони, которой, вероятно, пытались рану зажать, уже запеклась. А примерно в метре валялась небольшая гантель – обтянутая зеленым пластиком, с цилиндрическими набалдашниками, один из которых тоже был окровавлен.

– Ты что-нибудь здесь трогал? – спросил Добрецов.

– Не-е-ет… Я только открыл своим ключом дверь, увидел и сразу все понял, – произнес Возницын. – Это же сразу понятно, что он мертвый. – И растерянно добавил: – Какой кошмар!.. Что же теперь делать?

– Значит, так, – решительно заявил полковник, обращаясь к Сидорчуку. – Охранники, которые ночью дежурили, чтоб не вздумали смыться. Здание закрыть для всех, кроме наших, разумеется. Наших у главного входа выставить и… еще ведь входы есть? – на сей раз обратился он к Возницыну.

– Да, еще два запасных, в правом и левом торце… Один вот прямо тут… на первом этаже, лестница ведет прямо сюда. – Директор показал пальцем на дверь в дальнем углу зала.

– И у запасных входов тоже выставить. И здание проверить. У кого ключи от всех помещений?

– У меня. И у охранников, – Возницын потряс связкой ключей.

– Ладно, звоню следователям. Ты, Артем, организуй охрану, – распорядился полковник, – а ты, Илья, вон в коридоре на скамеечке посиди.

Сидорчук поспешно исчез, Возницын покорно опустился на скамейку, а начальник РОВД, как и полагается, позвонил дежурному межрайонного следственного отдела доложить об убийстве.

– И ведь не кого-то убили, а Марычева, – подал голос Илья Семенович. – Ведь не совсем обычного человека, а, Олег?

Еще год назад Добрецов счел бы, что обычного. Но теперь получалось, что не совсем так…

Обнаружилось все совершенно случайно. Приехала к Возницыным из города дочка Алена. Она постоянно наведывалась к родителям, а в тот раз явилась за чем-то к отцу на работу. И внизу в вестибюле увидела стенд с фотографиями тренеров спорткомплекса. Очень удивилась, обнаружив фото Виктора Марычева. Оказалось, Алена давно ходит в фитнес-центр «Супер-Фит», классный такой центр. Принадлежал он известному бизнесмену Дымарцеву. Марычев был там сначала тренером, а потом женился на дочери Дымарцева и стал управляющим. Во какой поворот, об этом в свое время сильно судачили. А потом фитнес-центр продали, потому как Дымарцева в тюрьму посадили, и это был такой скандал – прямо скандалище! Папа ничего не слышал? Ну, сильно в своей деревне отстал – в интернете не шарится, по телевизору только спортивные передачи смотрит, потому и не знает ничего. Вечером Алена из интернета вытащила отцу кучу информации. Завсегдатаи «Супер-Фита» всячески гадали, куда делся Виктор, а он, оказывается, в Кураевске осел. Прямо чудеса! Слушок ходил, будто он развелся, но вполне мог в городе работу найти, он ведь отличным тренером считался.

Илья Семенович тогда сильно озадачился. Хотя первый раз озадачился, когда Виктор пришел к нему на работу устраиваться. Выпускник факультета физической культуры педуниверситета, тренер, а затем управляющий крупным фитнес-центром… с чего вдруг такой поворот от города к деревне? Но Марычев объяснил. Был женат, да только жена, похоже, какого-то богатенького себе присмотрела, потому как подала на развод. По большому счету, просто мужа выгнала. Причем чуть ли не без штанов. Ну а кто он есть? Приехал учиться в педуниверситет из маленького городка в Хабаровском крае, обитал в общежитии. Своим жильем обзавестись не успел, в квартире жены поселился. Деньги все приносил в семью, ничего не утаивал, а жена тратила по своему усмотрению, так что при разводе с пустым кошельком оказался. Тогда и подумал: какого черта он за город держится, когда в Кураевске хороший спорткомплекс да к тому же полдома имеются, которые по наследству от одинокой тетки достались? Вот и приехал. Об отце жены Виктор тогда и словом не обмолвился.

Возницын подобное объяснение счел вполне убедительным. Потом поинтересовался (уже тихо, через бухгалтерию), не платит ли Марычев алименты. Оказалось, нет ничего такого. А вскоре решил, что с новым тренером ему исключительно повезло.

Спорткомплекс был, конечно, бюджетной организацией, занятия практически всех секций проводились здесь бесплатно, однако же имелись и платные услуги, доходы от которых направлялись непосредственно на нужды комплекса, а также в определенном проценте могли быть использованы в качестве премиального фонда сотрудников. Но такие доходы в основном приносили только бассейн и тренажерный зал. Причем бассейн – сезонно. Кто летом станет платить за возможность в нем поплавать, когда рядом река и озера? А вот в тренажерный зал практически все ходили за деньги, в том числе по абонементам. Правда, ходили так… без особого энтузиазма. Буквально за год Марычев все изменил существенно. Народ активно заинтересовался – благодаря рекламе, каким-то особым придумкам, тренерским и организаторским талантам Виктора.

Илья Семенович не мог не нарадоваться. А потому, узнав про Дымарцева, отнесся к информации довольно спокойно. В конце концов, зять за тестя не в ответе, тем паче – бывшего.

Однако же соответствующую беседу провел. Виктор отнекиваться не стал, признавшись, что не хочет свое былое родство предавать огласке и очень просит директора никому ни о чем не рассказывать. Илья Семенович счел это вполне разумным и действительно закрыл рот на замок. Единственным, ради кого он этот замок отомкнул, стал Добрецов. Поделился и как со старым приятелем, и как с начальником РОВД – так, на всякий случай. От Добрецова полгода назад и узнал, чем закончилось дело Дымарцева. И даже обеспокоился: на надумает ли Марычев вернуться в город? Но Виктор продолжал работать как обычно, и Возницын успокоился. Дымарцева выпустили, однако дочка явно не собиралась запускать к себе назад бывшего мужа.

И вот теперь – такой поворот…

– Н-да, Илья… Марычев, конечно, может оказаться особым случаем… – вздохнул Добрецов и двинулся по коридору в сторону лестничной площадки, подальше от чужих ушей. После чего набрал номер начальника областного уголовного розыска Трофимова, которого хорошо знал с молодости.

Тот откликнулся почти сразу, словно ждал звонка, хотя, конечно, не ждал, однако обрадовался:

– О, Олег, давненько тебя не слышал! У тебя когда там охота начнется? Что-то потянуло…

– Уже началась, Алексей, – перебил Добрецов. – Только другая несколько. У меня ночью человека в спорткомплексе убили. Тренера Марычева.

– И?.. – удивился Трофимов, но не убийству, разумеется (не начальнику уголовного розыска этому удивляться), а тому, что Добрецов его персонально информирует.

– Так Марычев – не просто тренер. Он бывший зять Дымарцева.

– Того самого?!

– Именно. И появился Марычев у нас вскоре, как Дымарцева закрыли. Теперь того выпустили, а Марычева убили. Я, конечно, доложил межрайонным следакам, но только, думается мне, надо бы кого повыше проинформировать. От Дымарцева все проблем поимели выше крыши, а вот теперь такая ситуация…

В трубке повисла пауза, наконец Трофимов сказал:

– Ты правильно позвонил. Сейчас свяжусь с Мирошниченко, начальником Первого отдела Следственного управления. А ты там пока сильно не активничай, подожди, что следователи решат.

Мирошниченко позвонил сам минут через двадцать.

– Изложите, Олег Павлович, что там у вас? – не приказал, а весьма вежливо попросил он.

Добрецов изложил – получилось довольно кратко.

– В общих чертах понятно. Мы это дело заберем себе, – сообщил Мирошниченко. – А сейчас к вам подъедет следователь из территориального отдела, и криминалисты скоро подтянутся. Полагаю, охрану места вы обеспечили?

– Разумеется. И места, и тела, и гантели.

– Гантели? – уточнил Мирошниченко.

– Ну да. Это предполагаемое орудие убийства.

– Занятно… – В трубке раздалось невнятное хмыканье.

– Ну так этих гантелей в тренажерном зале хватает. Убили, так сказать, подручным средством.

– Может, и подручным, а может… – с сомнением произнес Мирошниченко и добавил: – Я вам позже перезвоню, сообщу, кого к вам пошлем.

Но сначала появился следователь из территориального отдела Коноплянников – с таким выражением лица, словно натощак лимонов объелся.

– Я, конечно, свое отработаю, но, похоже, регионалы себе заберут. И с чего вдруг? – пожал он плечами. – Но дело с воза – коню легче, у меня своих забот полно. – Оглядел место преступления и вновь пожал плечами: – Гантелей по башке? Вроде никаких следов драки. Кстати, где тот, который первым тело нашел?

– Я здесь, – поднялся со своей скамейки Возницын. – Директор спорткомплекса. Я нашел.

– Хорошо, вас первого и опрошу. А кто-то был в спорткомплексе ночью?

– Двое охранников.

– Их следом. Кстати, – обратился он к начальнику РОВД, – вы мне место для работы предоставите?

– Можно у меня в кабинете, – предложил Добрецов, подумав, что неплохо бы поприсутствовать, так сказать, для уяснения ситуации.

– Годится, – буркнул Коноплянников.

– Ой! – вдруг воскликнул Илья Семенович. – Ко мне же сейчас из районной администрации комиссия придет!

– Какая к черту комиссия?! – Добрецов посмотрел на директора, как на ненормального.

– У меня проверка… финансово-хозяйственной деятельности спорткомплекса…

– Да-а-а?.. – с подозрением произнес следователь, а Добрецов отрезал:

– Звони, отменяй и шагай в отдел! – После чего скомандовал: – Сидорчук, ночных охранников тоже в отдел! – И, кивнув Коноплянникову, добавил: – И пусть пояснят, как тренер в принципе в здании оказался.

– Охранники не могли убить! Я их давно знаю! – горячо заверил Возницын. – Да и зачем им?!

– Кому и зачем понадобилось убивать твоего Марычева, – скривился Добрецов, – следствие разберется.

Коноплянников кисло усмехнулся.