Бои местного значения на оборонительной линии в совокупности выливаются в дивизионные, армейские и порой во фронтовые. Такие бои постоянно вёл полк Иванова, готовясь отражать на своём участке будущее контрнаступление украинской армии, грозящей разгромить москалей едва ли не с первого дня после овладения Херсоном. Оказавшись вначале лета второго года специальной военной операции под деревней Крынки, откуда до крымского Перекопа рукой подать – полтора часа пути на танке, полковник Иванов с достоинством оценил ставшую знаменитой оборонительную «Линию Суровикина». Он в деталях мог изложить, в чём неприступность линии, но даёт право оценки своим противникам для большей достоверности, ибо своя рука владыка.

Представители разведки Великобритании назвали российские позиции одной из самых обширных систем оборонительных сооружений в мире за всю историю своих наблюдений.

«А они, как говорится, в каждой бочке затычка, всё-то они знают, всё-то они разумеют!» – съязвил Иванов.

«Оборонительный рубеж проходит вдоль фронта от Херсона до Донбасса и состоит из трёх линий, – повествуют английские аналитики. – В совокупности они создают полностью простреливаемую глубину обороны до пяти километров. Далее расположена вторая линия обороны, состоящая из стандартных траншей и множества бетонных огневых точек. За ней следует третья, где, помимо боевых позиций, расположены скрытые резервы и вырытые в земле боевые укрытия для военной техники. Напрашивается вывод: фортификационные сооружения России позволяют остановить контрнаступление Украины летом 2023 года».

Мнение военных специалистов российских войск более конкретизировано: «Первый контур – это десятки укрепленных огневых позиций, в котором находятся обширные минные поля, инженерные заграждения из нескольких полос, состоящих из противотанковых рвов глубиной в четыре и шириной в шесть метров; рядов колючей проволоки и „зубов дракона“, следом идут боевые позиции пехоты с окопами в виде „лисьих нор“, огневые точки, блиндажи. Каждая из этих полос имеет ширину от семьсот метров до километра. Линия уходит в глубину обороны на несколько десятков километров и опирается на развитую транспортно-логистическую сеть с хабами и тыловыми базами. Эти логистические маршруты позволяют российской армии оперативно перебрасывать резервы с одного участка на другой без ущерба для боеготовности на фронте. То есть все попытки ВСУ оттянуть российские войска на другие участки южного фронта безуспешны, поскольку усилить огневые возможности подразделения РФ теперь могут оперативно, не снимая батальоны с другого направления».

«Многоуровневую сеть оборонительных рубежей прикрывает многочисленная группировка ствольной и реактивной артиллерии, вертолеты армейской и штурмовой авиации с авиабомбами ФАБ–250, что дает эффективную поддержку наземным войскам, применяя метод так называемой карусели».

«Командиры ВСУ, сама армия уже не верят в то, что они могут чего-то добиться в контрнаступлении», – констатирует Герой России Сергей Липовой.

«Совершенно верно, – соглашается с такой оценкой Федор Иванович, – наступающие роты и бригады в лодках и на катерах форсирующих Днепр у нас как на ладони, все точки пристрелены. Удары сокрушительные. Такие же, как были нанесены весной по базе на острове „В“. Построенные укрытия для личного состава, склады разгромлены до основания».

Впереди грядущая активная оборона левобережья. ВСУ на всех углах рекламируют своё мощное контрнаступление по всей линии соприкосновения. Найдутся ли у нацистов такие силы? Разведка доносит, что Великобритания готовит для этих целей спецназ, который явится основным ядром в захвате плацдарма на левобережье Херсонской равнины, где плотно стоит армия под командованием генерала Теплицкого, и, в частности, 65-й полк. Тревоги в душе не было, нетерпеливое ожидание перед бурей есть. Командир полка, изучив структуру линии обороны, можно сказать, её неприступность благодаря не только сооружениям, оснащению, но благодаря решимости солдат и офицеров стоять здесь насмерть – предвидит настоящую мясорубку на берегах Днепра, если украинских солдат погонят на приступ обезумевшие властители Киева и их безжалостные хозяева. А их погонят с безрассудной жестокостью, невежественной бездарностью, лишь для того, чтобы оправдать денежные транши Запада и эшелоны вооружения. Погонят потому и для того, чтобы упрямые славяне как можно больше убивали друг друга. Вот это сознавать горше всего. Надо иметь крепкие нервы, чтобы психологически не сорваться, выдержать и выстоять.

Иванов предполагал вражескую мощную огневую поддержку пехоты с помощью дальнобойных артиллерийских систем, американских реактивных установок залпового огня «Хаймарс», точно бьющих на десятки километров, которыми и был разрушен Антоновский мост, коварно разбита плотина Каховской ГЭС. От них в основном будут наши потери, а не от контактного боя пехоты. Украинские солдаты просто не дойдут сюда под кинжальным огнём обороняющихся, засевших в искусно сооруженной оборонительной линии, шквального артогня, ударов вертолетов и штурмовиков.

В ожидании вернулось размышление о цене Победы советского народа в Великой Отечественной войне. Заплаченная цена огромная и неохватная, как неохватная Вселенная. В большей степени плата шла жизнями славян, поскольку оккупированы были западные территории страны, где сосредоточена их основная масса. Горько то, что даже эта Великая Победа не удержала страну от поражения в холодной войне с Западом, от впадения в капиталистическую среду. Нас снова принудили уничтожать друг друга, как уничтожали в Гражданскую войну, жестоко выбивая русских целыми сословиями.

Нетерпение, с каким Иванов ждал удары ВСУ, закончилось с наступлением жаркого лета в первых числах июня. Контрнаступ врага разлился по всей линии соприкосновения. Солдатская волна хлынула где с большей силой, как бы обозначая главное направление, где с меньшей, с целью отвлечения сил на оборону, прощупывая слабые места. Солдатская волна раз за разом откатывалась с разбитым носом на исходные по всему фронту. Где-то удары шли более активно и настойчиво, но неизменно атакующие солдаты разбивали лбы о бетонную стену обороны, причем русская армия, как отмечают иностранные обозреватели, «На многих участках улучшали свои позиции, но далеко от своих опорников не уходили, а стремились выбивать живую силу и технику противника».

На Херсонском направлении контрнаступление хромало на обе ноги и активной фазы не наблюдалось. Причиной тому, как полагал полковник Иванов и его штаб, что построенная база на острове «В» была уничтожена, что называется, вырван крепкий и здоровый зуб. Водрузить на его место золотой протез не хватает ни долларов, ни времени. И такие зубы у противника вырывал не только полк Иванова, но соседи слева и справа, основательно повредив челюсть.

Кроваво отплевываясь, наступление на село Крынки Алёшкинской городской общины всё же готовилось. Об этом доносила разведка всех уровней и форм. Только о сроках начала широкомасштабной атаки сказать никто не мог, хотя украинские подразделения долбили линию соприкосновения на Херсонском направлении почти ежедневно, оставляя в воронках жизни своих солдат.

После весенней распутицы с подсохшими дорогами, торжеством буйной зелени на полях и лугах, с умеренными и краткими дождями командир дивизии собрал совещание командного состава, на котором сказал:

– Британцы убедили главу киевского режима и генерала Залужного в том, что именно в Крынках есть шанс добиться успеха, выйти к Перекопу и овладеть Крымом. Пробежать каких-то две марафонских дистанции! Для этого потребуются не очень крупные силы, они берутся подготовить эти силы на своих полигонах. Хунта согласилась. Главком Залужный принялся формировать корпус морской пехоты и отправлять людей в Англию.

«Ну-ну, наши старые знакомые по острову „В“ и не только, – подумал Иванов. – Англичане не воевали много десятилетий, чему могут научить в современной войне? Оснастить полностью – да, до зубов вооружить – да, а вот тактике – навряд ли».

Полковник Иванов был недалек от истины. И высказал свои мысли соседу справа.

– Пожалуй, ты прав, Федор Иванович, но британцы могут обучить людей стрельбе из личного оружия, натаскать на рукопашный бой, подтянуть физически. А это немало.

– До рукопашного боя не допустим. Не та теперь война, когда ходили в атаки лавами и цепью. Гуськом нынче, гуськом на зачистку после работы артиллерии и авиации и тех же дронов-камикадзе. Помяни мое слово: скоро от дронов как с нашей стороны, так и с вражеской не будет проходу. Эта саранча весьма опасная и прожорливая. Тот, кто первый займёт дроновую нишу, будет на коне.

– Бесспорно, – согласился сосед, – успеем ли доминировать в этой нише?

– Надо успеть, хотя от нас с тобой сие не зависит. Мне удалось обеспечить оборудованием только один расчёт из пяти человек во главе, теперь уже с опытным лейтенантом Гладышевым. Построил отдельный блиндаж. Комдив едва не забрал к себе лейтенанта. Пришлось бодаться. Отстоял с условием, что будет готовить для дивизии операторов. Представил офицера к досрочному присвоению очередного звания.

Федор Иванович, имея, так сказать, «слабость» к поощрению личного состава, ревностно следил за тем, прошёл ли очередной рапорт о награждении отличившихся солдат и офицеров, ведущих активную оборону. В частности, операция «Остров В» растянулась на несколько месяцев, и основную долю успеха командир полка относил расчёту операторов беспилотной авиации лейтенанта Гладышева. Во-первых, они обнаружили начало строительства базы для последующего захвата плацдарма. Во-вторых, они умело вели наблюдение за противником, не настораживая его. В-третьих, в ходе этого наблюдения совершали результативную разведку огневых систем в контрбатарейной борьбе, передавали координаты артиллеристам. Их активность и выучка позволили самостоятельно уничтожить два броневика дронами-камикадзе. Между звеном Гладышева и противником завязалась своя дуэль. Смекалка и отвага позволили уничтожить противоборствующий расчёт вражеских операторов. Во всей этой совокупности все трое были представлены к медали Жукова.

Награждение состоялось в штабе полка. Медали привёз командир дивизии, и с ним прибыл военный репортер Сладких. Бункер едва вместил командиров и награждаемых. Лица операторов беспилотных аппаратов, артиллеристов, десантников, связистов светились сдержанными улыбками, любопытством. Тихий говор приглашенных парней сменился на командирский, называя звание и фамилию в ответ краткое восклицание: «Служу России!». Особого восторга Егорычев от награждения не испытывал, а вот дальнейшее событие оценил как продолжение заслуги – интервью. Военкора интересовали детали противостояния звена Гладышева и вражеского аналогичного расчёта. Словоохотливый Егорычев рассказывал:

– Мы обнаружили, что за нами идёт охота: дважды внезапно появлялся вражеский дрон, заметив его, мы немедленно уходили в укрытие. И все же на нашу площадку были прилёты. Воронки указывают, что там опытные как разведчики, так и артиллеристы. Им палец в рот не клади, откусят всю руку. Нам же долго не удавалось засечь средствами оптической разведки место запуска дронов. Тогда мы решили применить контригру. Изготовили два чучела, укрепили их в полусогнувшемся состоянии, длинной бичевой приводили чучела в движения, имитируя запуск аппарата. С новой площадки из соседней разряженной лесопосадки мы предварительно отправили свой аппарат на разведку. Укропы клюнули.

– Не подумайте, что мы их легко одурачили, – вклинился в разговор Бакатов, – мы провели несколько тренировок, и когда лейтенант Гладышев, наблюдая, увидел, что все натурально, дал добро на операцию.

– Один из нас манипулировал чучелами, второй с другой точки наблюдал за вражеским беспилотным разведчиком, – продолжил рассказ Егорычев. – Нам удалось засечь, откуда он прилетел, и туда наш «Гиацинт» послал гостинец. Правда, мы едва унесли ноги. На этот раз рубанула РСЗО. Бакатов получил легкую контузию. Чучела сгорели, но наши оппоненты, как говорится, накрылись медным тазом.

Как только было взято интервью, на столе начальника штаба появилась скатерть-самобранка, и полковник Иванов в роли хозяина пригласил награждённых и прибывших гостей принять фронтовые за победу, хорошо закусить. Пили водку и коньяк по желанию, заедали хлебом, маринованными огурчиками, сыром и бужениной.

К скатерти-самобранке приложились и старшие офицеры, присутствующие на награждении. Перед тем как командиры удалились в кабинет полковника, Федор Иванович объявил:

– Всем награжденным даю три дня отпуска. Наши военкоры движутся в госпиталь. Старший сержант Егорычев может воспользоваться услугой, если втиснется в их джип.

– Мы его калачом в багажник запихаем! – пошутил Сладких. – В тесноте, да не в обиде, товарищ полковник.

– Вот и хорошо. Передайте хирургу Сладе Святославовне мой полковой привет от её бывшего пациента.

Егорычев онемел от удачи. Если бы не медаль, то… Гладышев толкнул его в бок кулаком, мол, благодари комполка!

– Есть, товарищ полковник, передать привет! – козырнул Егорычев, вытянувшись.