О характере человека и его внутреннем мире можно судить по строению тела («конституции»). Владимир Путин по телесной «конституции» – лептосоматик (по-гречески – узкотелый, каковым в молодости и был). Этому строению тела соответствует шизотимический темперамент. Шизотимик – человек малообщительный, замкнутый в себе, склонный к колебаниям, и в то же время упрямый и малоподатливый к изменениям.

«Аристократическая» сдержанность таких людей – это на самом деле подавляемая тревога, неуверенность в себе. Но обратной стороной этой медали является воля, поэтому шизотимики бывают как робкими и неуверенными, так и очень волевыми людьми. Волю они воспитывают годами. Для закаливания воли и выработки смелости занимаются силовыми видами спорта – борьбой, боксом и т. п., а неуверенность компенсируют заносчивым поведением. Иногда пасуют в ситуациях, требующих решительности. Но дабы доказать обратное, прибегают к неожиданным для всех сверхрешительным мерам.

Оказавшись на высоком посту, такие люди считают себя если не самозванцами, то не самыми достойными. Они видят в себе множество недостатков и потому в лидеры сами не лезут. Они очень прислушиваются к мнению окружающих, неравнодушны к тому, что о них думают и говорят. Главными чертами характера таких людей являются: чрезмерная чувствительность и впечатлительность, высокие моральные требования к себе, сильное чувство долга и ответственности, склонность к самокритике. Людям такого типа свойственно презрение к внешним удобствам жизни и роскоши, доходящее порой до крайней воздержанности.

Ну а теперь сопоставим. Путин с детства был щуплым, невысоким мальчиком. Закаляя волю, занялся самбо, потом – японской борьбой дзюдо. Друзья отмечают, что он тренировался неистово, был опасным соперником на борцовском ковре и добился немалых успехов.

Волевым усилием Путин лепил себя сам. В 1970 году конкурс на юридический факультет ЛГУ – кузницу кадров КГБ – составлял 40 человек на место! Родители ничем помочь не могли. Но Путин поставил перед собой цель – поступить в университет – и ее достиг.

В разведку он пошел скорее не потому, что романтик. А потому, что это лучшее поле для самореализации его скрытной, волевой натуры. В КГБ на Путина была лишь одна отрицательная для разведчика характеристика, сделанная психологом: «Пониженное чувство опасности», – рожденное внутренней жаждой самоутверждения.

Всё дальнейшее случилось по воле обстоятельств, от Путина не зависевших. В июне 1996 года казалось, что на его карьере поставлен крест. Но он волею случая неожиданно пошел вверх. И чем выше возносился, тем сильнее удивлялся своему вознесению. Когда в мае 1998 года Путина назначили главой ФСБ России и представили к званию генерала, он от звания отказался и при этом искренне вопросил: «Какой же я генерал?!» Путин стал единственным главой Лубянки не в генеральском звании.

А когда 31 декабря 1999 года Борис Ельцин ушел в отставку и назначил его своим преемником, то в первом же интервью ОРТ Путин искренне заявил: «Я никогда к этому не стремился. <..> Так у меня сложилась жизнь и всё, что со мной происходило, было для меня в известной степени неожиданным. Просто я оказывался в конкретном месте, где в конкретное время возникали проблемы, которые нужно было решать. Я их, по возможности эффективно, решал и никогда не думал, как это отразится на карьере».

Все знающие Путина люди характеризуют его человеком скромным, почти застенчивым, исполнительным, обязательным и порядочным. Характерно, что он никогда не критиковал КГБ и даже сталинское НКВД. Выступая перед группой российских писателей в Москве, он сказал: «С моей стороны было бы лицемерием критиковать ведомство, в котором я проработал долгие годы». А однажды бросил: «Я не читаю книг предателей родины».

В одном из интервью ныне покойный властелин полумира Дэвид Рокфеллер рассказал, что за свою долгую жизнь встречал множество негодяев из разных стран, среди которых были высокопоставленные чиновники. Всех их объединяло одно – наличие цены, за которую человек готов продаться. Были такие люди и в руководстве Советского Союза, с которыми за деньги Рокфеллер легко решал свои дела. Всех их интересовала финансовая сторона вопроса, а о своей стране никто из них не думал. Единственным, кого не удалось подкупить, был Владимир Путин. Рокфеллер пытался, но ничего не вышло. Путин прямо сказал, что не возьмет денег, так как любит Родину. Поэтому американский магнат призвал граждан России держаться за своего лидера, ведь таких людей единицы. Видимо, речь идет о событиях вокруг ЮКОСа в начале 2000-х, когда Рокфеллер хотел купить эту компанию через Chevron и Exxon. Договорился с Ходорковским. Но Путин сделку сорвал. Рокфеллер предложил ему огромную взятку, исчислявшуюся суммой с восемью нулями, но Путин отказался ее принять. В итоге Рокфеллер потерял ЮКОС, но Путина зауважал. Об этом сообщали американские СМИ.

Вторая чеченская война стала способом изживания внутренней нерешительности Путина на премьерском поприще. Но если бы общественное мнение России осудило его за кровь и гибель людей в Чечне, то неизвестно, как бы он себя повел. Мнение народа архиважно для Путина. Поддержка снизу убеждает его в своей правоте и придает сил. Идя на решительные шаги, Путин никогда не спешит, семь раз отмеряет, обдумывает, и лишь когда нет иного выхода, рубит гордиев узел. Так было в ситуации с Крымом, так было и с СВО.

У Путина обостренное чувство долга. Оно заставило его в декабре 1989 года выйти к толпе погромщиков, чтобы не пустить их в дрезденский офис КГБ. Оно же придает президенту Путину сил в отстаивании интересов России на международной арене, что так не нравится Западу. А что касается его способности к неожиданным для всех решительным поступкам, то история воссоединения Крыма с Россией, операция в Сирии или миротворческая миссия в Карабахе лучшее тому доказательство.

Такие люди сами не предают и никому не прощают предательства. Поэтому столь болезненной была реакция Путина на сбитый турками российский бомбардировщик Су–24 в Сирии. Путин счел это «ударом в спину» со стороны президента Турции Эрдогана, которого называл своим другом, и никогда ему этого не простит. В этом и сила, и слабость Путина как политика. Взяв на себя обязательства, Путин их выполняет, даже понимая, что другая сторона «мухлюет». Вспомним Минские соглашения, которые Путин выполнял, а западные лидеры обманывали его, готовя Украину не к миру, а к войне с Россией, что потом признали бывшие канцлер Германии Ангела Меркель и президент Франции Франсуа Олланд.

Обостренное чувство долга не позволяет Путину расслабиться. Внутренне он не любит показные шоу, которые ему устраивают имиджмейкеры, но как политику ему нужна поддержка народа, он должен чувствовать «пульс народной жизни», и потому участвует в многочасовых телевизионных общениях, какие не может позволить себе ни один мировой лидер. От народа Путин берет энергию, хотя политику творит кулуарно.