Показательной в ряду эпизодов отношений наркома просвещения и наркома национальностей является важная деталь, что 18 ноября 1921 г. именно Луначарский направил Ленину записку относительно необходимости подыскать Сталину более удобную квартиру в Кремле. Напомним, что после переезда из Петрограда в Москву в апреле 1919 г. Луначарский, как и Сталин, тоже жил в Кремле и совершенно естественно, что они не могли не общаться и не посещать друг друга, а иначе как бы нарком просвещения узнал об условиях жизни Сталина? Тогда Кремль напоминал «роящийся улей», в нем жило до 5 тысяч человек, в том числе почти все вожди революции. Мы не знаем, насколько частым было тогда общение двух наркомов, постоянно встречавшихся на различных заседаниях и совещаниях, в том числе в Совнаркоме, вне рабочего времени, но то, что такое общение было, несомненно.

Обеспокоенный полученной информацией, Ленин, как известно, не очень любивший общение с партийными товарищами вне работы, принялся оперативно выяснять у начальника охраны: «Тов. Беленький. Для меня это новость. Нельзя ничего иного найти?»[308] И вскоре жилищные условия будущего генсека партии были улучшены. В этой показательной истории воедино соединились чуткость Луначарского и скромность Сталина, не хлопотавшего о своих бытовых условиях.

Вообще Сталину суждено было сменить пять адресов на территории Кремля. Он прописался там сразу после переезда советского правительства в Москву в марте 1918 г. и получил вместе со своей семьей помещение на 2-м этаже Кавалерского корпуса. Но здесь они прожили недолго. Следующим местом их жительства стал Фрейлинский коридор Большого Кремлевского дворца. В январе 1921 г., благодаря заступничеству Луначарского и указанию Ленина, семья Сталина смогла переехать в более комфортные помещения в Потешном дворце (квартира № 1 на 3-м этаже), в которой ранее проживала Инесса Арманд. Чуть позже они заняли квартиру № 12 на 2-м этаже соседнего Потешного корпуса, где позже жена Сталина Н. Аллилуева покончит с собой.

Эта квартира тоже требовала ремонтных работ и обустройства. Так, заведующий Административно-хозяйственным отделом ВЦИК А.Д. Метелев в конце декабря 1924 г. сделал следующее предписание: «По имеющимся у меня сведениям, квартира члена Президиума ЦИК Союза ССР тов. Сталина требует в самое ближайшее время капитального ремонта, а до того немедленных предупредительных технических мер, во избежание могущих произойти каких-либо аварий…»[309] После трагедии с женой Сталин сначала переехал в Потешный дворец, в квартиру на 3-м этаже, а позднее для него оборудовали квартиру на первом этаже в здании рабоче-крестьянского правительства. Но Сталин стал отдавать тогда предпочтение своей новой, так называемой Ближней, даче в Волынском, построенной уже после смерти его жены[310].

Луначарский со своей первой семьей занимал в начале 1920-х гг. так называемые верхние апартаменты на 2-м этаже Большого Кремлевского дворца. После развода с Анной Александровной и ухода из семьи к актрисе Наталье Розенель нарком в начале 1924 г. поселился в знаменитой роскошной квартире в Денежном переулке, однако его бывшая жена продолжала жить в Кремле вместе с сыном Анатолием и тещей наркома. Не стараясь оправдывать уход из семьи Луначарского, следует отметить, что он продолжал вплоть до последних месяцев жизни помогать своим родным. Показательно, что бывшая жена с сыном еще несколько лет проживали в Кремле и были выселены оттуда комендантом Кремля А.Я. Ведениным по распоряжению Сталина лишь в 1927 г., когда начали вступать в силу более строгие правила проживания там людей. Причем переехала Анна Александровна с сыном и ее матерью М.А. Малиновской в квартиру в доме на Кремлевской набережной, 1/9.